Могу ли я надеяться на помощь?

      Возвращение в лобби было болезненным. 007n7 всё ещё чувствовал на языке привкус крови и фантомную боль от удара мачете Джейсона Слэшера. —Ах, да? — Хрипло пробормотал он, поднимаясь и с раздражением отряхивая пыль со штанов       Его мысли прервало любопытство: что же творится в раунде? Став призраком, можно получить способность наблюдать. 007n7 воспользовался ею. И... зрелище не стало неожиданностью. Гость, Шедлецкий и Шанс, ещё недавно безучастно наблюдавшие, как их товарища рубят на куски, теперь вдруг очнулись и с жаром бросились спасать Эллиота.       Впрочем, 007n7 уже почти привык к этому. Выйдя из режима наблюдения, он достал заветную пачку сигарет, которую так тщательно прятал от чужих глаз, и вышел на улицу, чтобы перевести дух и наконец закурить.       Он давно сбился со счёта. Это какой раунд? Тысяча тридцать восьмой? Или, может, тысяча девятьсотый? А вдруг они уже где-то за десятью тысячами? Верилось с трудом. Считать в этом бесконечном хаосе было делом возможным, но невыносимым. Севен перестал это делать ещё на сто семьдесят шестом раунде, махнув рукой на бессмысленные циферки. —Севен? — Раздался неподалёку озадаченный голос Нуба, от которого 007n7 вздрогнул всем телом, инстинктивно пряча сигарету за спину.       007n7 вздрогнул так, будто получил очередной удар мачете по спине. Сигарета едва не выпала из внезапно вспотевших пальцев. Он резко сунул её за спину, словно школьник, пойманный на запрещённой шалости. —Э-э... Кхм... Привет, Нуб... — Мужчина закашлялся, пытаясь скрыть смущение под маской показного спокойствия. Горло сжалось, сделав голос неестественно хриплым. — Ты... что ты тут делаешь? —Ну, я... просто гуляю, — Пожал плечами Нуб       Так бы они и стояли в тишине, если бы Нуб не заговорил снова. —Слушай... — Нуб внезапно покраснел и начал теребить край своей кофты. — Кхм... Ты же не против, если... ну... — Он замолчал, подбирая слова, потом выпалил на одном дыхании — Не поделишься сигаретой?       007n7 ощутил, как почва уходит из-под ног. Он смотрел на Нуба расширенными глазами, пытаясь найти в его лице признаки шутки. —Что? — Выдавил он наконец. —Я пойму, если нет! — Поспешно добавил Нуб, поднимая руки в защитном жесте. — В конце концов, тут такое сложно достать...       Севен медленно, почти неверя сам себе, достал спрятанную сигарету. Она была слегка помята от его панических попыток спрятать её. —Ты уверен? — Его голос прозвучал неожиданно хрипло. — Я хочу попробовать, — Твёрдо сказал Нуб, хотя его пальцы слегка дрожали, когда он принимал сигарету.       В этих словах была такая детская, наивная вера, что Севен почувствовал себя последним подлецом. Он молча достал зажигалку, щёлкнул ею, и маленькое пламя осветило их лица в сгущающихся сумерках. —Кстати, а ты как попал-то сюда? — Нуб сделал неумелую затяжку и тут же зашёлся кашлем, выдыхая дым облаком. — Я-то в раунде не был, потому что рука адски болит... Видимо, Спектр сжалился надо мной... А ты как тут оказался?       Он вытер слёзы, навернувшиеся от кашля, и снова уставился на Севена с детским любопытством. —Там же был и Шанс, Гость и даже Ту Тайм с Шедлецким! Ну, а ещё Таф, Дусеккар и Эллиот... — Нуб перечислял имена, загибая пальцы, и с каждым новым именем Севен чувствовал, как по спине бегут мурашки. — Как так вышло-то, что ты умер?       Севен замер с сигаретой на полпути к губам. Вопрос повис в воздухе, едкий, как дым. — Как? — Горький, хриплый смех вырвался из груди Севена. Дым от сигареты заколебался резкими рывками. — Как, блять, обычно! Наши дорогие «защитники» положили хуй на мою защиту. Эллиот с Дусеккаром только делали вид, что помогают, а Таф... — Он яростно швырнул сигарету на пол, придавив её каблуком с таким напряжением, будто пытался растоптать всю эту несправедливость. — Таф дрочил на свои ебучие бомбы с растяжками в углу, пока меня рубили на куски!       Он повернулся к Нубу, и в его глазах пылала такая ярость, что Нуб невольно отступил на шаг. — Только Ту Тайм пытался помочь. Пытался, блять! — Севен икнул, и его голос сорвался. — Но у него это выходило так же хуёво, как всегда! Ему обязательно бить со спины, иначе убийца даже не застанется! А если бить в лицо... Ты знаешь, что будет? Там нихуя не будет! Ни-ху-я! Ни урона, ни помощи, ни хуя! Просто очередной труп в лобби! Он тяжело дышал, сжимая и разжимая кулаки. Фантомная боль от мачете снова заныла в спине, будто подливая масла в огонь. — А им всё похуй. Абсолютно. Все эти Шансы и Гости... им главное — свои ебучие генераторы, а не команда. — Это жёстко... Тебе не кажется? — Тихо спросил Нуб. — Жёстко? — Голос Севена сорвался на гортанный, истеричный смех. Он с силой провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть с себя маску ярости. — Это не «жёстко», Нуб. Это пиздец.       Он шагнул ближе, и его глаза, казалось, прожигали темноту. — Ну, такова уж наша судьба, «Сурвалистов»... — Нуб произнёс это с такой горькой усмешкой, что Севен впервые увидел в его глазах не наивность, а ту же усталость, что грызла его самого. — Ебитесь как хотите, но вам никто помогать не будет. Никто и никогда — И знаешь, что самое обидное? — Севен горько вздохнул, его плечи опустились под тяжестью не столько физической усталости, сколько морального износа. — Ты потихоньку привыкаешь к такому. Сначала злишься, потом ждешь, а потом... просто принимаешь, что им всё равно на тебя. Просто потому что ты "бессмысленный", "бесполезный"... Становишься фоном. Статистом в их великой игре по спасению самих себя или кого-то более, по их мнению полезного...       Нуб молчал, зажав свою сигарету в непослушных пальцах. Дым уже не вызывал такого яростного кашля, лишь щекотал горло горьковатым теплом.