Большой секрет

***

Домовладелец, одним широким движением, за шкирку оттаскивает мёрзнущего постояльца в коридор, сразу же после слов того о некоем секрете. А на непонимающий, растерянный взгляд лишь закатывает глаза, мол, "какие тайны ты там хотел доверить в полной людей комнате? ". Вздыхает, хмурясь и растирая переносицу в усталом жесте, однако, не заставляя доверившегося парня ждать, обращается: – Пойдём в мою комнату. Там сейчас никого. Только я — всё же, ту женщину, Анфису, забрали КЧС. – Видя, как собеседник занервничал, домовладелец смягчается в тоне и лице, по-свойски хлопая по дрожащему от холода плечу – Не дрейфь, парень, ружьё пусть и со мной, но стрелять в тебя не планирую. Если ты не Гость, конечно. Мёрзнущий ёжится, усмехнувшись, однако послушно следует за своим спасителем в синей рубашке прямиком в его личную обитель, куда, в основном, всем временным жителям дома путь был заказан. –Ну так, чего хотел-то? Время не резиновое, как-никак, мне-то нужно ещё гадалку проверить на признак гостя, а то новенькая ж она, да и больно подозрительно себя ведёт. –Да, к-конечно. Я…не знаю, что это, но… От неуверенных слов мужчина перехватывает ружьё покрепче, провально стараясь сделать это движение как никогда незаметным, и всё же заставляя молодого, слегка синеватого от холода парнишу, нервно сглотнуть, прежде чем всё же решиться. Уводя взгляд в пол, вечно мёрзнущий гость приподнимает свою одежду и закусывает губу, явно понимая, что ни к чему хорошему раскрытие секрета не приведёт. Это будет концом, в каком-то смысле, с самого начала неизбежным. Шокированному домовладельцу, от растерянности даже сбросившего с себя маску сторожевого пса, выпала доля лицезреть зияющую дыру заместо живота, из которой пасло леденящим кости холодом и пеплом. Свитер и куртка опускаются на своё место, а их обладатель виновато смотрит на вершителя своей судьбы, приобнимая свои же плечи — даже обнажившись на такое небольшое время, жуткий мороз усилил своё влияние, заставляя тело трястись с удвоенной силой. –Твою ж мать… Рука дёргается за ружьём, однако домовладелец не достаёт его, вместо этого садясь на кровать и, нахмурившись, хлопает по месту рядом с собой. Мерзляк неуверенно садится, замечая моральные терзания человека рядом. В голове его было лишь горькое смирение. Он отдал себя на растерзание палачу — не раз видел, как тот выносил мозги другим Гостям. Причин полагать, что его ситуация другая...нет. –Дерьмово, парень. Так ты, кхм, Гость, получается? Хотя, чёрт, чего я спрашиваю…у людей такой херни нет. – выпуская сквозь зубы воздух, домовладелец закрывает лицо рукой. – Не паникуй. Ты ведь никого ещё не убил, да? Честно...блять, не хочу я в тебя стрелять, понимаешь? Жень, я итак уже сколько народу порешал, даже тех, к кому притёрся. Не хочу топить этот дом в крови ещё больше, чем он уже. Внутри Евгения натянулась струна. Он поверить не мог, что тот, кто самым хладнокровным образом выносил кровавые остатки Гостей стоило солнцу едва спрятать обжигающие лучи, сейчас так просто раскрывался перед ним. Не хотел убивать. Но слова так и не появились в его голове, он не мог придумать ничего, что могло бы помочь даже в теории. –Может, из гостиной тебе лучше "переехать" сюда? Знаешь, для твоей и общей безопасности? Знаешь же, что я запираюсь на ночь. Всё должно быть в порядке, если сделаем так! –Домовладелец. Т-тебе не нужно т-так рад-ди м-меня н-напряг-гаться! Я мог-гу уйти, хоть п-прямо сейчас! З-знак-комы же сов-всем мало... – только начавший говорить, мёрзнущий Гость был перебит. –Тише. Блядство, как ты дрожишь, зуб на зуб не попадает... – хмурясь, с неясной тревогой в голосе, домовладелец, в нерешительности подняв руки, всё же чертыхается себе под нос и крепко прижимает парня к себе. – З-знаешь, мне всегда говорили, что я горячий парень, ха-ха...давай отложим пока вопрос о твоей, кхм, сущности, хорошо? Что-то да придумаем. И возразить нельзя. На секунду даже кажется, что щёки, пробившись через ледяную стену, начинают гореть...конечно, пусть это и наваждение, но, разве, комната не стала теплее?