Молчание ночи

Где-то в облачной дали слышалась сирена. Она надрывно выла спеша на место кровавой бойни, где все виновные должны были замертво лечь. Здесь решалась их судьба, и полиции было не место. Однако, она ехала по вызову, против которого не могла пойти. Именно поэтому Голуби спешили покинуть место преступления, забрав оружие у убитых вместо оставленного своего. Они все обыграли так, будто зрители просто перестреляли друг друга. Для этого и забирали всех своих - и раненных, и мертвых. - Откуда ты вообще знаешь, что они сейчас не придут и не перестреляют нас? - возмущенно спросил кто-то из толпы, сидя подальше от двери. - Просто знаю... - тихо ответила Вера и прикрыла глаза. - Вер, сейчас самое время историй. Мы все равно заперты здесь до приезда полиции. А они дали понять, что они должны уехать перед этим... Женщина тяжело вздохнула и, не повышая голос, приступила к своему небольшому рассказу. - Я сталкивалась с ними прежде... Они спасли меня от ночных извращенцев... Я, может, и справилась бы сама, но против троих у меня не хватит сил. Меня приперли к стене, я успела подумать обо всем самом ужасном, и тут в картину врывается один из этих... с алым пером на плече. Меня никто тогда не тронул. Они еще и до дома проводили, а с теми провели исправительную беседу... - Какое благородство! - с сарказмом воскликнул Илья и оскалился. - а сейчас они метелят всех, кто не успел выйти из зала. - Мне кажется, что все это было подстроено... - тяжело вздохнул Митяй. - судя по подготовке всего этого. Его меланхоличный и беззаботный голос действовал успокаивающе на остальных. Ему удавалось оставаться спокойным в такой ситуации, несмотря на то, что буквально недавно его чуть не расстреляли на месте. Но при этом, в отличие от других, он не суетился и не вскакивал с места каждые несколько минут. Просто сидел и ждал, иногда вмешиваясь в диалог, иногда кидая шутки посмешнее в попытке разрядить обстановку. - А меня все еще напрягает, где сейчас находится Женя и почему его не принесли сюда, если мы им нафиг не сдались. - Мне почему-то кажется, что он где-то спрятался, потому никто никуда не перенес его... Дмитрий обратил на себя внимание, вновь озвучив шутку из своей головы. Но надолго этого не хватило. Диалог очень быстро вернулся в то русло, из которого певец так тщательно пытался его вывести. А открывшаяся дверь подняла переполох среди запертых. Даже в темных глазах самого спокойного мелькнул испуг и волнение. Он встал на ноги, чтобы потом не тратить время на это. Однако, выпускать их никто не собирался. Наоборот. На них направили оружие, чтобы ни у кого и в мыслях не было делать лишнего шага. И только после того, как Голуби убедились в том, что на них никто не собирается кидаться с голыми кулаками, двое мужчин за руки затащили Евгения в золотом костюме и красном плаще. - Женя!? - срываясь с места, закричала на все подсобное помещение, Дарья и повисла на руке мужчины в белой рубашке с позолотой на воротнике. Он даже не успел поправить свою каштановую челку, упавшую на лицо. Когда мужчину положили на пол, запертые смогли заметить, что из-под золотой тиары у виска у певца течет кровь. - В свое оправдание скажу, что мы таким его уже нашли. - проговорил Лич перед тем, как снова закрыть дверь. - когда проверяли техническую часть здания, не для зрителей. - Ему помощь нужна! - повысил голос Илья, медленно на ватных ногах приближаясь к другу. Вера дошла до Егорова в два раза быстрее. - Он жив... - облегченно выдохнула женщина, когда коснулась руки кудрявого. - ему, действительно, нужна помощь. - Да ладно!? - переходя на высокие ноты, воскликнул кто-то в толпе. - а мы этого прям не заметили!? - Андрей... - тяжело вздохнула Зудина. - паника сейчас не поможет. - Подними ему осторожно голову. - попросил Дмитрий, складывая свой плащ. Пока они укладывали голову певца на импровизированной подушке, Дарья успела стянуть с него корону. - Зря ты это сделала... - разочарованно выдохнул Илья. - А с ней неудобно кровь останавливать... Пока они оказывали первую помощь Евгению, он пришел в себя. - Вот только трогать совсем необязательно. - твердо заявила Вера, перехватывая руку кудрявого певца, которая потянулась в сторону травмы. - Там кровь? - голос Егорова звучал необычайно тихо и сипло. Настолько, что он сам удивился. - Да. - не стал врать Илья. - как себя чувствуешь? - Ларс!? А ты что здесь забыл? - Я не мог стоять в стороне, зная, что здесь что-то творится. Хотя теперь я жалею, что сразу не вызвал полицию... - А если бы ничего не было? Штраф пришлось бы платить немалый... - Зато я был бы уверен, что все живы. - А, может, так и лучше. Это чисто криминальные разборки, и сразу видно, что мы изначально здесь лишние... - подала голос Вера. - Тогда почему бы просто не пойти и не пострелять где-нибудь в другом месте? - воскликнул голос где-то в углу, куда даже освещение не доставало в полной мере. - От того, что им нужно место, где точно можно разобраться без приезда лишних людей. - огрызнулась Зудина. Выстрелы стихли, но крики не прекращались. Они быстро покидали здание через запасной выход, проверяя, что никого не оставили и не забыли ничего лишнего. Даже перьев, которые Мечтатель обычно оставлял как метку, не бросили на полу. - Тихо... - негромко проговорила Дарья, сидевшая ближе всего к двери, через несколько минут после того, как там, в коридоре, все успокоилось. - Видимо, ушли... А нам здесь сидеть... - Полиция уже должна быть где-то близко. - заверил Дмитрий, негромким голосом. Он продолжал успокаивать всех вокруг, в том числе и самого себя. - главное, не разводить панику сейчас. Из толпы послышался тяжелый вздох. - И когда она нас найдет, если мы даже не орем? - А ты хочешь голосовые связки сорвать раньше, чем нас услышать? - все также спокойно задал вполне разумный вопрос Дмитрий и повернул голову в сторону говорившего. Но ответа он так и не дождался. Толпа примолкла, понимая, насколько прав друг. Они не могут ни на что повлиять сейчас. - А если дверь выбить все-таки? Хотя бы попробовать... - послышался другой голос из толпы через какое-то время тишины. - А тебе кости не жалко? - на этот раз ответил Евгений, приоткрывая глаза. - Не говори много... У тебя кровь. - попросила Дарья, подсаживаясь ближе. - Я не думаю, что там все настолько плохо, чтобы так сильно переживать. - успокоил Егоров и сглотнул. Он не стал говорить им, что ему с каждым вдохом все сложнее дышать. Спертый воздух цеплялся за легкие и оседал на них свинцовым осадком. - Это сейчас. - возразила Вера. - а что будет через час? - Полиция так долго не едет. Просто кричите, как только услышите за дверью шаги и выкрики команд. - успокоил кудрявый. - Митяй не сказал «совсем не кричать». Он сказал, что пока в коридоре никого нет, нас никто не услышит. - О слава Богу! - воскликнул мужчина, откладывая в сторону перчатки, в которых его рукам стало жарко. - хоть кто-то еще понимает то, что я говорю. Спасибо тебе, Жень. Один я точно не вывезу за всех вас спокойствие. Хотя тебе бы реально поменьше говорить. Егоров не стал ничего отвечать. Ему бы не сбить ритм дыхания, чтобы не начать задыхаться. Илья сидел рядом с другом до тех самых пор, пока за дверью не послышались тяжелые шаги и переклички грубыми мужскими голосами. Мамонтов даже не участвовал в таране двери. Евгений оказался прав. Дверь, к великому удивлению, оказалась стойкой к ударам, поэтому ее пришлось оставить в покое. Зато спасателям она поддалась быстро. - Все живы? - спросили самым первым делом заходящие. - Нам помощь нужна. Здесь человек ранен. - вскакивая на ноги, воскликнула Вера. - Врача! - крикнул мужчина, не зашедший в подсобное помещение. Вокруг спасенных царила тихая суета. Евгения увезли в больницу. Илья хотел поехать с ним, но ему не разрешили. Лишь позволили поговорить у скорой помощи. Возможно, это было к лучшему. Мамонтов мог предупредить всех, что его опасения подтвердились: Евгений в больнице. Но он не нашел контактов родителей Егорова. Это не удивительно: кудрявый никогда о них не говорил. Зато Женя упоминал свою девушку. Однако и ее не удалось найти. Дома у певца никого не было. Директор группы тоже не смог помочь: у него не было контактов родственников или близких людей голубоглазого. Никакой информации. Егоров был сам по себе, без поддержки родных. Хотя группа надеялась, что они объявятся, узнав, что их близкий попал в больницу после теракта. К слову, о теракте. Участники рок-оперы сдержали свое обещание, навеянное им под страхом смерти, и ни слова не сказали о том, что там была еще целая группа людей. То была перестрелка сугубо между зрителями «Орфея». Они-то и загнали их всех в то подсобное помещение, чтобы не было напрасных жертв. Именно эти люди и травмировали Женю, который не стал ни с чем спорить. Пусть сами говорят. А ему мало ли что показалось в суматохе перед падением. Голуби сказали, что это были не они, и никто не вешал им этого. А надежда Ильи увидеть родственников певца оказалась пустой и бесполезной. К нему в больницу приходили только те лица, которых он уже знал. Ни одного нового знакомства, будто у Егорова не было прошлого. Он был словно призраком, пришедшим из ниоткуда, чтобы слепить себя заново. Подозрения Мамонтова от этого только росли, как на дрожжах. Травма Евгения не самая серьезная на фоне того, что его могли расстрелять на месте, просто приняв не за того. Вряд ли каждый знал в лицо всех участников оперы. Хотя... костюм говорил сам за себя. В общем, этот вопрос был спорный, но настораживающий. Еще одним пунктом в списке подозрений являлось как раз отсутствие каких-либо связей вне музыки. Ни родственников, ни друзей. Даже в реальности девушки у Евгения басист начал сомневаться. Кудрявый был слишком одинок для такого общительного человека, будто ему некогда знакомиться. И, к собственному удивлению, Илью насторожил еще также тот факт, что певец готов был умереть на сцене по воле какого-то жестокого человека. Да, может, это и хорошо, что в нем столько уверенности в правильности дела. Но это уже больше походило на абсурдный фанатизм. Будто кудрявый совершенно не боялся смерти. А как же пожить ради расцвета рока? Подозрения вызывала также и травма. Откуда она взялась? Что там произошло? Почему вокалист ничего не говорит толкового о том, что там было? Ну, а последним пунктом в этом списке у него значилось время, за которое Евгения нашли. Это слишком долго. Будто он успел еще что-то сделать перед тем, как ему травмировали голову. Ну не мог Егоров заползти куда-то настолько, чтобы его больше часа целенаправленно искали. Если верить словам Жени, то он врезался в какую-то заточенную балку минут через семь-восемь после того, как мужчина разошелся с основной группой. Но тогда почему его оттащили в подсобное помещение только перед уходом? Ведь у Голубей однозначно не было в планах убивать одного из вокалистов постановки. Было бы логичнее, если бы они сразу оттащили его. С другой стороны, Евгений мог запутаться во времени. К тому же, он не сказал, когда точно ему досталось по голове. По сути, мужчина вообще сказал, что это было возле двери без какой-либо привязки ко времени. Просто было и было. Но тогда тоже была одна нелогичность - все коридоры прямые и тянутся будто бы бесконечно. Там нет таких балок, которые могут причинить такой вред здоровью. Куда он залез перед этим? Если только Егоров не решил скрыться за одной из дверей сразу после того, как услышал, что его друзей взяли в заложники. Но опять же. Неужели у певца хватило смелости выбраться из своего убежища, даже не зная, что творится за дверью? Может, именно в тот выход выходили раненные или уносились убитые?  Говорить ведь необязательно постоянно. Можно и затаиться. Он мог чего-то не услышать. Одним словом, расхождений в рассказе Евгения с действительностью было слишком много. Либо Егоров что-то недоговаривал, либо он, действительно, успел что-то сделать перед ударом. Любопытство еще больше охватило разум Ильи. Он целиком и полностью погрузился в свои исследования и поиски. Ему жизненно важно было докопаться до истины. Разгадать эту загадку. Ведь даже до конца неясно, почему именно на этом представлении было решено устроить эти криминальные разборки. Других мюзиклов, опер, рок-опер и прочего было нескончаемое множество. Если только на сцене или среди персонала не был свой человек, который мог все контролировать. И пока, к великому сожалению и отрицанию, таким человеком являлся сам Евгений Егоров, как самый подозрительный из всех. Хоть Мамонтов и понимал, что этот человек мог сидеть и с ним в одном подсобном помещении, чтобы отвести от себя подозрения, а с кудрявым певцом, действительно, случилось стечение обстоятельств не в его пользу. Но пока Илья считал собственного друга первым претендентом на того самого, кто должен был все контролировать и подстроить все так, чтобы именно на этом мероприятии собрались все криминальные личности. Ему не хотелось, но все указывало на это. Басисту предстояло все узнать. Докопаться до истины. Пути назад больше нет.