19. Арктический
19 октября 2025 г., 16:13
Русская бесит. И вроде бы не огрызается, как испаночка Коллинз, но её скользкие отмазки и стервозная ухмылка — как будто он, Бивер Бейкер, какой-то имбецил — порой злят сильнее, чем тупой сарказм Коллинз. Она как змея: молча ускользает от любых разговоров,а в глазах всегда лёд как в долбаной Арктике. “Впрочем, она же из России, может, как раз недалеко жила?" — Бивер спрашивает. Изучающая чертежи вентиляционных систем Кира не реагирует, будто его не существует.
— Мы подключим насосы здесь и здесь. Скорость распространения газа…
Наёмники внимательно слушают. Бивер тоже: чтобы ненароком не попасть под раздачу, когда сослуживцев начнут мочить как слепых котят. Его не тронут: кто-то ведь должен впустить Группу в командный центр.
“Выскочка хотя бы понимает, что им без меня никуда? Если я не открою дверь, весь план полетит коту под хвост, так что можно и поучтивее!" — Бивер бросает на Киру долгий красноречивый взгляд.
— Тебе точно надо расслабиться. Потом, когда всё начнётся, будет не до того, понимаешь ли.
Она даже не смотрит, хотя, с работой закончила. Крякнув, Бивер поднимается с деревянной скамейки и приближается к ищущей что-то в карманах Кире. Он чувствует исходящий от неё запах машинного масла, химии для мытья сантехники, каких-то тряпок. Тянет руку, чтобы коснуться одной из двух светлых косичек, но Кира разрывает дистанцию — легко и естественно, и этой своей идеальностью злит ещё сильнее.
“На рожу страшна, а ведёт себя как королева! — Бивер сказал бы это вслух, да только после он-уже-сам-не-помнит-скольких месяцев на SBX-1 к лицу Киры особых претензий нет, как и интереса. — Босс и тот посговорчивее кажется, и уж явно симпатичнее… хотя нет, всё не настолько плохо, чтобы я о боссе мечтал!!!”
Забредший мыслями куда-то не туда Бивер осекается.
— Николай, проверь сварочный аппарат. Мне нужно, чтобы эта рухлядь работала, на случай, если что-то пойдёт не так.
“То есть, если я облажаюсь и не открою дверь — вот на что ты намекаешь? Вот так вот, при мне?!"
— Всё будет чики-пуки, дамочка. Я же с вами, — на яд Киры Бивер отвечает своим. И ноль эмоций.
— Сварка, Николай. И надеюсь, каждый помнит свою исходную позицию, иначе…
Её голос тихий, едва слышный, но до чего же менторский! Без слухового аппарата и пачки амфетаминов,чтобы не уснуть, слушать бубнёж Киры невозможно.
“Босс говорит куда чётче. Кому-то не мешает поучиться работать ротиком, — отмечает для себя Бивер: мысленно, разумеется, он же ещё хочет жить, — но хватит думать о боссе!”
А Кира продолжает нудеть. Но Бивер не так прост. Дожидаясь, когда наёмники обсудят свои планы, он пятится к массивной железной двери, за которой ходят ничего не подозревающие часовые. А по эту сторону — он. Николай с Иваном не интересны, поэтому уходят без вопросов, а вот Кире Бивер дорогу преграждает. Стоит прямо перед ней. Смотрит в ледяные глаза. Ухмыляется, ведь игнорировать больше не получится.
— Слушай, детка, я же пальцем тебя не трогаю. Хочу только погово… ааааааа!!!
Бивер визжит — громко, фальцетом. Резкая боль в паху, от которой стемнело в глазах, выдавливает из его глотки омерзительные звуки, а в башке под аккомпанемент из визгов голосит единственная мысль. Лучше бы Кира его не заметила!!!
