Повернуться лицом к музыке

Леонтина устроилась на крыше, прислонилась спиной к дымоходу и стала смотреть на свой родной город. В воздухе витал дым от соседского костра, смешиваясь с запахом осени. Вдалеке ухала сова. Звезды и полумесяц луны заливали крышу серебристым светом. Ночи становились все прохладнее, поэтому Лео была рада, что черепица под ней была все еще теплой от дневного солнца. Она обхватила колени руками и вздохнула. Боже, как же она будет скучать по этому. Но больше всего она будет скучать по Холли. «Можно подумать, что я собираюсь отправиться в годичное концертное турне, а не просто на три жалких концерта». Когда в прошлом году она уволила своего менеджера и основала собственный лейбл звукозаписи, она решила, что больше не поедет в мировые турне. Она хотела жить, а не только строить карьеру. Следующая неделя покажет, сможет ли она получить и то и другое. Лео потерла уставшие глаза. Прошлой ночью она почти не спала и подозревала, что сегодня ей удастся поспать еще меньше, поскольку завтра утром она уезжает в Нью-Йорк. Дважды она просыпалась от ночных кошмаров, в которых ее освистывали поклонники, когда она исполняла песни из своего нового альбома. "Чушь собачья. Им понравятся новые песни". — Холли говорила ей об этом тысячу раз, и первые отзывы были ободряющими. Но даже это не помогало успокоить ее нервы. Возможно, потому, что «Идеальный ритм» был для нее очень личным альбомом. Каждая песня была пропитана ее собственными эмоциями — скорбью по отцу и тому факту, что они никогда не были близки, влюбленностью и тем, что она наконец нашла свое место. Что-то зашуршало по черепице, и Лео почему-то не удивилась, увидев, как Холли появляется из-за дымохода. Она следила за каждым движением Холли, пока та, осторожно балансируя, добиралась до того места, где сидела Лео. Даже в своей рабочей медицинской униформе она была усладой для глаз. Лео впитывала каждую мелочь: соблазнительную фигуру Холли, ее слегка растрепанные короткие каштановые волосы, ямочки на ее щеках, когда она улыбнулась Лео. В правой руке она держала какой-то бумажный пакет, но в почти полной темноте Лео не могла разглядеть логотип. Холли устроилась рядом с ней, спиной к дымоходу, и сразу же прижалась к ней. — Привет, — тихо сказала она, словно не желая нарушать умиротворяющую атмосферу. — Привет. — Лео провела кончиками пальцев по нежным щекам Холли, а затем наклонилась, чтобы поцеловать ее, воссоединяясь после почти целого дня разлуки. Холли обняла ее одной рукой и поцеловала в ответ. Какое-то время казалось, что больше ничего не существует, только они двое, слившиеся в идеальном поцелуе под звездами. Холли была теплой и мягкой, с легким привкусом шоколада и корицы. Не было никаких сомнений в том, с кем она целуется — с Лео, а не с ее образом поп-звезды. Точно так же было, когда они впервые поцеловались на этом самом месте. Трудно поверить, что это было больше года назад. Когда поцелуй закончился, Холли положила голову на плечо Лео и обняла ее одной рукой за талию. Она удовлетворенно вздохнула, и Лео повторила ее вздох. — Я принесла ужин, — сказала Холли через некоторое время. Она подняла бумажный пакет. Теперь, при ближайшем рассмотрении, Лео смогла разглядеть логотип их любимой пекарни. — Ооо. Булочки с абрикосово-апельсиновым кремом? — Что же еще? Саша испекла их специально для тебя после того, как закрыла пекарню. В машине есть еще, чтобы ты могла взять их с собой завтра. Лео в спешке разорвала пакет, чтобы достать угощение. Булочки были еще теплыми. Она оторвала кусочек и угостила им Холли, прежде чем откусить самой. Казалось, она тает у нее во рту. Боже, этого ей тоже будет не хватать. В течение четырнадцати лет она изо всех сил старалась держаться подальше от своего родного города, но с тех пор, как встретила Холли, она продолжала открывать для себя то, что ей нравилось в Фэйр-Оукс. Они съели две булочки и поцеловались. — Как ты узнала, где меня найти? — спросила Лео, когда с булочками было покончено. — Это было нетрудно. В конце концов, это твое любимое место — место, где тебе хорошо. Лео скомкала пустой бумажный пакет и сунула его в карман джинсов. — Раньше это было так, но теперь у меня есть другое. Холли подняла голову с плеча Лео. Между ее бровями пролегла очаровательная морщинка. — Правда? — Ага. — Лео указала на руку, которой Холли обнимала ее. — Прямо здесь, в твоих объятиях. — Так сентиментально, — сказала Холли, но не смогла скрыть широкой улыбки и счастливого блеска в голубых глазах. Лео пожала плечами и улыбнулась в ответ. — Возможно. Но с другой стороны, я зарабатываю на жизнь сочинением песен о любви, так что мне позволено быть немного сентиментальной. — Ну, я, конечно, не возражаю, если эта сентиментальность адресована мне. Лео склонила голову набок и вгляделась в знакомые черты лица. Холли тоже нервничала из-за предстоящих концертов или была другая причина? Неужели в глубине души она все еще думала, что Лео предпочтет серию горячих интрижек на одну ночь с поклонницами, а не отношения с ней? — А кому еще она может быть адресована? — Она коснулась носа Холли своим. — Ты же знаешь, что для меня есть только ты? Даже в тусклом свете она увидела, как светлое лицо Холли покраснело от смущения. — Ведь знаешь? — повторила Лео, когда Холли не ответила сразу. Холли подняла голову и посмотрела ей в глаза. — Да, знаю. Это просто старая неуверенность. Не обращай внимания. — Почему? — Лео снова поцеловала ее и немного отодвинулась, чтобы посмотреть Холли в глаза. — Время от времени давать концерты — часть моей работы, но вечеринки на всю ночь, сексуальные костюмы и фанатки, бросающие лифчики… это не мое. Если бы это зависело только от меня, я бы предпочла остаться здесь, с тобой. — Я знаю. — На этот раз в голосе Холли не было и следа неуверенности. Она взяла Лео за руку и провела большим пальцем по линии жизни, а затем по линии сердца. — Ты нервничаешь? Со всеми остальными Лео бы это отрицала, но с Холли не было смысла притворяться или надевать маску поп-звезды. — Немного. Я не была на сцене больше года. — Ты играла в баре на дне рождения Саши. Лео фыркнула. — Это было перед аудиторией в две дюжины человек. Это не сравнить с Мэдисон-сквер-Гарден или Юнайтед-центром. Холли успокаивающе погладила ее по руке, а затем поднесла ее ко рту и поцеловала мозоли от игры на гитаре, одну за одной. По телу Лео пробежала дрожь, заставив ее забыть о нервозности. — Не волнуйся, — сказала Холли. — Держу пари, это все равно, что ездить на велосипеде. Тот, кто дал столько концертов, как ты, не забудет, как это делается. — Наверное ты права. К тому же, когда-нибудь мне пришлось бы встретиться с этим, верно? — Она невольно улыбнулась собственному выбору слов. — В прямом смысле слова. — Да. Но тебе необязательно делать это в одиночку. Лео переплела их пальцы. В лунном свете она уже не могла различить, какие из них принадлежали Холли, а какие ей. — Я знаю. Будет здорово видеть тебя в первом ряду в Чикаго, вместе с Мэг и Джо. — Жаль, что ни Холли, ни их друзья не смогут присутствовать на двух других концертах и присоединятся к ней только на третьем. Холли покачала головой. — Не только в Чикаго. Я буду и в Нью-Йорке и Бостоне. — Что? — Лео уставилась на нее, разинув рот. — Но… но… ты же говорила, что тебе нужно работать. — Да, но потом я просила одну из своих коллег присмотреть за моими пациентами в течении недели, так что теперь я вся твоя. Лео с приглушенным криком обняла ее, чуть не сбросив их обоих с крыши. — Ого! Осторожнее. — Холли рассмеялась, и ее глаза радостно заблестели. — Не дай нам упасть. — Слишком поздно, — прошептала Лео. Она влюбилась в Холли в ту ночь, когда впервые привела ее в свое тайное место на крыше. Когда их губы встретились, Лео поняла, что она готова встретить лицом к лицу все, что принесет следующая неделя.