Записки Октября | Writober 2025

Она верила в чудеса с того самого дня, как научилась загадывать желания. С тех самых пор, когда Золушка поведала истину о том, что нужно верить и всё, что пожелает сердце, обязательно случится. С того самого момента, когда мама ей сказала, что если угадать, на какой щеке ресничка, то можно загадать желание. Семь свечей на торте, первая упавшая звезда, первый пушистый одуванчик — её тихий шёпот всегда был одним и тем же: «Я хочу попасть в волшебный мир». В двенадцать лет, задувая свечи, она ждала, что комната наполнится сказочным светом. В пятнадцать, увидев падающую звезду, всматривалась в ночное небо в ожидании летящего к ней дракона. Но комната оставалась комнатой, а звёзды отвечали безразличным молчанием. Чуда не происходило. Годы шли. Взрослая жизнь оказалась рутиной, отчётами, прагматичными решениями и постоянными сомнениями, свернула ли она в правильном направлении. Она выбросила старые дневники с наивными рисунками и похоронила веру в сказки где-то очень глубоко. Однажды весенним днём, возвращаясь с работы, она шла через давно забытый пустырь, где среди сочной зеленой травы увидела его. Одинокий, почти идеальный одуванчик, шарик из сотен белых парашютиков. Она улыбнулась с горькой ностальгией. «Почему бы и нет? — подумалось ей, — ничего ведь не потеряю». Она наклонилась, сорвала хрупкий стебелёк и поднесла его к губам. Заветные слова упали с уст на пышные зонтики, слегка шелохнувшись под тяжестью её дыхания. Она почти засмеялась над собственной серьёзностью, но подавила порыв, отнесясь к ритуалу более ответственно. Белые зонтики отправились в свободный полет, ослепительные на фоне заходящего солнца. На секунду ей показалось, что они сверкают чуть ярче, чем должны. Проследив за ними взглядом, выбросила голый стебель в сторону и пошла дальше, к своему дому, к своим взрослым делам. Она не обернулась. Поэтому не увидела, как последний из белых парашютиков, подхваченный внезапным порывом ветра, не полетел к земле, а растворился в воздухе, оставив после себя лишь слабую, переливающуюся дымку. И уж точно она не слышала тихого, как серебряный колокольчик, смешка. Смешка, который звал её следом. Который звал её домой, к мечте.