Любовная хандра

• ────── 🍁 ────── •

      Осень начиналась привычно незаметно.       Август прощался до боли медленно, растворяясь в сентябре своей ещё пока что зелёной листвой. Деревья полные летней силы не стремились перекрашиваться, как по щелчку пальцев, внезапно в ярко-якро рыжий. От этого возникало тёплое ощущение томительного ожидания. Словно тебе пообещали самый лучший подарок в жизни, но будет он явно не скоро, поэтому ты терпишь…       И ждёшь, пока этот злополучный некто не принесёт обещанное. Ждёшь, когда же вновь придёт потерянное в ворохе забот лето. — Жизнь всегда проходит в ожидании лета, Аме, — посмеивался Канада каждый раз, когда Штаты хмурился и фыркал на очередную смену сезона.       Вообще Америка искренне ненавидел межсезонья. Ему никогда не удавалось урвать хоть частичку радостного от всех этих сумасшедших дней. Осенью — особенно в сентябре — он часто страдал хандрой и не мог настроиться на рабочий лад после летнего отпуска.       А весной — преимущественно март и апрель — он страдал от того, что грязи по колено, луж по колено и вообще дел по колено, а до отпуска ещё плыть и плыть через лужи и документы. По крайней мере, так проходил у него вот уж пятый год после того, как он устроился на новое рабочее место.       Раньше США работал то официантом, то грузчиком, то менеджером, то журналистом, то продажником…       Словом, постоянство ему только снилось.       Хотя нет! Постоянство у него в какой-то степени всегда имелось. А именно — вечные осенне-весенние страдания. — Я и не ожидал, что осень отменят по моему заказу, — бурчал себе под нос парень каждый раз, но всё равно хмурился и будто бы даже обижался на чертовку природу.       Ему было искренне непонятно, почему бы не перевести его на удалённую работу, если по идее начальство позволяло данную практику! Вон, Новая Зеландия уже месяц не выходила в офис, а всё из дома да из дома. И хоть бы хны! Зато как речь заходила про бедного Аме, так сразу едва ли не выговор…       Хотя возможно, что огромную роль играл факт разности в их должностях. Всё же Америка был главным бухгалтером, а Новая Зеландия лишь главной в отделе маркетинга по привлечению клиентов. И всё же… — И всё же это корёжит… — тихонько поскуливал США почти что каждый божий день. — Перестань так заморачиваться и начни принимать осень во всей её красе, — Кан выглядел до ослепления счастливым. Но то и понятно! Осень — его любимое время года! — Приготовил бы себе глинтвейн, прогулялся разок под дождём с зонтом и уже как новенький был бы. В конце концов, у природы нет плохой погоды!       Штаты только смотрел на него, как на самого искреннего дебила всей их компании. — Да, ага, а скажи мне на милость, — приторным и безмерно фальшивым тоном начали ему в ответ, — а кто мне, блять, больничный оплатит? Я от обычного сквозняка неделю хожу с кашлем и соплями!       На это у Канады нашлось только одно: — Одевайся теплее, Аме, — и пожал плечами с таким видом, будто это само собой разумеющееся.       Хотя это безусловно было понятно с самого начала. Просто сам Америка отказывался принимать такую правду, ведь теплее него одеваются только сумасшедшие. Он и так закутывается каждый раз в шарф и жмётся изо всех сил в свою ветровку, однако та всё никак не стремится согреть на промозглом сентябрьском ветру…       Хотя и шарф был тонкий, да и ветровка на то и ветровка, что ждать от неё волшебства незачем.       Поэтому приходилось каждый раз мириться с бренностью бытия и топать домой с хмурым настроением. Радовало только солнышко, выглядывающее попеременно из-за туч. Пусть и грело оно только своим видом.

• ────── 🍁 ────── •

      Америка и Канада были в относительно дружественных отношениях. Может, и не самые лучшие, но преданные и верные на максимум.       Канадец никогда не жаловался на временами ужасный характер своего друга. Иногда он не показывал и половины эмоций обычного среднестатистического человека, постоянно пребывая в умиротворённом и спокойном состоянии, будто бы что-то употреблял. Словно вся эта беготня и прочие мелочи бытия его не касаются. Вдобавок ко всему он предпочитал нейтралитет и мирное решение для любого конфликта.       А это бесило некоторых людей в его окружении. Но если быть точнее, то больше всех его не понимал США.       Аме же был практически его полной противоположностью. Он горел изнутри вулканом эмоций, которые раз за разом проявляли себя не менее ярко, чем в предыдущий. Смеялся от души и злился от души. Жил Штаты на широкую ногу во всём, тем самым проявляя наиболее выгодно свою эпатажную натуру с голливудской улыбкой.       Однако портило всю эту картину его же собственный сварливый характер, который редко выползал наружу при незнакомцах. Только избранные знали, как иногда Америка хочет проехаться кулаком по некоторым людям.       Познакомились они тоже весьма спонтанно.       Просто однажды, когда Аме был ещё совсем зелёным и постепенно вливался в коллектив, ему никак не удавалось наладить отношения с коллегами. Его либо просто игнорировали, либо прямым текстом посылали подальше, чтобы не мелькал перед глазами. Конечно же такое отношение его задевало. Причём весьма ощутимо.       С детства окружённый вниманием и толпами друзей повзрослевший США понял, что, увы, взрослых друзей надо впечатлять горой выполненных в срок дел и солидной зарплатой. И вовсе не найденными в заднице мира ответами к зачёту по какой-нибудь истории мирового искусства.       В общем, ебала его эта взрослая жизнь не по-детски.       И пусть он себе повторял заветную мантру «если жизнь тебя ебёт, значит — у неё встаёт. Значит ты ей нравишься, хули тогда паришься?», но даже она его не всегда выручала в тяжёлые дни. Когда денег не было даже на самую обычную лапшу быстрого приготовления и приходилось питаться водой из куллера в офисе; когда платить за арендованную квартиру было нечем, и он был на грани того, чтобы расплатиться натурой; когда с очередными холодами рвалась куртка, а на новую денег ближайший месяц было не выкроить; когда вечно стоял вопрос «брать или не брать»…       Это сейчас жизнь более менее наладилась, а вот в те времена всё было невыносимо тяжело.       И именно в тот момент выпал ему этот глупый бойкот от коллег.       Так что уже к концу третьего месяца работы Америка окончательно отчаялся найти знакомых, а батрачить за копейки устал настолько, что исписал несколько листов с заявлением по собственному свалить нахуй и этой глупой конторы. Но ни одно так и не отнёс… Просто он искренне верил, что рано или поздно чёрная полоса прервётся и всё будет хорошо.       И хорошо стало.       В один прекрасный день чудо в лице Канады умостилось напротив него во время обеденного перерыва. — Тут ведь не занято? — Спросил канадец, преспокойно тыкая взглядом в сторону пустующего стульчика.       Места вокруг и вправду были заняты, ибо их начальство проводило важное совещание, поэтому съехались все главные работники из других филлиалов, которых по стране раскидано ого-го сколько. Так что кафетерий вполне можно без зазрения совести назвать очень тесной банкой, а всех присутствующих килькой в этой самой банке. Толкучка, крики, разговоры... Вон, кого-то даже топчут. Ан-нет, уже подняли и отряхивают, как дитё малое.       И тем не менее... Кто-то обратил на США внимание! Америка от такого счастья просветлел, ведь буквально секунду назад убивался по несправедливости этого мира. — Да… Да, конечно, садись! — А потом едва не ударил себя, поправляясь, — то есть, садитесь.       Широкий и плечистый Канада был просто рестлером на фоне щуплого Аме. Хотя Штаты мог наоборот похвастаться своим атлетически сложенным телом. Пускай и не силач, но ногами отпиздит при надобности будь здоров! — Да ладно уж. Я ведь младше тебя на несколько лет наоборот, — от этих слов Америка едва не выплюнул клюквенный морс. Пришлось срочно прикладывать к ноздрям салфетку, ибо жидкость всеми силами просилась наружу. — Кх-кхе… Младше?.. — Переспросил спустя какое-то время американец, не веря в услышанное до конца. В горле и носу неприятно першило и щипало. Но что уже поделаешь? — Германия говорил, что тебе двадцать шесть недавно исполнилось… — Задумчиво пробормотал Кан, копаясь вилкой в салате без явного интереса. — Мне вот только два месяца назад исполнилось двадцать четыре.       Кто бы сказал Америке с самого начала о таком удивительном факте, он бы не поверил, а скорее покрутил пальцем у виска. — Что ж… — Аме поднял стакан с остатками морса и улыбнулся своей фирменной улыбкой, — тогда будем знакомы. Соединённые Штаты Америки, двадцать шесть лет! Работник отдела бухгалтерии.       Какое-то время Канада удивлённо хлопал глазами на такую прыткость, однако после усмехнулся и поддержал идею нового знакомства. — Канада, двадцать четыре года, заместитель заведующего отдела по юридическим вопросам. Рад знакомству!       После слов канадца Америка снова стал быстро шарить рукой в поисках салфетки под беззаботный смешок со стороны нового знакомого.       «И как вы только в таком раннем возрасте всего этого добиваетесь?!» — бурчал под нос Америка весь оставшийся день, едва не плача.

• ────── 🍁 ────── •

      Вообще в их компании «Nest», которая занималась продажей недвижимости, отделов было немного, поэтому запомнить каждого не составляло труда. Всего отделов было семь: отдел продаж, отдел кадров, юридический отдел, бухгалтерский, отдел маркетинга, административный и IT-отдел.       К примеру, торгашом — или заведующим отдела продаж — был Китай. Он сам пробивался на это место упорством и трудом. В отделе кадров главным был тихий и скромный ФРГ. Для многих такой выбор казался непонятным, пока его не видели в деле; зашуганный мальчик превращался прямо на глазах в какого-то тирана-диктатора, ведущего допрос. Если работник проходил этап собеседования с Германией в закрытом помещении один на один дольше получаса, то это была победа.       Канада же был главным в юридическом отделе, хотя со стороны и вовсе больше походил на обычного просточка. И тем не менее, многие знали, что он акула своего дела, ибо составить ему конкуренцию — дело не из лёгких.       Америка же, начиная с обычного работника, поднялся до верхушки своего отдела бухгалтерии, как и Китай, трудом, кровью и потом. Новая Зеландия занималась всецело отделом маркетинга, каждый месяц прыгая выше своей головы, за что её и ценило начальство.       Было ещё два отдела: административный и IT. За технический своей головой отвечал Япония, постоянно спасая со своими ребятами остальных от невыносимо вредного экселя или просто компьютеров, которые неожиданно ломались. В общем, ему работы хватало не меньше, чем остальным.       А вот административный отдел постоянно пестрил блёстками и игрушками у работников, ибо Юкей, или Южная Корея, очень любил, когда всё выглядит максимально красиво и мило. Как его взяли на работу, никто не знал, но все просто соглашались, что уж лучше пусть этот ураган будет с ними, а не против них.       И хоть компания у них не маленькая, а очень даже большая, для каждого она уже давно стала вторым домом, ведь только у Юки и ФРГ были братья.