Dying Light - Перебежчик

Крейна отпустило от увиденного только тогда, когда к месту потасовки стали стягиваться толпы кусак, вынудив его прийти в себя, вспомнить в каких условиях он находится, и рвануть к ближайшей вышке, откуда лился ультрафиолетовый свет. Забравшись на самую вершину, по пути разбив череп нескольким кусакам, Крейн пытался осмыслить увиденное. Кайл даже не пытался не шуметь, ибо понимал, что всех Прыгунов в ближайшей округе Перебежчик только-что "утилизировал". Однако тот факт, что монстр не стал атаковать Крейна, даже после того как тот открыто атаковал его, Кайла очень сильно заинтересовал... Оливия говорила, что барон использовал ДНК Крейна, чтобы усиливать Химер. И над Перебежчиком он тоже успел поэкспериментировать, используя ДНК Крейна. Это факт. Почему-то Крейн зацепился за эту мысль и она, как навязчивая идея, не торопилась покидать голову Кайла, разрастаясь внутри неё, как вирус. Но в одном Крейн был уверен на все сто процентов: Эту тварь нужно убить. И чем быстрее - тем лучше. Пока ночь была еще ранней, Крейн достал рацию и уже хотел связаться с Оливией, чтобы доложить о неудаче, однако в последний момент передумал. Настроив рацию на частоту Карима, Крейн вызвал друга на связь: — Карим. Это Крейн, ты на связи? — Слышу тебя, Крейн. Живой еще, чертяка? — отозвался Карим. — Пока живой. — ответил Крейн и без лишних слов перешёл к делу, — Мне нужно поговорить с Макаровым. — Это еще зачем? — став серьёзным, уточнил Карим. — В долине появилась большая проблема, в буквальном смысле. И она связана с Бароном и мной лично. — пояснил Крейн, — Мне нужно узнать у твоего старшего, как эту самую проблему устранить. — Хм, ну хорошо. Секунду... — поняв, что дело в самом деле серьёзное и связанное с Бароном, Карим на секунду отключился, перенастраивая канал связи на личную рацию своего старшего. — Кайл Крейн. Чем обязан такой чести? — раздался в рации голос с русским акцентом. — У меня проблемы с твоим земляком, товарищ. — начал Крейн, саркастично используя термин "товарищ". — С каким "моим земляком"? — потребовал пояснения командир Дезертиров. — Ну... Высокий, белая шкура, четыре глаза, на голове костяная корона. И страшный, как моя жизнь. А, и еще любит жрать Прыгунов. Не узнаешь? — описав Перебежчика своими словами, пояснил Крейн. — "Берёзник". Ясно... — отозвался Макаров, поняв о чём и о ком идет речь, — Два вопроса: Какого чёрта тут делает один из Берёзников, так далеко от России, и как ты, чёрт подери, еще живой после встречи с ним на открытой местности? Услышав слова Макарова, Крейн понял, что этот русский явно знаком с Перебежчиком, или с его ответвлённым родом Прыгунов, которых в России называют "Берёзниками". Стало быть, он может дать какой-нибудь дельный совет. Во всяком случае, Крейн на это надеялся... — Его сюда притащил Барон. На свободе он не более суток. — ответил на первый вопрос Макарова Крейн, — Этот сукин сын экспериментировал на этой твари в своей лаборатории, и я должен его убить. У вас, в России, с ними как-то справлялись? — Спешу тебя огорчить, Крейн, но убить его в открытом бою, один на один, ты не сможешь. — начал говорить Макаров и от этих слов у Крейна на душе стало весьма паршиво, — Шкура и мышцы Берёзника способны остановить винтовочную пулю, а его кости - почти-что как титан. А чтобы восстановиться, он просто заглотит в себя любое зараженное мясо, обычного кусаку или Прыгуна, и его тело восстановится за считанные минуты. — Но как-то же его можно убить! — возмутился Крейн. — Можно. — спокойно отозвался Макаров, — Если найти его днём, спящим на открытой местности и сунуть в рот пуд взрывчатки. Или выстрелить в него из танкового орудия, в упор. — Взрывчатка, допустим, есть... — стал рассуждать Крейн, стараясь добыть как можно больше информации, — Но как найти эту тварь? — Разве что случайно. — ответил Макаров, — Берёзники не прячутся в логовах, они спят днём прямо под небом так же, как и обычные Прыгуны под землёй. — Я ни за что не поверю, что даже у такого поведения Перебеж... Кхм, Берёзника, нет какой-то системы. — настоял на своём Крейн. — Хм... — задумался Макаров, после чего сообщил, — Из тех Берёзников, что находил я лично, все засыпали на возвышенностях. Слышал когда-нибудь про "Останкинскую башню"? — Бывал там по молодости. — честно ответил Крейн. — Так вот, я лично находил там троих Берёзников, спавших в лучах солнца. Так что если ты всерьёз намерен убить "моего земляка", я бы советовал запастись взрывчаткой и искать его днём, пока он спит, где-то на возвышенностях. — закончил Макаров. — Понял. Спасибо за помощь. — поблагодарил за подсказку Крейн и уже хотел отключиться, как вдруг Макаров остановил его неожиданным вопросом: — Погоди Крейн. Дай-ка теперь я спрошу... — как-то странно заговорил с той стороны русский, — Откуда ты узнал про Берёзника? Ты сказал, что он - эксперимент Барона, и что он на воле не более суток. Откуда такая информация? — Я работаю с... — осёкся Крейн, но сразу взял ситуацию под контроль, — ...с человеком, ранее работавшим на Барона. Этот человек помог мне сбежать и я ему доверяю. Благодаря ему я уже убил троих Химер, троих монстров, которых Барон создал. — Кто-то из наших? Этот человек из "Дезертиров"? — Макаров явно всерьёз заинтересовался словами Крейна. — Не думаю. — помотал головой Крейн. Макаров молчал. Но он ощущал, что с той стороны нарастает напряжение. — Что-то не так? — на всякий случай спросил Кайл, но и тут он сразу ответа не дождался. — Ты уверен в этом человеке, Крейн? — спустя более минуты молчания спросил у Крейна Макаров. И тут уже пришел черёд Крейна замолчать, задумавшись над этим вопросом. И Крейн, словно только сейчас задумался над тем, с кем работает. Выстраивая всю цепочку работы с Оливией, с самого начала, Крейну в душу проползла склизкая, мерзкая и настойчивая змея беспокойства. Оливия помогла Крейну сбежать от Барона. Потом, она мотивировала его охотиться на Химер, сыграв на жажде мести Крейна. Каждый раз, безошибочно, она наводит Крейна на Химер и настаивает на введении геномостимуляторов, мотивируя это тем, что это сделает Крейна сильнее. Но ведь... Химеры - это создания Барона. Барон создал их, используя ДНК Крейна. И он выпустил Химер, на которых охотится Крейн, именно тогда, когда Крейн сбежал? Кайл сразу же вырвал все эти мысли на корню, пока они не привели его к более навязчивым вопросам. Только вот поздно. Макаров посеял семя, из которого эти мысли прорастают раз за разом... — Что-то не так? — вернул Макаров фразу Крейна, когда молчание со стороны самого крейна стало затягиваться. — Да, я уверен в этом человеке. — ответил Крейн, но Макаров уже понял, что эти слова - ложь. Особенно, после длительного молчания. — Будешь рядом с нами - заскочи. Поболтаем. — словно забыв о том, о чём шла речь секунду назад, вдруг предложил Макаров, — Мы собираемся известить Барона о своём присутствии. У него есть склад у подножия замка, Карим предложил его обчистить. Если ты в деле, берём в долю. — Хотите обнести закрома Барона? Хе, да за такое и бесплатно поработать не откажусь! — смена темы с мрачной, на более интересную, немного отвлекла Крейна и перспектива выпустить пар на людей Барона, вдовесок обчистив его карман, была ему очень по вкусу. — Чтобы капиталист работал "бесплатно"? Вот уж точно, для такого должен был наступить конец света... — заразившись сарказмом Крейна, сказал Макаров. — А большевики всё так же, идут на убой ради великой цели. — пошутил в ответ Крейн. — Тьфу! — сплюнул в рацию Макаров.

***

И всё таки, Крейн крепко призадумался. Вопрос: "А доверяю ли я Оливии?", отпечатался в голове Кайла раскалённым клеймом. Вдобавок, масла в огонь сомнений подливало и то, что отец Оливии, по словам самой девушки, всё еще в руках Барона. А у этого ублюдка хватит подлости, коварства и расчёта, чтобы использовать отца оливии как рычаг давления на девушку и заставлять работать на него. Логика, знания и личный опыт Крейна, совмещали друг с другом эти детали супротив его чувств и убеждений. А картина, которая вырисовывались перед глазами, шла вразрез с чувствами... Интуиция, здравый смысл, прошлый опыт, говорили о том, что Крейн не доверяет Оливии, и на то есть весомые основания. А вот сердце и душа Крейна... Просто отказывались в это верить. Просто потому, что Оливия - это первый человек, который за 13 лет, проведённые в лаборатории Барона, проявил к нему сочувствие, помог выбраться из плена и стать сильнее. Ну и что, что она хочет использовать Крейна, для побега из Кастор Вудс! Ну и что, что ей нужна его помощь, чтобы освободить отца! Оливия спасла Крейна и он обязан ответить ей взаимностью. — Кайл, приём. Ты там? — как по зову мыслей Крейна, в рации раздался голосок девушки, полный беспокойства. — Да... Да, Оливия, я здесь. — ответил Крейн, подсознательно ощутив, что ему стало легче, когда Оливия вышла на связь. — Ты убил Перебежчика? — поинтересовалась девушка. — Нет. Не получилось. — признался Крейн, — Всё прошло удачно. Я собрал за собой хвост из Прыгунов, выманил Перебежчика, но... Он просто перебил Прыгунов, кого-то даже сожрал прямо у меня на глазах. А потом... Меня обнюхал, фыркнул и удрал. — Слава богу, ты хоть живой. Это главное, верно? — решив подбодрить Крейна, казала Оливия. — С этим трудно спорить. — Кайл... Ты как-будто нервничаешь. — заметив, что голос Крейна больше не такой, каким она привыкла его слышать, насторожилась Оливия, — Ты в порядке? — Да, я в норме, просто... — Крейн откровенно ломался. Он помнил, что значит быть двойным агентом. От воспоминаний о том, как он работал на ВГМ в Харране, становилось тошно. И он представлял, как Оливия сейчас занимает его место. Работает с выжившими, делает полезную работу, а когда никто не видит и не слышит, отчитывается тому, на кого работает на самом деле. — Кайл, не молчи, что с тобой?! — всерьёз напряглась Оливия, когда на её вопрос Крейн ответил молчанием. — Меня кое-что беспокоит. — став стальным, голос Крейна звучал так же, как он в своё время разговаривал с ВГМ, — Оливия, нам нужно будет поговорить. — О чём? — сама Оливия уже зазвучала не напряжённо, а настороженно. — Обо мне. О Бароне. Химерах и... — Крейн шёл напролом и за эти слова он уже стал корить самого себя, однако, судя по настроению Оливии, он давил на правильные точки, — ...и о нашем договоре. — Кайл, я... — заговорила Оливия, но Кайл перебил её. — Мне нужно идти. Поговорим, когда я вернусь в монастырь. Конец связи. — сказав это, Крейн выключил рацию. В этот момент Крейн еще сильнее засомневался. Реакция Оливии... Да, это было не доказательство, но он уже был настроен на серьёзный разговор с Оливией. Вспомнилось предательство со стороны Флоренс... Шерифа. Да, Крейн испытывал к ней злость, однако, её мотивацию можно понять. А вот Оливия... Если она и правда работает на Барона, играя с Крейном как на очередном эксперименте этого мудака, то Крейн не успокоится, пока не услышит её объяснений. Возможно, он зря волнуется. А все эти мысли - лишь его паранойя. Но в этом деле, когда ты был подопытной крысой у человека без моральных ограничений, хладнокровием бездушного тирана и расчётливостью злого гения, паранойя - это последнее на что нужно ссылаться. Особенно, когда столько деталей сложилось в подтверждение опасений.

***

Оливия положила рацию на стол трясущимися руками. Слова Крейна сковали её душу в острые тиски, а в голове от страха противно запищало. Девушка опустилась на стул, сжав голову в руках. Она по настоящему испугалась. Крейн стал догадываться. Или он просто что-то узнал? Ему кто-то что-то сказал? Неважно! Но он выразился предельно откровенно и ясно. Сердце Оливии заколотилось. Неужели он стал догадываться? Тогда весь план Мариуса Фишера под угрозой, как и жизнь её отца! Стоит Крейну хотя-бы допустить мысль о том, что Оливия работает на Барона, то всё рухнет в одночасье! Оливия запаниковала, но пыталась держать себя в руках. Что же делать?! Она не знала... Может быть... Доложить об этом? Оливия застыла. Да, она должна была отчитываться Барону лично, но... Как сказать ему, что Крейн начал что-то подозревать?! Это означало бы одно из двух: Полный провал её задания и смерть её отца. Либо, полную смену плана действий, которые будут еще более суровыми и жёсткими. Но выбора не было. Ради призрачного шанса уберечь отца и получить новые инструкции, Оливия взяла в руки рацию и, настроив соответствующую частоту, включила её. — Доктор Фишер... Это Оливия. — сжав кулаки и не сумев удержать слёз, Оливия связалась с Бароном. — Слышу тебя, Оливия. Тебе есть что сказать? — холодный, неприятный и требовательный тон Фишера врезался в сознание Оливии как когти Прыгуна в плоть. — Крейн... Мне кажется, он стал что-то подозревать. — сообщила Оливия, ожидая холодного и жестокого ответа, — У него... У него уже появились ко мне вопросы. — Ты начинаешь меня разочаровывать, Оливия. — отозвался Барон, явно ожидавший подобного поворота событий, — Я дал тебе идеальную легенду и мотивацию, но ты всё равно не смогла удержать его доверия достаточно долго? — Что мне делать, доктор Фишер?... — желая поскорее закончить этот диалог, поторопила Оливия Барона. — Раз ты не смогла удержать Крейна с помощью своего интеллекта, воспользуйся своим обаянием. — приказал Барон, от чего у Оливии похолодели руки, — Крейн - животное, которым движут инстинкты. Так и используй его звериную натуру, чтобы удержать доверие к себе. — Я должна... Соблазнить Крейна? — переспросив прямо, Оливия была готова прямо сейчас разбить рацию об пол. — Ты должна довести работу до конца, Оливия. — с явной угрозой приказал Барон, — У тебя для этого есть всё необходимое. У Крейна "для этого" тоже есть всё необходимое. Оливия задрожала от злости. — Делай. Что сказано. — напоследок пригрозил Барон и выключил рацию.