Вспомнить всё

Дрожащий от перенапряжения сети яркий свет мелькнул и погас всего на мгновение, переключившись на аварийное освещение. Силовая установка захвачена и переведена на экономный режим. Потом её заберут в Гильдию на разбор, а корабль… Что ж, станет еще одним остовом, дрейфующим среди призраков Грандстрима. Глубокая матовая краснота, развеивала слишком резкие тени, угнездившиеся по опасным углам. На периферии зрения, кого-то швырнуло об стену. Черная кровь в красном свете размазалась за опадающим телом в белом. Вполоборота Цикада развернулся на шум в ожидании. А вот и он. Капитан нашел себя сам в ангаре. А мог отсидеться. Ведь свой корабль он знал, лучше любого захватчика. Алекс атаковал. До чего же знакомая боевая техника. До автоматизма выученные движения, обманные маневры, отточенные за месяцы тренировок. Да, только курс был пройден не до конца. Впечатлил, но не более. Не хватило боевого антигравитационного костюма и всего пары сантиметров, чтобы вспороть Маэстро горло. Третий уровень, не более. С другой стороны, для человека с его ограниченным физиологическим потенциалом, он сделал невозможное для большинства гильдийцев. Приблизился настолько близко, что посмел дышать с Маэстро одним воздухом. Его упущение. И его гордость. С довольной улыбкой на сжатых губах, Цикада опустил согнутую в локте руку, а Алекс с хрипом повалился навзничь. Но ненадолго. Она решила поговорить. Хотя практичнее это следовало бы сделать во дворце, в безопасности и с иглой для инъекции для особо упертых. Чисто, красиво, без лишних движений и свидетелей. Он бы сам его первично допросил, а потом вколол убойную дозу успокоительного и пусть делает с ним что хочет, лишь бы долго не мучился. Но перечить Ей, себе дороже. Хотя, казалось, куда уж хуже. Не самая располагающая беседа начинается, когда собеседник сидит на холодном стальном полу в ангаре собственного корабля и со стянутыми руками за спиной. Гильдийцы не применяли хитроумные узлы из веревок. Все было гораздо проще: кембрик на запястья и можешь, хоть до крови рвать, не ослабишь и не освободишься. - Отпусти ребенка, - с холодной угрозой сказал капитан. Алекс Роу, досадное недоразумение, созданное при поддержке Гильдии, в то время, когда еще прошлый Маэстро практиковал обучение по обмену, чтобы наладить более близкие отношения и делиться опытом. С чем можно было делиться с земляными червями? Если только эксперимента ради для ограниченного пользования. И вот одному из презренных существ одолжили крылья, и он, как следовало ожидать, стал проблемой. Гадит по мелкому, вещи похищает, а главное – никакого приличия и даже капли раскаяния. Не говоря уже о раболепии, перед владычицей Небес. - Зачем? Она ведь такая милая, - забавные игрушки Дельфина не отдает с раннего детства. Звезды на радиоуправлении, ключик к Экзайлу, приставного. Лучше разломать, растоптать и забыть в пыльном углу, чем отдать. - Что находится за небесами, - о, а этот знает себе цену. И тембр приятный. Жаль губить такой талант. Пригодится для личных нужд и как компенсация за доставленные неудобства. - И Дагобелла сюда привести, - улыбнулась Дельфина. – Пусть старик не притворяется что ни при делах. А пока мы ждем. Цикада? Приставной метнулся близ Маэстро. Строгий поклон и ровная, как жердь спина. - Вы ведь знакомы, не правда ли? - продолжает она, не моргая как змея смотря на капитана. Вышколенная тень не шелохнулась. Ноль эмоций, даже сердце ритм не изменило. А ведь они были близки. Не так как любовники, но что-то похожее на дружбу имело место быть. Мозгоправы долго ломали себе голову, чтобы дополнить программу и выбить цепляющуюся за счастливые воспоминания память. Она лично подняла рубильник до сотни процентов, и смотрела как лопаются глаза от напряжения. Потом ему вставят другие. - Учились вместе. Там, - показательно притопнув лабутеном, она чуть сморщила носик, будто поднесли дерьмо на тонком фарфоре. – Скажи, капитан, этот тебя научил, как у нас все устроено? - Да, - не выдал тайны Алекс. Кому надо и так известно, что не Юрис была проводником в мироустройство Гильдии для курсанта первого курса летного училища. А вот любовь к полетам на том, что «по законам физики не должно летать», - со слов курсанта по обмену четвертого курса, чистая заслуга будущего капитана Сильваны. - Понятно, - скучающе надула губки Маэстро и провела пальцами по щеке Цикады. – Наверное, он изменился с последней вашей встречи. Давай покажу, как. Начнем сверху. Передав девочку одному из охранников в сером, она вышла из лифта, брезгливо переступив тело ранее убитого Алексом гильдийца. Протянув руку Дельфина взяла приставного за косу. - Волосы. Помнишь, какие у него были волосы? Я вот помню. Золотистые, как песок. Теперь они седые. Она развязала черную ленту и распутывая пальцами пряди, аккуратно расправила волосы по груди мужчины. Цикада прикрыл глаза, далеко не от приятных поглаживаний. Сейчас начнется. Если Маэстро хочет кого-то сломить, то она показывает приставного. - На меня смотри, - скомандовала она, и Цикада мгновенно выполняет приказ. Зрачки сужаются, как у кошки. – А глаза? Карие, почти как у тебя, капитан. Слишком яркие и бесполезные. Теперь они серые, как сплав стали и льда. Романтично и практично, правда? С подводкой еще более выразительные. А еще различают ультрафиолетовый и инфракрасный спектр. И никаких слез. Лишняя трата влаги. Да, Цикада? - Этот премного благодарен, госпожа Маэстро, - последняя стадия рабства. А ведь вместе в одной казарме жили, на соседних койках спали. Он снизу, а Алекс, как младший – сверху. И как над смешными заметками в журнале смеялись… - А голос! – она почти в ладони хлопала. – Лучший тенор на всей станции. Ты его слышал? Ах, какие стихи, какие песни лились из этого рта. Зубы, кстати, керамопластик, чтобы проще новые вставлять. Зато теперь от его тембра затыкаются все. Раздевайся. Ни секунды не колебавшись, Цикада выполнил приказ, подняв руку к воротнику. Комбинезон подтянулся складками вверх и исчез с тела. Смотря вперед в стену мимо Маэстро, он опустил руку вдоль, другой прикрывая пах. - Убери. И он убрал. У Алекса дернулась щека и он в сердцах сплюнул под ноги Дельфине. Жест, за который ему прилетело в челюсть от охранника. - Ты лизать должен… - рявкнул тот, но Маэстро шикнула. Капитана подняли в вертикальное положение. - Оставь его. Пусть смотрит, внимательно. Аккуратно, так ведь? Никаких выступающих частей. Никаких слабых мест. Никаких желаний. Только чистая преданность. Повернись. Он развернулся лицом к капитану и десятку другому людей-пленников на корабле. Какая-то девчонка ахнула, мужчины загундели, может даже сочувственно. Только гильдийцы совершенно спокойно наблюдали за унижением. Хотя даже для них, происходящее было чересчур жестоким зрелищем. Никто не хотел оказаться на месте приставного и молились великому Архитектору, чтобы эта должность еще долго оставалась не вакантной. Цикада опустил голову. Плечи дрогнули, будто от холодного сквозняка. - Подними глаза! - Чьи? Алекс хмыкнул. Неужели еще не все потеряно? Одно слово, а сколько саркастичной злобы. Такой знакомой и почти родной. Но взгляд он поднял, в упор смотря на капитана. Одна душа на два тела. Капитан напрягся, не связанными у него остались только ноги, он еще может дать бой. Цикада медленно, почти незаметно помотал головой из стороны в сторону, предупреждая. Из раны по шее приставного потекла капля крови. Маэстро надавила еще сильнее, а потом перевела руку на плечо. - Поглощать пищу ему не нужно, - продолжила экскурс Дельфина, водя пальцем в когтистой перчатке по телу мужчины до самого низа. – Две системы раз в неделю. Питательная и очистительная. Зато никакого мусора, и запаха. Поставь руки на стену. Он повиновался, вставая боком и все еще косясь на Алекса. Отвернись, ну же! Но капитан смотрел. Ведь, он должен запомнить еще один момент для ненависти. Когда за ним пришли, тот, кто еще не был Цикадой, молча собрал вещи и последовал за конвоем, а Алекс спустился на опустевшую койку, освобождая место на верхней для новичка. А потом увидел слова, выцарапанные на перекладине – «Я убью их всех». Снова и снова, буквами, вгрызаясь в железо на полсантиметра вглубь. - Совсем забыла, - Маэстро цыкнула языком, сетуя на собственную невнимательность. – Сердце, суставы тоже модифицированы. Сосудистая система заменена на синтетики. Лишние железы удалены. Но я кое-что оставила от первоначального комплекта. Важное, для мужчины. Она огладила крепкие ягодицы приставного и хлопнув по бедру, заставила раздвинуть ноги на ширину плеч. Не выдержав, Алекс отвернулся. И так понятно, что происходило дальше по звуку раздираемой плоти, и влажным хлюпаньям. Прикусив изнутри губу, Цикада сдержанно терпел. Обычная пытка, ничего нового. Однажды, когда он взбесил Маэстро своей показной покорностью, ему без анестезии вырвали желудок. Она согнула острые пальцы и только тогда он заскулил, разжав наконец челюсти. Изо рта потекла кровавая слюна. - Да, я хочу, чтобы он чувствовал, но не мог, понимаешь, - пояснила Маэстро, продолжая безжалостно рвать зад приставного. Его длинные волосы сбились вперед, скрывая исказившееся в муке лицо. Пусть уже быстрее устанет и закончит. Отголоски будут преследовать его еще сутки. Но Дельфине нравилось смотреть, как старательно отводит взгляд Алекс. Между ними явно что-то было. Руки Цикады задрожали, и он начал некрасиво орать в полный голос на каждое движение. Теперь, достаточно. Она вынула руку, а подскочивший тут же слуга вытер её белоснежным платком. Черно-красное на белом. Приставной опустился на колени. - Что скажешь, Цикада? - Этот безмерно счастлив, госпожа Маэстро, - и сжимает пальцы в кулаки, аж ногти скребут по стали. Алекс это видит. Те, последние слова. - Квентин? Будто получив сигнал, его обнаженное, истерзанное тело напрягает все сухожилия, мышцы перекатываются под бледной кожей и со звериной грацией, он поднимается на ноги. - Убей её. Убей их всех. Черно-красное на белом, и богиня возносится в воздух, на вытянутой руке, насквозь пронзившей хрупкое тело.