Хаотичная "осень" Гардарики

#writober от Ficbook News 2023 год. «14. Дрожь» Анна сжимала кулаки и с яростью смотрела на Веру Соболеву, которая, скрестив руки на груди, довольно ухмылялась. — Еще скажи, Охман, что я не права, — с вызовом сказала она. Столпившиеся вокруг одноклассники внимательно наблюдали за происходящим. Они не вмешивались, но один из них стоял возле входа в класс и следил, чтобы учительница не застала разыгравшуюся ссору. — Лучше жить в семье дяди и тети, чем с родителями, неспособными вдолбить в голову элементарный принцип не лезть не в свое дело, Соболева, — вмешалась Лиза. Анна молчала. Она чувствовала дрожь в руках и не могла выдавить из себя ни слова. Когда во время спора Вера упомянула родителей Анны, та словно оцепенела. — Вот и не лезь, Сонина. — Все, заканчивайте, — послышался голос Саши, который вышел к Анне, взял ее за кисть и отгородил от Веры. — Не лезь в наши семейные дела. — Лебедев, и ты здесь, — Соболева хмыкнула. — Это правда, что ее мамаша отказалась от нее, а твоя вынуждена была забрать? Наверно это ужасно осознавать себя такой ненужной… — Дура ты, Соболева, — спокойно сказал Саша и повернулся к Анне. — Идем. Он повел ее за собой из толпы. Анна чувствовала, как сильнее задрожали руки. Она хотела что-то ответить — мысли были одна неприличнее другой — но невысказанный гнев застрял в горле и не мог прорваться наружу. Как бы Анна ни старалась себя убедить, что ее не волнуют мотивы матери, из-за упоминания о ней она всегда терялась. И еще сильнее расстраивалась от того, что не может справиться с эмоциями. А сегодня появилась дрожь. Соболева ничего не успела ответить, так как в класс зашла учительница и велела всем занять свои места. Анна сидела за партой вместе с Лизой. Саша — позади них. Они что-то сказали ей, но она не услышала, думая обо всем произошедшем. И слова учительницы терялись где-то там, за пеленой переживаний. *** Математичка никогда не жаловала Анну. Той казалось, что она относится к ней предвзято, специально придирается и выискивает любые косяки. — Как ты будешь учиться дальше с такими знаниями? — распиналась она, пока Анна стояла возле доски. — Если школа не справляется с обучением ученика, родители того обычно нанимают более компетентного преподавателя, — выпалила Анна. Ее вся эта ситуация скорее раздражала и утомляла. Спасало, что тетя Юлия и дядя Миша скорее философски относились к этой ситуации. Говорили, что оценка по математике ничего не значит. Если же училка будет переходить на личности, то они обязательно вмешаются. Но рука вновь задрожала. Пришлось спрятать ее за спину пока никто не заметил. — Дерзкая какая. Тебе вообще от жизни хоть что-то нужно? Взгляд пустой, ни грамма заинтересованности в учебе. Кем ты вырастишь с таким подходом к жизни? — Пойду в школу математику преподавать, — невпопад ответила Анна. Ее сейчас больше волновала дрожащая рука, а не попытки училки вывести ее из себя. — Попробуй сначала школу закончить с аттестатом, а не со справкой. Анна пожала плечами. Она хотела ответить, что некоторым людям неплохо бы иметь справки, но промолчала, желая поскорее закончить этот диалог и сесть на место. Училка еще несколько секунд сверлила ее взглядом, затем вздохнула и что-то написала сначала в журнале, потом в дневнике. Анна даже смотреть не стала. — Ты как? — спросила Лиза. — Выглядишь неважно. Не понимаю, почему она к тебе цепляется… — Да все равно, — отмахнулась Анна. Она пыталась загуглить причины дрожания конечностей, но внятных ответов не находила. Перевозбуждение нервной системы? Стоило все рассказать тете и дяде, но пока казалось, что это пустяк. Вчера она испугалась соседской собаки, которая неожиданно на нее выскочила, но никаких последствий не было. Следующий раз руки задрожали, когда Анне в голову прилетел баскетбольный мяч. Она знала, что Соболева сделала это специально, хоть та и делала вид, что не виновата. — Охман, сходи к медсестре, а то тебя всю трясет, — велел физрук после того, как отчитал Соболеву. — Сонина, проводи ее. — Что с тобой? — спросила Лиза, когда они вышли из спортзала. — Я не знаю, — устало выдохнула Анна. — Но у меня нет сил даже думать. Когда они дошли до медпункта, дрожь в руках закончилась. Медсестра ничего не сказала, кроме того, что сотрясения нет. Добавила, что нужно больше спать и больше есть. *** На следующий день Анна проснулась от того, что рука ходила ходуном, а пугающие импульсы добирались до плеча и отдавались в шею. Было не больно. Странно. Непонятно. Девочка несколько секунд смотрела на руку, пока в голове царил полнейший хаос. А затем закричала. В комнату тут же вбежала тетя Юлия, а за ней дядя Миша и Саша. Они столпились в дверном проеме, ошарашенно глядя на Анну. Тетя Юлия включила свет и быстро оказалась возле кровати. — Что со мной? — дрожащим голосом спросила девочка. — Не…рвная сис…тема? Ад…адр… Говорить удавалось с трудом. — Па-а-ап, — обеспокоенно протянул Саша. — Что с ней? — Выведи его отсюда, — резко велела тетя Юлия, даже не глядя на них. — И не вмешивайтесь. — Идем, идем. Дядя Миша увел сына, закрыв за собой дверь. Анна, тяжело дыша, хватала ртом воздух и чувствовала, что комната кружится перед глазами. Она перевела взгляд на руку, затем на тетю. Та облизала губы и осторожно дотронулась до кисти, затем до локтя. — Ничего страшного, — сказала она. — Это должно было случиться. В голове смешались все термины, которые Анна вычитала в интернете. Адреналин? Паркинсон? Психоз? Опухоль? Фантазия рисовала страшные картины. — Тебе надо успокоиться, — сказала тетя. — Давай, дыши глубоко. Вдох-выдох. Анна старалась повторять, втягивать в себя воздух, но казалось, что становится только хуже. Кололо уже не только шею и лицо, а переходило на другую руку. Перед глазами плясали яркие мушки. Пот скатывался со лба. Становилось то жарко, то холодно. — Не могу… — пошептала Анна. Тетя протерла лицо ладонями, пальцами зачесала волосы назад и огляделась по сторонам. — Неужели они не отреагируют, — пробормотала она и вновь взяла Анну за руку, потянула на себя. — Давай, вставай. Идем. На слабых ногах девочка подчинилась. Она споткнулась, чуть не упала на пол, но тетя успела ее подхватить и быстро повела в сторону кухни. Каждый шаг отдавался в голову. Пространство деформировалось, переворачивалось, кружилось. Если бы не тетя, Анна не смогла бы даже метра пройти. — Старайся дышать. Ничего страшного не происходит. Это нормально. Это пройдет. Это не смертельно и не опасно. Хотелось довериться тете, но не получалось. Как такое вообще возможно? Сердце готово было вырваться из груди. — Садись. Тетя опустила Анну на стул на кухне и прислонила к стене. Засуетилась вокруг, а девочка не могла понять, что та ищет. Наконец перед ней на столе выстроились предметы: горшок с землей, зажженная свеча и миска с водой. — Дыши, — повторяла тетя, прикусывая среднюю фалангу указательного пальца. Анна пыталась, даже закрыла глаза, чтобы сосредоточиться на воздухе. Вдох-выдох. Все хорошо. Все хорошо. Хорошо. Сердцебиение действительно начало замедляться, но дрожь полностью не прошла. Анна открыла глаза, но не успела что-либо спросить, как тетя вновь повела за собой. В ванной она открыла кран на полную мощность и сунула руки Анны под поток. Брызги разлетались во все стороны. Вода пропитала рукава пижамы, попала на лицо и ноги. — Для чего это? — спросила девочка, совершенно не понимая, что происходит. И вдруг ее кончики пальцев вспыхнули. Поток из крана ускорился, а через мгновение вода залила все вокруг: пол, стены, белье на батарее, попала в глаза и уши. Мокрая, трясущаяся от холода, Анна уставилась на тетю. Та, облегченно вздыхая, опустилась на пол, прислоняясь спиной к стиральной машине, и коротко рассмеялась. — Что произошло? — громко спросила девочка и выключила кран. Дрожь прошла, покалывания исчезли. Лишь дыхание не восстановилось, а по телу разнеслась усталость, как после физкультуры. Анна села напротив тети и внимательно на нее посмотрела, чтобы понять, что стоит за ее поведением. — Все хорошо, — произнесла тетя Юлия и слабо улыбнулась. Она тоже была мокрая, взъерошенная, а ее состояние вызывало подозрения. Анна хотела повторить вопрос, чтобы добиться внятного ответа, но вместо этого ударила ладонью по луже на полу. Капли воды поднялись в воздух и закружились перед Анной зачарованным танцем. — Это… это… — трясущимся голосом проговорила она, не веря своим глазам. Галлюцинация? Что-то из физики? Соседи неправильно технику заземлили? Все, что угодно, лишь бы не та первая, самая очевидная мысль. Ведь это невозможно. Так не бывает. Только в сказках, которые она читала и смотрела. — Магия стихии Воды, — закончила мысль тетя Юлия. — Но это большой-большой секрет. Анна тяжело задышала, а капли рухнули на пол. Невозможно.