Kinktober 2025

Вербовщик ворвался в свою квартиру, впопыхах сбросив обувь, непроизвольно разбрасывая всё, что попадало под ноги. Весь раскрасневшийся и запыхавшийся, он быстрым шагом прошёл в ванную. Переступив порог комнаты и закрыв дверь ногой, он упёрся руками в раковину, судорожно всматриваясь в потрёпанное, "неидеальное" отражение. Кровоточащее плечо давало о себе знать, боль постепенно продолжа нарастать, несмотря на предшествующее извлечение пули из раны. Дикий, раскалённый распирающий изнутри плеча жар, будто плавил метал, распределяя его по всем телу, начиная с левого плеча. Чем больше Гон Ю переводил дух, тел сильнее он пульсировало, каждый стук сердца, каждый вдох - новый толчок, заставляющий дрожать всем телом. Одна рука медленно поднялась к дырке от пули и резко надавила на неё, разгоняя следующую волну боли по новой. Боже, как же это было прекрасно. Это не было тем саможелеющим, неуверенным прикосновением, как у матери прижимающей тряпку с йодом к ободранным коленкам сына, нет, это было безжалостное, мазохистское вторжение в изуродованную плоть, разрывающее проникновение. Зрачки расширились, губы исказились в оскале сумасшедшего. Он на дрожащих от возбуждения ногах, отошёл на два шага назад и сел на унитаз. С выдохом наполненным возбуждением, рекрутер откинулся на стену, вытянув обе ноги, смотря в потолок с безумием в глазах. Ах, что за блаженство. Рука на плече усилила свою хватку, в животе появляется лёгкое, головокружащее тепло, "бабочки в животе", возбуждение нарастает с каждым новым вздохом. Оно тяжелеет, растекается ниже к паху. Прикрыв глаза, Гон Ю поддаётся воспоминаниям. Яростный взгляд детектива, его нахмуренные брови и призрение в глазах.. Что может быть прекраснее? А его бравый голос, в ожесточённом "пошёл к чёрту" перед выстрелом, после такого вербовщик жалеет что не умер прямо там. Рука торопливо потянулась к ремню брюк и так же поспешно расстегнула ширинку. Дыхание становится глубже, сердце яростно стучит, словно вот-вот выскочит из грудной клетки. Пальцы оттянули резинку боксёр, даровав свободу своему члену. Первое прикосновение - как вздох после выныривания из под воды, как будто он наконец-то снял верёвку с шеи на виселице. Эрекция была настолько сильной, что болезненна. Кожа настолько чувствительна, что каждое покачивание руки, словно оставляет ожог. Темп медленный, дразнящий - Гон Ю не хочет торопиться. Хочется упиваться каждой секундой момента: отвращение Джун Хо, его грубые слова, рана на плече, как поцелуй их странной любви. Никто из них двоих не понимал, в каких отношениях они находятся. С одной стороны, Гон Ю был всего лишь информатором, единственным связующим между младшим Хваном и островом, к которому местами относились с излишней благодарностью, с другой их отношения полны ненависти, презрения, неописуемой злобой, которой заканчивается каждая их "случайная" встреча. Одна только мысль о детективе почти довела его до оргазма. Возбуждение накатывает изнутри, от куда-то из плеча. Оно синхронизируется с дыханием, с каждым толчком бёдер рекрутера в руку, с каждым судорожным стоном, с каждым "Ах, Джун Хо" произносимое как молитва. Права рука сильнее давит на плечо. "Представь его реакцию, если бы он тебя увидел. Если бы Джун Хо знал, чем ты будешь сейчас заниматься, ты выстрелил тебе в голову, а не плечо". От этих мыслей Гон Ю задвигал рукой быстрее. Мышца живота и бёдер напряглись, всё тело натягивается как струна. Все его мысли, его сознание сужаются до детектива Хвана. В голове нет мыслей, только ощущение руки на члене, жжения раны в плече и нарастающее освобождение в виде оргазма. Все чувства обостряются, спина с каждым толчком спина выгибается всё сильнее и сильнее. Кульминация наступает резко и внезапно. несколько секунд абсолютного, животного экстаз. Судорога наслаждения, долгая и блаженная, вербовщик задерживает дыхания, представляя детектива рядом с собой. Его словно прошибло током, зарядом который собрался в одну точку и выстрелил так же точно, как детектив в Гон Ю. Обессиленный вербовщик опустил руки, позволив себе расслабиться первый раз за последние десять часов. Пулевое ранение начало вновь кровоточить, от чего только что выровнявшиеся дыхание снова сбилось. В ушах стоял звон, а осознание произошедшего, обрушилось как снег на голову. Он тяжело вздохнул и перед тем как начать приводить себя в порядок подумал о том, что было бы славно завтра навестить детектива Хвана ещё раз.