haunted.

В доме у Мраксов необычайно грязно. Она бывала во многих «нелицеприятных» местах — в Лютном переулке, на заброшенных кладбищах и в подвалах старых поместий, но такой грязи не встречала нигде. Потолок покрывала плотная серая паутина, свисающая неопрятными прядями, пол был устлан глубоко въевшейся сажей, которая поднималась маленькими облачками при каждом шаге, а на деревянном покосившемся столе валялась куча заржавевших мисок, плошек и почерневших от времени столовых приборов. Но Пандоре Розье было абсолютно плевать на всю эту вековую грязь и неряшливость. Её не волновал ни спёртый воздух, ни хрупкость прогнивших половиц. Она пришла в это забытое всеми место за одной конкретной вещью и твердо решила для себя, что не уйдет отсюда с пустыми руками. Она покинет это место только с тем, за чем пришла, даже если придется пробраться через бесчисленные слои многолетней грязи и пыли. Перешагнув своеобразную гостевую и мысленно отмечая каждую неровность пола под ногами, Пандора начинает методично и аккуратно водить по всем поверхностям дома маггловским дозиметром, значительно усовершенствованным сложными заклинаниями и древними рунами, искусно вырезанными на его потемневшем от времени пластиковом корпусе. Этот созданный ею симбиоз маггловских технологий и магии был способен улавливать следы волшебства. В заброшенной комнате раздаются лишь глухие звуки ее шагов и тревожное скрипение половиц. Дозиметр источает легкий монотонный гул, едва слышный в тишине дома, пока она не проводит им по одной из потемневших половиц в дальнем углу комнаты. Резкий пронзительный "пи-и-и" внезапно разрезает гнетущую тишину старого полуразрушенного "поместья". Она молниеносным движением наводит волшебную палочку на то самое место, где прибор обнаружил следы таящейся в глубине магии. — Редукто, — произносит Пандора тихим голосом, и под воздействием яркого синего луча, вырвавшегося из кончика её палочки, потемневшая от времени половица мгновенно превращается в россыпь мелких щепок. Они разлетаются в стороны, поднимая за собой плотное облако сажи и пыли. Одно небрежно брошенное "Экскуро", и пыль исчезает, щепки отлетают в стороны, и перед её взором наконец предстаёт оно. Кольцо, небрежно скинутое в тайник под половицей, словно ненужный мусор, а не один из самых могущественных магических артефактов в мире. Она прекрасно понимает, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, что артефакт такой силы наверняка защищен множеством проклятий. Но, Мерлин, кому не всё равно, когда искушение так сильно, когда цель так близко. Пандора медленно, почти благоговейно, тянет левую руку к кольцу. В момент первого прикосновения она чувствует невыносимую, пронзающую боль, словно искра проходит от кончиков пальцев через всю руку и дальше по всему телу, заставляя каждый нерв кричать от боли. Но она не останавливается и не отдергивает руку, как сделал бы любой разумный человек. Стиснув зубы и подавив крик, она продолжает движение и крепко сжимает в ладони чужое фамильное достояние. Кольцо само по себе выглядит на удивление скромно — простой золотой ободок без изысков и украшений. Но Пандору волнует вовсе не оно, а лишь камень в оправе. Она внимательно рассматривает знак, выгравированный на поверхности камня — "печать Певереллов" : треугольник, вписанный в него круг и вертикальную линию, проходящую через центр обеих фигур. Розье уверенным движением направляет на кольцо свою палочку и чётким голосом произносит заклинание. Под его действием она методично извлекает драгоценный камень из золотой оправы, которая теперь не представляет для неё никакого интереса. Пандора распрямляется, небрежным движением обтирает вспотевшие ладони о подол своей потрепанной мантии и торжественно выставляет руку с камнем перед собой, любуясь тем, как тускло поблескивает он в полумраке комнаты. Всё точно так, как ей рассказывал Ксено, как она представляла себе, лежа без сна в дешевых номерах дорожных трактиров, прячась от семьи. Один поворот, второй, третий. И вот наконец происходит то, чего Пандора так ждала. Вначале в центре комнаты появляется едва заметная вспышка голубоватого, призрачного света. Она медленно разрастается, приобретая расплывчатое очертание человеческой фигуры, становясь всё ярче и отчётливее с каждым мгновением. Пандора не смеет пошевелиться, её дыхание становится прерывистым, а сердце колотится так сильно, что, кажется, вот вот выпрыгнет из груди. Наконец перед замершей Пандорой во всей красе предстаёт она — та, кого Розье так мечтала увидеть снова. С растрепанными волосами, в маггловской растянутой футболке и пижамных штанах. Именно такой, какой смерть застала Марлин в собственном доме в ту роковую ночь, когда Пожиратели Смерти пришли за ней и всей её семьёй. В изначально пустых, затуманенных глазах постепенно пробивается осознание случившегося, когда она наконец различает, кто именно стоит перед ней. Розье не может налюбоваться этим искаженным в ужасе лицом. Ведь для неё даже самое отвратительное, самое ужасное становится невыразимо прекрасным, когда касается Маккинон — объекта её многолетней одержимости. — Марлин, пожалуйста, преследуй меня до конца жизни, — шепчет Пандора слегка дрожащим от волнения и восторга голосом, не в силах оторвать взгляда от призрачного лица напротив. Она чувствует, как кончики её пальцев, которыми она крепко сжимает холодный камень, медленно покрываются странной темнотой, похожей на гангрену. Метка расплаты за попытку дотронуться до вещей Темного Лорда. За спиной Пандоры стоит ещё один призрак — её брат-близнец, также вызванный из небытия силой камня. Она чувствует его холодное, призрачное дыхание на своей шее, но ей абсолютно все равно.