Райтобрь 2025

      В день Почитания Чудгород снова оживился: юные жрицы подкрашивали деревянные маски, трепетно подшивали пёстрые платья для проведения обрядов, а новенькие из них разучивали песни. На дорогах то и дело было столпотворение: на главном — и единственном — перекрёсте местные жители готовили костёр, а поодаль, ближе к избам, они же очищали от пыли и грязи деревянных идолов, изображавших различных животных.       К вечеру Йире подобная картина изрядно наскучила, и она отлипла от окна, что открывало вид на перекрёсток, попинала ногой разбросанные по полу вещи и отправилась на поиски приключений.       Долго ли коротко ли она бродила по Чудгороду, знатно докучая всем, кто пытался работать, своими расспросами и несмешными шутками, да вышла в итоге к лавке алхимика. Алхимика, курящего какую-то новую лабуду, сидя на крыльце в одних лишь штанах.       — Боженька… — только и протянула Йира, больше ради приличия, демонстративно закрыв глаза рукой. И затем — аккуратно раздвинув в стороны пальцы.       Бирэль — полуголый курящий алхимик — поприветствовал её лёгким взмахом руки, а затем отвернулся. Наглец.       Йира подошла к нему почти вплотную, остановилась по другую сторону крыльца, прильнула к деревянной перегородке, отделявшей их друг от друга и спросила:       — Не в настроении?       Бирэль неоднозначно повёл плечами и выдохнул розовое облачко дыма куда-то в сторону. Шедшая мимо них женщина с малым сыночком грозно подхватила чадо на руки и, бранясь, убежала куда-то прочь. Курево не любили, его побаивались, ходили даже слухи, что изначально это чёртово развлечение, не озмэнское.       Йира попросила трубку, и Бирэль скептично выгнул бровь:       — Ну уж нет, мне обкуренная княжна даром не сдалась в похмелье, — он для верности даже отсел подальше да трубку увёл за себя.       — С кем пил? — тут же нашлась Йира. Ей не нравилось, что кто-то смел устраивать попойки без неё.       Бирэль хмыкнул:       — С мужчиной.       Йира открыла было рот, но вскоре закашлялась. Только ли он пил или было в его вечере нечто повульгарней, знать она не хотела, а потому резко отшатнулась от крыльца и выдала:       — В следующий раз меня позови, — совсем не то, что подумала. — Втроём и настойки слаще, и кровать мягче, и…       Бирэль её перебил:       — Ты меня с собой не равняй, княжна. Иди вон, к обряду готовься, как порядочная… — он не договорил, потому что в последний момент увернулся от прилетевшей в него ветки.