Lonely

— Я не буду ждать тебя, Исаги. Если ты хочешь быть со мной — приди и забери. Эти слова дались ему легко. Слишком легко. Ведь это говорил не он. Это говорил его монстр. Исаги стоял в шоке. Будто не мог поверить, что выбрали не его. И не Наги. А Бачиру. Наги, как всегда спокойный, но даже в его глазах дрогнуло что-то — он тоже был уверен, что выберут его. Но выбрали Бачиру. И он шагнул в эту грёбаную дверь, уводящую его от Исаги. От друга. От лучшего друга. От единственного друга. Он сидел в общей комнате. Арю, Рин и Токимицу — ушли есть. И вот, в тишине, он понял, что солгал самому себе. Он был один. Без Исаги внутри стало пусто. Противно пусто. Тошнотворно пусто. Плохо. Очень плохо. * * * И сначала борьба Рина и Исаги казалась ему даже интересной. Два монстра. Адреналин. Движение. Он чувствовал себя частью этого безумия. Он не был лишним. Но всё изменилось. Он начал понимать: Он не нужен здесь. Не нужен им. Не нужен ему. Боль, которую он заглушал, снова ожила. И теперь она была острее. Глубже. Злее. Она разрывала изнутри. И он надеялся… хоть чуть-чуть надеялся, что они друзья. Но тут подбежал Наги. — Ты продолжаешь жить в иллюзиях, — равнодушно, почти лениво бросил он. — Ты знаешь, ты мне не нужен. Если мы победим — я выберу Рина. И Исаги, скорее всего, тоже. Слова вонзились в сердце не сотнями — тысячами игл. Он не мог поверить. Не мог. Монстры, которых он так долго искал, отвернулись от него. Он думал, что выбрался из одиночества. Он думал, что дорог Исаги. Он ошибался.