You will be my girl <3

Тонкие пальцы нежно перебирали волосы Соён, отчего та блаженно улыбалась и жмурилась. Алкоголь обострил её чувства, и каждое прикосновение Юци отдавалось приятным электрическим импульсом. Суджин нарушила эту идиллию, предложив выпить за новый альбом. Пили все, кроме Соён, которой и так было уже достаточно. Юци почувствовала, как колени избавляются от приятного давления, и разочарованно выдохнула. Соён поднялась с её колен, но тут же положила голову на плечо Юци и прижалась еще ближе. Чон всегда становилась невероятно тактильной под действием алкоголя, и Юци это одновременно и радовало, и терзало. С одной стороны, это казалось шансом почувствовать себя любимой, а с другой - Соён наутро ничего не вспомнит, списав всё на пьяный угар. Час спустя почти все, за исключением Юци, уже перешли в состояние полной неадекватности. Миён и Минни, казалось, совсем забыли об окружающих, слившись в поцелуе на диване, а Суджин и Шухуа мирно обнимались, погрузившись в свой собственный мир. Юци ощущала себя наблюдателем со стороны. Ее взгляд был неотрывно прикован к Соён. Они сидели рядом, ведя оживленную беседу обо всем и ни о чем. Соён, словно околдованная, тянулась к Юци, то невзначай касаясь её руки, то нежно убирая якобы мешавшие пряди с лица. — Юци, я говорила тебе, что ты очень красивая? — заплетающимся языком произнесла Соён. Все её мыслительные процессы давно дали сбой, поэтому Юци всегда приходилось гадать, что же лидер пытается донести. — Допустим, и что? — ответила Юци, делая глоток тёплого сока. Он нагрелся от духоты в комнате. — Да ничего. Просто хотела ещё раз тебе это сказать, — пробормотала Соён и, не дав опомниться, снова забралась к Юци на колени, уткнувшись горячим лицом ей в живот. У Юци перехватило дыхание. По телу пробежала дрожь, а внизу живота вспыхнуло нетерпеливое желание. Почувствовав, как горячие губы обжигают нежную кожу живота сквозь ткань, Юци с трудом сдержала стон. Она не могла позволить себе потерять контроль, особенно на глазах у всех. — Что ты делаешь? — тихо спросила Юци, слегка отстраняя голову Соён. — А что, я не могу просто тебя поцеловать? — нарочито невинно спросила Соён, словно бросая вызов. — Ну… не в живот же… — пробормотала Юци, чувствуя, как краска заливает её щеки. Соён внезапно поднялась и впилась поцелуем в губы Юци. Та не ответила на поцелуй, а лишь оттолкнула Соён, грубо вытирая губы тыльной стороной ладони. — Что ты творишь?! Иди проспись, ты слишком пьяна! — проговорила Юци дрожащим голосом, чувствуя, как к глазам подступают слезы. Она любила Соён по-настоящему, это не было мимолетной забавой, что сейчас делала кореянка. Юци вышла из комнаты и направилась в туалет. Там из глаз хлынули горячие слезы, которые китаянка так отчаянно пыталась подавить. Первой отсутствие Юци заметила Суджин. Она тут же последовала за младшей. Увидев Юци в слезах, та подбежала к ней и спросила: — Чудо моё, что случилось? Тебя кто-то обидел? Соён? — Суджин сразу стала придумывать в голове худшие сценарии, вплоть до того, что её мог ударить какой‑то фанат. — Нет, просто… стало обидно, — всхлипнула Юци. — Я же Соён искренне люблю. Я действительно хочу быть с ней. Я оставляю все дела ради неё, а ей будто наплевать. В пьяном состоянии ей нужна не я, а моё тело. От возбуждения не осталось и следа — на смену пришла режущая обида, разлившаяся по всему телу и затрудняющая дыхание. — Разве вы не встречаетесь? Я думала, у вас всё серьёзно… — с искренним недоумением произнесла Суджин. — Нет! Я боюсь ей признаться… Боюсь потерять нашу дружбу, которую я выстраивала по кирпичику! А вдруг я ей не нравлюсь? Как я потом буду смотреть ей в глаза? — рыдая, выпалила Юци. Суджин крепко обняла подругу, а затем тихо проговорила: — Не попробуешь — не узнаешь. Но знаешь, это правда рискованно… Вам ещё столько лет вместе работать в одном коллективе. — Суджин нежно погладила Юци по волосам.

***

На следующий день Юци всё-таки пришла на тренировку, хотя и с огромным нежеланием. Она старательно избегала зрительного контакта с Соён и держала дистанцию даже во время исполнения их совместных партий. Но это вовсе не значило, что Юци разлюбила. Напротив, с каждым днём её чувства лишь усиливались, но она отчаянно пыталась их игнорировать. После тренировки зал опустел, но Соён попросила Юци задержаться. Когда Юци попыталась уйти, Соён схватила её за запястье. — Юци, что происходит? Я же попросила тебя остаться, — сказала Соён, крепко удерживая её руку. Китаянка выдернула запястье и ледяным тоном произнесла: — Зачем? Что тебе нужно от меня? — от этих слов, обжигающих холодом русской зимы, сердце Соён болезненно сжалось. Она не осознавала, что настолько сильно ранила Юци. — Почему ты так со мной? Да, я была неправа, когда поцеловала тебя, но мне казалось, что ты тоже этого хотела, — попыталась оправдаться Соён. — Хотела чего? — с горькой усмешкой спросила Юци, и по её щекам потекли слёзы обиды. — Чтобы ты просто удовлетворила свою похоть и забыла очередного парня, Соён? Ты ведёшь себя как шлюха! Переходишь из одних отношений в другие, даже не дав себе передышки! Юци наговорила много резких слов, но сейчас она ни о чём не жалела и даже не собиралась извиняться. Слова Юци были ударами ножом в спину, нанесённые самым дорогим человеком, чьё мнение значило для неё всё. В отчаянном стремлении найти любовь и счастье Соён ослепла, не замечая, как мечется от одних объятий к другим, не давая себе времени перевести дух. Рука, до этого сжимавшая запястье Юци мёртвой хваткой, вдруг обмякла и повисла плетью. Юци прижала освобождённое запястье к груди и не проронив ни слова, поспешно выскользнула из комнаты, оставив Соён наедине с обжигающей пустотой и разъедающим чувством вины. Тишина давила на уши.

***

Шагая по коридору, Юци больше не плакала. Слёзы высохли, оставив лишь ощущение опустошения. Она шла на автомате, желая лишь одного: забрать вещи из гардероба и как можно скорее покинуть здание, которое сейчас казалось ей самым ненавистным местом на земле. Внезапно дорогу Юци преградила Миён. — Почему Соён плачет? — вопрос Миён, словно ледяная игла, пронзил сердце Юци. Она и подумать не могла, что её слова ранили Соён так глубоко. — Не знаю. И знать не хочу. Сама виновата, — отрезала Юци, и в голосе её по-прежнему звучал холод, как будто её действительно ничего не волновало. — Юци, что с тобой происходит? Я тебя не узнаю! Где та добрая и отзывчивая Юци, которая всегда переживала за всех? — возмутилась Миён, но её слова потонули в яростном крике Юци. — Я устала! Устала быть хорошей для всех! А что взамен? Ни капли благодарности! Да человек, которого я люблю больше жизни, вчера хотел лишь одного — потрахаться чтобы забыть другого! — произнесла Юци и, не дав Миён опомниться, быстрым шагом скрылась из виду.