Зима. 17 декабря, холодно, выжившие сидят у камина в тёплой одежде, зимы у них холодные. Ту Тайм сидел, закутавшись в плед.
Нуб и Эллиот обнимались под пледом на подушках, гость 1337 и Шедлетский считали это глупостью, мужики и обниматься? А Ту Тайм сидел один, обнимая плед, тактильный голод напоминал о себе зимой особенно. Ту Тайм приобнял свои колени, прижимая их к себе. Рука Тайма инстинктивно потянулась к канцелярскому ножу, чтобы опять расхуярить ляжки. Ту Тайм часто наказывал себя за любые свои недостатки. Ту Тайм начал наносить себе быстрые, но не глубокие порезы на ляжках. -какая же я тупая мразота... Беспомощный ублюдок... Я опять не идеален... Тайм откинул нож и уткнулся в свои колени. Какже я ненавижу себя.. Я толстый, я глупый... Подошёл Шедлетский к Тайму. -опять за своё... -сердце не требует перемен... -перестань, Ту Тайм. -нет... -я не в силах переубеждать тебя... -Вот именно... Ту Тайм надел наушники, укутавшись пледом. -сердце не требует перемен, дремлет в комнате усталый шед, как песни мамины гул сирен, дыры от пуль как её лицо... ... Разбитый ковчег всплывает со дна, и вечно жить нам, и вечно плыть нам. Искать счастье там, где плачут даже иконы страшных убийц наших... Напевал под нос Тайс. Он любил музыку. Для него там было успокоение, отделение от мира и проблем, просто как наркотик.У убийц:
Азур спокойно сидел, смотря телевизор, думая о чём то своём. У всех есть телефоны, и Ту Тайм написал Азуру «привет..» «привет, что произошло?» «ничего, просто решил написать..» «на тебя не похоже, точно что-то случилось..» «всё в порядке, реально!» «а если проверю?» «ладно... Я расхуярил себе ляжки...» «если такое повторится - ты будешь у убийц и я буду контролировать тебя» «мне похуй...» Ту Тайм убрал телефон и ушёл в свою комнату, упав на кровать. Он просто милашка с психическими травмами