Генезис Зла

Мелькор стал злом или был задуман им?

Мир Профессора самобытен, и все герои, помещенные в рамки этого мира, созданы по его лекалам, однако, говоря литературе, нельзя избежать понятий «влияние» и «заимствование». Толкин и сам признавался, что многие элементы его творчества были взяты из предшествующих источников. В пример приведу Эарендиля и происхождение его имени: «Это имя восходит к англо-саксонскому слову «эарендель» (éarendel), которое означало «сияющий свет, луч». Дж.Р.Р.Толкин, профессионально изучавший англо-саксонский, был поражен красотой этого слова (или имени). Он считал (не без оснований), что оно принадлежало к астрономическому мифу и являлось названием звезды, что предвещала рассвет (по крайней мере, в английской традиции) –– «Венера», утренняя звезда, что ярко сияет на рассвете, перед тем, как встает солнце. В 1914 г. Толкин написал стихотворение об Эаренделе и после включил его в свою мифологию, в пределах которой он стал главным действующим лицом, как морехода и, в итоге, как звезду-знамение, знак надежды людям. Фраза из «Властелина Колец» «Привет тебе, Эарендиль, ярчайшая из Звезд» восходит к «Éala Éarendel engla beorhtast» - «Привет тебе, Эарендель, светлейший из ангелов». Впоследствии имя было приспособлено к эльфийскому языку» Собственно, примеров можно привести множество: от влияний на языки, до происхождения персонажей. Валар и Майар в легендариуме совмещают в себе элементы как политеистического, так и монотеистического мировоззрений. В целом, выходит достаточно интересная логика: Эру есть создатель, мысль которого породила Айнур, однако роль богов-демиургов выпала именно Валар, которые, в свою очередь, отлично соотносятся с представлениями о языческих богах: Улмо властен над морем, Манвэ – над небом и так далее. При этом на данные образы накладывается и христианская модель, особенно выраженная в фигурах Майар, - своеобразных ангелов мира Арды. Особенность этой системы персонажей заключена как раз в сочетании противоположных знаковых систем. Теперь можно начать препарировать главную звезду. Итак, на разделочном столе герой, наиболее сильное влияние на которого оказал образ христианского дьявола, - Мелькор. Если не ошибаюсь, Толкин и сам проводил параллель между ним и Сатаной. По сути, Мелькор является падшим ангелом Арды: некогда могущественнейший из Валар, сломленный собственной гордыней и так далее. «Был Эру, Единый, кого в Арде называют Илуватар; и сперва создал он Айнур, Священных, что явились порождением его мысли, и пребывали они с ним прежде, чем создано было что-то еще» Могла ли судьба Мелькора быть предопределена? Если Эру Илуватар породил Айнур собственной мыслью, разве он не мог предвидеть падение сына? Или же, наблюдая войну между ним и Валар, не мог ли просто решить конфликт, уничтожив «темную» сторону? Мне кажется, что «бунт» Мелькора – вовсе не его собственная воля, а замысел Создателя, и диссонанс, который он вносил в Песнь, на самом деле не выбивался из неё, а вплетался, как часть более сложного произведения. Даже при сотворении Арды он сыграл далеко не последнюю роль, буквально создав Имбар (земную кору), огонь и холод, - фундаментальные материи. Закономерный вопрос: а нужен ли был Творцу подобный деструктивный элемент в его произведении? Здесь можно провести булгаковский (и не только) мотив: «Что бы делал Свет, не будь Тьмы?». Сама категория «Свет» не может быть осознана без «Тьмы», ведь обозначить свет можно лишь в условиях темноты. Так, если бы в Арде существовали только «светлые» Валар, то она оставалась бы статична и неизменна на протяжении многих тысячелетий, как идеальный локус. Всей истории Средиземья как такового могло бы не быть, не появись в нем Мелькор. Мне кажется, исходя из этих рассуждений, можно взглянуть на Мелькора как на довольно-таки противоречивого героя, даже трагичного в некотором роде. Он единовременно – демиург и разрушитель, огонь и холод, тьма и свет. Могущественнейший, которому была уготована роль ничтожнейшего. Это трагедия так называемой высшей роли персонажа – герой заключен в рамках, созданных для него творцом, и неспособен противостоять роли, ему предназначенной. Однако назвать Мелькора трагичным героем я не могу, основываясь на понятии «модус художественности». Трагический модус в данном случае предполагает героя, личность которого становится шире, чем его роль в мире, что и ведет его к гибели. Например, «Федра» Расина: у героини есть определенная роль - супруга Тесея, однако она выбивается из своего «амплуа» и умирает. Исходя из этого, назвать Мелькора трагичным героем нельзя, так как конкретно в тексте он не вступает в борьбу со своей ролью, а выполняет её. Это уже героический модус: герой равен своему месту в мире, в данном случае - месту «Зла». Это неудивительно, так как «Сильмариллион» по своей сути является произведением эпическим, а эпос, в особенности - этиологический, не терпит психологии. Итог: Мелькор всё-так был задуман как зло, а не стал им по собственной воле. Он был создан таким, чтобы воплотить замысел Эру во всей его полноте. Мир, который нас окружает, по сути своей дуален: Свет-Тьма, Покой-Хаос, Любовь-Ненависть. Эти конфликты лежат в основе мироздания. Человек всегда находится в диалоге как с микрокосмом, так и с макрокосмом, ведь вся суть его существования заключена именно в противостоянии, - ведь если некому задать вопрос, то и не от кого ждать ответ.