The dark I know well

      «Это будет отличный год».       Вот, что сказал Аякс, когда они с Пагсли и Юджином сидели в комнате Калибан Холла. А потом Юджин ушел. Надолго. Наверное, развлекался со своими замечательными, крутыми друзьями.       Эх…       Почему он не хотел дружить с Пагсли? Конечно, он ударил Юджина током, когда пожал ему руку, — но это вышло случайно! Контролировать силы ему пока удавалось с трудом (даже если не очень хотелось себе в этом признаваться). «Глупый, какой же ты глупый!» — думал Пагсли, зарываясь головой в подушку. Может, если он задохнется, то наконец перестанет прокручивать в голове этот неловкий момент? И может, это даже принесет облегчение.       Впрочем, неудивительно, что Юджин не хотел быть его другом. Пагсли объявил, что не прочь съесть его насекомых, пустил ему по телу электрический заряд, а на слова о том, что Юджину снились кошмары, ответил, что это круто. Но Пагсли правда так думал — к сожалению, сам он давненько не видел хорошего кошмара.       Ничто из этого, естественно, не помогало изменить мнения о том, что Пагсли — чертовски странный. А ведь он был бы рад делить комнату вместе. Но Юджин, скорее всего, не хотел спать рядом с человеком, который, как он думал, мог съесть его питомцев, и подтвердил, что согласился на это лишь потому, что обязан Уэнсдей.       Почему он хотел дружить с сестрой Пагсли, но не с ним самим?..       Глупая Уэнсдей сейчас спорила с матерью из-за какого-то школьного праздника! Глупая Уэнсдей сказала, что Пагсли и Юджин станут прекрасными друзьями! Конечно, только потому, что, на ее взгляд, оба они ужасно раздражали — но это лучше, чем ничего.       «Что ж, — подумал Пагсли. — Видимо, и она не всегда бывает права». Потом смахнул пыль с углового шкафчика и вздохнул, признавая поражение.       Отец сказал, что друзья, которых заводят в Калибан Холле, становятся твоими братьями на всю жизнь. Но как Пагсли найти такого человека, если совершенно никто не хотел с ним общаться?       Он обнаружил под шкафом несколько старых мышеловок.       — Эй, пап, я нашел крыс. Не хочешь перекусить?       Отец, конечно, согласился. Крысы были немного пыльные, но еще вкусные.       — Можно спросить тебя кое о чем? — проговорил Пагсли, закончив жевать.       — Разумеется, моя искорка! Что случилось?       Он избегал смотреть отцу в глаза. Они отошли в угол, так что мать и сестра не должны были услышать разговор. Признаваться было бы еще более неловко, если бы Уэнсдей подслушивала: она бы точно подумала, что Пагсли слабак, раз решился спросить о чем-то подобном.       — А как… ты нашел друзей?       Раньше у него никогда не было приятелей: никто не хотел якшаться со странным парнем из странной готической семейки. Особенно в государственной школе. Единственный, кого Пагсли мог назвать близким человеком, следующим после семьи, был хулиган Далтон — и тот приблизился лишь затем, чтобы засунуть его в школьный шкафчик.       Но Пагсли казалось, что в школе, полной изгоев, он изгоем больше не будет.       — Просто, вроде мы с Юджином могли бы подружиться, но он постоянно меня отшивает. Такое чувство, будто все считают меня чудиком, даже здесь, в «Неверморе»! Но я ведь ТАКОЙ ЖЕ, как они! Не знаю. Я думал, все будет… по-другому.       Отец обнял его и усадил на один из пуфиков.       — Уверяю, Пагсли, ты не самый странный ученик в «Неверморе» — и не будешь таким. Это точно. Мой старый сосед по комнате тоже был… скажем так, проблемным. Но я точно знаю, скоро ты обретешь друзей. Тебе просто нужно прочувствовать дух Калибана, храбрость, которую он несет. Если сможешь, люди точно тебя полюбят.       Сказав это, он вернулся к Уэнсдей и Мортише. Отец не мог отойти от жены дольше, чем на пару минут, и каждый раз кто-то должен был останавливать их, чтобы в порыве страсти они не откусили друг другу головы.       Пагсли остался сидеть, обдумывая его слова. Храбрость. Что такого он мог сделать, чтобы доказать всем свою храбрость?.. Он ведь правда ничего не боялся. Кто еще позволил бы сестре пытать себя водой до потери сознания?       После того, как они помогли матери обустроиться в новом доме за пределами «Невермора», Уэнсдей сбежала бог знает куда, а Пагсли вернулся в Калибан Холл. В первую ночь здесь было принято собираться вместе, чтобы лучше узнать друг друга и порассказывать истории. Может, сейчас ему удастся познакомиться с кем-то?       Когда Пагсли появился, все уже сидели в гостиной.       Юджин тихо перешептывался с другими ребятами из Калибана. Он бросил на Пагсли быстрый взгляд и сразу отвернулся. В углу оставалось одно незанятое место — в любом случае, это лучше, чем закрыться в комнате и страдать от жалости к себе.       Вскоре разговоры, частью которых Пагсли так и не стал, смолкли: пришел Аякс и подозвал всех сесть поближе. А после начал историю.       Историю о Дереве-черепе.       Она потрясла Пагсли. Какого-то гения похоронили под корнями древа, и тиканье его механического сердца слышалось там до сих пор. Невероятно! Пагсли сразу понял, что нужно сделать, чтобы заслужить всеобщую любовь: он найдет Дерево-череп, откопает того парня и наконец покажет, насколько храбрым был! Можно даже позвать с собой Юджина. Он, наверное, с ума сойдет от страха, но Пагсли будет рядом, сможет успокоить его, защитить… После этого Юджин сразу захочет дружить!       Пагсли взглянул на него, но тот все еще отводил глаза. Другие ребята вели себя не лучше.       Он решил вернуться в комнату. Никто все еще не хотел говорить с ним — это только больше уверило Пагсли в том, что надо как можно скорее найти Дерево-череп. Так что он стащил карту с окрестностями «Невермора», которую заприметил в холле, и приступил к поискам. Но это оказалось тяжелее, чем он думал. Когда пришел Юджин, Пагсли быстро спрятал карту и притворился, что спит, пока с другой половины комнаты не послышалось мягкое сопение.       Пришлось использовать увеличительное стекло с фонариком, но он наконец заметил дерево. Оно находилось далеко, на окраине земель «Невермора». До туда было около часа ходьбы.       Еще требовалось подумать о том, как не попасться никому на глаза. Лучшим временем для похода стал бы Костер в честь основателей. Никто не заметит, как Пагсли ускользнет из толпы учеников и преподавателей. Надо только спрятать лопату где-нибудь недалеко, тогда уйти будет просто.       Он так глубоко погрузился в мысли, что почти не заметил, когда Юджин стал возиться во сне, бормотать что-то, вздрагивая всем телом. Он был напуган. Наверное, вновь видел встречу с Хайдом, которая едва не стоила ему жизни.       Пагсли осмотрелся, выискивая что-нибудь, чтобы успокоить Юджина… и вдруг взгляд упал на его любимого тарантула. Тот лежал на спине ногами вверх. Мертвый.       Подскочив, Пагсли вмиг оказался возле террариума. Один маленький электрический разряд — и паук вновь счастливо ползал внутри.       Достаточно с Юджина ужасов. Он не должен был встречаться еще и с мертвым питомцем.       К счастью, кошмары вскоре прекратились. Рассматривая Юджина, Пагсли гадал, не просыпается ли он. Во сне тот выглядел спокойным, почти милым.       — Пожалуйста, стань моим другом, — пробормотал он. — Я делаю это ради тебя.       В этот раз Юджин хотя бы позволил Пагсли стоять рядом, пока Да-Винчи заканчивали работу над огромным костром. Еще несколько мгновений, его зажгут, и можно будет привести план в действие.       Так хотелось рассказать обо всем Юджину! Заставить его побеспокоиться и сказать, что это слишком опасно. Он был ужасным трусишкой. Но Юджин отвернулся и начал перешептываться с друзьями — Пагсли надеялся, что не о нем.       — Слушай, когда зажгут костер, я побегу к Дереву-череп, чтобы раскопать того парня. Хочешь со мной?       Он с мольбой улыбнулся Юджину, но тот отвел взгляд и покачал головой:       — Прости, сегодня важный вечер. Дорт будет благодарить всех за спасение школы.       Черт, ну конечно.       Это рушило план. Они должны были пойти вместе. Кто теперь поможет достать труп? И ни один человек так и не узнает, каким храбрым был Пагсли. Единственная причина, по которой он решился на все это, — желание впечатлить Юджина, а тот отмахнулся от него из-за глупой церемонии и даже не извинился. Наверное, просто побоялся идти или типа того. А может, правда хотел избавиться от Пагсли…       Нет, решил он. Нет нужды звать Юджина. Если он не хотел идти смотреть на мертвого парня, Пагсли приведет его с собой. Да! Тогда план все еще сможет сработать.       Наконец настало время зажечь костер. Еще пара секунд — и можно бежать. Пагсли оглянулся на Юджина, надеясь, что он изменит решение, но этого не случилось. Тот даже не смотрел в его сторону, ошеломленный пламенем. Да-Винчи и правда превзошли себя. К сожалению, Пагсли не мог остаться и насладиться шоу. У него была миссия. Никто не обращал на него внимания, даже родители: все были слишком заняты огненным фениксом, рассекающим небеса. Вот он, шанс!       Пагсли быстро направился к лесу, скрываясь в тенях, чтобы никто не смог его заметить. Впрочем, разве кто-то когда-то его замечал?       Ноги болели, и Пагсли уже проклинал себя за то, что не взял бутылку с водой, когда наконец увидел то, что искал. На вершине небольшого холма, покрытого мхом, росло то самое дерево. Поразительно, как сильно оно и правда напоминало череп!       Он заколебался. Может, это все-таки не очень хорошая идея? Может, стоило повернуть назад, вернуться в Калибан Холл и принять, что Юджин никогда в жизни не захочет с ним дружить, потому что Пагсли странный и недостаточно крутой?       Ну уж нет. Он не сдастся. Откапает этого мертвого парня, покажет Юджину и наконец обретет настоящего друга!       Но для начала хотелось узнать, насколько легенда правдива. В конце концов, это была лишь страшилка. Аякс вполне мог выдумать ее, чтобы напугать новичков. Хотелось бы надеяться, что это не так. В конце концов, если Пагсли вернется ни с чем, он будет выглядеть глупо, и все наверняка станут смеяться над тем, что он поверил в такую ерунду.       К счастью, когда Пагсли поднес ухо к дереву, он услышал слабое тик-так, тик-так.       Сердце!       Оно все еще работало, хотя звучало не очень хорошо. Но если оно билось, умер ли парень на самом деле? Может, он попал во что-то вроде лимба — не совсем мертв, но и не вполне жив?       «Крутяк», — подумал Пагсли.       Вдруг прямо над ухом раздался клекот. Пагсли с криком повалился на землю. Он так испугался, что силы пробудились и сотрясли землю, прямо в том месте, где был закопан мертвый — или не очень — парень.       Черт.       Вот же черт!       Пагсли уставился на холм. Он кое-что услышал. Тиканье внутри стало громче, быстрее — и вот из-под корней, хватая пальцами воздух, высунулась рука. Потом — вторая. За ними голова. Тело. И наконец, изгибаясь невозможным для человека образом, парень появился целиком. Он повернулся в сторону Пагсли, но тот оказался поражен настолько, что мог лишь смотреть.       Перед ним стоял самый настоящий зомби.       Его тело обросло мхом, череп был проломлен, так что виднелось содержимое, глаз вытек, единственную руку скрывала перчатка. Пагсли сглотнул. Он хотел закричать, но заметил кое-что еще. Зомби выглядел каким-то… грустным. У него был тусклый, печальный взгляд — и Пагсли показалось, что это взгляд человека, которому нужен друг. Прямо как ему самому.       Возможно, это шанс обрести кого-то, кто смог бы понять его в «Неверморе». Кто, более или менее, хотел бы тусоваться с ним. Пагсли мог держать его как питомца или компаньона, чтобы никогда больше не чувствовать себя одиноко.       И Юджин ему был не нужен. Потому что теперь у него появился собственноручно оживленный зомби-друг. Вот это класс!