Бирюзовые искры

*** Свет раннего солнца пробивался сквозь высокие витражные окна, окрашивая столы в теплые тона. Воздух был наполнен ароматом жареного бекона, свежего хлеба и тыквенного сока, что, кажется, являлось главным напитком Хогвартса. В зале царил привычный утренний гул. Я занял своё место за столом. Рядом, как и ожидалось, устроились Эван и Торфинн, оживлённо обсуждая вчерашние впечатления. Чуть поодаль, с чашкой чая, сидела Виола. Заметив мой взгляд, она кивнула - коротко, почти незаметно, но в её осанке читалась собранность, которой не было вчера. - Кстати, Тео, мы вчера пришли поздно и ты уже спал, но мы слышали, что у тебя был какой-то конфликт с близнецами Кэрроу? - задал вопрос Эван, а Торфинн выжидающе замолчал. Я отпил глоток тыквенного сока, не спеша с ответом. По столу поползли любопытные взгляды других первокурсников. - Было небольшое недоразумение, - наконец ответил я, отставляя чашу. - Они позволили себе неуважительные высказывания в адрес моей подопечной. Мне пришлось... внести ясность. Эван присвистнул, а Торфинн нервно провёл рукой по светлым волосам. - И как они отреагировали? - тихо спросил Роули. - Они поняли, что совершили ошибку, - я пожал плечами, как будто речь шла о чём-то незначительном. - Думаю, теперь они будут вести себя осмотрительнее. Из-за спины донёсся знакомый насмешливый голос: - Осмотрительность - это то, что нужно всем, Нотт. Люциус Малфой остановился рядом с нашим местом, холодно оглядывая нашу компанию. Его взгляд на мгновение задержался на Виоле, и я почувствовал, как она замирает. - Малфой, - кивнул я, отставляя стакан с соком. - Решил оценить нашу скромную компанию? Люциус усмехнулся — холодно, без тени веселья. - Просто проходил мимо и подумал, что стоит напомнить: в Слизерине ценят не только силу, но и... благоразумие. Иногда одно неосторожное слово может создать ненужные проблемы. - Его взгляд скользнул по бледному лицу Виолы. - Для всех причастных. Я почувствовал, как Эван и Торфинн застыли, ожидая моей реакции. Даже некоторые старшекурсники поблизости притихли, наблюдая за разговором. - Ценю совет, - ответил я спокойно, глядя Люциусу прямо в глаза. - Но, если честно, я всегда считал, что настоящие проблемы создают как раз те, кто боится говорить прямо. Предпочитают шептаться по углам... натравливать одних на других. Люциус не моргнул, но в его глазах мелькнуло что-то острое, холодное. Он понял намёк. - Прямота - это оружие, которое легко обращается против того, кто им пользуется, - мягко парировал он. Мы смотрели друг на друга несколько секунд - два наследника древних родов, измеряя силы в тихой битве взглядов. Завтрак вокруг нас продолжался, но наш маленький уголок словно выпал из времени. - Удачи на занятиях, Нотт. - И тебе того же, Малфой. - Блин, - выдохнул Эван, когда Малфой скрылся из виду. - Это было... напряжённо. - Кому-как, - пожал я плечами. - И все же, будь осторожен, Тео, - тихо сказал Роули. - К сожалению, Финн, - я обвел взглядом весь стол, задержавшись на смотрящих на нас близнецах Кэрроу. Подмигнув им, я сделал глоток сока. Что-то в этой тыкве все же есть... - некоторые люди принимают осторожность за слабость. - Но ты же не хочешь сказать, что мы должны со всеми ссориться? - не унимался Торфинн, понизив голос. - Мы же только начали учиться. - Я не говорю «ссориться», - отставил я пустую чашку. - Я говорю - не позволять садить себе на шею. Разница, как между дуэлью и казнью. Первое это диалог. Второе - констатация факта. Вчера был диалог, сегодня тоже. А если будут лезть еще - будет казнь. Эван покачал головой, но в его глазах читалось не столько несогласие, сколько попытка осмыслить новую для него философию выживания в Слизерине. - А в поезде казался таким добродушным, - усмехнулся Торфинн. - Кому-то я друг, кому-то враг. И с каждым предпочитаю общаться соответствующе. Вон, Фрэнк - твой друг еще с самых пеленок, ведь так? - я кивнул в сторону Гриффиндора, где Лонгботтом что-то оживлённо жестикулировал, рассказывая соседям историю. - Думаешь он всегда такой улыбчивый простак? - Нет, я знаю, каким... страшным он может быть, - аж поёжился Торфинн. - Вот-вот. И я о том же. - Ладно, гении, - перебил он, разворачивая своё расписание. — Может, хватит о политике? У нас через пятнадцать минут чары и я что-то не вижу старост. - Сегодня они заняты, - раздался знакомый голос прямо за моей спиной и я обернулся. Беллатриса Блэк собственной персоной. - Так что вас проведу я. - Доброе утро, леди Блэк. Беллатриса стояла, скрестив руки, с тем самым хищным полупрозрачным выражением, которое, казалось, одновременно и притягивало, и предупреждало об опасности. Её взгляд скользнул по Эвану и Торфинну, заставив их невольно выпрямиться, а затем уставился на меня. - Доброе утро, наследник Нотт, - её губы тронула лёгкая улыбка. - Я вижу, твоё утро начинается с... философских дискуссий. Как мило. - Просто разъясняю однокурсникам тонкости местного этикета, - ответил я, сохраняя невозмутимость. - Ох, этикет, - Беллатриса приложила пальчик к своим губам. - Кстати, о вчерашнем... Малфой сегодня с утра ходит мрачнее тучи. Похоже, твоя беседа с Кэрроу произвела впечатление не только на них. Что ты там такого наговорил? - Ничего такого, просто объяснил им, что некоторые границы лучше не переступать. Беллатриса рассмеялась - низко, почти бархатно. В её смехе не было насмешки, скорее одобрение. - Мы еще обсудим это, - сказала она, улыбнувшись. После чего повернулась к моим однокурсникам, её голос стал звонким и повелительным. - Ну а вы, малышня, прекратите глазеть и собирайтесь! Или вы думаете Флитвик сам придет за вами? Эван и Торфинн бросились хватать свои сумки, а я, уже готовый, стоял рядом с девушкой. Поймал на себе взгляд еще одной Блэк, в этот раз - блондинки. - Нарцисса вчера мне все уши прожужжала про эту вашу беседу с Кэрроу. Думаю, в мыслях моей сестры ты далеко не на последнем месте. - Думаю, рановато для первокурсника думать о таком. Беллатриса коротко рассмеялась. - О, милый, в нашем мире никогда не рано думать о будущем, - она бросила на меня многозначительный взгляд. Она развернулась и пошла вперёд, явно довольная нашей беседой. Я последовал за ней, чувствуя на себе заинтересованные взгляды однокурсников. Похоже, моя репутация в Слизерине продолжала расти. "Никогда не рано думать о будущем". Слова Беллатрисы эхом отзывались в голове. Она была права - в этом мире, полном интриг и амбиций, каждый шаг нужно просчитывать заранее. И пусть я не собирался всерьёз задумываться о браке в одиннадцать лет, но заручиться поддержкой влиятельной семьи Блэков определённо стоило. Главное - не позволить этим играм отвлечь меня от настоящей цели: понять природу Бездны и подготовиться к возможной угрозе. Ведь ни связи, ни влияние не спасет этот мир, если Эта сущность решит прийти. *** Чары проходили в большом помещении, заполненном книгами, чем-то даже напоминая библиотеку. Урок был совмещен с ребятами из Рейвенкло, которые уже сидели с открытыми учебниками, когда мы только только зашли в кабинет. Флитвик оказался добродушным, даже чуть забавным мужчиной с ярко выраженной карликовостью. Говорят, у него в роду были гоблины. Он энергично прыгнул на стопку книг за кафедрой, и его голос, неожиданно громкий и звонкий, заполнил класс: - Доброе утро, студенты! Добро пожаловать на ваш первый урок по чарам! Меня зовут Филиус Флитвик, как половина из вас уже знаеь, я ваш преподаватель по чарам! Сегодня мы начнём с основ — с заклинания левитации! Кто-нибудь может сказать мне, почему Вингардиум Левиоса является краеугольным камнем чар? Несколько рук, в основном из синего факультета, взметнулось вверх, но его взгляд упал на меня. - Мистер... - Теодор Нотт, сэр. - Итак, мистер Нотт, что скажете? - Это заклинание учит контролю, профессор, - ответил я ровным тоном. - Не просто поднять предмет, а удержать его, направлять. Оно требует точности в жесте, чистоте в произношении и, что важнее всего, сосредоточенности воли. Без этого любая магия становится неуправляемой. Флитвик просиял. - Превосходно! Именно так! Пять баллов Слизерину! - Он весело подпрыгнул на своём импровизированном подиуме. - Магия - это не просто сила, дети! Это искусство контроля! Теперь, у каждого из вас на парте лежит перо. Давайте проверим, сможете ли вы применить эту теорию на практике! Класс наполнился взмахами палочек и сосредоточенным шёпотом. Я выполнил заклинание с первой же попытки - перо плавно взмыло в воздух и замерло, послушное моей воле. Филиус не преминул заметить это и наградить меня еще пятеркой баллов. Краем глаза я заметил, как Виола, стиснув зубы от усилия, заставила своё перо подрагивающе оторваться от стола. Прогресс. Но даже пока я выполнял это простое упражнение, часть моего сознания была занята другим. Я наблюдал за самой магией - за тем, как она течёт через палочку, отзывается на мысленную команду. И сравнивал. Сравнивал с Бездной. Магия была структурированной - она подчинялась законам, формулам, требуя чётких компонентов: жеста, слова, намерения. Бездна же была хаотичным океаном чистой воли. Она не подчинялась, а отвечала - мгновенно, мощно, непредсказуемо. Она была воплощённым желанием, не ограниченным никакими рамками. Конечно, у магии тоже бывают выбросы, особенно в детстве, но это обуславливается отсутствием контроля и излишней эмоциональностью детей. По той же причине одиннадцать лет является важным периодом, чтобы научить детей контролю. Ведь дальше начинается самое мощное - подростковый период. В этот момент магия может так взбунтоваться, что может чуть ли не взорвать человека изнутри. Но с другой стороны, Бездну невозможно было обуздать. Ей можно приказать, просить. Но контролировать? Вряд ли. Да и если она исполнит приказ, может сделать это по своему. Кстати, вспомнилось кое-что, что помогало мне держать концентрацию в том мире. А также являлось самой главной способностью, позволяющей мне преодолевать огромные дистанции. Режим бездны. Возможность за доли секунды становится невидимым и неосязаемым, и совершать прыжки сквозь пространство, буквально растворяясь в энергии Бездны и материализуясь в другом месте. Это требовало невероятной концентрации — малейшая ошибка, и можно было застрять между мирами, стать частью вечного шепота, что зовётся Безразличием. Смогу ли я повторить это здесь? Мысль была одновременно пугающей и дразняще притягательной. В мире, где телепортация требовала либо летучего пороха, либо сложного заклинания аппартации, такая способность давала бы невероятное преимущество. В таких мыслях прошел весь урок, к концу которого все смогли поднять перо, обрадовав этим Флитвика. Профессор сиял, раздавая напоследок щедрые порции очков всем факультетам. Покинули мы класс под надзором нашей сегодняшней "няни" Беллатрисы, которая отвела нас в кабинет ЗОТИ. Кабинет был закрыт, поэтому перед дверью толпились гриффиндорцы. - О, привет, Тео. Финн, Эван, - подошел к нам улыбающийся Фрэнк. За ним стоял его новый друг Брайан. - Кстати, Финн, Эван, знакомьтесь - Брайан Маклагген. Это Эван Розье и Торфинн Роули. Торфинн мой друг с малых лет, - познакомил наших друзей Фрэнк. - А, Эвана я знаю, у наших отцов акции в одном бизнесе, часто видятся, - подошел ближе Брайан. - Привет, ребята, - я улыбнулся. Веяло от Фрэнка чем-то дружелюбным и добрым. - Ну, как вам чары? У нас они вчера были, Флитвик просто душка! - Фрэнк приобнял Торфинна за плечо. - Да, он очень... энергичный, - вежливо ответил Торфинн, пытаясь высвободиться из дружеских объятий. Не успели мы продолжить диалог, как дверь в кабинет Защиты отворилась, и на пороге появился мужчина средних лет. Его суровый вид и шрам через бровь мгновенно заставили всех замолчать. - Входите, - коротко бросил он, отступая назад и пропуская студентов внутрь. - И займите места. Кабинет Защиты оказался просторным, с высокими потолками и минималистичным убранством. На стенах висели портреты, которые с интересом разглядывали входящих студентов. Профессор дождался, когда мы все сядем, после чего начал свою речь. - Меня зовут Уильям Мерриуэзер. Я ваш преподаватель Защиты от темных искусств на ближайшие пять лет. Он начал медленно расхаживать по классу, скрестив руки за спиной. - Защита от Тёмных искусств, - начал он, обводя всех тяжёлым взглядом, - это не теория. Это выживание. На этом занятии вам не нужно знать, из чего состоят заклинания, как они строятся и так далее. Это все вы можете узнать у профессора Флитвика. - На моих же занятиях, вам нужно уметь хоть с закрытыми глазами ставить щитовые чары, знать, за какую сторону палочку держать. Некоторые в классе усмехнулись. К удивлению, сидящий рядом Фрэнк был поглощен речью профессора, вслушиваясь в каждое его слово. - Сегодняшнее занятие посвящается недооцененной, но невероятно важной теме. Сигналы. Мерриуэзер вынул свою палочку и, не произнося ни слова, вызвал из её кончика сноп ярких зеленых искр. Они с треском разлетелись в воздухе, осветив на мгновение его суровое лицо. - Вермиллиус, - отчётливо произнёс он. — Базовое заклинание, которое каждый из вас должен отточить до автоматизма. Оно не обожжёт врага. Не прожжёт доспехи. Но его достаточно, чтобы ослепить на секунду, подать сигнал товарищам через стену или в густом тумане, отметить свой путь в лабиринте... или просто проверить, не скрывается ли в темноте то, что лучше не тревожить. Да, мисс? - Андерсон, сэр, - поднялась с места моя подопечная. - А в чем разница между ним и Люмосом? — Хороший вопрос, мисс Андерсон. - Профессор Мерриуэзер кивнул, и в его глазах мелькнуло одобрение. - Люмос создаёт постоянный, мягкий свет. Он хорош для освещения пути, но бесполезен как сигнал - его не увидишь за поворотом или сквозь листву. Вермиллиус - это яркая, мгновенная вспышка. Её видно на большом расстоянии, даже днём. Но главное отличие... Он снова взмахнул палочкой, и на этот раз искры вырвались красным снопом. - ...в том, что сигнальные заклинания можно модифицировать. Цвет, интенсивность, даже характер свечения - всё это несёт информацию. Зелёный - путь свободен. Красный - опасность. Это ваш язык в бою, когда кричать бесполезно. Его взгляд скользнул по классу, задерживаясь на каждом ученике. - Все достаем палочки. Повторяйте за мной, Вермиллиус! - класс начал потихоньку заполняться вспыхивающими тут и там искрами. У Фрэнка заклинание получилось сразу же, отчего он радостно улыбнулся. А некоторым из нас, особенно Виоле, пришлось попытаться несколько раз. Я даже отсюда видел, что движения были слишком резкие. Что заметил и профессор, подходя к девочке и направляя ее руку. Но мне заклинание казалось слишком простым. Я такие искры могу просто рукой делать. Я поднял палочку, на мгновение отбросив все заученные жесты. Вместо этого я сосредоточился на самой сути сигнала - на желании создать вспышку. Из кончика моей палочки вырвался сноп искр. Но они не были зелёными. Они горели холодным, пронзительным бирюзовым светом. Они не трещали, как у других, а тихо шипели, словно испаряясь на границе реальности. Класс на мгновение замер. Даже профессор Мерриуэзер остановил свой взгляд на моей палочке, его брови удивлённо поползли вверх. - Мистер Нотт, - произнёс он после паузы. - Нестандартный... подход. Все взгляды снова были прикованы ко мне. Я медленно опустил палочку. - Кажется, вы не произносили заклинание? И даже не использовали жест? Я аж удивился наблюдательности этого человека. В классе сидит больше сорока человек, а он заметил, чем занимается конкретный студент? Я быстро перебрал варианты. Солгать? Но он уже почувствовал разницу. Ссылаться на природный талант? Слишком расплывчато. - Я... концентрировался, профессор, - сказал я, выбирая слова. - На сути сигнала. Ведь что такое сигнал? Это вспышка. Вот я и представил вспышку на кончике своей палочки, и кажется, моя магия... обошлась без формальностей. Мерриуэзер не сводил с меня глаз. Казалось, он пытался разглядеть что-то за моим взглядом. - Невербальная и безжестовая магия, - наконец произнёс он, и в его голосе прозвучало нечто вроде уважения, смешанного с крайней озабоченностью. - Если бы магия так работала, мистер Нотт, каждый второй был бы Мерлином. Его слова повисли в воздухе, тяжёлые и неоспоримые. В классе было так тихо, что слышалось шипение факелов на стенах. Все замерли, ожидая продолжения. - Но раз уж вы смогли это сделать, - профессор медленно подошёл ближе, его тень накрыла мою парту, - значит у вас есть талант. Постарайтесь его не зарыть, мистер Нотт. - Постараюсь, профессор, - ровно ответил я, чувствуя, как десятки пар глаз впиваются в мою спину. - Тем не менее, класс, то, что вы только что видели - это исключение, подтверждающее правило. Ваша палочка - ваш инструмент. Ваши жесты и слова - ваш ключ. Не пытайтесь повторить это, пока не научитесь идеально контролировать основы. Потому что в девяноста девяти случаях из ста такая "концентрация" закончится обратным выбросом магии прямиком в того, кто её пытается применить. Продолжаем занятие. Урок пошёл своим чередом, но атмосфера в кабинете изменилась. Взгляды, бросаемые в мою сторону, стали другими - более внимательными, оценивающими. Я больше не был просто наследником Ноттов, проявившим характер. Теперь я был тем, кто смог сделать нечто, считавшееся невозможным для первокурсника. Мда, второй день в Хогвартсе, а я уже у всех на слуху. Когда прозвенел звонок, Мерриуэзер коротко бросил, ни к кому конкретно не обращаясь: - Мистер Нотт, останьтесь на минутку. Эван и Торфинн бросили на меня тревожные взгляды, но покорно вышли вместе со всеми. Дверь закрылась, и я остался в кабинете один на один с профессором. Мерриуэзер сидел за своим столом, сложив руки. - Знаете, мистер Нотт, ваш отец мог стать могущественным волшебником. Да, он не мог на первом же занятии показать невербальную магию, но его скорость изучения заклинаний, его магическая мощь - все это было чем-то восхитительным. Поэтому я пошел на поклон к вашему отцу и признал его своим господином. Жаль только, что дела рода не дали ему развить свой потенциал. Я удивленно уставился на профессора. Я конечно, знал, что у рода Нотт немало вассалов, но чтобы даже профессор в Хогвартсе... - Тем не менее, я буду к вам строг также, как к остальным детям, если не строже. Я не хочу чтобы вы загубили свой талант, также как и не хочет этого ваш отец. Поэтому я назначаю вам дополнительные занятия каждую пятницу вечером. - Хорошо, профессор, - я кивнул, понимая, что отступать некуда. - Свободны, - Мерриуэзер встал и зашел в свой кабинет, находящийся прямо в классе. Я вышел в коридор, где меня ждали встревоженные Эван и Торфинн. - И что он тебе сказал? - тут же набросился Розье. - Всё в порядке, - успокоил я их, медленно направляясь к выходу из подземелий. - Назначил мне дополнительные занятия. - А эти твои искры... - Торфинн смотрел на меня с нескрываемым любопытством. - Ты и правда не произносил заклинание? - Видимо, у меня это хорошо получается, - пожал я плечами. - Но вы лучше ответьте на вопрос. А как мы доберемся до следующего урока? - Да не парься, - Эван покрепче схватил рюкзак. - Сегодня же астрономия, вечером будет. - Точно! Чем займетесь до обеда? - Может походим по замку, осмотримся. Мы то еще что-то увидели, а ты вчера из библиотеки не вылезал. - Отличная идея, - согласился я, чувствуя, как после напряжённого урока наконец-то расслабляюсь. - Только давайте без приключений, - тут же насторожился Торфинн. - Я не хочу в первую же неделю на отработку угодить. - Да ладно тебе, чего нам сделают? Мы же перваши, - Эван фыркнул, но в его глазах блеснул азарт. Мы двинулись по коридору, сворачивая в неизвестные мне проходы. За каждым поворотом открывался новый вид - то галерея с портретами, которые оживлённо спорили друг с другом, то винтовая лестница, ведущая в неизвестном направлении, то окно, открывающее вид на озеро с такого ракурса, которого я ещё не видел. И пока мы блуждали, я не просто запоминал маршруты. Я прислушивался. Не ушами - а всем своим существом. К магии, что пульсировала в стенах. К её отголоскам. И к тихому, едва уловимому шепоту Бездны внутри себя, которая, казалось, тоже изучала это новое, странное место.