Проклятый путь

Солнце было в зените, когда Эрен, Эварнель и Хенрик покинули деревню, направившись на юг, где надеялись найти хоть какую-то зацепку о нахождении пропавших жителей деревни. После посещения дома Найлири и Хенрика Эрен, помимо пары коротких изогнутых клинков, обзавелся поясом, на котором эти клинки теперь и располагались, и парой хороших кожаных сапог, которые хозяин дома любезно ему предоставил. Сам Хенрик вооружился длинным прямым мечом и небольшим кинжалом. Кроме того, все трое теперь имели при себе по несколько пузырьков разнообразных эликсиров и зелий из запасов сестры Эварнель. Дорога через поля не заняла много времени, и вскоре путники уже шагали по мягкой, покрытой мхом почве, окруженные невысокими деревьями с кривыми извилистыми ветвями, между которыми, рассеивая солнечные лучи, повис густой зеленоватый туман. — Это конечно не Сумеречный лес, но и тут местечко далеко не самое уютное. — пробормотал Эрен, замечая, как с каждым его шагом из-под мохового ковра поднимаются небольшие лужицы болотной воды. — По крайней мере сейчас над нами светит солнце. — негромко произнесла в ответ Эварнель, подняв глаза навстречу пробивающемуся сквозь туман солнечному свету, который, казалось, с каждым шагом путников становился все более тусклым. И, сделав еще шаг, девушка тут же опустила глаза под ноги и отшатнулась в сторону, потому как ее нога вместо покрытой мхом почвы встретила густо заросшую тиной водную гладь. К счастью, эта скрытая водяная ловушка оказалась не такой глубокой, да и среагировала эльфийка вовремя, и все же она успела зачерпнуть сапогом немного грязной болотной воды. Поморщившись, она обернулась к остальным: — Смотрите под ноги. Эти топи могут быть коварнее любых их обитателей. И вправду, среди висящего в воздухе тумана, да на фоне зеленого ковра, укрывавшего всю землю вокруг, непросто было разглядеть разбросанные тут и там водоемы, вся поверхность которых была покрыта плотным покрывалом такой же зеленой болотной тины. Некоторые из них были больше и заметнее других, а некоторые удавалось заметить лишь на расстоянии одного шага, если быть достаточно внимательным и осторожным. И Эрен тут же устремил все свое внимание на путь впереди, принявшись ловко перепрыгивать небольшие водоемы и обходить по краю более крупные, не отставая от Эварнель, которая прокладывала свой путь не менее уверенно, чем он сам. Не столь ловкому Хенрику, следовавшему за ними, приходилось прилагать куда больше усилий, чтобы не отстать от дроу и эльфийки. — К слову об обитателях. — заговорил Эрен, поравнявшись с девушкой, — Как мы собираемся их тут найти? — Эти болота — их территория. Не думаю, что наше вторжение останется для них незамеченным. — не сбавляя шаг, ответила Эварнель, — Они сами найдут нас. — Не нравится мне это… — прошептал полуэльф про себя, прекрасно понимая, что план получше вряд ли предвидится. И, едва произнеся это, он услышал у себя за спиной громкий всплеск, после чего что-то крепко ухватило его за ногу и с силой потянуло назад. Реакция дроу была мгновенной, и, когда он обернулся, один из клинков уже был в его руке, готовый избавиться от внезапной угрозы одним быстрым взмахом. Но вместо жабы или какого-нибудь другого болотного чудовища Эрен увидел Хенрика, по пояс увязшего в трясине и с беспомощным выражением лица обеими руками вцепившегося в хвост парня. — Что ты делаешь? — пробормотал он, уставившись на клинок в его руке, — Помоги мне скорее! Желая поскорее избавиться от тянущее за сапог тело, Эрен вонзил клинок в землю рядом с собой и обеими руками ухватил кузнеца за его протянутые руки, принявшись вытаскивать мужчину из болота. — Берегись! — услышал он вдруг крик эльфийки у себя за спиной, когда Хенрик уже почти выбрался из воды. Не долго думая, дроу откатился в сторону. И как раз вовремя, чтобы не стать мишенью для просвистевшего мимо него копья, которое вонзилось в мягкую землю прямо у Хенрика перед носом. Вскочив на ноги, Эрен вырвал из земли оставленный им рядом клинок, в то время как рукоять второго клинка была уже крепко сжата пальцами другой его руки, и резко обернулся, надеясь наконец увидеть нападавшего. Долго ему искать не пришлось. Выпрыгнувший из тумана ему навстречу здоровенный двуногий жаболюд с зажатым в мускулистой лапе копьем тут же поприветствовал незваного гостя резким выпадом, от которого полуэльф едва смог увернуться. Не медля ни мгновения, человек-жаба продолжил наступление, молниеносно проводя одну атаку своим длинным копьем за другой, вынуждая Эрена стремительно пятиться назад, в результате чего тот чуть не оступился и едва не рухнул туда же, откуда только что помогал выбраться Хенрику. Кое-как сохранив равновесие, он пригнулся, уходя от очередного выпада, а после резко кинулся вперед, с разбегу нанеся размашистый удар обеими клинками. И все же его клинки не достигли цели, со звоном столкнувшись с небольшим щитом, изготовленным, судя по всему, из панциря большой черепахи, закрепленным на левой лапе ящера. Хенрик к тому моменту уже выбрался на берег и теперь, выхватив меч, готов был кинуться на помощь товарищу, но очередное просвистевшее в опасной близости от его головы копье заставило его отвлечься на другого противника. Еще несколько людей-жаб стремительно приближались с другой стороны, готовые накинуться на кузнеца всей толпой. Эрен же теперь даже не думал прекращать начатое наступление и, оказавшись слева от своего противника, с силой нанес ему удар каблуком сапога под колено, заставив склониться и упереться левой лапой в землю. Когда же жаб предпринял очередной выпад своим копьем, дроу одним быстрым взмахом клинка перерубил древко его оружия надвое. Еще мгновение, и острие клинка Эрена оказалось у горла повергнутого наземь врага. Другие жабалюди не могли не заметить этого. Некоторые из них растерялись, сбавив шаг, другие же теперь были готовы кинуться в битву с еще большей яростью. — Остановитесь! — раздался вдруг громкий твердый голос, эхом разнесшийся среди повисшего над топями тумана. Голос прозвучал столь внезапно и столь уверенно, что заставил не только полуэльфа остановить свой готовый вонзиться в плоть амфибии клинок, но и прибывших на подмогу своему товарищу существ вынудил остановиться за мгновение до того, как они уже готовы были разорвать на части Эрена и выглядящего до смерти перепуганным Хенрика. До этого так и не вступившая в сражение Эварнель вышла навстречу обитателям болот, широко расставив руки в стороны, а ее лук так и не покинул своего места на спине девушки. — Опустите свое оружие. — заговорила она, на мгновение обернувшись в сторону Эрена, давая понять, что касается это не только жаболюдов, — Мы пришли сюда не для того, чтобы сражаться. Мы хотим только поговорить. Нехотя дроу последовал словам эльфийки и убрал клинок от шеи болотного воина, тут же отступив от него на шаг назад. Другие же пучеглазые создания злобно оскалились немного раздув пузырь в горле и, казалось, были готовы наброситься на дерзкую эльфийку и ее товарищей, но один из них, стоящий впереди остальных, вдруг протянул руку в сторону, жестом веля им попридержать свою жажду пролить кровь чужаков. Сделав несколько шагов вперед, он остановился перед девушкой, ростом превышая ее почти вдвое. — О чем нам говорить с теплокровными, вторгшимися в наш дом? — произнес жаб низким утробно-квакающим голосом, угрожающе глядя на Эварнель сверху вниз. Рядом с ним девушка выглядела хрупкой и беззащитной. Жаболюд же, казалось, мог в любой момент сломать ей шею одним движением своей внушительных размеров лапы. Глядя на это, Эрен не без труда нашел в себе силы довериться своей спутнице и остаться стоять на месте. И все же, сам того не замечая, он с такой силой впился в рукояти своих клинков, что его пальцы побелели. Хенрик же, похоже, просто был рад, что остался жив, хотя еще недавно готовил себя к тому, что его разорвут на кусочки. Но и иллюзиями о том, что это затишье продлится долго, он себя не тешил. — Мы надеялись, что вы поможете нам. Поможете найти мою сестру. — голос эльфийки стал заметно мягче, — Всего пару дней назад она отправилась сюда… и больше не вернулась. — Немало чужаков приходили в наши топи и многие из них сгинули здесь. — проквакал здоровяк в ответ, — Но никого похожего на тебя я не помню. А от моих глаз здесь мало что ускользает. — Хотите сказать, вы ее не видели? Но как же так? Ведь она отправилась сюда затем же, зачем и мы — найти ваше племя и поговорить с вами. — в этот момент даже далекий от понимания эмоций людей и эльфов человек-жаба мог прочесть в глазах девушки медленно угасающую надежду, — Она хотела найти пропавших детей… которых, по словам жителей деревни, вы… — Деревни?! — услышав это слово, жаболюд словно чего-то испугался, а шипящие нотки в его голосе приобрели какой-то угрожающий оттенок, — Жители деревни людей сами виноваты во всех своих бедах, и беда ждет каждого, кто решится помочь им! Так говорит наш шаман. В ответ на такую неожиданную реакцию Эварнель и сама рефлекторно отступила на пол шага назад, после чего на мгновение обернулась, переглянувшись сначала с Эренлм, потом с Хенриком. На лицах обоих читались те же непонимание и растерянность, которые сейчас почувствовала она сама. — Что… что это значит? — неуверенно переспросила девушка, видя, как ящеры за спиной своего предводителя, слышавшие их разговор, принялись тревожно перешептываться. — Шаман говорит, жители деревни людей обратились ко злу. — нехотя заговорил жаб после недолгой паузы, — И что мы должны убивать тех людей, которые захотят принести это зло в наш дом. Но ты не человек, и таких, как ты, мы раньше тут не встречали. — Убивать людей?.. — заговорил вдруг Хенрик, в котором от пережитого только что страха, казалось, теперь не осталось и следа, — И скольких же людей вы уже тут прикончили? Может, среди них была и Най?! Как зверолюд вообще способен отличить эльфа от человека?.. Не скрывая нарастающего в нем гнева и крепко сжимая меч в руке, мужчина уже двинулся навстречу предводителю людей-жаб, но тут почувствовал, как чья-то твердая рука легла на его плечо. Сначала он хотел стряхнуть ладонь Эрена прочь, но после, увидев, как отряд амфибий, угрожающе надувшись, ощетинился копьями, и в очередной раз встретившись взглядом с эльфийкой, все же поборол свою злость и остался стоять на месте. — О чем вы говорите? Что это за зло? — вновь обратилась к предводителю зверолюдов Эварнель. — Этого я не знаю… и знать зла я не хочу. — коротко ответил он, не сводя теперь глаз с Хенрика. — Но ваш шаман знает, так? — не унималась эльфийка, — Дайте нам поговорить с ним. От того, что он знает, может зависеть жизнь моей сестры. — Отвести вас к шаману?! — глаза жаболюда недобро сверкнули, когда он вновь опустил их на девушку, — Как могу я дать теплокровным говорить с шаманом? Вам нельзя доверять… — Мы пришли в ваше болото с миром. — перебила его Эварнель, — И пришли мы сюда с благими намерениями. Когда же вы напали на нас, мы были вынуждены защищаться, но ведь мы не убили и даже не ранили ни одного из вас… хотя это было в наших силах. Услышав эти слова, предводитель обернулся к своим собратьям, среди которых теперь занял место и побежденный Эреном воин. И вправду, хоть он и был на волоске от смерти, ящер остался невредим. И, видя немой вопрос в глазах предводителя, воин, немного подумав, все же кивнул в ответ. — Хммм… Хорошо. — изрек наконец глава болотных воинов, — Мы отведем вас к шаману. Но знайте, мои братья и я будем следить за вами, и, если вам дороги ваши головы, вы не посмеете причинить ему никакого вреда.

***

Чем дальше путники углублялись в топи, тем больше мерк солнечный свет над их головами, в сгущающемся тумане приобретая зловещий зеленоватый оттенок. Теперь, шагая вслед за предводителем жаболюдов со всех сторон окруженные его могучими перепончатыми воинами, они двигались уже не по ровной местности, а петляли между высоких холмов, растущие на склонах которых жуткого вида извилистые деревья тянули им навстречу свои когтистые ветви. Путь через болота был долгим и запутанным, и даже такому опытному следопыту, как Эварнель, наверняка не так просто было бы теперь найти дорогу назад. Но зверолюди не сбавляли хода, вынуждая гостей болота двигаться в их темпе, и вскоре за очередным холмом показался большой водоем, с берегов которого к краям водной глади склонились длинные ветви плакучих ив. Вода в этом внушительных размеров пруду была на удивление чистой и, хоть в повисшем над болотами полумраке она казалась темной и непрозрачной, на поверхности пруда совсем не было той болотной тины, которая плотно покрывала все другие водоемы, встреченные путниками до этого момента. Приближаясь к пруду, Эринар краем глаза заметил, как с каждым их шагом с вершин холмов вокруг к ним спускается все больше жаболюдов, большинство из которых были вооружены такими же копьями и панцирными щитами, как и у сопровождавших их воинов, а некоторые сжимали в лапах по причудливому длинному луку извилистой формы, сделанному, судя по всему, из ветвей все тех же устрашающего вида деревьев, что встречались им на пути. При виде теплокровных, которых их собратья привели в свои владения, стражи пруда не скрывали любопытства и недоумения, перешептываясь друг с другом на своем квакующем языке и постепенно смыкая ряды за спинами путников и сопровождавших их амфибий, перекрывая пути к отступлению. Но еще больше жаболюдов выходило им навстречу со стороны самого пруда. Теперь, когда они подошли ближе, можно было разглядеть укрытые ветвями ив круглые крыши небольших домиков, расположившиеся вдоль самого края водоема. Остальная часть этих необычных строений, включая вход, казалось, находилась в самом пруду, под водой. И сейчас оттуда, вблизи этих выступающих над поверхностью пруда крыш и из-за густых ивовых ветвей с опаской и недоверием выглядывало все больше обитателей болот, никогда прежде не видевших теплокровных вблизи своего дома. Когда же Эрен, Эварнель и Хенрик вместе с предводителем отряда жаб вышли на берег пруда, дорогу им преградило еще несколько воинов, возникших на их пути словно из ниоткуда. Эти заметно отличались от других тем, что их незатейливые одежды были украшены множеством разноцветных перьев каких-то крупных птиц, а копья в их руках были целиком сделаны из скрепленных друг с другом кожаными лентами костей. Выглядела эта почетная гвардия еще более угрожающей, чем сопровождавшие гостей болота воины, и было видно, что на проводника путников эти ящеры сейчас смотрели с едва ли большим доверием, чем на самих теплокровных. Когда же один из них заговорил на ведомом лишь только болотным жителям языке, даже не зная, о чем он говорит, можно было расслышать обвинительные нотки в его кваканье. Он, как и вся его гвардия, явно не одобрял решения привести дроу, эльфийку и человека в дом их племени. Когда же несущий за это ответственность жаболюд попытался возразить и сделать шаг вперед, гвардейцы мгновенно сомкнули свои костяные копья на его пути. Для путников это явно не предвещало ничего хорошего, и сейчас, оказавшись в окружении совсем не дружелюбно настроенных зверолюдов, Эрен почувствовал себя ни чуть не лучше, чем тогда в лесу, окруженный целой стаей кровожадных оборотней. Но в следующее мгновение все изменилось. — Довольно. — раздался вдруг твердый уверенный голос откуда-то из-за спин гвардейцев, а после, когда облаченные в пернатые одеяния ящеры расступились, навстречу Эрену, Эварнель и Хенрику вышел тот, кому этот голос принадлежал. Этот жаболюд был заметно ниже ростом, чем все встреченные ими ранее воины, и шагал им навстречу, низко согнув свою кривую спину и опираясь на собранный из костей посох, чем-то напоминающий копья своих стражей. Еще больше громадных цветных перьев укрывало его иссохшую кожу, а на голове покоилось некое подобие шлема, сделанного из верхней части черепа какой-то очень крупной птицы, которой, вероятно, прежде принадлежали и все эти перья. И осанка, и походка зверолюда выдавали в нем дряхлого старика, и все же то, как он был одет и то, как гвардейцы расступились на его пути, говорило о том, что среди обитателей болота он пользовался большим уважением. Ни у одного из троих путников не оставалось сомнений, что перед ними тот самый шаман, встречи с которым они искали. И следующие его слова лишь подтвердили это. — Никогда прежде мы не принимали теплокровных в своем доме, как гостей. — произнес он низким раскатистым голосом, разительно отличающегося от прочих болотных жителей, — И вам тоже не стоило приходить сюда. И все же вот вы здесь… — Достопочтенный шаман, мы пришли к вам, чтобы… — начала было Эварнель, но старый жаб тут же перебил ее на полуслове. — Я уже знаю, зачем вы здесь. Вы ищите ответы на вопросы, которые нельзя задавать… и тех, кого искать уже нет смысла. — резким неприветливым тоном изрек шаман, — По крайней мере здесь. — Но тогда, где, если не здесь? — заговорил теперь Эрен, — Люди из деревни утверждают, что ваше племя похитило троих маленьких детей. А потом одна девушка, эльфийка, отправилась к вам в надежде найти их, и так и пропала на этих болотах. Вы ведь знаете, что ищем мы именно их. И знаете об их судьбе, не так ли? — Во всех своих бедах жители деревни людей виноваты сами. — повторил шаман слова предводителя воинов, — И они заслуживают кары за то зло, что принесли на эти земли. Но детей мы не похищали. А та эльфийка, что искала их, и желавшая, как и вы, поговорить со мной, так и не добралась сюда. Услышав его последние слова, Эварнель вздрогнула. И, не без труда сдерживая вновь начавшее одолевать ее отчаяние, хотела уже спросить, что же шаман имеет в виду. Но ее опередили. — Если она так и не пришла к тебе, то как же ты о ней узнал, а? — произнес вдруг стоявший до этого за спинами эльфийки и дроу Хенрик, делая шаг навстречу старику, — Уж не благодаря ли твоим жабам с копьями, которые расправились с ней, едва она ступила в эти проклятые болота, как хотели расправиться и с нами? — Хенрик, умолкни немедленно! — попытался утихомирить его Эрен, видя, как подались им навстречу квакнувшие гвардейцы, угрожающе сжимая в лапах свои костяные копья. Но в этот раз так легко ему этого сделать не удалось. — Вы, зверолюди, готовы с легкостью убить любого из нас! Один из вас сам признался в этом. — не унимался кузнец, — Ты же еще хуже их всех, ты лжешь и увиливаешь от ответа, но у тебя плохо это получается. Всем нам видно, что знаешь ты куда больше, чем говоришь. И после этого ты смеешь обвинять в чем-то честных жителей нашей деревни?! Ты и твои жабы — вот единственное зло, которое я сейчас вижу перед собой. Куда вы дели тех маленьких детей и мою жену? Что вы с ними сделали? Отвечай! — Не мы похитили тех невинных детей и твою жену. — спокойно ответил шаман, без капли эмоций встретив на себе взгляд глаз Хенрика, в которых стремительно разгоралось пламя неудержимого гнева, — И ты, мальчик, сам это зна… — Довольно с меня твоей лжи! — с яростью выкрикнул мужчина и в то же мгновение с неожиданным для него проворством кинулся навстречу старому шаману. Бойцы его стражи с костяными копьями наготове тут же бросились ему наперерез, но было уже слишком поздно. Спустя лишь долю секунды, кинжал в руке Хенрика по самую рукоять вонзился в горло старика и тут же вышел из него обратно, оставив на его шее широкую кровоточащую рану. Тяжело хрипя и хватаясь за раненное горло, шаман рухнул на колени. Кровь широкой струей текла по его животу, образуя стремительно растущую лужу на земле под его ногами. И все же он еще был жив, из последних сил стараясь уползти прочь от теплокровных, которые принесли беду в его дом. Когда же он, оставив за собой длинный кровавый след, добрался до берега пруда и рухнул замертво, испустив последнее дыхание, а его кровь смешалась с водой, являвшейся его племени домом, ни трое окруженных путников, ни охваченные яростью жаболюды этого уже не увидели, вступив в ожесточенную схватку.

***

Можно ли было назвать схваткой противостояние полуэльфа, эльфийки и человека целой орде обезумевших от жажды крови зверолюдов, окружавших их со всех сторон? Едва Хенрик нанес свой удар, облаченные в разноцветные перья воины, как один, кинулись на него, и лишь каким-то чудом кузнецу удалось уйти от целого шквала ударов костяных копий, обрушившихся на него. Резко отшатнувшись назад, он споткнулся и рухнул на спину прямо под ноги Эрена, и лишь это в последний момент спасло ему жизнь. Но гвардейцы не прекратили наступления, и вот уже их копья нацелились не только на кузнеца, но и на оказавшегося рядом тифлинга, прибывшего сюда вместе с убийцей их шамана. Еще мгновение, и Эрен сам расстался бы с жизнью, если бы в этот момент прямо над его ухом со свистом не пронеслись две стрелы, одна за другой поразившие двоих жаболюдов, готовых немедленно покончить с незваными гостями их болота. Как бы Эварнель ни желала обойтись без кровопролития, она прекрасно понимала, что шанса договориться с людьми-амфибями больше нет, и что в их глазах она, как и Эрен, была соучастником свершившегося только что жестокого убийства. А потому иного пути, кроме как защищаться, сражаясь за свои жизни, у них уже не было. Одна за другой стрелы срывались с тетивы ее резного лука, и каждая из них находила свою цель, глубоко погружаясь в покрытую чешуей плоть. Но стрел в ее колчане становилось все меньше, а зверолюди не прекращали наступать, стремительно сужая кольцо вокруг лишенных всяких шансов на спасение путников. Так им казалось, пока в руке Эрена вдруг не появился небольшой продолговатый пузырек с непрозрачной красной жидкостью внутри. Размахнувшись, он с силой швырнул пузырек в сторону приближающихся гвардейцев, а после тут же кинулся к Эварнель, повалив ее на землю и вместе с ней рухнув рядом с Хенриком. Один из жаболюдов выставил вперед свой панцирный щит, и пузырек разбился об его поверхность. И в то же мгновение освобожденное от стеклянной оболочки содержимое с оглушительным взрывом вырвалось наружу, и вспышка ослепительного пламени поглотила не только щит, но и его владельца, а вместе с ним и всех оказавшихся рядом воинов. Мощная взрывная волна пронеслась над прижатыми к земле головами путников, обдав их жаром голодного пламени. Когда же взрыв утих, и Эрен наконец открыл глаза, на тлеющем мху перед ним лежало не меньше дюжины бездыханных обугленных тел воинов. Вскочив на ноги и оглянувшись, он увидел, как вместе с ним с земли поднимаются сбитые с ног взрывной волной жабы, окружавшие их с другой стороны и теперь готовые вновь кинуться в битву. Но, когда Эрен достал из мешочка на поясе очередной пузырек алхимического огня, они замерли на месте, злобно квакая в его сторону, но не решаясь теперь подойти ближе. Когда же с земли поднялись и его спутники, дроу быстро кивнул им на проделанную взрывом прореху в окружавшем их живом кольце. — Бежим отсюда, скорее! — крикнул он им. Повторять ему не пришлось, и Хенрик с Эварнель, перепрыгнув через лишенные жизни взрывом тела зверолюдов, кинулись прочь от пруда. Помедлив еще мгновение со смертоносным пузырьком в руке, он развернулся и помчался вслед за товарищами. Когда же разъяренные люди-жабы кинулись за ними, тифлинг не глядя швырнул пузырек через плечо и плотно закрыл уши ладонями, но даже это не сильно заглушило подобный удару грома звук взрыва, оставленного им преследователям на прощание.

***

Удирать со всех ног по болотам было не такой уж простой задачей. Словно потакая воле своих обитателей, топь изо всех сила старалась задержать незваных гостей, заставляя их спотыкаться о незаметные торчащие из мягкой земли корни и по колено проваливаться в укрытые тиной лужи. Очень скоро все трое начерпали полные сапоги холодной грязной воды, но это было далеко не главной их проблемой. Вовремя заметив очередную полную воды яму на пути, Эрен ловко перепрыгнул ее, и в следующее же мгновение на краю его зрения промелькнуло нечто, заставившее полуэльфа обернуться. Опасения подтвердились: быстро пришедшие в себя после взрывов алхимического огня зверолюды продолжили погоню. И теперь несколько групп чешуйчатых воинов с копьями наперевес стремительно настигали путников, принесших горе в их родной дом. Для амфибий, знавших эту топь как свои четыре перепончатых пальца, коварная болотистая местность вовсе не была препятствием, так что преимущество было явно на их стороне. Не сбавляя шага, жабы принялись окружать беглецов с трех сторон, а спустя лишь пару секунд в их сторону со свистом устремились первые брошенные рептилиями копья. Чувствуя, как увенчанная костяными наконечниками смерть проносится в опасной близости от них, Хенрик и Эрен ускорили шаг, в то время как Эварнель принялась набегу посылать в ответ преследователям стрелы из своего резного лука. Но с каждым мгновением те становились все ближе, зажимая спасающихся бегством путников в тиски, и вскоре все трое поняли, что бежать им больше некуда. Дорогу полуэльфу, эльфийке и человеку преградил высокий заросший мхом и густыми извилистыми кустами холм, а окружившие их плотным полукругом рептилии перекрыли им все другие пути к отступлению. Лезть по холму наверх означало бы подставить спины под жаждущие их теплой крови копья, потому, повернувшись к амфибиям лицом с оружием в руках, все трое приготовились принять бой. На мгновение повернувшись к Эварнель и Хенрику, дроу не мог не заметить полный презрения взгляд, которым эльфийка в этот момент одарила кузнеца. И сейчас он был полностью с ней солидарен — именно по его вине им сейчас предстоял неравный бой, в котором у них вряд ли был шанс остаться в живых. Особенно при том, что алхимического огня у него больше не осталось. Но тут жабы остановились. Хищно надувая подбородки и угрожающе сжимая оружие в руках, воины со злобой таращились на загнанную в тупик троицу, но по какой-то неведомой причине не решались приблизиться больше ни на шаг. Когда же к шипению зверолюдов прибавился звук зашуршавших за спинами путников кустов, Эрен был вынужден усомниться в том, что все это время взоры зверолюдов были устремлены именно на них. С большой неохотой, чувствуя, как замирает его сердце от зловещего предчувствия, полу дроу медленно обернулся, видя, как из глубины пришедших в движение зарослей болотного кустарника на него смотрит пара больших мерцающих во тьме глаз. — В сторону! — только и успел крикнуть он, схватив Эварнель за руку и потянув вслед за собой на землю, прежде чем кусты на склоне холма с треском разлетелись в стороны, осыпая всех вокруг ливнем ломаных веток. Лежа на земле, придавленный упавшей на него сверху эльфийкой, парень наблюдал, как из скрытой до этого от них кустами норы молниеносно вырвалась громадная черная змея, тут же накинувшаяся на окруживших их жаболюдов. Среди квакающих воинов тут же воцарился хаос. Глядя, как чудовищный хищник рвет на куски и раскидывает в стороны их братьев, многие звуролюды впали в замешательство, а некоторые и вовсе обратились в бегство. Но к моменту, когда рухнувший на землю по другую сторону норы Хенрик поднялся на ноги, а Эварнель наконец слезла с полуэльфа, многие амфибии смогли побороть охвативший их ужас и теперь пытались дать чудовищу отпор, окружив его со всех сторон и пытаясь наносить ему удары копьями с более-менее безопасного расстояния, если такое вообще могло существовать в бою с подобной тварью. Вскочив на ноги вслед за эльфийкой, Эрен готов был кинуться прочь, но быстро понял, что и о нем с товарищами зверолюди не забыли. Едва увернувшись от копья одного из воинов, дроу широким ударом клинка рассек тому грудь, а после добил отшатнувшегося назад жаболюда, точным выпадом пронзив тому шею насквозь. — В нору, быстро! — услышал парень за своей спиной крик эльфийки. Обернувшись на ее голос, Эрен увидел, что и у нее с Хенриком дела идут неважно. — Ты с ума сошла? Прямо в логово этой твари?! — выкрикнул в ответ кузнец, едва вспоров мечом брюхо очередного воина. — Выбор у нас не велик. Пока чудовище отвлекает на себя основную их часть, это наш единственный шанс! — твердо ответила Эварнель. — Но… — начал было Хенрик, но пролетевшее прямо рядом с ним и рухнувшее неподалеку тело зверолюда с переломанными костями прервало его возражения. — Нет времени спорить. Бежим! — выкрикнул Эрен, кинувшись ко входу в нору. Эварнель тут же последовала за ним, и Хенрик, кинув взгляд на развернувшуюся позади него бойню, был вынужден последовать за ними, осознав, что другого выбора у него и вправду нет.

***

Когда царящий в норе мрак окружил путников со всех сторон, сражающиеся с ее обитателем жаболюди остались позади. Возможно, в пылу битвы они просто упустили троицу из виду, когда те скрылись в норе, а может, как и Хенрик поначалу, решили не лезть во тьму, из которой выползло это смертоносное создание. Нора оказалась настолько просторной, что все трое помещались в ней в полный рост, и это было не удивительно, учитывая размеры ее хозяина. Покрытые мхом и торчащими со всех сторон извилистыми корнями стены образовывали длинный окутанный мраком туннель, ведущий в неизвестность. — Что это еще была за тварь? Никогда не видел в этих краях ничего подобного. — полушепотом затараторил все еще до жути перепуганный Хенрик, — Мне показалось, или у этой змеи и вправду были руки?.. Прервав его бормотание, Эварнель вдруг схватила кузнеца за ворот рубахи и с силой впечатала в стену, уперевшись локтем в его шею. — Ты! Из-за тебя нас всех чуть не убили! — сквозь сжатые зубы прошипела она, сверля Хенрика полным злости взглядом, — Этот шаман был нашей единственной зацепкой! Он знал куда больше, чем успел нам рассказать. А теперь… кто поможет нам найти мою сестру?.. — Он убил ее, Эварнель. Он, или эти его квакуны, неважно. — прохрипел припертый к стене кузнец, — Найлири мертва, и это его грязных лап дело. И он еще смел осквернять ее память своей мерзкой ложью… От этих слов ярость еще ярче вспыхнула в ее глазах, а ее локоть с такой силой врезался в горло Хенрика, что тот начал задыхаться. — Стой, остановись! — воскликнул Эрен, схватив девушку за плечи и попытавшись оттянуть от беспомощно хватающего ртом воздух человека, — Еще одна смерть нам сегодня точно не поможет. Резко отдернув руку от Хенрика, Эварнель так же резко вывернулась из хватки полуэльфа. Теперь ее глаза, в которых все еще полыхала злость, обратились на него, но кроме этой злости Эрен увидел начинавшие появляться в них слезы. — А ты… ты с ним согласен? Думаешь, все это бесполезно? — произнесла она все тем же презрительным тоном. — Я думаю, что нам надо двигаться дальше. Если эта тварь вернется и сожрет нас всех, мы точно никому уже не поможем. — ответил он, глядя прямо в глаза эльфийки, после чего перевел взгляд на кое-как восстановившего дыхание кузнеца. После недолгой паузы они оба согласились с его словами, двинувшись вслед за дроу во тьму туннеля.

***

Туннель оказался на удивление длинным и прямым. Уже не меньше десяти минут троица шагала по нему, держа оружие наготове и ожидая, что из мрака впереди на них набросится нечто подобное той громадной змее или еще что похуже. И если Эварнель и Эрен обладали способностью видеть в темноте благодаря эльфийской природе и были не совсем беспомощны в кромешном мраке гигантской норы, то Хенрик довольно быстро начал жаловаться, что ничего не видит, и пару раз налетел на шагающую впереди него девушку. Тогда Эрен извлек из мешочка на поясе небольшой круглый пузырек и пару раз встряхнул его. Прошло всего несколько секунд, прежде чем жидкость внутри начала светиться мягким голубоватым сиянием, после чего дроу протянул этот алхимический фонарь кузнецу. Путь продолжился, но, к счастью, им так и не встретилось ни единой живой души. Как, впрочем, и ни единого намека на выход или хотя бы конец этого туннеля. Еще несколько шагов, и полуэльф вдруг услышал, как под его сапогом что-то хрустнуло. Тут же взглянув под ноги, он рефлекторно отшатнулся назад при виде явившейся ему картины. Когда Хенрик со светящимся пузырьком в руке приблизился и взглянул через его плечо, его взору предстала широкая пещера, весь пол которой был усыпан костями. Многие из них были покрыты какой-то полупрозрачной слизью, а некоторые словно изъедены чем-то вроде кислоты, но это все равно не мешало понять, что все эти кости и черепа принадлежали жителям болот. — Теперь понятно, почему жабы тогда побоялись приблизиться к этой норе. — потрясенно прошептал Хенрик. — Они — его добыча. — мрачно изрекла Эварнель. — Смотрите! — сделав шаг вперед, Эрен указал на потолок пещеры, откуда на высоте в полтора его роста от пола свисала цепь с большим крюком на конце. А на самом крюке находилось что-то еще… Осторожно приблизившись, полуэльф смог разглядеть, что это такое. Зрелище оказалось не из приятных. — Это что… рука? — произнес Хенрик, приблизившись следом. — Скорее лапа. — ответил Эрен, с отвращением глядя на нанизанную на крюк разлагающуюся лапу жаболюда, оторванную, или откушенную, по локоть. Но то, что увидел дроу, подняв глаза выше, было куда интереснее. Цепь с крюком тянулась из длинного вертикального колодца, проделанного в потолке пещеры. — Его тут что же, кто-то кормил? — с недоумением спросил Эрен, обернувшись к своим спутникам. — Скоро мы это узнаем. — ответила девушка, и полуэльф с кузнецом сразу поняли, к чему она клонит.