Горькая сладость

Так уж выходит, что открыто они выбирают друг друга раз за разом в каждый Праздник Колеса Года, когда семьи собираются на Темный Карнавал, чтобы почтить Мать Ночи и воздать должное ее милостям, что даруют им жизнь. Минги любит и ненавидит эти дни. Любит, потому что это единственное время, когда он или Юнхо могут назвать имена друг друга при всех. Ненавидит, потому что то, что следует дальше, успело ему опротиветь до тошноты. Юнхо протягивает руку в его сторону. Его взгляд пылает торжеством, когда Минги заходит в круг соли и пепла, который тут же за ним затворяют мрачные Кошмарные Сестры. Ковен редко участвует в ритуальных поединках – эти ведьмы питаются чувствами и эмоциями других и сходиться с ними даже в ритуальном бою очень опасно. Минги знает это как никто другой: однажды Хонджун-хен по незнанию выдернул Дами в Круг Матери и после его никто не мог найти недели две. Все только и слышали безумный смех вожака Стаи то в одной, то в другой части города, но не могли отыскать того даже по запаху. Ковен Кошмарных Сестер очень любит чужие эмоции, и именно поэтому каждый раз они приходят посмотреть на их с Юнхо поединок все всемером. Каждый Праздник Колеса Года кто-то один из них оказывается слабее, кто-то – сильнее. Не было ни разу так, чтобы Минги или Юнхо оказывался победителем два раза подряд. Все считают, что они выбирают друг друга только чтобы отыграться за прошлые разы. В это очень легко поверить, потому что кроме как Круга Матери, Юнхо не выбирает Минги больше нигде. Он утаскивает танцевать с собой Уена, а охотиться на карамельные яблоки из бочек Есана. Но только если побеждает в поединке и ему не надо после зализывать свои раны. В этот раз этого не происходит, потому что Минги оказывается сильнее из-за фаз луны. Он разбивает голову Юнхо о бетонный пол и смотрит на то, как под черными растрепанными волосами дампира по серому неровном полу расползается черная лужа крови. В некотором роде, думает Минги, равнодушно наблюдая за тем, как Юнхо пытается подняться, но не может, это ведь и моя кровь. (вчера ночью Юнхо снова оказался в его комнате и место от укуса на внутренней стороне правого бедра у Минги все еще ноет). Первые несколько лет победы над Юнхо его радовали, но сейчас Минги чувствует себя просто усталым. Но надо сказать сам Юнхо он пытался выбрать только один раз, когда они были недостаточно взрослые, чтобы защищать честь своих семей в поединке по славу Матери, а после случившегося дальше больше и не пытался. Минги до сих пор помнит как решил тогда поступить по всем правилам и поэтому оделся в новые рубашку и джинсы, которые купили ему для школы хены, расчесал волосы и даже купил пакет шоколадных булочек, чтобы поднести в дар старшим братьям Юнхо, если кто-то из них будет шататься поблизости. Но поблизости с Юнхо оказался Матриарх, а не его старшие братья, поэтому Юнхо хоть и ответил радостное «да, конечно» на приглашение от Минги потанцевать с ним, его тут же увели от Минги. Что же касается Минги, то после лекции от дяди о том, что оборотни не могут поддерживать дружеские отношения с вампирам и даже с дампирами, потому что те использовали их как рабов последние десять веков до Освобождения, его заперли в комнате в качестве наказания за такие ужасные проступки на следующие две недели. Поэтому Минги убеждает себя, что его не задевает то, что Юнхо всегда выбирает не его на Праздниках. Может Матриарх пригрозил дампиру, что его запрут в комнате на десятки лет, что даже по меркам оборотней было очень много. Минги убеждает себя, что его все это не задевает, благодарит Мать за то, что она дала им еще один год почти счастливой жизни, выигрывает кучу бесполезных плюшевых игрушек в тире маленьким цветочным феям на радость, а потом отправляется домой. Его сбитые костяшки все равно зудят слабее сердца, каждый раз, когда до него доносится счастливый смех Юнхо со стороны аллеи аттракционов. - Почему ты выбираешь только меня? – не выдерживает и спрашивает он у Юнхо, когда тот снова оказывается в его комнате. Юнхо никогда не спрашивает на это разрешение, но может потому что Минги ему никогда и не запрещает к себе приходить. Дампир выглядит пьяным от свалившегося на него всеобщего обожания: он нравится всем даже с кровью на одежде, растрепанными пыльными волосами и сорванными наполовину ритуальными ногтями. Это Минги даже после победных поединков выглядит как побитая собака. Юнхо выглядит же всегда как немного потрепанная фарфоровая кукла. Даже когда лежит на бетонном полу с разбитой до кости скулой и заплывшим правым глазом в ореоле своей черной крови. - Потому что ты – единственный, кто никогда не захотел бы меня в круге убить по-настоящему, - Юнхо вытряхивает ему на колени свою добычу: мармелад, россыпь самодельных конфет от Верховной Айрэн, три еще влажных карамельных яблока, выловленных им из бочек. При виде яблок Минги не выдерживает и слабо рычит. Юнхо смеется и гладит его по волосам, легонько царапая кожу на голове оставшимися стальными ногтями. Минги не любит сладкое, но никогда не отказывается от сладостей, что приносит ему Юнхо. Для того эти подарки имеют значение, а значит важны и для Минги. - Ты ведь хочешь выпить моей крови? – предполагает он, когда Юнхо вытягивается рядом с ним на кровати, но дампир мотает головой. - Если я выпью твою кровь, то какой смысл был в моей сегодняшней жертве? Я просто подумал, что хочу побыть остаток ночи с тобой, раз ты как обычно удрал посреди праздника. - Я не удирал, - возмущается Минги, - я просто не люблю сборища. Я устаю от них. Я бы оставался дома в каждый Праздник Колеса, но тебе же надо кого-то выбирать, чтобы принести жертвы Матери, Чон Юнхо. - Так ты приходишь только из-за меня? Словно ты не видишь меня в другие дни? Мило, - смеется Юнхо, и Минги пытается снова на него не зарычать. Иногда Юнхо чертовски умен, а иногда словно отказывается понимать самые простые вещи. И Минги уже и не знает, что хуже. - В другие дни ты меня не выбираешь, - говорит Минги, не выдержав, и Юнхо вдруг смеется и прижимается лбом к его обтянутому тканью футболки плечу. - Словно я не выбрал тебя с самого начала, ведь ты, - стальной ноготь Юнхо упирается ему в нижнюю губу, прокалывает тонкую кожицу, и Минги бросает в жар, потому что он вспоминает, как они дрались, - мой лучший друг. Юнхо наклоняется к нему, чтобы слизнуть капельку крови, и не отстраняется, когда Минги в ответ целует его. Юнхо дает себя перевернуть на кровать, раздеть себя, раздевая Минги в ответ. Яблоки скатываются с кровати, колени Юнхо сжимают бока Минги. Его ногти царапают до крови спину и плечи Минги, когда тот берет Юнхо среди разворошенной постели, среди их разбросанной одежды и сладостей. И если бы здесь каким-то чудом оказался Ковен Кошмарных Сестер, то они оказались бы сытыми до следующего Самхайна, наевшись на год вперед. - Спасибо Матери за еще один год почти счастливой жизни, - говорит Юнхо под утро, когда он торопливо одевается, чтобы оставить Минги в его комнате одного. Пусть старшие в стае и не настолько строги как Матриарх, Минги и Юнхо продолжают таиться и никогда не спят подолгу вместе, чем бы не занимались всю ночь: сексом или игрой в Animal Crossing. Минги делает вид, что спит. Притворяется, что не слышит как Юнхо прибавляет «с тобой». Пытается не улыбнуться на это, но у него не выходит.