Три

      Густой дым поднимается над заливом, и ветер разносит пепел сожжённых кораблей. Здесь, на вершине пирамиды, запах гари почти не ощущается — или Дейнерис стала нечувствительна к нему так же, как к пламени.       Она провожает взглядом своих детей, наконец-то свободно парящих в небесах, глубоко вздыхает и покидает балкон, оставляя позади крики людей, хлопанье крыльев и догорающие мачты. Тёмно-синее платье тихо шуршит при каждом шаге, пока Дейнерис проходит в глубь комнаты и усаживается на подушки. Длинные светлые волосы мягкой волной перетекают за спину. Верная Миссандея смиренно ждёт подле, и позолоченный гребень в её руках мерцает в отблесках заходящего солнца.       Плетение кос со временем становится их ритуалом, и Дейнерис более никому не доверяет ухаживать за своими волосами. Миссандея нежна и аккуратна, не тянет и не дёргает пряди — бережно проводит гребнем сверху вниз и пропускает их между пальцами, ловко сплетая.       В эти краткие моменты Дейнерис позволяет себе умиротворённо расслабиться и, пока Миссандея одну за другой добавляет к причёске косы — символы свершённых побед, прикрыв глаза, вспоминает пройденный путь. Кхаласар, Дрого, рождение драконов, Кварт, Астапор, Юнкай и Миэрин, смерть и сражения, решения и ошибки, клятвы верности и предательства встают перед внутренним взором. Дейнерис складывает их воедино, словно волосок к волоску, и плетёт узор своей жизни, пока Миссандея орудует гребнем.       В какой-то момент она на миг застывает в нерешительности, гребень замирает в её руке, и не слышно более мерного шелеста. Дейнерис, будто очнувшись, распахивает глаза и роняет твёрдое, веское:       — Три.       Их было три.       Она покорила небо, впервые за сотни лет оседлав дракона и поднявшись в воздух. И ветер свистел в ушах, и сердце замирало от восторга и благоговения, и запах свободы кружил голову, а открывшиеся с высоты виды захватывали дух.       Она поставила кхаласар на колени, погубив кхалов в огне и выйдя из него невредимой, и тем обрела огромное, верное ей войско.       Она спалила дотла флот работорговцев в драконьем пламени, отстояв свою власть в городах залива.       Она победила трижды: на земле, на воде и в небе.       Миссандея невесомо перебирает длинные волосы, складывает их в новые косы, а потом скрепляет на затылке в сложный пучок. Дейнерис с достоинством поднимается, собранная и готовая.       — Позови Тириона, — велит она.       Несколько мягких волнистых прядок свободно обрамляют её лицо — как обещание.​