По кошачи

Тем временем Уэнсдей спала за столом, её голова лежала на раскрытой книге. Энид всё так же обнимала подушку, а одна её рука свисала с кровати. Вещь же показалось, что перед сном нужно нанести увлажняющий крем. Он вышел из домика и, решив заодно укрыть тёмную бестию с косичками (всё-таки он её любящая правая рука), прошёл мимо. Вещ взял с кровати плед и потащил его в сторону стола. Большую часть пути плед тащил его самого, но в конце концов ему удалось накинуть уголок одеяла на плечи спящей Уэнсдей. Спрыгнув с её плеча на стол, он попятился назад и заметил книгу, вдавленную в её щёку. Посчитав правильным убрать и её на место, Вещ потянул за переплёт. Но что-то пошло не так. Вытаскивая книгу, он задел пробирку. Стеклянная колба покатилась по столу, оставляя за собой змеящийся след лиловой жидкости, и разбилась о пол. От громкого звука Уэнсдей вздрогнулась но все ещё спала, не вникая что произошло она потерла часть лица, что недавно лежала на книге, только потом она поняла что вся мокрая и слийзкая, не успела она заметить что колба в котором должен быть раствор, разбитая лежит на полу, она перевела взгляд на вешь который трясётся и указывает её руку что постепенно покрывала шерстью. Уэнсдей вскочила со стола и рванула в ванную где находилось зеркало, но не добежала её тело скрутило в маленьки ком шерсти и куча одежды.

***

Из кучя одежды зашевелилась, что заставило вешь приблизется к краю стола, от туда элегантно внырнула чёрная кошка, её шерсть по блескивала под светом не выключенной лампы, глаза словно янтарь в мутной воде, как только глаза нашли объект уничтожения - ШШШШШШ, МЯУУУ(не объяснишься! что ты делал на моем столе?!) Кошка агрессивно мяукала и шипела она медленно приблизилась к столу, он попытался бежать, ведь до этого за ним уже бежали кошки - это было очень больно. - МЯЯЯ ММММЯУ(куда ты собрался отрубок? я же из тебя когтеточку сделаю) Так и произошло, его догнали и отметелили так что он передавал все по азбуке морзе. Довод от Вещи: Не связывайтесь с кошками если ты лишь правая рука. Превращение в кошку было самое не ожиданое что могло случится, Уэнсдей пригрозила ему лешением пальцев если кому небудь расскажет, В ОСОБЕННОСТИ ЭНИД, для неё было бы позором если кто узнал о не удачном эксперименте с зельями, но сейчас самое главное вернутся в своё тело, для начала понять почему она стала кошкой а не невидимой, сначала можно подумать это Вещь, но зачем ему это делать? К тому же он сам не ожидал такого. Уэнсдей лежала на своей кровати, свернувшись в клубок, и мысленно прокручивала воспоминания о том, как готовила зелье. Она делала всё строго по плану. Лёжа в темноте, она чувствовала лишь нарастающее недоумение. «Агнес дала мне волос. Я положила его в ящик стола... а потом... пришла Энид. Но она сразу легла спать. Так когда же я его добавила? Я не добавляла. Что-то не сходится. И откуда здесь кошачья шерсть? В Неверморе нет кошек... Или есть?» Не в силах больше лежать, Уэнсдей спрыгнула с кровати и подошла к соседке. На Энид была розовая пижама с рюшами, а на лицо спадала разноцветная прядка чёлки. Уэнсдей наклонилась и на несколько секунд уткнулась носом в ладонь свисающей руки, вдыхая знакомый запах. «Конечно же» Энид притащила на себе целую коллекцию шерсти той самой кошки, которую они с Йоко нашли. Короткий кошачий волосок вполне мог незаметно соскользнуть с её одежды и попасть в пробирку, пока та восхищённо жестикулировала, рассказывая о встрече. «Твою мать, Для зелья обратного действия мне нужна та самая кошка! Но где, чёрт возьми, мне её теперь найти?» В памяти всплыли обрывки описания: «трехцветная... мягкая шерстка...». И тут же нахлынула куча бесполезной информации от Энид про «лапки» и «милые усики». Бесполезно. Искать одну конкретную бродячую кошку в окрестностях Невермора было всё равно что искать иголку в стоге сена. Причём иголку, которая, скорее всего, уже далеко. Уэнсдей попыталась объяснить бестолковой руке, что теперь им нужно найти чёртову кошку, чтобы она сама смогла вернуться в свою форму. Процесс объяснения был подобен пытке: Уэнсдей подошла к зеркалу и показала на своё отражение, где у неё из головы торчали кошачьи уши, а изо рта виднелись клыки. Затем она демонстративно мяукала и показывала жест «нет», указывая на дверь. Вещ сидел на столе, слегка наклонившись, и медленно постукивал указательным пальцем, словно в раздумьях. После особенно отчаянной пантомимы, где Уэнсдей изобразила, как вылизывает лапу, а затем в ужасе отпрянула от неё, Вещ внезапно замер, а затем энергично закивал костяшками пальцев. Он потер большой палец об указательный — жест, означавший полную готовность. Через эти унизительные мучения он её наконец понял. После того как Вещ уяснил план действий, оставалось лишь дождаться утра и отправиться на поиски. Но тут в голову Уэнсдей пришла здравая мысль: почему бы просто не взять кошачий волос с той самой одежды Энид? Она тут же ринулась на поиски свитера, в котором её соседка вернулась домой. Злополучную вещь она обнаружила в прачечной... в барабане стиральной машины, уже щедро засыпанную порошком. Уэнсдей замерла, глядя на вращающийся барабан, в котором мылились последние вещественные доказательства. Мысленно она пропустила через себя все возможные, самые изощрённые ругательства, известные на трёх языках, включая мёртвые. План «А» был уничтожен вместе с грязной водой. Оставался только план «Б» — охота на неуловимую трёхцветную кошку. Уэнсдей мрачно вздохнула, и из её горла вырвалось предательское «Мяу». Предстоящий день обещал быть долгим и унизительным.