Плюс один

Хината оказалась прямо перед ним. Столб пыли поднялся вверх, и она обернулась: – Потому что я… Её губы двигались, но он не слышал. Звон заполнил всё вокруг. Наруто проснулся. Будильник. Чёртов будильник. Он потянулся к нему, совсем позабыв про правую руку. На секунду ему показалось, что он коснулся пластмассовой поверхности пальцами. Но это была шутка его разума. – Блядство. Наруто обычно не ругался. Но этот дурацкий сон с Пейном и Хинатой… Он его ненавидел. Повторяющаяся пластинка. Такая отвратительная, мерзкая. Всё внутри него переворачивалось. И он снова и снова просыпался мокрым от холодного пота, в ужасе и дикой панике. А самое противное – он никак не мог вспомнить, что сказала Хината. Выключив будильник, он снова лёг в кровать. Его рука дрожала, ноги онемели. Какого чёрта? Что с ним происходило? «Может, стоит пойти к “сахарной вате”?» Пожаловаться на странные сны и получить бесконечные разговоры с психологом? Чтобы что? Узнать, что у него стресс? Наруто завернулся в одеяло. Всё должно быть в полном порядке. Ему, конечно, казалось, что он забыл что-то важное. Но наверняка вспомнит чуть позже. В последнее время всё было неправильно. Когда он передвинул мебель? И зачем нужно было столько посуды? Наруто добрел до холодильника. Есть хотелось зверски. Он открыл его и выругался. – Какого чёрта? – Наруто смотрел на контейнер с рагу, не веря своим глазам. Откуда оно взялось? Он последние дни не выходил из дома. Происходило что-то странное. Все вокруг посходили с ума. Старейшины, которые теперь любили его донимать. И эта популярность. Наруто раскрыл контейнер и принялся есть. Рагу было холодным и скользким, но всё равно вкусным. – Блядство, – выругался Наруто. Он точно мог узнать по этому вкусу, кто принёс это чёртово рагу. Дерьмо. Гадство. Какого хрена? Зачем? Он не мог понять, зачем нужно было это продолжать. Приходить и спрашивать, как его дела. Приносить эти блядские контейнеры с ужином и обедом, закидывать его стирку и… Какого чёрта она возвращалась! Наруто сел на пол прямо там, где стоял, у раскрытого холодильника, и поставил контейнер на колени. Ками могла бы быть сегодня к нему благосклонны, и, возможно, ему удастся поесть, не испачкавшись. Должен же он был уже привыкнуть к одной руке? «Ты что делаешь?» Наруто замер. Он держал ложку во рту, коленями зажал контейнер, а всё лицо было мокрым. Он даже не заметил, как стал рыдать. Какого чёрта? Что с ним было не так? «Тебе нужно сходить к этой крикливой девчонке». Какого чёрта происходило? Наруто дотянулся до полотенца и вытер лицо. Что за дерьмо? В какой момент он начал рыдать? Что произошло? Что с ним происходило? Его обезображенное плечо ныло, болело так, словно и не было этого месяца дурацкой реабилитации. – Наруто-кун? Наруто тяжело вздохнул. Нет, нет, нет. Она должна была уйти. Ей нужно было уже оставить его в покое. Нет. Нет. Нет. Он не хотел, чтобы она приходила. Наруто молчал. Он слышал, как она осторожно прошла на кухню, слышал, как замерла в проходе. Что изменилось за этот месяц? Отчего он не мог смотреть на неё? – Хината! – слишком жизнерадостно. Она точно поняла, что он не был ей рад. Ему просто нужна была передышка. Почему бы всем не вспомнить о том, кто он, и не оставить его в покое? Ему было вполне комфортно в одиночестве. – Привет, – она сделала вид, что не заметила его тона. – Я принесла свежие бинты. А Какаши передал фрукты. Он сказал, что тебе следует есть их больше. Пусть подавится своими фруктами. Засунет их куда-нибудь… Наруто покачал головой, стараясь сосредоточиться уже на Хинате, которая нарезала ему яблоко. Она опустила тарелку с дольками рядом с ним на пол. – Я заправлю кровать и сделаю перевязку. Хината ненавидела приходить сюда. Это было похоже на настоящий ад. Она никогда не видела его таким разбитым. Он был не в себе. Что это было? Просто последствия Четвёртой войны? Травма из-за потери руки? Что ещё? Она не хотела об этом говорить. Времени прошло немного. Ему просто нужно было чуть больше его. И тогда он точно придёт в себя. Но как она могла так поступать? Приходить сюда, зная, чем кончится, и что он явно не может мыслить здраво? Кем она была? Хината заправила кровать, убрала грязное бельё и достала бинты. Она могла выйти за дверь и не возвращаться. Быть другом и не пользоваться его состоянием. Но это было дерьмом. Она была слишком слаба перед искушением, тем более уже зная, чем всё закончится. – Спасибо, – Наруто зашёл в спальню, сразу стаскивая футболку. Хината сразу заметила, что не осталось и следа того неестественного потерянного взгляда. Он был ровно таким, каким она знала его все эти годы. – Не за что. Сакура попросила зайти к ней в среду и нужно проверить… Она не успела договорить. Он всегда начинал с поцелуев, держал её одной рукой, неистово прижимая к себе. – Хината, – прошептал он ей на ухо, – скажи. И она в очередной раз поступила неправильно. Наверняка это была депрессия или что-то ещё. Тут нужно было бы подать рапорт о психическом здоровье шиноби, но… Она просто не могла. Она забывала обо всём. Совершенно обо всём. – Скажи, – снова потребовал Наруто, оставляя засос на шее. – Я люблю тебя, – она шептала так тихо, словно слова могли заставить его остановиться, – Наруто-кун. И Наруто улыбался. Мягко, нежно. Утыкался в её шею, чуть ли не мурлыкая. Хината задирала юбку. Секс был каким-то животным, неистовым. Наруто не торопился, он становился жадным и молчаливым. И Хината не хотела об этом думать. Если завтра он захочет забыть об этом – так тому и быть.