Точка контраста

Игорю было тринадцать лет. Он был любимчиком учителей и тренеров в секциях. У него было много знакомых и увлечений, но был ли он счастлив? Маму он не знал с самого детства. Уже с десяти лет Игорь думал, что батя специально отыскал вариант, чтобы его просто родили для прикрытия ориентации в те злополучные годы. Отец… не сказать, чтобы не любил Игоря, но он почти не проводил с ним времени: отдавал его на все секции (наверняка, чтобы не заморачиваться самому), дома практически не бывал, да и внимания сыну почти не уделял. Вечные, как он говорил…                   

«Да я к дяде Юре, ты же помнишь его?»

«Да чего там, дойдешь сам, чего бояться-то? Ты у меня разве не мужик?»

Любые попытки Игоря сблизиться с отцом заканчивались закатыванием глаз и уходом от темы. Отец не поднимал руку, но любой замах в его сторону вызывал в Игоре тревогу. Ему бывало страшно рядом с ним, да и одиноко, что уж скрывать. Отец любил поругать его за мелочи, поэтому часто Игорь просто мечтал остаться один — чтобы отец и дальше тусил со своим «Юрой». Игорь винил себя за такие мысли, но уже не мог иначе. Жизнь Игоря выглядела примерно так: проснулся, приготовил еду (а кто, если не он? А если отец дома, тот потребует порцию и на себя), пошел в школу, после неё сразу или на каратэ, или на шахматы. Раз в неделю его ждали бассейн и уроки бокса. Что скрывать, всё это ему нравилось, но творческие задатки он терял, потому что отец говорил…       

«Ты чего… девчонка что ли? Какое рисование? И так за себя постоять не можешь!»

Да обычное… На уроках рисования его не раз отмечала учительница, удивляясь, почему он не хочет идти в художественную школу. А как что-то доказать человеку, которого ты почти не видишь и который не хочет тебя слышать?       

***

Тот вечер… шел подозрительно долго.

«Странно, обычно батя хоть как-то предупреждал, если задерживается или не вернется домой… Все ли в порядке?»

Игорь решил сходить к Александру Михайловичу — соседу, который, кажется, был единственным, кто по-настоящему переживал за него. Александр столько раз ловил моменты, когда мальчик шел из школы после избиений или выжатый после тренировок.

«Игорюш, заходи, у меня как раз пироги Люба испекла… Игорь, давай помогу рюкзак дотащить… Заходи, рану обработаем»

Игорь чувствовал себя с ними в безопасности. Семья Перовых тянулась к нему, окружая любовью и заботой. Уже тогда Игорь понимал: они стали для него настоящей семьей. Выйдя из квартиры, Игорь постучался в дверь соседей. Ему открыла улыбающаяся Любовь Дмитриевна, жена дяди Саши. — Добрый вечер, Игорюш! Ты как? — Да неплохо, теть Люб. Извините за беспокойство, но отец ничего не говорил вам про сегодня? Просто его до сих пор нет. Она удивилась и даже не знала, что ответить Игорю. — Так, Игорюш, заходи пока к нам. Саш, тебе Костя что-нибудь говорил? Александр вышел в прихожую и посадил Игоря на диван и включил его любимый канал. — Нет. Игорюш, мы сейчас отойдем ненадолго. — Хорошо. Дядь Саш, теть Люба… спасибо, что пустили. Они улыбнулись. — Не благодари за такие мелочи, мы тебе всегда рады. Они зашли в спальню и задумались: — Кому можно позвонить, Саш? Феде? — Они не ладят с Костей уже много лет. Юра вряд ли ответит: раз одного нет, то и другого не будет. В дверь резко позвонили. Александр вышел. На пороге стоял Федор Прокопенко, генерал-майор ГУ МВД. — Здрасьте, давно не виделись. Саш, а Игорь, который Костин, у вас? Просто дверь никто не открывает. Игорь услышал свое имя, и его охватила тревога.

«Подозрительно»

Он подбежал к двери и увидел мужчину, которого раньше видел на некоторых старых фотографиях отца. Слегка полноватый усатый человек смотрел на Игоря с легкой нотой сожаления.

«Дядя Федя который?»

— Здравствуйте… Федор сел на корточки и прошептал: — Привет, пацан. У меня для тебя новости… но не очень хорошие. Игорь завис.

«Отец что ли…»

— Твой отец, Игорь… он умер. Сожалею. Как бы Игорь ни относился к отцу, но весь мир улетел из-под ног. Игорь не помнил, как он лежал в гостевой комнате у семьи Перовых, он ничего не слышал.

«Я попаду в детский дом… у меня никого нет, чтобы меня забрали. Все увлечения, вся жизнь… неужели все пропало?»

Дело было темным: была украдена огромная сумма денег, тела Кости и Юры хоронили в закрытых гробах. Игорь даже не увидел отца и не узнал, как он погиб. Всё казалось странным уже тогда. Игорь потратил последние дни «свободы» на похороны отца, к которому отношение было спорным, но всё-таки он был его папой. Гром собрал вещи, понимая, что не будет таким, как отец. Хотя он уже был совершенно другим. Дядя Саша и тетя Люба были с ним все эти дни. Они же повезли ребенка в его новый… «дом». — Игорь, мы выйдем из тяжелой ситуации и заберем тебя, обещаем. — Вы не обязаны, спасибо вам за всё. Надеюсь, когда я выйду отсюда после совершеннолетия, мы еще встретимся. — Обязательно, Игорь. Мы рядом с тобой, навещать будем. Уже у детского дома его встретила высокая женщина с мягкой улыбкой. — Игорь, добро пожаловать. Ты главное не переживай, все будет хорошо. Я Татьяна Михайловна.

«Я уже ни в чем не уверен»

Он словно потерял дар речи и просто молча кивнул. Ему помогли перетащить вещи в комнату, Перовы крепко обняли его на прощание. — Мы будем тебя навещать обязательно. Держись, первое время все равно тяжело будет. Они вышли, и теперь Игорь точно остался один. Его последняя связь с прошлым была разорвана на неопределенный срок. Мальчик начал изучать комнату и соседа, ощущая легкий тремор в руках.

«Тут все не… не так страшно вроде. Да и сосед нормальный вроде, улыбчивый»

— Привет. Я Игнат. Приятно познакомиться. Парень был слегка полноват, но Игоря это никогда не смущало. Он никогда не понимал травли других людей и всегда старался вступаться за всех. За это ему часто доставалось от одноклассников… а потом и от отца.

«Защищай самого себя! Ты че, как затычка, всех защищаешь всегда?»

— Привет… Я… Игорь начал заикаться. — Я Игорь. Извин… Да твою ж. Извини короче. Игнат резко обнял Игоря. — Понимаю… Я первое время таким же был, когда мама умерла. Не боись, наши ровесники здесь приятные ребятки, в обиду не дадим. Давай помогу вещи разобрать. — Если тебе… не сложно. Ты сам давно тут? Пока они разбирали вещи, Игнат и Игорь рассказали друг другу про себя. — Да ты боевой товарищ… Видно по тебе. Насчёт этого не переживай, у нас хороший детский дом, много секций. Шахматы очень сильные, постоянно в городских соревнованиях участвуем, но там есть одно «но» сейчас… рыжее. — Рыжий кот с бешенством? Игнат рассмеялся: — А ты хорош… Сережка там немного ку-ку у нас со своим защитником Олегом. — Да ладно тебе. Они же еще дети, как и мы, наверняка. Игнат цокнул: — Не сказал бы. Они младше нас, но уже поговаривают… — Он перешел на шепот: — Что они кого-то убили. Игорь удивился: — Убили? В дверь постучали. Вошла воспитательница, которая встретила Игоря на улице. — Игорь, я хотела показать тебе нашу территорию и обсудить некоторые детали. Ты готов сегодня или тебе нужно время? — Она оглядела комнату и удивленно подняла брови: — Как у тебя тут чисто, Игнат! Не узнаю твою комнату. — Так вы меня заставили убраться для новенько… Она усмехнулась и приложила палец к губам: — Тссс. Игорь тоже улыбнулся — впервые за этот день. — Давайте сегодня. Я, наверное, готов. — Пойдем тогда. Смотрю, вы нашли общий язык. Игорь кивнул всё ещё улыбаясь. — Да… Игнат, до встречи. — Давай, пацан! — отозвался сосед. — Он хороший паренек, Татьяна Михайловна. Они пошли гулять по территории детского дома. Игорь постепенно узнавал о местном распорядке: во сколько обед, когда наступает тихий час и где брать всё необходимое для учебы. Напоследок женщина повернулась к нему: — Так, а теперь пройдем ко мне в кабинет, нам нужно поговорить. Кабинет оказался светлым, на рабочем столе царил идеальный порядок. Из мебели здесь были небольшой диван, шкафы, доверху забитые книгами и отчетами, массивный письменный стол, мягкое кресло Татьяны Михайловны и несколько стульев для посетителей. На один из них и присел Игорь. — Смотри, я поболтала с людьми, которые тебя привезли, и немного расспросила о тебе. У нас есть шахматный клуб и спортивные секции. Кроме того, семья Перовых хотела бы возить тебя раз в неделю на каратэ — за свой счёт, разумеется. Это нужно согласовать с руководством, но если ты сам этого хочешь, я поговорю с директором. Игорь задумался.

«Я как раз скоро должен выйти на чёрный пояс»

— Если вам не сложно. И можно еще вопрос? — Конечно, Игорь. — А у вас какие есть… творческие секции? — Да их много: лепка, рисование, музыка, танцы… Она продолжала перечислять их, а Игорь завис.

«Рисование… Стоит ли попробовать?»

Мальчик поднял взгляд, переварив услышанное: — Я бы хотел ходить на шахматы, продолжить каратэ и… можно попробовать сходить на рисование, пожалуйста? Я смогу всё совмещать? Женщина открыла график секций. Игорь тут же начал переживать.

«Не получится… Ничего не получится»

— Посмотрела — всё отлично совпадает, — улыбнулась она. — Рисование у нас по понедельникам, шахматы — по четвергам, а каратэ у тебя в пятницу или субботу, как мне сказали. Насчёт учёбы: занятия начинаются в девять и заканчиваются в два-четыре часа дня. Секции стартуют в шесть вечера. Ты готов к такой нагрузке?Игорь уверенно кивнул: — Да, я так живу всю сознательную жизнь, Татьяна Михайловна. Скажу честно: эти условия даже лучше условий в моей прошлой жизни. В какой-то степени.Воспитательница грустно посмотрела на подростка: — Чтобы я понимала общую картину… расскажешь о себе и своих отношениях с родителями? Если, конечно, ты готов к этому сейчас. Игорь без малейших колебаний выложил всё как есть. — Маму я совсем не помню, даже не знаю, жива она или нет. С отцом отношения были сложными, он выбрал… своего Юру. Воспитательница не до конца поняла контекст и уточнила: — У тебя были братья или сестры? — Нет. Юра, насколько я понимаю, был его второй половинкой. Татьяна Михайловна удивилась. Игорь говорил об отце как о чужом человеке, да еще и выдавал такие подробности. — Второй половинкой? Ты уверен, Игорюш? — Я не видел никого, с кем бы он общался еще. Когда я разбирал вещи дома, то нашел коробку… кхм… с презервативами и лубрикантом. Как я уже позже узнал, это нужно для… этого. Вы ведь понимаете, о чем я. — Ты… Ох. Значит, мне хотя бы не придется объяснять тебе подобные вещи, — вздохнула женщина. — Мне жаль, Игорь, что твой отец так относился к тебе. — Если он так относился, значит, я, наверное, заслужил всё это. — Это не так, Игорь… Совсем не так. В этот момент в кабинет зашел невысокий парень с русыми волосами. Игорь с интересом принялся рассматривать вошедшего, заметив ответный теплый взгляд.

«Выглядит он хорошо. Надеюсь, мы поладим»

— Татьяна Михайловна, можно? — Да, Толь. Знакомься, это твой новый одноклассник Игорь. Игорь, это Толя Щавелев, староста твоего класса. Игорь кивнул ему. — Приятно познакомиться, Толь. Толя улыбнулся и по-прежнему детально рассматривал Игоря. — Мне тоже, Игорь. Милые кудряшки.

«Кому-то они хоть нравятся»

— Спасибо. Игорь перевел взгляд на Татьяну Михайловну — смотреть на Анатолия ему стало немного неловко. — Игорь, Толя будет помогать тебе первое время, так что, надеюсь, вы поладите, — подытожила воспитательница. — На сегодня я всё тебе рассказала. И насчёт набережной — действительно советую сходить. Поможет немного освободить мысли от негатива. — Хорошо, спасибо, Татьяна Михайловна. До свидания. До встречи, Толь. — Пока, Игорь.Игорь хорошо запомнил расположение своей комнаты и без труда вернулся к Игнату. — Жив, здоров — ну, это главное, — встретил его сосед. — Главных звезд малых еще не встречал? — Ты про кого? — Да про бешеных. Видимо, еще нет. Игорь достал блокнот и пенал с карандашами, которые ему подарили соседи перед отъездом. — Я думал на берег сходить. Я правильно понимаю — по прямой просто идти? — Ага, но лучше не ходи туда в такое время. Некоторые считают, что это их территория, да и вообще там шляется парочка идиотов. Игорь усмехнулся: — Да и пошли они. Как я понимаю, ты не пойдешь? — Сегодня не могу, но обещаю: в следующий раз обязательно составлю компанию. Только будь осторожен. Игорь вышел из комнаты и направился к заливу. Финский залив встретил его прохладным ветром и мерными волнами, омывающими песчаный берег.

«Тут лавка, но раз «их территория», сяду подальше. Красиво»

Игорь опустился на песок и начал зарисовывать виды, открывающиеся перед глазами.       

В то же время

Быть отбросами общества — это казалось осознанной жизненной позицией Серёжи и Олега. Обоим было по одиннадцать лет, но они уже стали друг другу самыми близкими людьми. Родственными душами, которые не стремились к общению с окружающими и никому не доверяли. Друзей у них почти не водилось, да и те — девчонки, которые не особо к ним лезли. Серёжа импульсивно рассказывал Олегу об уроке программирования, пока не заметил кого-то на песке. — Олег, там какой-то индюк на нашем месте. Это Толя, что ли? — Нет… Это, вроде, тот новенький, про которого нам Алиса говорила, — Олег пригляделся. — Похоже, зрение надо будет кому-то проверить. — Иди в жопу! Откуда мне знать, кто он? Нам его не представляли, мы без понятия, кто это вообще. — Серёжа вздохнул: — Ладно. Пускай сидит. Выбрал он место, конечно… Песочница в жопе будет. Ребята прошли мимо и сели на лавку. Игорь был настолько увлечен рисованием, что даже не заметил их появления. Олег и Серёжа сидели тихо, пока Разумовский вновь не подал голос, разглядывая незнакомца: — Олег… а чем он там занимается? — Похоже, рисует. Ещё не понимает, что его здесь ждет. — Да, скорее всего, очередной задира будет. Олег повернулся к другу: — Даже если он попробует тебя обидеть, я ему всё доходчиво объясню. Поясню, почему с нами нельзя так общаться. — А если не обидит? По нему видно — он не особо спортивный парень. Со стороны действительно могло так показаться. Игорь быстро рос, и отец покупал ему одежду на два-три размера больше. Широкие штаны приходилось туго затягивать ремнем, и парень к этому уже привык. — А вот тут не факт, Серёг. На нем одежда явно велика, — Олег вдруг нахмурился. — Блин… опять та компашка идёт. — Нам-то бояться их нет смысла, они нас не тронут. Должны помнить, на что мы с тобой способны. Трое задир-одиннадцатиклассников тем временем направились в сторону Игоря. Один из них, видимо, лидер, нагло заговорил: — Эй, мелюзга, чё забыл на нашей территории? Ладно эти двое, а тебе жить не хочется, что ли? Игорь поднял взгляд и почти сразу опустил его обратно к блокноту. Перед ним стоял невысокий, едва держащийся на ногах брюнет с большим носом. Подросток спокойно отметил про себя состояние парня и ответил: — Это общая территория. И мне абсолютно все равно, что ты тут говоришь. Отстаньте, и всё. Один из хулиганов попытался выхватить карандаши, но Игорь среагировал мгновенно, спрятав их между коленей. — Ты чё тут доказать хочешь? Крутой, типа? — Я просто рисую. Отстаньте. Игорь говорил без капли агрессии, и это, кажется, бесило парней ещё сильнее. — Дипломат, что ли? Петушара, блин. Тебе бы как раз с той двойкой общаться, может, мозги бы им вправил. Игорь впервые перевел взгляд на ребят на лавке. Оказывается, они сидели рядом уже больше часа.

«Это про них все такое говорят? И они меня даже не прогнали… Обычные ребята. Симпатичные».

Игорь решил встать. Убирая вещи по карманам, он мимоходом заметил: он уже был на целую голову выше всей этой тройки. — Мне плевать, что вы несёте. Это общая территория. Выкупите берег — тогда и поговорим. И чего вы к ним прицепились? Я только приехал, а все талдычат одну и ту же басню: «они такие, они сякие». На себя посмотрите! Будущие гопники. Как вы жить-то собираетесь? Еле на ногах стоите — я таких на помойках в детстве видел. Лидер банды подошел ближе и, на удивление, спокойно процедил: — Ладно, пацан… Тебя, похоже, с ходу не вывезти. Считай, это был первый ознакомительный разговор. Будешь выёбываться дальше — поговорим по-другому. — А вы хоть из какого класса? И имена свои скажите, — бросил им вслед Игорь. — Человек-паук, блять. Одиннадцатый «В». Пока, мелочь!

Они резко развернулись и ушли, а Игорь продолжал стоять на месте. «Кажется, с ними бесполезно разговаривать. Словно снова в своей школе оказался — везде полно плохих людей».

Настроение было испорчено. Напоследок парень посмотрел на ребят, которые всё так же пристально наблюдали за ним.

«Обычные мальчишки. И чего на них все накинулись?»

Перед тем как уйти, Игорь всё-таки решился сказать: — Мне жаль, что про вас все так говорят. И он зашагал обратно в сторону детского дома. Серёжа и Олег удивленно переглянулись. — Олег… Я впервые такое вижу и слышу, — прошептал Разумовский. — Его вообще ничего не пугает? — Он просто нас не знает, Серёж. Но да, пойти против них — это смело. Хотя забавно: он ведь где-то в седьмом-восьмом классе, похоже, а уже выше этих бездарей на голову. — Может, мы что-нибудь сделаем с ними? — С тройкой или с этим новеньким? — С тройкой. Про этого мы пока ничего не знаем.       

Комната Игоря и Игната

— Живой, Игорёк! Как погулял? Игорь вкратце рассказал о прогулке и начал переодеваться. Игнат удивлённо уставился на соседа. Семья Перовых действительно позаботилась об Игоре — домашняя одежда была ему точно по размеру. Для своего возраста мальчик оказался на редкость атлетичным. Таких Игнат видел только в комиксах про супергероев, которые когда-то дарил отец, пока не бросил их с мамой. — Да, теперь ещё лучше видно, что ты у нас спорт-пацан… Почти Супермен. Игорь усмехнулся: — Я больше Бэтмена люблю. Но я не супергерой. — Надо тебе попросить нормальную одежду у Татьяны Михайловны. По размеру. — Да зачем? Я и в этой похожу. — Это тебе твой батя такое покупал?Игорь вздохнул: — Ага, всё «на вырост». — На вырост? Да ты худой как спичка, но при этом уже прям качок и высокий как дерево! Игорь рассмеялся: — Да какое там, Игнат. — Вот обещаю: стану богатым дядей и сделаю из тебя супергероя нашего города! Круче всяких Бэтменов и Суперменов. — Да посмотрим, Игнат… И… я очень спать хочу. Ты уж извини. — Без проблем. Ужинать не пойдёшь, что ли? Игорь лёг на кровать. — Не, спасибо. Не в том я настроении. — Ладно, яблоки любишь? Игорь кивнул: — Угу. — Окей. Тогда всё равно что-нибудь тебе принесу. Если уснёшь — доброй ночи. — Спокойной ночи. Игорь лежал, с головой накрывшись одеялом и пряча заплаканные глаза. Он не хотел показывать слабость. Позже он слышал, как Игнат вернулся с ужина и тоже лёг спать — повезло, что сосед хотя бы не храпел. Но Игорь всё равно не мог уснуть до четырёх утра. Нервы победили, а ведь это было только начало.

«Я не сломаюсь… Я сильнее, чем был мой отец».