French kiss.

С наступлением теплой солнечной погоды выходить на улицу всегда было охотнее, чем сидеть в четырех стенах особняка. Наконец-то можно было весь день наслаждаться приятным слабым ветром, наблюдать за тем, как резвые маленькие птицы носились перед глазами, а зеленая распустившаяся листва деревьев мягко шелестела над ухом. Вергилий любил забираться довольно высоко на толстую увесистую ветку старого дерева, которое росло на их земельном участке, взять с разрешения отца очередную увлекательную книгу про демонов и читать с полудня до того момента, пока мама не позовет ужинать. Пару дней в неделю именно без перерывов у него и получалось так долго читать. И это были самые лучшие дни в его жизни. Во все остальное время уединения больше чем на час он не получал. Его несносный младший брат Данте не позволял заниматься чтением и другими личными делами, то и дело мельтеша перед глазами и с улыбкой до ушей предлагая сразиться на деревянных мечах. Данте был непутевым, слишком гиперактивным ребенком, не любящим постоянно сидеть на месте и заниматься чем-то, по его мнению, столь занудным и унылым, как чтение книг. Он плохо учился, не уважал теорию, а сразу переходил к практике. В общем-то, разгильдяй и невежда. Полная противоположность более тихому и спокойному старшему, который поглощал новую информацию молниеносно. Но иногда и у Вергилия само собой возникало желание схватиться пусть за игрушечный, но меч и как следует навалять братишке, чтобы тот заревел как слабая девчонка. Хотя и Данте с каждым месяцем становился сильнее и держался на ногах куда увереннее, не уступая победу Вергилию. Они могли драться до крови, пока на крыльцо не выходила перепуганная увиденным Ева, тут же разнимая своих сыновей. Вергилий, как ни странно, но строгую мать опасался сильнее, нежели отца, поэтому по большей части выговор старшему прилетал именно от Спарды, пока Ева занималась младшим. — Так и знал, что ты здесь! - Данте вытянул перед собой свободную руку и указал пальцем вверх, точно на близнеца. — Пошли сразимся, братик! Он обхватывал другой рукой два уже повидавших жизнь игрушечных меча, как всегда лучезарно растягивая губы в улыбке, и яркие серо-голубые глаза смотрели с вызовом. Старший устало вздохнул, стараясь не обращаться внимания на нашедшего его близнеца. Иногда казалось, что Данте следил за ним. Но сложно было назвать это дерево неким укрытием для старшего ребенка. Вергилий всерьез задумывался, что скоро пора валить в сторону лесной чащи и искать уединения там. И почему Данте был таким прилипалой, Вергилий же не нарушал его личные границы, когда младший полудемон занимался чем-то своим. — Вёрджи, ты что глухой? - когда Вергилий открыто игнорировал младшего, тот начинал дразниться и привлекать внимание любым способом. — Почитаешь свою ерунду вечером. Давай играть! — Оставь меня в покое, - сквозь стиснутые зубы процедил ребенок, откинув голову на твердую кору дерева. — Мы играли с тобой вчера, теперь я хочу почитать... — Но мне скучно, братик! Мама печет пирог и кексы и отказалась от моей помощи, отправив к тебе. На самом деле так называемая помощь младшего заключалась, чтобы тайком, пока Ева отвлекалась и отворачивалась, дегустировать все вкусы начинок и крема. И когда женщина поймала с поличным потянувшегося пальчиком в миску с клубничным сладким джемом Данте, она снисходительно улыбнулась, но попросила сына дождаться полдника и не набивать живот раньше времени. Еще она намекнула про гостей, но Данте пропустил эту информацию мимо ушей и уперся взглядом в окно, выискивая поблизости заучку Вергилия. — Подерись сам с собой, - мальчишка начинал потихоньку злиться, и если Данте еще скажет хоть слово, он точно безжалостно спрыгнет с дерева прямо на него. Данте насуплено фыркнул, смахивая лезшую в глаза прядь платиновых волос и плюхнувшись задом возле ствола дерева. Вергилий справедливо подметил, что они вчера довольно долго махались мечами, и сейчас ему хотелось банального одиночества и отдыха. Но Данте не знал, чем себя занять, кроме как чтения комиксов, которые тоже малость поднадоели, и драк со старшим. За что бы младший сын Спарды не брался, он быстро бросал это, желая только проводить больше времени с близнецом, а тот ломался и обламывал все веселье. Вергилий вернулся к чтению, облегченно вздыхая. Сегодня мелкий брат как-то быстро сдался, обычно он нарывался на драку любым способом. Но оно и к лучшему, подумал Вергилий и перелистнул страницу книги. Данте следил за ползающей возле носка его ботинка божьей коровкой и вел кончиком деревянного меча хаотичные линии на земле. За каменным ограждением послышался звук мотора. Кто-то подъезжал к их поместью на машине. Вергилий захлопнул книгу, тут же схватившись руками за толстый ствол дерева и замечая неизвестный черный автомобиль. Они кого-то ждали? Это к маме или к папе? Мальчик переглянулся с сидящем внизу близнецом, на что тот тоже пожал плечами. Кажется, Ева говорила про неких гостей? Женщина тут же бросила все свои дела на кухне, выбегая на улицу и спешно открывая ворота. Заметив ошивающихся неподалеку сыновей, Ева помахала им рукой. — Мальчики, идите сюда. Сейчас пойдем пить чай. Вергилий спрыгнул на землю, поправляя на себе черную хлопковую рубашку и как-то с недоверием смотря в сторону вышедшей из машины женщины. Трудно сказать, сколько лет ей было на вид, но примерно как и матери. Незнакомка выглядела также элегантно и ухожено. У нее огненно-рыжие волосы, слегка смуглая кожа, скорее всего, от загара. На лице солнцезащитные очки. Вергилий вспомнил, что это была одна из маминых близких подруг. Кажется, он видел эту женщину на общей с Евой фотографии. В прочем, никакого дикого интереса она не вызвала. Вергилий решил, что ради приличия поздоровается, и потом Ева отпустит его гулять дальше. Данте же наоборот, увлеченно рассматривал привлекательную тётю, но мама все-таки была намного красивее. Рыжеволосая крепко обняла свою подругу, после целуя ее в щеку и осматривая будто только с каждым годом похорошевшую Еву. За спиной негромко хлопнула дверь, и из машины вышла девочка. Очень похожая на свою маму. Данте и Вергилий тут же приросли к земле, снова синхронно покосившись друг на друга. Это еще кто? — Ева, дорогая, ну прям молодеешь на глазах, - женщина тут же опустила взгляд на подошедшую к ней дочь и приобняла за плечико. — Ох, да брось, мы не виделись пару лет, Амелия, - блондинка прикрыла губы от смущения, улыбаясь и оглядывая еще одну гостью. — Рада видеть и тебя, Арабелла. Ты так выросла! Наверно моих мальчишек по росту уже обогнала. Девочка сжимала в ладошках ремешок небольшой вышитой бисером белой сумочки с бантом посередине. Летнее небесно-голубое платье идеально сочеталось с ее яркими рыжими кудрями, а веснушки на носу стали более заметными. Арабелла была дочкой подруги Евы - Амелии. Женщина работала преподавательницей французского, поэтому в свои десять лет девочка свободно владела этим языком. Ей нравилась культура и архитектура Франции, мода и все, что с ней связано. Не удивительно, что она так старалась подобрать свой наряд, чтобы ошеломить всех вокруг. Ева уж точно была в восторге. Она сама немного увлекалась вышивкой и шитьем, но у нее двое мальчишек и шить им прелестные платьица было бы как минимум странно. — Данте, Вергилий, ну чего вы там застыли? - Ева мягко улыбнулась, но сама вся находилась в нетерпении от того, чтобы познакомить сыновей с гостьями. Вергилий без лишних слов послушно направился к матери, а Данте, смерив девочку неоднозначным взглядом, только через несколько секунд решился-таки нагнать близнеца. Они встали по обе стороны от Евы. Только Вергилий прямо держал осанку и с безразличием бегло осмотрел девочку, от чего та почему-то странно зарделась и попыталась улыбнуться. А Данте, вцепившись в мамину юбку, стушевался и подметил, что рыженькая была весьма симпатичная. Блестящие голубые туфельки в тон платью, носочки с кружевной каймой, пару заколок с будто мармеладными звездами в волосах. Данте не разбирался в девчачьих нарядах, но незнакомка выглядела мило, прям как куколка. — Вергилий, - четко произнес старший, почему-то почувствовав внутри неприязнь, когда женщина, которую он встретил в жизни впервые, посмела коснуться его уложенных назад волос. Он не любил, когда его волосы кто-то трогал кроме родных. Ну Данте не в счет, ему даже как брату было категорично запрещено портить ему прическу. Правда младшему было плевать на любые запреты. — Данте, - также громко представившись, мальчишка наоборот довольно улыбнулся и чуть покраснел, когда Амелия потрепала его по и без того взъерошенной макушке. — Арабелла, - девочка задрала аккуратный носик, перестав прятаться за спиной матери и пытаясь выглядеть также достойно и величаво как тот близнец в черной рубашке. — Никаких сокращений не принимаю. А мою маму зовут Амелия. Рыжеволосая женщина тихо засмеялась от умиления, что дочь представила вдобавок и ее. Сама она о близнецах многое знала и видела еще младенцами, но они точно впервые ее встретили. "Что за выскочка?" подумал Данте и недовольно надул губы, заметив, как девчушка даже взгляд на него не бросила - все время смотрела только на брата. Да и Вергилий... стоял сейчас так уверенно, будто сильнее тянулся вверх, хотя было заметно, что она выше их с Данте на полтора дюйма. — Я приготовила вам угощения, время пить чай, - Ева похлопала в ладоши, с сыновьями и гостьями направившись к летней веранде. По пути к особняку Арабелла специально шла возле старшего, чуть обгоняя его и утайкой переглядывалась с ним, то и дело игриво теребя пальцами кудряшки. Данте продолжал хмурить тонкие светлые брови и обиженно дуть губы, следя за этим непонятным представлением. Мальчик уплетал за обе щеки с любовью приготовленные матерью клубничные кексы, небрежно разбрасываясь перед собой крошками и блаженно мыча. Он был похож на хомяка, который будто даже не прожевывал пищу, а держал во рту, безобразно чавкая. Вергилий раздражен до предела, но виду не подавал, молча отпивая слегка остывший мятный чай и даже не притронувшись к сладкому. Не то, чтобы он не любил мамину стряпню, упаси Бог, она готовила на высшем уровне, но почему-то смотря на близнеца весь аппетит тут же пропал. Да и ему хотелось быть более выдержанным перед соблазном взять кусочек побольше. Старший полудемон видел, с какой нескрываемой брезгливостью Арабелла наблюдала за Данте, сама ковыряясь десертной вилочкой в креме, выковыривая клубнику. Двум женщинам, кажется, уже не было дела до трех детишек на кухне. Они сели за отдельный чайный столик на веранде и попивали не чай, как ребята, а холодное просекко. И увлеченно беседовали о своем, о своих мужьях, которые вечно куда-то разъезжали и оставляли одиноких дам на детей. — Quel cochon, - тихо пробубнила девочка, но Данте ее услышал. Уставившись непонимающим взглядом на рыжеволосую особу, младший услышал со стороны смешок близнеца. Это она сейчас что там такое сказала и на каком языке. Вергилий ее понял. Это французский? Кажется, старший тоже немного изучал этот язык. Данте проглотил кусок кекса, вытерев губы тыльной стороной ладони. — Что ты сказала? - Данте сжал под столом край своих черных шорт, заливаясь краской, потому что не знал, как ему реагировать на неизвестные ему слова. Да и с чего он взял, что они были адресованы ему. Может она приятного аппетита пожелала. — Она сказала, что у нашей мамы золотые руки, - бессовестно соврал своему наивному братику Вергилий, заметив, как сидящая напротив девочка улыбнулась шире и кивнула в знак согласия. Арабелла почувствовала, как ее маленькие ушки и щеки обожгло румянцем, ведь этот красивый мальчик с таким пронизывающим до недр души взглядом и голосом сейчас понял ее, защитил, несмотря на то, что они плохо знакомы, а соврал он родному брату. Неужели Вергилий согласился с ней и тоже считал своего близнеца невоспитанным неряхой. Рыжеволосая кокетливо прижала вилочку к пухлым губам. Вергилий знал французский. Значит можно было попробовать общаться с ним на этом языке, если рядом будет ошиваться Данте. — Да, наша мама в целом золотая! - Данте хлюпнул остатками чая, потягиваясь на стуле. Сейчас после того, как он плотно набил живот сладким, славно было бы поваляться в кровати или снова уломать брата на сражение. Однако новоприбывшая гостья была временной помехой. Ну ничего, сейчас мама наговорится со своей подругой, и они уедут обратно. Только вот мальчик совсем от незнания даже не додумался, что женщина пила алкоголь и ей нельзя за руль. Но об этом он сообразит позже. — Чем ты увлекаешься, Белла? - младший склонился корпусом над столом, решив нарушить неловкую тишину. Да и снова она как-то по-особенному пялилась на старшего, а тому нормально с каменным лицом сидеть долго смаковать свой чай, мог бы тоже завести беседу первый. — Арабелла, - тут же исправила его девочка, хмурясь и грозно вонзая вилку в кекс. Данте перестал улыбаться. — Сказала же, коверканий не потерплю, - она за секунду из дьяволенка превратилась в ангелочка, смягчаясь в лице и беря в ладошки чашку чая, делая маленький глоток. Так показательно элегантно и аккуратно, что у Данте перекосило лицо. Что ж, кажется они друг друга начинали недолюбливать. Данте надеялся, что Вергилий был на его стороне. Эти девки, такие наглые и глупые, но родной брат то уж точно разделял его взгляды. — Я люблю моду, играть на фортепиано, читать французскую литературу, в основном романы и детективы. Когда я вырасту, хочу переехать во Францию и открыть свое модельное агентство, - она отложила чашку на блюдце и подперла сплетенными пальцами на ладонях свой подбородок, закусив губу. — А что насчет тебя, Вергилий? Хэй, это вообще-то Данте спросил у нее про интересы. Какого черта она сейчас обратилась к старшему. Вергилий скучающе взглянул на гостью в ответ, не понимая, почему она смотрела на него так, как если бы он был объектом ее обожания. Они же знакомы от силы час. Неужто она влюбилась в него с первого взгляда. Девчонки, как же они быстро и легко теряют голову при виде симпатичных мальчиков. Вергилий, да и Данте тоже, особо не умели взаимодействовать со сверстниками, тем более женского пола. Они учились на дому, поэтому общались только между собой и родителями. Только единственный раз, гуляя с мамой и братом в городском парке, Вергилий заметил, как Данте неуклюже чесал затылок, даря какой-то напуганной девочке букет из ромашек, но та в слезах убежала к своим маме и папе. Тогда младший сын Спарды окончательно разочаровался в дамах, не понимая, почему от него сбежали. И сейчас ему так сильно хотелось дернуть девочку за рыжие локоны, дразняще высунуть язык и прижать к себе близнеца за плечи, показывая дурочке, что "он мой! он будет играть со мной!". — Тоже люблю читать. Еще неплохо дерусь на мечах, - ответил старший мальчик и почувствовал, как под столом ткань его рубашки сжала ладошка близнеца. Данте обиженно поджал губы, тут же отдернув руку и молча потянувшись к кусочку пирога. Когда он начинал нервничать, вечно хотел есть. Вергилий вскинул удивленно бровь, но вновь перевел все свое внимание на Арабеллу. Та, узнав, что Вергилий умел владеть мечом, похлопала густыми длинными ресничками, уже в голове рисуя, что он был ее отважным рыцарем, а она его принцессой. Ну разве не романтично. — И что ты любишь читать? Знаешь, я привезла с собой свою любимую книгу. Мы могли бы обменяться. Ты посоветовал бы мне тоже что-нибудь прочитать из захватывающей литературы. — У нас есть домашняя библиотека. Думаю, смогу тебе что-нибудь дать взамен, - Вергилий практически незаметно улыбнулся. Наверно чисто из-за вежливости, все-таки смотреть на девочку суровым хмурым взглядом было несколько неэтично. Данте подавился. Кусок случайным образом или же от того, что мальчик не так вздохнул, попал не в то горло, и он громко закашлял. Ева, услышав громкий кашель ребенка, тут же вскочила с места, обеспокоенно смотря на сына и сжав ладонями его хрупкие плечи. Вергилий несколько опешил, а вот Арабелла как-то не по-доброму улыбнулась. Неужели он настолько слепой, что не заметил этого. — Малыш, ну ты чего? Не ешь хоть сухомятку, давай еще чаю заварю, - дав ребенку самому откашляться, блондинка погладила его по щеке, вытирая выступившие кристальные капельки слез. Данте медленно кивнул. — Мы с Арабеллой прогуляемся до библиотеки, - Вергилий поднялся с места, кинув безразличный взгляд на покрасневшего Данте. Младший тут же отвернулся, кое-как подавляя новый приступ плача. Рыжеволосая девчонка тут же слезла со стула следом и, проинформировав свою слегка подшафе маму, что отойдет с новым другом погулять по особняку, побежала за Вергилием. Пока Ева заваривала новый чай, Арабелла, остановившись на пороге кухни, успела показать Данте язык первая и помахала рукой. Если бы в том возрасте Данте знал плохие оскорбительные слова для девочек, то назвал бы ее сучкой. Библиотека у них действительно была богата разнообразием книг. Начиная от простых старых детских сказок и сборников стихотворений, заканчивая документальной взрослой литературой. Некоторые особенно толстые и значимые книги находились за стеклянной витриной, которую мог открыть только глава семейства. Для Спарды они были своего рода реликвиями, в которых хранилась слишком подробная информация о демонах и заметки его предков. Для Данте и Вергилия доступ к прочтению был запрещен, но Спарда обещал, что когда мальчишки достигнут совершеннолетия, наберутся необходимого опыта для самостоятельных вылазок в подземный мир, он позволит им изучить более глубокие сведения. Вергилий обычно читал книги про демонологию, древнюю адскую магию и разновидности ближнего оружия. Как изготавливается, сколько весит и против кого лучше применяется. В остальное от изучения новой информации время он расслаблялся, предаваясь стихам или легким рассказам классических драматургов. Вряд ли уместно было предлагать девочке почитать книгу про ад и страшных чудовищ, раз уж она больше предпочитала романы. Вергилий провел тонкими пальцами по корешкам книг, ища что-нибудь незамысловатое и драматичное. Может ей понравится читать про королевства и драконов? Арабелла смотрела в затылок мальчика, то и дело расправляя юбку своего платья и предвкушая, что ей мог предложить Вергилий. Они сейчас находились в библиотеке только вдвоем, он с таким сосредоточенным лицом старался выбрать книгу, которая бы ей понравилась. Девочка невольно залилась краской от непрошенных мыслей в голове и присела на мягкую скамью, находящуюся около большого окна. Оттуда можно было лицезреть весьма скромную детскую площадку и ухоженный сад с разнообразием ярких цветов. — Вот, - Вергилий протянул девчонке книгу в мягком синем переплете. Арабелла приняла ее в руки, осматривая с каждой стороны и читая название. "Богиня и Бонвиван". На лице засияла застенчивая улыбка, а маленькое сердечко стало биться чаще. Вергилий пытался не обращать внимания на то, что гостья слишком пристально на него таращилась. Вергилию будто хотелось смыть с себя этот до приторности очаровательный взгляд. Обычно на него так смотрел младший брат, когда Вергилий все же соглашался с ним подраться или просто посидеть вдвоем в той же библиотеке, пока он читал брату средневековую фэнтези, а тот засыпал у него на коленях. Это были очень редкие моменты, когда старший сын Спарды не хотел никак спихнуть и прогнать мальчишку, потому что спящий Данте был чересчур хрупким и тихим. Такого Данте Вергилий не желал обидеть и оскорбить. Можно было наблюдать, как его такие же белые как волосы ресницы подрагивали во сне, губы были едва приоткрыты и блестели от скапливаемой во рту слюны. Данте часто пускал слюни во сне. Для старшего это было омерзительно, если потом он замечал на соседней подушке мокрое пятно. Но ругать и бить брата за такой, казалось бы, пустяк слишком неразумно. — Позволь, я прочитаю тебе пару глав из моей любимой книги, - девочка вытащила из сумки небольшую книжонку, быстро листая до заученной страницы, на которой было самое интересное и будоражащее. Вергилий молча кивнул, уложив руку на деревянном подоконнике и устремив взгляд в окно. Нет, сейчас ему не особо было интересно слушать голос гостьи, ее любимый роман, в котором наверняка написана очередная романтическая чепуха для девочек. Но раз уж вызвался первый пройтись с ней до библиотеки, оставив младшего братика с мамой и другой женщиной, то будь добр проявить каплю выдержки и гостеприимства. Интересно, Данте все еще был на кухне или уже куда-то убежал. Заметив, как мама вновь устремила все свое внимание другой тёте, младший полудемон грустно вздохнул, понимая, что дальше сидеть в одиночестве на кухне он не выдержит. Нужно было придумать себе занятие и унять бушующую внутри злость и обиду на близнеца. Вот же, взял и бросил его ради какой-то глупой неизвестной девчонки. Да кто она вообще такая, чтобы вот так сразу вести ее в библиотеку и делиться книгами отца. Данте так размышлял, словно ему вообще было какое-то дело до этих книг. И возможно ему было бы начхать, если бы заместо Арабеллы там был кто-то другой. Почему такая необоснованная горькая обида на нее, ведь она ничего не сделала. И на брата, который постоянно отталкивает, ругается и не хочет играть, а тут сразу такой добренький и сговорчивый. Неужели она ему тоже понравилась? Данте накрыл нагретые щеки руками, резко мотая головой и вскакивая из-за стола. Нужно сбросить напряжение и злость силой. Это обычно срабатывает. Пускай этот зануда и дальше сидит за своими тупыми книгами и общается с тупыми девочками, пока Данте будет развивать свои физические способности, уделять больше времени маханию меча и акробатике. Он безжалостно молотил мечом по стволу дерева, представляя, что это был Вергилий. Связанный Вергилий, не в силах давать ему отпор, а молча принимая все удары на себя. Данте громко рычал, как обезьянка кувыркался и делал сальто назад, после нападая на дерево с другого угла, пока собственный игрушечный меч не треснул и не сломался на две части. Вергилий меланхолично наблюдал за этим шоу из окна библиотеки, что-то улавливая из рассказа, который читала девочка, но с головой был погружен в свои мысли. Мысли о маленьком дурачке Данте, который как бешеный "сражался" с деревом и сломал свой меч. И пока отец не вернется домой и не сделает ему новый, он больше не сможет донимать старшего с просьбами сразиться. Ну хоть за это стоило похвалить безалаберность младшего полукровки. Однако Вергилий не слишком и обрадовался этому. Ведь ему также нравилось биться с братом, нравилось чувствовать азарт от каждого совершенного непредсказуемого движения. И смотреть на поверженного братика, который если и не плакал, то широко улыбался, вытирал кровь из носа и готов был повторить, пока силы окончательно его не покидали. — И когда ее теплая бархатная ладонь легла на щеку молодого человека, королева Луиза притянула его к себе, сливаясь с ним в страстном жарком поцелуе... - голос девочки заметно задрожал, а ладошки стали влажными от пота. Она украдкой взглянула на сидящего так близко к ней мальчика, заметив, что тот смотрел вообще не на нее, а куда-то в сторону. От этого она почувствовала внутри грусть и разочарование, но продолжила читать: — Парень нежно обхватил большими ладонями ее узкую девичью талию, опускаясь ниже и мягко оглаживая пышные бледные бедра, задирая ткань шелковых панталонов... Данте, расстроенно смотря на сломанный игрушечный меч, плюхнулся попой на траву и опустил голову. Глаза невольно и неприятно защипало от слез. Ну вот, брат черти где ошивался, меч сломался, и вообще почему все вокруг так резко стало бесить и выводить из себя. Вергилий тихо вздохнул, смотря на близнеца, но к счастью не видя, как тот плакал и дрожал. С его ракурса казалось, что Данте просто сидел на земле и переводил дыхание после боя. — Их мокрые разгоряченные языки сплетались словно скользкие змеи, мужская ладонь добралась до заветного места... — Давай почитаем что-нибудь другое, - прервал ее Вергилий, не собираясь дальше слушать этот бред и смотреть, как собеседница уже походила на спелый томат, читая столь интимные похабные сцены. Они же еще дети, зачем она читала такую странную своеобразную литературу. Вергилий понятия не имел о всех этих взрослых ласках, глубоких поцелуях и эротике. Ему бы сейчас рвануть к младшему, схватить за тонкие узкие плечи и успокоить. Сказать, что они починят его оружие и снова будут играть вдвоем. Арабелла резко помрачнела, хмыкнув, но согласно кивнув и протянув книгу Вергилию, чтобы он потом обязательно ее прочитал и знал о всех подробностях взрослых игр. Сейчас она была готова послушать и его умеренный хрипловатый голос с интересным акцентом, что бы он не выбрал для прочтения. Казалось, что она от него готова была слушать даже неинтересную для нее литературу для мальчиков. Наконец переведя взгляд синих глаз в сторону окна и заметив ошивающегося на улице Данте, Арабелла тут же поняла, что он отнимал все это время внимание своего близнеца. Нахмурив бровки, девочка решила, что так дело не пойдет. Вергилий не должен наблюдать за близнецом, пока находился в одном помещении с ней. Наверно странно было бы отвлечь его поглаживанием по коленке или руке, после нежно коснувшись розовыми губками его светлой кожи на острой скуле. Поэтому, притворившись, что сидеть на скамье было менее удобно, чем вон на том уютном огромном диване возле книжных стеллажей, девчонка пересела подальше от окна и дождалась, пока Вергилий нехотя отпрянет от рассматривания улицы и подойдет к ней. Внутри Данте все бухнуло, когда он узнал, что гости останутся в их особняке на ночь. Он и так еле терпел за ужином эту нахальную ухмылку рыжей, кое-как пытаясь справиться с едой, потому что весь аппетит резко пропал, когда Арабелла хвасталась Еве и своей маме, как они с Вергилием здорово провели время и прочитали одну интересную книгу про стражников и волшебников. Если это была одна из немногих любимых Данте книг, он готов был взорваться на месте от непривычного проснувшегося внутри него мерзкого чувства предательства. Словно у тебя что-то отняли, словно он испытывал угрозу и страх. Страх, что близнец теперь переключится на Арабеллу, сначала читая ей те книги, которые читал младшему, а что потом? Может еще ее и драться научит и будет махаться мечами с ней? Мальчишка недовольно жевал бэби картофель, через силу слушая сейчас настолько противный слуху голос девчушки и смотря на старшего, который всего пару раз взглянул на него в ответ, поведя плечами. Первый опустошив свою тарелку и остаток ужина молча сидя за столом, Данте ждал с нетерпением наступления ночи, когда можно было забыться в беззаботных снах. Вергилий готовился уже лечь в свою постель, как в его комнату без стука ввалился младший, держа в ладонях свою подушку. Даже при тусклом свете ночника можно было разглядеть, как его щечки слегка покраснели, а пальцы нервозно сминали мягкость. Старший удивленно посмотрел на близнеца, совершенно не ожидая его сегодня на ночевку. Ведь по нему было видно, что настроение там пропало еще с полдника и он обижался на Вергилия. — Можно поспать с тобой? - Данте спросил чисто из вежливости, не собираясь все равно уходить, если брат откажет. — У тебя есть своя спальня, Данте, - мальчик устало выдохнул, укладываясь на кровати удобнее и смотря в потолок с надеждой, что близнец не будет сейчас его донимать и вернется к себе в комнату. Но младший потоптался на месте с минуту и решил так просто не сдаваться, медленно подходя к кровати и смотря на близнеца сверху-вниз. Сейчас Вергилий был точной его копией, когда белые мягкие волосы не были уложены назад, а спадали на лоб. Старший полудемон стиснул зубы, в следующий момент чувствуя и слыша, как рядом кровать прогнулась под еще одним телом. Данте запрыгнул под общее одеяло, ну хоть подушку додумался свою принести. Вергилий нехотя открыл глаза, негодующе взглянув на близнеца. Данте выдавил самую что ни на есть широкую обнаглевшую ухмылку, протянув ручонки к шее близнеца, чтобы прижаться сбоку. — Какого черта, Данте? Иди к себе, - недовольно запротестовал Вергилий, мягко говоря, пребывая в шоке, когда Данте закинул худую ногу на его бедро. Сейчас Данте был в летнем варианте своей пижамы. Легкая светло-красная рубашка с коротким рукавами и такие же шортики до середины бедер. Обычно летом мальчишка вообще мог спать в одних трусах, но тут все-таки рядом находился близнец и как-то в очередной раз выслушивать от него претензии о ненадлежащем виде не хотелось. Вопреки чужим негодованиям, младший прижался только ближе и ткнулся теплым носом в плечо брата, игнорируя его жалкие попытки отпрянуть. Если бы Вергилий действительно не хотел спать вдвоем и обниматься, то уже давно бы спихнул Данте с кровати и выгнал из спальни, дав нехилый поджопник. — Данте, хватит. Нам уже не пять лет, - Вергилий обреченно вздохнул, все еще сжимая в пальцах рубашку мальчика, который мотнул головой и шумно выдохнул куда-то в район тонкой шеи. Вергилий резко покрылся непрошенными мурашками, ощутив, как внутри что-то странно кольнуло от этого, казалось бы, безобидного действия. — Ты весь вечер провел с этой дурой. А еще я сломал свой меч, братик, я очень расстроен, - Данте приподнял голову, смотря своими большущими невозможными глазами на близнеца в поиске поддержки и сострадания. Вергилий поджал губы от этого взгляда. Ну как тут искренне злиться и дуться на этого дурёху. Устало выдыхая и все же на этот раз сдаваясь первым, он перестал предпринимать попытки оттолкнуть чересчур тактильного близнеца от себя. Он слишком вымотан на сегодня от разговоров и прошедших событий. Завтра гостьи уедут, и они вновь смогут проводить время вдвоем, пока Вергилий снова не взбесится от приставаний младшего, ища скорейшего одиночества. — Спи, Данте, - не обняв мальчугана в ответ, но и не убирая с себя его ногу и руки, старший отвернул голову в противоположную от лица Данте сторону и закрыл глаза. — Спокойной ночи, - прошептал в шею близнеца младший полудемон, наслаждаясь чужим теплом и близостью. Он быстро заснул с мыслями, что завтрашний день будет куда лучше. На следующее утро, когда Ева накрыла всем завтрак, попросив младшего позвать Вергилия и Арабеллу на кухню, Данте насупился от недовольства, мол почему он должен звать их, сами пускай спускаются. В итоге перечить матушке не посмел. Чудесный аромат свежей выпечки и какао так и манили не двигаться с места, а скорее приступить к трапезе. Но Данте послушный мальчик, он оставил маму с ее подругой на кухне, а сам направился на второй этаж. Эти двое вновь потерялись в библиотеке еще с утра, что знатно рассердило младшего, и он снова вызвался добровольцем помочь на кухне, лишь бы нехорошие скверные мысли не перегружали его маленькую головушку. Арабелла, увлеченная чтением книг о любви, ощущала, что сейчас был что ни на есть самый подходящий интимный момент, чтобы наконец продвинуться дальше. Она знала этого мальчика всего ничего, но уже мысленно вышла за него замуж, родила ему детей и ни на секунду не отпускала от себя. Такой снаружи холодный и непоколебимый. Но что будет, если взять его мягко за ладони, прижаться ближе и... — Вергилий, ты знаешь, что такое французский поцелуй? Мальчик опешил, когда рыжеволосая оказалась в непозволительной близости, схватив своими ладошками его за руки и крепко сжав. Внутри как-то странно все потяжелело от столь внезапного действия и вопроса девочки. Он знал, что такое поцелуи. Это когда мама нежно касалась своими теплыми губами его лица или волос, доказывая таким жестом всю свою материнскую любовь и ласку к ребенку. Это когда непоседа Данте задирал его и корчил смешные рожи, когда Вергилий плакал от обиды и наказаний за свои проступки, а потом как ни в чем не бывало чмокал в мокрую от слез щеку, мол "не дуйся братишка, меня тоже наругали". Но что подразумевалось под французским поцелуем старший не знал. Да и не шибко хотел узнать от девочки, к которой он относился совершенно никак. — Так целуются взрослые люди, показывая всю свою любовь и страсть. Как твои или мои родители, - девочка приблизилась к лицу Вергилия ближе, заметно задрожав от предвкушения и неизвестности, как отреагирует этот холодный красивый "принц" на ее поступок. Вергилий громко сглотнул, не понимая, что за чертовщина произошла в следующий момент. Он стоял как вкопанный, затаив дыхание и ощущая, как его сухие бледные губы обожгло чужое дыхание. Из-за рта девочки пахло сладкой малиновой жвачкой, а липкие от блеска губы наконец накрыли его собственные. Старший зажмурил глаза, не понимая, что ему делать, но четко ощущая, как пульс моментально участился, а кровь прилила к шее, лицу и ушам. Он почувствовал во рту что-то мокрое, инородное. Это был чужой язык. Это мерзко? Зачем она коснулась им его зубов и языка. Во рту чувствовалась чужая слюна, и Вергилий резко отстранил от себя девчушку. Внизу живота все непривычно немело, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Арабелла довольно улыбалась, такая же красная от смущения и удовлетворенная внутренними мягкими покалываниями в груди. — Хэй, мама зовет на завтрак... Дверь в библиотеку резко открылась, и на пороге появился Данте, который моментально заметил двух детей между книжными стеллажами. Еще бы секунда, и он стал бы свидетелем не очень благоприятной картины. Они держались за руки, Арабелла стояла и дрожала на худых ножках слишком близко к старшему. Лицо Вергилия смущенное, растерянное. Он шумно часто дышал, взглянув на младшего в ответ с горечью и беспокойством. Данте крепко вцепился в ручку двери, зло смотря на детей, и тут же ринулся прочь, подавляя слезы. Что это за мерзкое чувство внутри. Предательство, злость и подавленность. Вергилий держался за руки с этой девкой, она чуть ли не наваливалась на него, вот-вот готовая повалить на мягкий диван. Мальчик думал, что застанет этих двоих за обычным прочтением книг, но они явно занимались чем-то иным. Чем-то, о чем маленький оболтус Данте не должен знать. Нужно будет посоветоваться потом с мамой на эту тему. Она то уж точно выслушает и как мудрая взрослая женщина подскажет, что происходило с его эмоциями. — Упс, чуть не попались, - Арабелла тихо захихикала, ойкнув, когда мальчик как-то резко отпустил ее руки и вытер губы тыльной стороной ладони. Видимо, поцелуй он не оценил. Девочка захотела немного сгладить неловкие углы, но Вергилий без лишних слов последовал за братом, оставив ее в библиотеке одну. Хитро сощурив глазки, Арабелла начала задумывать новый план, чтобы в будущем заполучить старшего близнеца. Она не простит себе, если отступит так просто. Нужно просто еще немного подрасти, навещать эту семейку чаще, изучить больше информации по флирту и соблазнению, чтобы в следующий свой приезд Вергилий ни на секунду не задумывался о ком-то кроме нее. — Данте, милый, ты ничего не съел, - Ева грустно взглянула на все еще полную тарелку младшего сына, думая, неужели ее мальчик разлюбил оладьи с шоколадным соусом и свежей клубникой. Все уже практически позавтракали, а он все утро слишком молчалив и отстранен, что совсем на него не похоже. — Все хорошо? Мальчик тут же стушевался на месте, когда на него уставились одновременно четыре пары глаз. И все смотрели так, что хотелось спрятаться и закрыться. Арабелла на этот раз сидела возле близнеца, невзначай сжимая в пальчиках его рубашку, а он, зараза, даже не отпихивал девчачью ладонь. Если бы его так хватался младший, Вергилий давно бы выразил свое недовольство. — Угу, просто не голоден. Прости, мама, - Данте крепко обнял женщину, вдыхая родной запах единственного на данный момент адекватного присутствующего здесь человека. Женщина слегка опешила, но любовно погладила ладонью мальчика по волосам и улыбнулась. Ну бывает, даже у младшего сына порой не было аппетита с утра. Но к обеду точно проголодается и съест все в двойном размере. Ева чувствовала, что ее сыновья словно немного отдалились из-за маленькой гостьи, но совсем скоро Амелия с Арабеллой уедут, и блондинка верила, что близнецы вновь начнут играть во дворе вместе. Но и сбрасывать со счетов Арабеллу Ева не хотела. Девочка была очень воспитанной и красивой, такую бы в будущие невесты своему старшему сыну. — Мам, а мы еще приедем сюда? А когда? - рыжеволосая начала с любопытством расспрашивать родителя о повторном визите в особняк, на что женщина переглянулась с Евой. — Мы рады вам в любой день. Скоро вернется мой супруг и мы могли бы выбраться все вместе на природу, что скажете? - Ева погладила большим пальцем Данте по плечику, от чего тот спрятал недовольное лицо у нее под грудью, не хотя слышать ничего про дальнейший приезд этой глупой девчонки. Конечно он был против, но проглотил свой ответ. Вергилий молча пожал плечами. Ему, собственно, плевать на все это, но после того, что произошло утром в библиотеке, его ответ в голове, скорее всего, был таким же отрицательным, как у близнеца. — Замечательная идея, тогда будем на связи, - Амелия допила свой кофе без молока и сахара, поднимаясь вместе с дочуркой с места. — Мы вас проводим, - Ева вздрогнула, когда Данте слишком быстро и резко отпрянул и мотнул головой, со словами "у меня болит живот, пойду полежу" выбежав из столовой. Вергилий проводил близнеца печальным взглядом. Решил, значит, так нагло предать и бросить его. Старший тоже мог бы спокойно отказаться провожать гостей и уйти к себе, но в отличии от Данте, он все-таки воспитанный старший ребенок и не хотел еще и на себе ощутить разочарованный взгляд матери. Уж Ева то точно не виновата, что дочь ее близкой подруги натворила делов и чем-то обидела младшего. Вздохнув, Вергилий взглянул на девочку, которая неуверенно трогала ткань на его рукаве. Ей богу, уже все смяла, и скоро до дырки протрет. Поскорее бы они уже уехали. Данте убежал далеко. Посмотрев в окно своей спальни на то, как дети обнимались, это окончательно добило младшего сына Спарды. У него не было цели сбежать из особняка куда-то в конкретное место, но лишь бы подальше оттуда. Подальше от идиота Вергилия. Надоело вечно пытаться привлечь его внимание, предлагать первому ему играть. Почему когда Данте обнимал и лез к нему, старший вечно огрызался и пытался уйти от прикосновений, а тут нарисовалась тупая девка, и он так крепко обнимал ее в ответ. Данте, к счастью не видел его лица в этот момент, но он точно улыбался. Он точно запоминал запах ее рыжих волос и сладкого парфюма. Данте ощутил приступ тошноты. Бежать сломя голову в неизвестность было немного опрометчиво, но сейчас он оказался возле маленького озера по другую сторону леса, переводя дыхание от интенсивного бега. Неподалеку находился причал, где сидел одинокий дедушка и ловил рыбу. Данте подошел к берегу, потрогав ладошкой разогретую не слишком чистую, но приемлемую хотя бы для купания воду. Почему бы и нет, уже с утра солнце пекло как в аду, если там вообще существовало солнце, и домой мальчишка не собирался возвращаться до вечера. Покупается, а потом пристанет к старику и, возможно, тот разрешит ему порыбачить. Звучало заманчиво. Интересно, как скоро старший братец спохватится его искать. И найдет ли. Вергилий несколько часов провел за прочтением книг, предназначенных для более взрослой аудитории, выискивая там больше информации и сцен про эти необычные французские поцелуи. Как и при каких условиях люди вообще додумались совать друг друг в рот языки, зачем они это делали и возможно ли было подхватить какую-то болезнь от чужих микробов. Любознательность Вергилия порой губила его самого же, ибо когда в его возрасте было уместно читать что-то простое и здоровое, он читал либо про ужасы ада, демонов и про реки крови, либо как сейчас... слишком откровенные взрослые взаимодействия, предварительные ласки и непонятнее внутренние ощущения. Что-то подобное он ощущал даже когда просто лежал рядом с младшим братом в одной кровати. Легкая дрожь, тепло, которое плавно протекало от груди до живота и ниже. Эти ощущения, еще слишком рано познавать о таком, но Вергилий задался целью, что изучит это быстрее своего глупого младшего брата. Когда Данте подрастет и продолжит находиться в неизвестности, а что это происходит с его телом, Вергилий уже будет готов к подобной перестройке организма. Забавный факт, что в некоторых источниках говорилось про однополую любовь, но Вергилий не почувствовал чего-то неправильного и отвратительного. Для него самого не имело значения, девочка или мальчик. Он не считал Арабеллу даже симпатичнее Данте. Может потому что Данте был его близнецом, это как отражение в зеркале. Вергилий считал себя весьма привлекательным, а значит и Данте был таким же. — Давай, парень, тяни! Тяни! - резво подбадривал мальчугана старик, смотря на пыхтеющего ребенка, который тянул за катушку, чтобы выловить что-то тяжелое и трудно поддающееся. Данте зажмурился, прикладывая все силы, чтобы выловить, как ему казалось, огромную рыбищу, но стоило упасть на деревянную поверхность и наконец вытянуть улов, он глупо захлопал глазами, чуть не получив ботинком по лицу. Пожилой мужчина громко захохотал, помогая покрасневшему от стыда ребенку подняться на ноги и снять с крючка покрытый тиной старый сапог. Данте неловко засмеялся в ответ, разглядывая свой выловленный трофей и наконец впервые за сегодня чувствуя себя настолько беззаботно и радостно. Дедушка взъерошил белую макушку мальчика, похвалив за неплохие навыки рыболовства, а после доставая из рюкзака половину сэндвича и протягивая ему. У мальчика заметно и громко урчало в животе, а сам старик уже готов был пойти домой к семье, чтобы поужинать выловленной рыбой. — Тебе не пора ли домой, Данте? Уже смеркается. — Скоро, - пробубнив с набитым ртом, мальчик сидел на краю причала, дергая ногами туда-сюда и засмотревшись на ярко-оранжевый закат солнца вдалеке. Возвращаться он все еще не хотел, но мама уже наверняка готовит ужин и скоро начнет беспокоиться, что младшего сына нигде нет. Старик понимающе кивнул, чуть успокоившись, когда узнал, что за ребенком придет его родитель, и оставил Данте в гордом одиночестве. Вергилий устало потер переносицу, захлопывая очередную книгу про любовные плотские утехи. Голова просто гудела от потока новой информации, превращаясь в кашу. Вернув книгу на место, мальчик даже не заметил, что на часах уже стрелки приближались к ужину. А Данте за весь день так и не потревожил его. Он вообще хоть в особняке был все это время или на улице резвился? Проверив, что брата не оказалось в его спальне, и после спустившись на первый этаж, старший слегка напрягся от тишины в доме. Со стороны кухни слышалось, как бурлит вода в кастрюле, мама была там и что-то напевала себе под нос, но звонкого голоса Данте не доносилось. Заметив в дверях мальчика, Ева отложила нож и полотенце в сторону. — Через час садимся за стол. Ты Данте не видел? Я с обеда задремала и совсем не слышала его, - она задумчиво потерла подбородок, по ней было видно, что она слегка волновалась. — Не видел, - честно ответил старший полудемон и подошел к двери, ведущей на задний двор, смотря через стекло на улицу. Качели пустовали. Неужели сбежал за пределы поместья. — Как же так... Вергилий, найди, пожалуйста, Данте до темноты, - женщина заметно нервничала. Как она могла так халатно себя повести и за весь день не попытаться выяснить, куда подевался младший ребенок. Вергилий хотел было запротестовать, мол почему опять он должен был искать этого придурка. Он же мог сейчас убежать куда угодно. Может он спрятался где-то в доме и до сих пор ждет, пока старший подойдет ближе, чтобы тот выпрыгнул из шкафа и напугал его. Но почему-то Вергилий не особо верил и чувствовал, что близнец находился в пределах особняка. Если его нигде не было поблизости, может он убежал в сторону небольшого леса. Там, в самом его конце располагалось озерцо, куда сам старший любил изредка выбираться, чтобы полюбоваться спокойной водой и красивым пейзажем. На улице еще было светло, но мальчик на всякий случай взял фонарь, пообещав маме, что приведет брата живым и здоровым. Но при условии, что она будет обязана поставить Данте в угол за то, что убежал без предупреждения. Ева очень распереживалась, но верила, что Вергилий найдет своего младшего братика очень быстро. Ох, Данте, ну что за несносный отбившийся от рук мальчик. От их дома до озера примерно минут двадцать пешком. Вергилий освещал фонарем узкую тропинку, осматриваясь по сторонам и вслушиваясь в каждый шорох. Лес был небольшим, заблудиться здесь практически нереально. Мальчик пнул камешек перед собой, раздраженно вздыхая и зовя близнеца, в ответ слыша только свое эхо. Он его самолично на рагу пустит, когда найдет. Ну что это такое в самом деле. Что за странное поведение, почему близнец с приездом этой девочки как сам не свой. Неужто дурачок подумал, что был чем-то хуже нее. Да Вергилию плевать на какую-то там дочку маминой подруги. Что есть она, что ее нет. Глупый Данте необоснованно завидовал или что. Вдруг Арабелла понравилась лично ему, и поэтому он так обиделся на старшего. Даже здесь Вергилий умудрился обогнать его и в чем-то преуспеть, а Данте не любил проигрывать. Это, конечно, тешило чувство собственной важности, но Вергилий не хотел, чтобы их с Данте взаимоотношениям помешала обычная девчонка. И, разумеется, будь у Вергилия выбор, он незамедлительно бы выбрал брата-близнеца. — Ну где же ты? - прошептав в пустоту, Вергилий наконец дошел до окраины леса, замечая озеро и осматриваясь по сторонам. Слишком тихо. И ни намека на близнеца. И вот здесь мальчик почувствовал липкий холодный пот, теперь сам в растерянности бегая взглядом по сторонам. Взгляд вдруг ухватился за знакомую обувь и белую небрежно оставленную рубашку вдалеке на берегу. Это были вещи брата. Старший резко подбежал к воде, освещая светом фонаря вокруг и громко крича, насколько позволял его детский звонкий голос. — Данте! Старший впервые ощущал что-то вроде испуга и тревожности. Неужели брата похитили демоны. А он без своего меча, и Вергилий не взял с собой Ямато. О чем ты только думал, рванув искать близнеца без оружия. Паника накрыла с головой, а сердце пропустило ряд резких ударов. Что он теперь скажет маме. Нет, он обещал, что без Данте не вернется. Его нужно срочно отыскать. Неважно где, ценой собственной жизни Вергилий готов был найти близнеца и спасти. На неподвижной зеркальной глади воды что-то зашевелилось. Всплывали пузырьки, и Вергилий, оставив фонарь возле вещей, прямо в обуви и в одежде ринулся к источнику бурления. Данте умел плавать, но что если его кто-то схватил под водой. Какой-нибудь подводный демон. — Данте! Озеро было мелким, чтобы найти самое глубокое место, необходимо было доплыть до середины, и даже там вероятность утонуть была крайне мала. Пузыри резко стихли. Вергилий замер на месте, с ужасом смотря перед собой и в следующую секунду рефлекторно зажмурившись, когда со стороны плеснули высокой волной. Данте мгновенно всплыл, смеясь и плескаясь теплой водичкой в шокированного и не на шутку перепуганного близнеца. Вергилий закрыл рукой глаза, стиснув зубы и тихо шипя. — Прекрати! - мальчик взвизгнул и резко поддался навстречу близнецу, не рассчитывая свою силу и слишком грубо и жестко схватив его за худые запястья. — Ха-ха, думал, что я утонул? Только посмотри на себя, братик, ты что это... испугался? - Данте даже не поморщился от неприятной больной хватки на своих руках, смотря на разъяренного близнеца и невинно улыбаясь. Ну а что, ему хотелось немного нашкодничать, чтобы старший не расслаблялся. Зато результат того стоил. Вергилий в не себя от ярости. — Ты совсем идиот? С таким не шутят! — Да ладно тебе. Я живой, просто прикалываюсь, - мальчик замотал мокрой головой, как всплывший на поверхность щенок стряхивая с себя капли воды. Вергилий весь покраснел от злости и стыда, что этот Данте... этот идиот Данте сейчас решил так гадко пошутить над ним, когда у старшего чуть сердце в пятки не ушло от страха. Он же действительно на секунду подумал, что младший задыхался и тонул. А для Данте просто приколы. Да тут не то что угол, тут нужна воспитательная порка от отца, чтобы впредь Данте даже мыслей о подобных шутках не допускал. Вергилий втянул воздух ноздрями, отпихивая руки близнеца и направляясь на сушу. Все беспокойство и теплые чувства к близнецу резко испарились. Данте завел руки за голову, потягиваясь и смотря в спину брата. Уже почти стемнело и пора бы домой, а то мама там уже сама не своя от волнения. Но в глубине души Данте был рад, что Вергилий все-таки решился отправиться на его поиски. Это теплое чувство обволакивало тело мальчика изнутри. Вергилий взял с земли фонарь, обернувшись к близнецу и продолжая хмуриться. Был бы под рукой меч, он бы незамедлительно заехал бы им по этому довольному улыбающемуся лицу. — Хватит так на меня смотреть, ты первый начал, - Данте натягивал на мокрую ногу сапог, подняв взгляд на Вергилия и беспечно хмыкая. — Эта дура так липла к тебе. Буэ, гадость, - мальчик показательно высунул розовый язык, словно сейчас его стошнит прямо на месте. — Причем здесь она? - Вергилий смотрел, как неумело и неаккуратно младший завязывал высокую шнуровку на сапогах, фыркая. Даже такую элементарную вещь не умел делать как следует. — Да она же втюрилась в тебя! Я не настолько слепой, Вёрджи, нет-нет, - Данте вздохнул, сдаваясь и решив просто заправить шнурки во внутрь, не мучаясь с этими узлами. — Утром вы... когда я... когда я зашел, вы стояли и держались за руки... это выглядело странно. Даже мы с тобой так не делали. Вергилий вздернул вопросительно бровь, присаживаясь на корточки возле близнеца, освещая фонарем его лицо. Щеки младшего заметно покраснели, дыхание участилось. Он слегка дрожал. Замерз, скорее всего, подумал старший. Целый день купался, а сейчас уже прохладнее на улице. Данте зажмурился от яркого света, отвернув голову и поджав к себе ноги. Надо встать с земли и пойти уже домой. Мальчику все еще хотелось есть и желательно принять теплую ванну с пеной. Все-таки в озере вода была грязной и после этого следовало ополоснуться. Вергилий опустил фонарь обратно на землю, с полминуты наблюдая за братом и поджав губы. Что там говорилось в книге. Люди целуют друг друга в губы для выражения любви, поддержки и даже чтобы извиниться? Старший сглотнул вставший ком в горле, положив ладонь поверх мокрого острого плеча Данте и прошептал: — Данте... мне все равно на нее, она была и будет мне никем. И мне жаль, что ты так легко завелся из-за такого пустяка. Данте кусал щеку изнутри, вытирая влажные глаза, чтобы близнец не заметил позорных слез. Невольно посмотрев на него и в следующий момент резко замирая от изумления, Данте почувствовал на своих губах губы близнеца. Вергилий осторожно, дабы не спугнуть, прижал мальчишку к себе за затылок, почти невесомо целуя, но после решаясь пойти на отчаянные меры, мол будь что будет, и юркнул языком в приоткрытый рот Данте. Этот поцелуй длился едва ли секунд десять. Данте резко зажмурился, когда влажный горячий язык Вергилия коснулся его собственного, от чего из рта невольно вырвалось ни то мычание, ни то стон. Странный звук, который Данте бы охарактеризовал как "Твой мокрый язык у меня во рту, брат, что за...?" Вергилий отпрянул первый, потому что понял, что близнецу не понравилось. Ну или он делал вид. Странно, но целуя точно также ту девочку Вергилий не почувствовал ровным счетом ничего. А здесь... странное неописуемое чувство внутри, сладкая нега и разливающееся по жилам тепло. Его тело как-то остро реагировало от одной только мысли, как если бы Данте позволил ему нырнуть языком глубже, обласкать внутренние стороны щек, поиграться с его собственным язычком. Губы Данте были с привкусом озерной воды и тины, но Вергилий потом подумает о том, насколько это нечистоплотно. Он буквально только что поцеловал брата-близнеца с языком, как целуются взрослые. Данте непонимающе смотрел в ответ, прикоснувшись подушечками пальцев к своим губам и чувствуя, как и без того покрасневшие уши и щеки сейчас горели еще отчетливее. — Что ты такое сделал... — Французский поцелуй, - мальчик сам отвел взгляд, откашлявшись и поднимаясь резко на ноги. Не хотелось перед младшим конфузно краснеть и выглядеть, словно он сам не знал, что за дикость только что сделал. Это было ненормально для двух мальчиков-близнецов. — Так взрослые люди... проявляют любовь физически. — Взрослые? Ужас, какие у них развлечения, - Данте вскочил на ноги, вытирая рот руками, словно его поцеловал не Вергилий, а противная толстая жаба. Старший поджал губы от обиды, беря вновь фонарь в руку и шагая в сторону дома. Малыш Данте еще не понимал всю тонкость и пленительность таких страстных горячих ласк, перетекающих в нечто более интимное и греховное. И еще слишком наивен и безнадежен. Но Вергилий хотел, чтобы в будущем брат наконец осознал, что в этом акте своеобразной любви таилось что-то необъяснимое и будоражащее сердце, тело и мысли.

***

Они целуются жадно, зверски и напористо. Как если бы это была часть их уже серьезного поединка, где недопустимо уступать и поддаваться. Данте мертвой хваткой держится за синюю ткань чужого плаща, громко вздыхает и стонет в поцелуй, смешанный с собственной кровью и общей слюной. Дуло Эбони твердо вжимается в грудь нависающего над охотником близнеца. Вергилий сжимает кровавой ладонью лезвие Ямато, которым минутами ранее проткнул голое мокрое от дождя и теперь уже от лужи крови тело парня. Его язык яростно исследует каждый миллиметр чужого рта, острые зубы смыкаются, больно кусая за уязвимую мягкую плоть, вызывая у Данте новый приступ пропитанных болью и наслаждением стонов. Слух старшего ласкают развратные и одновременно протестующие звуки, которые издает Данте. Охотнику все больше не хватает дыхания. Он так отчаянно и крепко стискивает промокший насквозь плащ Вергилия, дорожки слез стекают попутно с каплями дождя по его бледному лицу. Ниже живота все странно и жарко сводит от нарастающего возбуждения. Вергилий даже не трогает брата в тех местах, но Данте рефлекторно выгибается в пояснице, то сводя, до разводя длинные ноги в стороны. В моменте юношеское тело уже перестает чувствовать и боль, и слабость, и то самое наслаждение. Вергилий возвышается над обессиленным близнецом, свободной ладонью больно сжимает его мокрые испачканные в крови волосы и вкладывает в этот безумный танец языками всю свою злость, неприязнь и ненависть. И где-то за стенкой этих обидных чувств мелькает что-то светлое и доверительное. Но оно так отдалено, что все, чего сейчас Вергилий желает по-настоящему: в последний раз подарить брату нечто столь важное и значимое, что у того навсегда отпечатается в памяти. Чтобы он дальше жил только с одними мыслями о близнеце, желал его, болел им. Любил и ненавидел одновременно. Возможно, это их последняя ночь, и если бы у старшего в запасе было чуть больше времени... Вергилий первый отстраняется от окровавленных братских губ, тяжело и горячо дыша в чужой рот. Данте даже сквозь боль и немощность пытается улыбнуться широко, добродушно, как в детстве. Сильный ливень быстро смыл бы красные пятна и струйки с его лица, но Вергилий словно щит закрывает собой тело близнеца, смотрит своими льдистыми глазами в такие же. Однако взгляд у Данте намного теплее, и это так раздражает. Младший все еще в сознании, но кровь теряет быстро. — Французский поцелуй, хах? - парень облизывает кровавые губы, все еще ощущая на них помимо металлического вкуса едва уловимый вкус губ близнеца. Вергилий ничего не отвечает, лишь слегка приподнимает уголки губ в попытке улыбнуться. Запоминает лицо брата таким безмятежным и уставшим. Тоже запоминает вкус его крови и родной запах. Уже вскоре запечатанные врата в Ад будут раскрыты, и мир погрузится в хаос. Вергилий обязан заполучить силу отца и найти ответы на все свои вопросы. Старший резко поднимается на ноги, запускает пальцы в свои мокрые волосы, возвращая их назад, чтобы сейчас не быть похожим на Данте. Одним мощным рывком вытаскивает оскверненную братской кровью катану, медленно убирая в ножны. В свободной руке сжимает вырванный с шеи младшего амулет, подаренный Евой. Данте тихо хрипит, сплевывает на мокрый камень сгустки крови. Его рана сейчас начнет постепенно регенерировать, но пока он без сил, чтобы шевелить конечностями. Вергилий слышит позади себя голос Аркхама. Этот мужчина сейчас так не кстати, но время поджимает. Данте смотрит стеклянным взглядом в черное небо, ничего не чувствуя. В ушах только глухой шум дождя и неразборчивые голоса рядом находившихся. За минуту до того, как внутренний демон проснется, даруя Данте новую дьявольскую силу, охотник закрывает глаза, погружаясь в детство и вспоминая тот нелепый поцелуй со старшим. Люди так проявляют свою любовь... Тогда почему Данте от такого предательства со стороны Вергилия ничего кроме боли и безысходности не испытал.