Полет над бездной

Детский дом, расположенный в центре города, имел хорошую репутацию среди подобных учреждений, где находили приют дети, оставленные родителями. Однако, несмотря на это, его рейтинг мог быть под угрозой из-за необходимости в срочном ремонте. С серых стен часто осыпалась штукатурка, а потолки протекали, словно сделанные из бумаги. Одним из главных преимуществ этого дома было то, что воспитанники жили в отдельных комнатах, оборудованных деревянными шкафами, скрипучими кроватями и столами. Наиболее везучие дети, если удача не отвернулась от них окончательно, имели в своей комнате окно, что значительно облегчало их существование в четырёх стенах. Таким "везунчиком" был Эндрю Доу. Он никогда не выделялся среди своих сверстников. Обладая фотографической памятью, Эндрю был средним в учёбе, никогда не брал в руки музыкальные инструменты и посредственно рисовал. Возможно, раньше он и стремился к наивысшим баллам, но после нескольких приёмных семей перестал интересоваться учёбой, довольствуясь результатом выше среднего. В приюте действовало правило: "Кто сильнее, тот и имеет большую власть". Несмотря на свой невысокий рост и довольно хрупкое на вид телосложение, Эндрю часто вступал в драки со сверстниками и более старшими ребятами. Не всегда удавалось выйти победителем, но он прилагал огромные усилия, чтобы оставаться на вершине местной иерархии. Родителей Эндрю не знал. Мать оставила его в роддоме сразу после рождения, а отец, скорее всего, даже не подозревал о существовании ребёнка. Именно поэтому для Эндрю стало шоком увидеть, как в его окно стучит потрёпанная сипуха. Она важно расхаживала взад-вперёд, рассматривая комнату, в которую её должны были впустить. Увидев, что Эндрю медлит, она недовольно прокряхтела, отвлекаясь на то, чтобы поправить перья на своём брюхе. Не веря в происходящее, Доу огляделся, словно не желая быть замеченным другими детьми. Убедившись, что в комнате никого нет, он открыл окно. Сова деловито восседала на окне и с интересом рассматривала хозяина комнаты. Эндрю кончиками пальцев дотронулся до птицы, чтобы проверить, не кажется ли ему такое чудо. Та недовольно встрепенулась и клювом ущипнула его за палец. Доу отдёрнул руку, встряхивая её. — Мне вообще-то больно, — укорил птицу за выходку Эндрю. Сова согласно угукнула и протянула свою лапку с привязанным к ней письмом. Эндрю отвязал конверт от совиной лапы и прочитал написанное красными чернилами имя получателя: "Эндрю Джозеф Миньярд". Фамилия "Миньярд" звучала как спасательный круг, билет на свободу из этого треклятого места. Эндрю не сомневался, что письмо предназначено именно ему. Он верил: этот клочок бумаги отправили родители, которые, спустя столько лет, получили новость о местоположение их ребёнка. Они наконец-то смогут забрать брошенного на произвол судьбы сына домой. Эндрю даже не смутил способ доставки настолько ценного листа бумаги. В эту же секунду из коридора послышались чьи-то шаги. Отказавшись от сомнительной перспективы быть застигнутым, Эндрю засунул конверт под подоконник. Ему не хотелось, чтобы другие воспитанники увидели что-то, адресованное лично ему. Около двери в комнату шаги прекратились. Человек, стоявший по ту сторону, убедился, что в комнате не происходит ничего необычного, и открыл дверь. Эндрю посмотрел на своего гостя, стараясь не выдавать то, чем занимался минуту назад. Тео Доу — мальчишка, сильно выбивавшийся из толпы сверстников. Высокий, коренастый, с нескладным телом и серыми синяками под глазами, говорившими о не самой лёгкой и беззаботной жизни и зависимости от сигарет. Неопрятный и лохматый, Тео не мог сравниться с миниатюрным Миньярдом, который всегда был одет с иголочки. С этим парнем Эндрю никогда не ладил. Миньярда часто забирали в приёмные семьи, что вызывало зависть у детей с такой же судьбой, однако никто не вдавался в подробности второй стороны монеты. Да, Эндрю часто попадал под опеку, но его практически сразу возвращали обратно. Некоторые просто не были готовы к тому, что ребёнок – живой человек, которому помимо потребностей в пище и чистоте нужны внимание и ласка, а другие пытались перекрыть им разные потребности. В семьях, где жил Эндрю, часто встречались дети, обладавшие физической силой или властью над ним. Они могли использовать это в своих целях, проявляя грязные фантазии и жестокость по отношению к беспомощному сироте. Насилие исходило не только от детей, но и от взрослых. Новоиспечённый родитель считал, что может насиловать и бить пасынка, как его душе угодно. Это началось, когда Эндрю было семь. В обмен на послушание и молчание он получил от отчима несколько долларов, которые, конечно, не могли компенсировать весь ужас, пережитый ребёнком.

***

Теодор стоял напротив Эндрю, скрестив руки на груди и свысока глядя на него. — Что у тебя здесь? Почему шумишь? Мы все собираемся спать, ты нам мешаешь. — Сказал он с упрёком, пытаясь докопаться до хозяина комнаты. Разумеется, никто даже и не думал ложиться в такое время. — Я не шумлю, — попытался отвлечь внимание собеседника от изучения деталей комнаты Эндрю, инстинктивно закрывая собой подоконник. Но, согласно закону подлости, дети в подобных домах обладали не плохой логикой и повышенной внимательностью. Даже тупоголовый Теодор. Тот с усмешкой глянул за спину Миньярда. — Что там? — поинтересовался Тео, толкая Эндрю в плечо, чтобы посмотреть причину нервоза, но Миньярд не двинулся с места. — Ничего. — Эндрю сказал это, стараясь закрыть своим телом подоконник. Ему пришлось расправить плечи, чтобы казаться больше. Миньярду нужно было выглядеть внушительно и не казаться уязвимым. От разоблачения его спасли громкие шаги из коридора. Две пары обуви. Одну все воспитанники узнают даже в пьяном бреду. Это была директриса, в своих туфлях с внушительным каблуком. Эндрю не раз представлял, как использует их в качестве орудия для убийства. Рядом с обладательницой столь опасной обуви шёл кто-то ещё. Мужчина, судя по тяжёлому звуку. Он явно был не молодым, тяжёлым, но в хорошей физической форме. Тео сразу отскочил от подоконника, зло зыркнул на Эндрю и постарался по-быстрому улизнуть из комнаты, чтобы его никто не увидел. Удача была явно не на стороне подростка, ведь через секунду послышался строгий голос директрисы: — Теодор, а что это ты там делал? Сейчас все должны находиться по комнатам. Послышалось недовольное ворчание Тео, а затем быстро удаляющиеся шаги, он явно побежал в сторону лестницы на первый этаж. Женский голос крикнул ему вдогонку что-то недостаточно угрожающее, чтобы частота ударов ботинок по полу изменилась. Дверь скрипнула, от чего Эндрю напрягся как струна. Директриса окинула его изучающим взглядом. Это была высокая женщина старой закалки, которая умела управлять воспитателями, но не детьми. Седые волосы, появившиеся не без помощи воспитанников дома, были старательно перекрыты светлой краской, имитирующей блонд, и собраны в зализанный пучок на макушке. Спина держалась максимально ровно, а лицо привыкло не показывать ни единой эмоции, чтобы не казаться слабой при детях и сотрудниках. — Что у тебя делал Теодор? — Женщина оглядела комнату, но, не увидев следов погрома, почти сразу забыла про вопрос. Видимо, было что-то поважнее.. Эндрю не стал ничего отвечать. В этом доме были свои условия: "Никогда не сдавай своих, иначе в следующий раз сдадут тебя.". Правила дома были негласным условием проживания здесь. Если ты их не выполнял, то сразу становился изгоем, которого призирает каждый воспитанник. А также автоматически твоя жизнь становилась невыносимой. Эндрю немного нахмурился, рассматривая вошедшего человека. Крупный мужчина лет сорока, с татуировками на руках в виде огня. Миньярду на секунду показалось, что рисунок извивается, как настоящие языки пламени, но такие мысли были быстро отогнаны. Карие глаза, серая рубашка и тёмные брюки — в обычное время Эндрю бы напрягся, но выражение лица незнакомца заставило его на секунду забыть о бдительности. Взгляд был не заинтересованным, но тем не менее пытливым. От него пахло табаком и домашней выпечкой. Кто-то бы подумал, что он сам занимался готовкой, но Эндрю в этом сомневался. Сильные руки были предназначены скорее для тягания больших весов, но никак не для переноса протвеня в духовку. Директриса наконец-то собралась с мыслями и привлекла внимание воспитанника и гостя характерным покашливанием. — Кхм, кхм, — едва уловив на себе взгляд, она улыбнулась. Эндрю заметил в этой улыбке скорее радость от того, что на неё обратили внимание, чем что-либо менее лицемерное. Она сразу же перевела свой взгляд на мужчину. — Мне стоит сказать самой или это сделаете Вы? Гость учтиво улыбнулся и, как показалось Эндрю, постарался избавиться от присутствия директрисы рядом. — Я думаю, что справлюсь с этим, — незнакомец вежливо смотрел на женщину. Та, явно не ожидающая такого резкого ответа, гадко улыбнулась и вышла из комнаты. Эндрю с нескрываемым интересом рассматривал гостя. Мужчина, заметив его внимание, кивнул, уголки его губ приподнялись в легкой улыбке, которая вселяла уверенность. — Здравствуй, Эндрю. Меня зовут Девид Ваймак. Ты уже прочитал письмо? — Голос гостя был полон спокойствия, но парень все равно вздрогнул. — Не понимаю, о чем Вы говорите. —В голове Эндрю мелькали панические мысли, он пытался найти, где допустил ошибку. Его не могли так быстро раскрыть. — Я здесь не для того, чтобы его забрать. Но если ты не хочешь читать его при мне – это твое право. — Мужчина продолжал стоять у входа, и Миньярд мысленно поблагодарил его за это. Любой другой уже бы уменьшил расстояние минимум до вытянутой руки. — Итак, я пришел сюда, чтобы пригласить тебя обучаться в школе Ильверморни. Ты был зачислен туда, как только родился. Эндрю кивнул, пытаясь осознать услышанное. — Так что это за школа? — Чародейства и волшебства. — На секунду воцарилась тишина, а затем Миньярд разразился истерическим смехом. — Ну да, ну да. Цирковое дело — лучшее, что мне могли бы предложить. Ваймак кивнул, и как только смех стих, достал волшебную палочку. Легким взмахом он поднял в воздух кровать. Эндрю замер, его улыбка исчезла. Он решил, что подумает об этом позже. От Ваймака исходило спокойствие и умиротворение. На мгновение Миньярду показалось, что всё это могло быть сном. Если бы не боль в пальце, оставленная клювом совы. Почему именно сова? Разве нельзя было выбрать что-то более незаметное для жителей Штатов? Даже обычный голубь вызвал бы меньше подозрений. Об этом он тоже подумает позже. Ситуация накалялась, нужно было срочно что-то решать. Мужчина явно представлял угрозу. Единственное, что приходило в голову, — это выпрыгнуть в окно, скатиться по трубе и упасть в мусорные баки под домом. В худшем случае это грозило бы грязной одеждой и выговором. Всё лучше, чем оставаться в комнате с сумасшедшим. Ваймак будто издевался над Миньярдом. Он молчал, выжидающе смотрел. Его фигура нависала, и по всему телу разлилось липкое чувство. В комнате стало в два раза темнее. Эндрю уже приготовился защищаться, как услышал совершенно спокойный вопрос: — Ты замечал когда-нибудь что-то необычное? Что-то, что происходило с тобой и не поддавалось объяснению? Комната вмиг вернулась к прежним цветам. Миньярд поднял вопросительный взгляд, а затем задумался. Такое было. Иногда руки его насильников покрывались ожогами, как только те дотрагивались до мальчика. В те случаи он отделывался испугом, к тому же никто не пытался повторить те же действия снова. Однажды Эндрю умудрился переместиться из одного места в другое, чтобы не попасться воспитателям. Тогда он убедил себя, что это было сном.

***

Всю жизнь Эндрю провёл под крышами детского дома и приёмных семей. Нигде он не был своим. Хотелось почувствовать себя в безопасности, сбросить постоянное напряжение. Сегодня он доверится незнакомцу, но в случае, если что-то пойдёт не так, сразу убьет каждого, кто приблизится ближе, чем на метр. Миньярд кивнул. Медленно, изучая реакцию мужчины. ‎Ваймак никак не отреагировал. Мужчина просто стоял и ждал. Увидев положительный ответ, на его лице появилась искренняя улыбка. Искренняя. Не такая, как у многочисленных спонсоров приюта, желающих только создать видимость добрых людей. Они сливали миллионы долларов на благотворительность, не имея ни малейшего понимания, как живут дети в таких местах. Мужчина не стал ещё больше нарушать личное пространство Эндрю, поэтому лишь сообщил, что придёт завтра. Он сказал что-то про список вещей к школе, но мальчик явно не слушал. Как только фигура скрылась за дверью, а шаги стихли достаточно, Эндрю напряжённо выдохнул и бросился к окну, вытягивая из-под подоконника письмо. Резким движением сорвав сургуч, он попытался выудить письмо. Пальцы не слушались, а сухая кожа соскальзывала с бумаги. Через несколько мучительных секунд, которые, как показалось Эндрю, длились вечность, наконец-то лист пергамента оказался у него в руках. ‎Глаза заскользили по тексту:

Дорогой мистер Миньярд!

Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Ильверморни».

Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов.

Занятия начинаются 2 сентября.

Ждём вашу сову не позднее 31 июля.

Искренне Ваша, Мелисса Роузвуд, заместитель директора!

Буквы складывались в слова, но Эндрю никак не мог составить в голове полную картину происходящего. Пришлось несколько раз прочесть одно и тоже, хотя он и мог пересказать всё слово в слово еще с первого раза. Миньярд выудил второй листок, ознакомившись и с ним: ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «Ильверморни» Форма Студентам-первокурсникам требуется: Три простых рабочих мантии (черных). Одна простая остроконечная шляпа (черная) на каждый день. Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала). Один зимний плащ (черный, застежки серебряные). Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента. Книги Каждому студенту полагается иметь следующие книги: «Курсическая книга заговоров и заклинаний» (первый курс). Миранда Гуссокл «История магии». Батильда Бэгшот «Теория магии». Адальберт Уоффлинг «Пособие по трансфигурации для начинающих». Эмерик Свитч «Тысяча магических растений и грибов». Филли-да Спора «Магические отвары и зелья». Жиг Мышъякофф «Фантастические звери: места обитания». Ньют Саламандер «Темные силы: пособие по самозащите». Квентин Тримбл Также полагается иметь: 1 котел (оловянный, стандартный размер № 2), 1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов, 1 телескоп, 1 медные весы. Студенты также могут привезти с собой сову, или кошку, или жабу. НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЕТЛЫ. Какой бред. Эндрю нахмурился. Пришлось еще несколько раз перечитать текст, чтобы избавиться от мерзкого ощущения розыгрыша. Он вроде решил, что не спит. Не спит же? Это было бы худшим кошмаром. Часы пробили пять часов дня. Полдник. Нужно было идти в столовую, иначе могло прилететь наказание. Он точно подумает об этом позже.