Лапша

      Ланс проскользнул в приоткрытую дверь кабинета хранительницы сердца. Строго говоря, так делать было нельзя — королевские секреты серьезно охранялись; но все же Ланс полагал, что Марита не будет сильно сердиться. Она в принципе сердилась на него редко, словно бы всю свою злость показала в первый день знакомства, когда его привели к ней с заломанными руками, а теперь только устало улыбалась, когда он делал что-то не так.       — Аккуратнее, тут документы! — Марита потянула на себя какие-то бумажки, освобождая место для чая и булочки с вареньем.       — А тут еда. Объективно важнее, — он сел на стул для посетительниц и сложил руки на столе.       Ланс мало что знал о беременности, но вряд ли декретный отпуск в его родном мире ввели просто так: даже дети выучили, что беременным женщинам надо уступать место в транспорте. И все же в Восьмирье такого не было, именно поэтому Марита пила чай в своем кабинете, не отрываясь от очередного документа. Самостоятельно не патрулировала, и даже это радовало Ланса.       — Ты просмотришь во мне дырку, — Марита, откусив от булочки, заметно повеселела.       — Просверлить. Просверлить дыру. И я просто рад тебя видеть, а то из-за твоей работы уже и дочь родную не узнаю: родится девочка, на тебя похожая, а я даже не пойму, что моя. Так, выбежала девчонка из дворца.       Марита рассмеялась. И ещё совершено безкультурно слизала с пальца варенье, вытекшее с булочки. Ланс слишком любил ее смех, теплый и добрый. Не подходящий грозной хранительнице сердца.       — Не ругайся. Правда, ещё неделя, и я буду вся твоя, и мы съездим в поселок счастья, — Марита сделала глоток чая.       Ланс только вздохнул.       — Не вешай мне лапшу на уши.       — Я не вешаю, у меня ее и нет.       — Чего нет?       — Лапши… Тех верёвочек, с которыми ты появился здесь, — Ланс рассмеялся. Он никогда не привыкнет к тому, насколько по-разному говорят в их мирах.       — Ты про это что-ли? — мужчина достал из кармана штанов свой старенький севший плеер. Его давно уже невозможно было включить, но руки не поднимались выложить из кармана. Казалось, что тогда Ланс точно откажется от своего мира. Навсегда. — Это наушники. Не лапша.       — Да-да, наушники, и через них можно слушать музыку, ты говорил, вот только все никак не докажешь.       Марита поставила пустую чашку на стол. Ланс прищурил глаза. Возможно ли, что эта умная женщина давно уже разобралась в особенностях их языков? Ответа “нет” не существовало, Ланс всегда верил в Мариту: такая женщина могла все на свете. Даже договориться со всем дворцом и действительно уехать в поселок счастья, чтобы там, среди домов на деревьях, необычных облаков и сладких ароматов, родить. Ланс чувствовал, что это не более чем суеверие, и все же, вдруг это правда и рождённая в поселке счастья будет счастлива всю жизнь?       — Ну тогда хорошего рабочего дня, хранительница сердца. Я пошел снова искать, как включить плеер, — Ланс собрал посуду.       — Поспи хоть немного перед сменой, — Марита встала из-за стола и вдруг крепко обняла его и поцеловала.       — Так я во сне же и пытаюсь его включить, не знала? — Ланс улыбнулся и обнял свою жену в ответ.       — Не пройдет, плеер на стол, господин Ланс. Знаете ли, в кабинет хранительницы нельзя входить с железным оружием.       Ланс закатил глаза, но повернулся к Марите правым боком, чтобы она смогла достать плеер из кармана. Хочет самой разобраться? Да пожалуйста, а у Ланса обе руки заняты посудой.       — Ну все-все, сейчас точно пойду спать, довольна? — Марита кивнула и открыла ему дверь, — Тогда что ж… хорошей смены?       Ланс вышел из комнаты и больше никогда в нее не вернулся.

***

      Маргарита опустила плеер в карман джинсов. Отпуск был чудесным временем: она, наконец, могла вычистить весь мусор в доме, когда Вика была в школе. В остальные дни этого не получалось: с семилеткой сложно работать с хорошими моющими средствами — вдруг случайно попадет ей на кожу. А Вика была похожа на своего отца, так что Маргарита совершенно ни капли не сомневалась, что химия ей попадет, потому что дочь не побоится ткнуть в лужицу пальцем ради проведения опыта.       От мыслей о Лансе вдруг заныло сердце. Маргарита только покачала головой и прибавила звук на плеере. Она действительно когда-нибудь погорюет о нем, просто пока что совершенно не время.