Любовь со второго взгляда

- Адриан, я… - Маринетт, постоянно заправляя волосы за ухо, пыталась подобрать слова. - Я… ты… - она глубоко вдохнула и крикнула на одном дыхании, протянув письмо. - Ты мне нравишься! Мари замерла. Она смогла. У нее получилась. Сказала, набралась смелости, призналась в своих чувствах. Ее уже не так сильно волновал его ответ, все, что могла, она сделала. Осталось услышать его слова: горькие и резкие, как ножи, или нежные и окрыляющие, как цветочные духи. Ее глаза заполняли слезы. Не от боли, страха или обиды нет! Слезы безысходности. Ее долгий всхлип вернул Адриана из глубоких раздумий. Он проморгался и, помотав головой, посмотрел на девушку, ожидающую его ответ. Агрест увидел в ее напуганном взгляде тревогу, находившую на нее из-за множества вопросов: что он о ней подумал? А что почувствовал? Как ответит? Он отдалится от нее или будет продолжать общение, несмотря на ее невзаимные чувства? Адриан аккуратно положил свою ладонь на плечо Мари и медленно неуверенно начал: - Маринетт, послушай, мы… - его трепетный ответ перебил нервный и тихий смех: - Я знаю, это не взаимно, я и не рассчитывала, хахах, тем более…о боже… - девушка закрыла лицо руками, качая головой: какой же бред она несет! - А я говорил, что равнодушен к тебе? - спросил он, смотря на нее исподлобья, расплываясь в улыбке. Его добрые зеленые глаза устремились на нее, пытаясь разглядеть ее лицо, спрятавшееся за девичьими ладонями. - Маринетт, ты мне нравишься с нашей первой встречи, с первого взгляда. Я пытался признаться, - почесав затылок и глупо улыбнувшись, он не удержал смешок. - Ты меня опередила. Я бы хотел тебе предложить, если ты не против, может сходим сегодня куда-нибудь, у вас очень красивый город, город романтики… Мари, ты меня слушаешь? А Маринетт уже ничего не понимала. Она расслабилась, наслаждаясь его словами, взглядом, прикосновением и присутствием в целом. Мари не верила в свое счастье, в свершившуюся мечту. И, после длительной паузы Адриана, пришла в себя, обдумывая все сказанное им ранее и, вздрогнув, часто закивала головой: - Да, да, слушаю! - Тааак, значит я зайду за тобой в четыре, сможешь? - Конечно, до встречи! - не дождавшись ответа, она, окрыленная и радостная, чуть ли не вприпрыжку направилась домой, одержимая мечтами. Адриан, стоявший на том же месте, довольно хмыкнул и набрал водителю, который должен будет его отвезти домой и купить какой-нибудь букет, чтобы окончательно очаровать наивную девушку.

***

Мари шагала к дому смело и радостно, подстраиваясь под любимую песню, играющую в наушнике. «Ярко, я закрываю веки - не помогает, Я кладу ладони на лицо» Вокруг, как в сказке, все было яркое, цветущее, ну и что, что осень в самом разгаре?, сияющие, будто высохшие, кусты и капли, стекающие с водосточных труб, радовались вместе с ней. «Жарко, я не могу напиться. Мне не хватает, я не могу проститься ни на миг» Не верится: она ему тоже нравится! Сегодня случится что-то поистине важное. «Перепутанные взгляды наши Ничего я не хочу менять» Эльфиевая башня, показывающаяся за крышами домов, сегодня особенно красивая и романтичная. Ей уже не терпится прогуляться к ней вместе с Адрианом. «Около тебя - мир зеленее Около тебя - солнце теплее» Путь, показавшийся короче, чем обычно, был пройден, и Мари зашла в родной и теплый дом. - Привет мам, привет пап, я не голодная, буду в комнате… - погрузившись с головой в свои розовые мечты, Мари, не заметив хитрые и все понимающие взгляды родителей, сразу побежала к себе. «Около тебя я понимаю, что счастье есть, Когда ты здесь около меня…» Сделав поворот вокруг себя и прижимая портфель к груди, она вынула наушник и задалась самым сложным для девушек вопросом: Что. Ей. Надевать??? Мари распахнула дверцы шкафа и поставила руки на пояс. Половину ее гардероба составляли черные и белые вещи: юбки, платья, пиджаки, кофты, жилетки…А душе хотелось примерить что-то светлое, яркое, женственное! Передвигая забитые вешалки, девушка увидела свой розовый костюм из брюк и пиджака. То, что надо! Взяв в руки заветный наряд и переодевшись, она села за туалетный столик. Все мысли были заняты сегодняшней встречей. Первое свидание. Это всегда волнительно, ведь каждая девушка представляет, мечтает о нем, хочет, чтобы оно прошло идеально, незабываемо. А в чем придет Адриан? Ему понравится ее образ? Они прогуляются к башне, а потом, пройдя вниз по улице, заглянут в ее любимое место, с ним связано столько хороших воспоминаний! Встречи с друзьями, душевные разговоры, а еще… - Маринетт! К тебе пришли! - послышался радостный голос мамы. Она опомнилась. - Последний штрих. - шепнула она сама себе, пшикнув на шею свои любимые ягодные духи, сочетающие в себе ароматы клубники, вишни и едва уловимые, слегка терпкие нотки смородины. Встав со стула, взгляд невольно зацепился за зеркало и Мари застыла. Перед ней стояла не та девочка с двумя хвостиками и рубашке, нет… В зеркале отражалась изящная девушка. Ее темные густые волосы лежали локонами на плечах пиджака, сидящего по стройной фигуре. Брюки из этого же розового, а скорее пудрового, комплекта подчеркивали длинные ножки в светлых сапогах с низким каблуком. Ее васильковые глаза, обрамленные завитыми тушью ресницами, мерцали, как звезды на ночном небе. Ее розовые губки, покрытые прозрачным клубничным блеском, играли с пастельными тенями на прикрытых веках. На ушах переливались маленькие серебрянные серьги-цветочки, дополняющие утонченный и женственный образ. Мари улыбнулась сама себе и спустилась в прихожую, накинув молочное пальто и собранную сумочку в том же оттенке. Родители проводили свою уже совсем взрослую дочь восхищенными взглядами, понимая, что она идет на встречу не с подругой… Сабин, радостная за дочку, смахнула слезу счастья, ближе прижимаясь к мужу, который был рад не меньше ее. - Она уже такая большая… А казалось, что эта маленькая девочка каталась у меня на шея вчера! - прошептал Том с некой ностальгией. - Даааа, время идет слишком быстро. - кивнула растроганная мать.

***

Выйдя на улицу, Маринетт увидела уже стоящего Адриана, держащего букет белых роз. Его оценивающий взгляд бегал по девушке, смущая ее. - Это тебе, - сделав к ней шаг, он протянул цветы. - Куда пойдем? - Ой, спасибо большое, не стоило… - замялась Мари. - Давай погуляем вниз по улице и нам обязательно надо зайти в одно место, не против? - Пошли, - кивнул Агрест, подхватив девичью руку. Холодный осенний воздух обжигал лицо и щипал в носу. Голые высохшие деревья были не устрашающими, а таинственными и загадочными. Серые прохожие не были такими мрачными. Сквозь затянутое тучами небо, казалось, пробивались лучики вечернего солнца. Тишина. В этой тишине эхом разносилось цоканье женских каблуков. Осенние листья, сорванные ветром с деревьев, недавно золотых и нарядных, шуршали под ногами. Сделав круг по Парижу под заливной смех и непрекращающиеся разговоры, пара подошла к реке. - Нам сюда, - подтолкнула парня Мари, указывая на кафе у набережной. Они зашли в помещение, и Агрест сразу понял, чем это место так нравится Маринетт. Вдоль стен стояли шкафы со старыми и потертыми книгами, букет запахов, которых бродил по кофейне, играя с нотами кофе и выпечки. Столики и бархатные стулья дополняли атмосферу. Вид из окон открывался на набережную и верхушку Эльфиевой башни, от которой они только пришли. В центре кафе стояла витрина с различными десертами французской кухни: круассаны, эклеры, макорунсы, профитроли, ягодный мильфей, суфле, крем-брюле и множество других. Запах белых роз, ягодных духов, корицы и шоколада ударил в нос при первом вдохе. Приглушенный свет, зажженные свечи на каждом столе, медленная протяжная музыка, и прекрасные запахи, романтика… - Здесь самый вкусный кофе во всем Париже, - шепнула Мари и поздоровалась с узнавшей ее девушкой у стойки. - Вам как всегда: латте и финансье с миндалем, верно? - спросила работница. - Да, все так, - улыбнулась в ответ Маринетт. - А Ваш молодой человек что будет? -перевела она взгляд на Адриана. - Мы не встречаемся! - перебила ее смущенная Мари. - Пока нет, но я бы попробовал капучино и фисташковый эклер. - Подождите минуту. - кивнула бариста. «Пока нет» - засела фраза у Маринетт, заставляя бурно покраснеть. Взяв заказ, они прошли к свободному столику. - Я думал, что ты ходишь только в пекарню родителей… - начал незатейливый разговор Адриан, но был перебит Маринетт, понимающей, к чему он ведет: - Ох, меня часто об этом спрашивают, - она пожала плечами и продолжила: -В пекарне родителей продается выпечка: багеты, круассаны, бриош, шоссон и много чего еще, а это кофейня! Здесь варят ароматный кофе, подают аппетитные десерты, а еще мне очень нравится это место своей уютной атмосферой! - Маринетт рассказывала это с большим интересом и восхищением. - Понятно, присаживайся, - поставив блюда на стол, Адриан отодвинул стул для девушки, чем еще больше завоевал ее сердце.

***

Спустя час - Пойдем, я тебя провожу, уже темнеет, - любезно предложил Агрест, протягивая руку Мари. - Конечно, - кивнула девушка и, подхватив букет белых роз, аромат которого вдыхала уже множество раз, не собираясь останавливаться, и поспешила вслед за парнем. - Давай пройдем через парк, там по вечерам зажигают фонарики, очень красиво. - Покажешь? - Конечно! - сказала Мари, у которой глаза явно заблестели. Оставшееся время они молчали, наслаждаясь компанией друг друга. Придя в парк, они остановились у скамейки. - Смотри, - обжог ее ушко горячий шепот Агреста, - здесь очень романтично! Маринетт перевела взгляд с дорожки аллеи на блондина. Он ей что-то рассказывал, но она не разбирала его слова. Ее глаза прикованы к его профилю, шепчущим губам… Вдруг, замолчав, Адриан уловил ее взгляд и, подавшись вперед, повернулся к ней. Мари замерла, приоткрыв рот. - Ты очень красива… - шепнул он, едва шевеля губами. - Может…? - не продолжая фразу, Адриан приблизился к ее лицу. Его шепот, опьяняющие комплименты, аромат цитрусового парфюма, огонь в глазах сводили с ума. Их взгляды, направленные друг на друга, переплетенные пальцы, сжимающиеся все сильнее и сильнее, сбитое дыхание, свет уличного фонаря, направленного только на них… Предвкушение. Живот тянуло вниз, мурашки бегали по всему телу, ноги подкашивались, легкое головокружение, все тело бросило в жар. Девушка прикрыла глаза. Этот поцелуй она боялась представлять в самых смелых мечтах. Чувства, невысказанные слова рвались наружу и единственный способ их выразить - обнять его, вдохнуть аромат, почувствовать его губы на своих… Решившись, Мари медленно потянулась к его лицу, притягивая свободной рукой тело парня. Он подался вперед, но целовать не собирался, лишь улыбнулся в лицо. Она услышала совершенно другой голос Адриана-злой и наглый: - Ты такая наивная, Дюпен-Чен… Девушка распахнула глаза и отошла от него, с непониманием глядя на ухмылку Адриана. Он продолжал, наступая на ее открытое для него сердце: - Ты правда думала, что я в тебя влюблюсь? - жестокий заливной смех прямо в лицо Маринетт. - Дура ты, ду-ра! - В-в смысле? - часто моргая и не понимая, спросила Маринетт, улыбка которой сползла с лица и сменилась на разочарование в глазах. - Ну что не понятного? Поиграл я с тобой. - Как?… Зачем? - выдавила из себя девушка хриплый и робкий вопрос. - Агрх, все тебе объяснять надо, - театрально закатил глаза он. - Не нужна ты мне, было интересно, как быстро ты поведешься. Недолго продержалась… Маринетт не верила. - Ах да! - он вынул запечатанный конверт из кармана. - Твое письмо, забирай! - Адриан порвал бумагу, пропитанную болью, надеждой и трепетом, на мелкие кусочки. Букет роз выпал из рук на эти же клочки. Маринетт сделала пару неуверенных шагов назад и, повернувшись, побежала по пустынной улице, пытаясь не зарыдать. Не важно, куда, лишь бы подальше от него…

***

Феликс шел без настроения. Только что закончилось дополнительное задание и он направлялся домой. Пешком. Один. Опять. В голове все время крутилась эта жгучая фраза: «Адриан, ты мне нравишься!» Больно. До жути больно. Всем нравится эта маска «хорошего мальчика», всем. всегда. Настоящие люди встречались все реже, реже, только и видны это лицемерие и обман. Зачем? Почему нельзя быть настоящим и искренним? Почему такие люди всегда остаются одни? Несправедливо. И вообще, с какой стати его так волнуют чувства Маринетт к брату?!…

***

Маринетт мчалась по пустой улице на своих каблуках, которые уже возненавидела, не понимая, что происходит и куда бежит. Соленые дорожки текли по лицу, жгли и щипали, не давая разглядеть дорогу. Она спотыкалась, бежала, убирала выпавшую челку из укладки и вытирала слезы, текущие без остановки. Она задыхалась. «Как он мог?!» «Я не плачу, все хорошо…» «За что?» Сердце разрывалось на куски. «Он прав, я наивная дура!» «Я не плачу, я не плачу»... В глазах темнело и рябило, ветер сбивал с ног. Руки немели от пробивающего холода. Сил бежать больше нет, но остановиться невозможно. Пока она вытирала очередные слезы, во что-то врезалась. Вернее, в кого-то. «Черт! Да что такое!» Собравшись с силами и проглотив ком в горле, девушка посыпала извинениями, отводя взгляд в сторону: - Кхм, и-извините, пппожалуйста, не з-заметила Васссс… - Маринетт! Что случилось?! - раздался до боли знакомый голос, и девушка подняла глаза. - Да что с тобой? - на нее смотрел обеспокоенный Феликс, державший ее за плечи, слегка тряся. - Ты плачешь! Что ты здесь де… Губа задергалась, внутри все взорвалось, выплескиваясь наружу. Горько всхлипнув, Мари прижалась к парню, перебивая его расспросы. Ей срочно нужен живой человек, прямо сейчас. От резкого удара женской сумкой под ребро, Феликс открыл рот, сипло хрипя, но не оттолкнул девушку. Она спрятала лицо в складках его одежды и истерично зарыдала. Ее колотило, выбивая оставшийся воздух из легких. Успокоится не получалось. Слезы текли, пачкали пиджак Феликса. Она резко оттолкнулась от него с такой силой, что в глазах потемнело и голова запульсировала. Вырвалось несвязное: - Пппрости, плохо, нормально, ууууу, пойду, привет…- она пыталась объясниться. У Фела заслезились глаза от холода и болезненного вида девушки. Она стояла, пошатываясь и держась за голову. Такая хрупкая, бледная. По всему лицу размазалась тушь, губы обветрились, она пыталась вдохнуть, но дыхание было сбито напрочь. Мари дрожала от каждого порыва ветра, как соломинка. А ее глаза… Всегда бездонные, синие, как ночь, живые, а сейчас - выцветшие, мрачные, разбитые. - Иди сюда, моя девочка, успокойся… - он взял ее в охапку и прижал к себе, закрывая ее от ледяного ветра своим пальто. Она обмякла в его объятиях и прижалась сильнее, забираясь ручками под его пиджак. Феликс чувствовал, как быстро, сбито и сильно бьется ее маленькое сердечко. Она была вся ледяная, уязвимая, беззащитная. Он положил подбородок на ее затылок. Девичьи плечи вздрагивали часто и мелко. Им обоим нужен кто-то, кто сможет помочь, успокоить, поддержать. Фелу хотелось прижимать ее к себе вечно, с необычайным трепетом, как что-то очень хрупкое, будто может разбить разбитое. Они не видели, как улицы совсем опустели, не видели, как сгущались и без того темные тучи, не видели, как начался дождь, не слышали проезжающие мимо машины, не слышали сигналы светофоров. Они лишь чувствовали друг друга. Химию между ними. Маринетт вырвалась из крепких и нежных рук Фела, держащих ее за спину, и тихо, ели слышно шепнула: - Нет, прости, это не… - и, зарыдав, побежала к дому, до которого осталось пройти пару шагов. Через минуту девушка скрылась за стенами пекарни. А Феликс еще долго стоял на том месте, смотря ей вслед. Теперь в его мыслях была только она…