Кусок плоти

"Все начиналось так хорошо… Или, по крайней мере, так казалось. Где-то в прошлом, в другом измерении, но не сейчас. Что же пошло не так? Да… Всё проще, чем кажется. Егор долго размышлял над словами Генри. Предложение звучало, как сладкая приманка: ответы на мучившие его вопросы, а в придачу – могущественный союзник. Но это же Генри, человек, чья репутация была построена на слухах о безжалостных методах. Сам образ Генри вызывал в Егоре дрожь. После того разговора, каждый день его подчиненные, с непроницаемыми лицами, приходили к двери журналиста. Их вопросы были настойчивыми, словно отточенные лезвия. «Ваш ответ, мистер Линч». Егор тянул время, искал лазейку, но давление нарастало. В конце концов, он согласился. Возможно, это было роковое решение. Его долго везли, петляя по незнакомым дорогам, пока они не оказались на территории Лэмптона. Мрачное, изолированное место, окруженное высокими стенами, с охраной, которая внушала недобрые мысли. Его встретили с показным радушием, предложив чаю, пока он ждал хозяина. Егор, всё ещё напряженный, но чувствуя, что выхода нет, принял предложенную чашку. Аромат был успокаивающим, но что-то в нём казалось… ненатуральным. Он сделал пару глотков. Всего через несколько жалких минут, мир поплыл. Чашка с треском упала на пол, осколки разлетелись по мраморной плитке, как и тот, кто её держал. Егор почувствовал, как его тело охватывает слабость, а затем тьма. Он очнулся в резкой боли, привязанный к холодному, жёсткому стулу. Мрачная комната, освещенная тусклой лампой, окутывала его отчаянием. На кресле напротив, словно хищник, устроился хозяин этого места – Генри. Его глаза, холодные и проницательные, изучали Егора. «Мистер Линч», – начал Генри, его голос был спокоен, но в нем чувствовалась угроза. – «Давайте поговорим. Вам будет проще, если вы сами расскажете все секреты. Расскажите обо всех артефактах в вашем доме. Обо всем, что вы знаете». Ответом послужил плевок, направленный прямо в лицо Генри. Егор, несмотря на слабость, чувствовал гнев, смешанный со страхом. Генри брезгливо стёр слюну со щеки, на его лице мелькнула тень презрения. «Ну что ж…» – произнёс он, вставая. С этого момента начался его личный ад. Пытки. Егор был сломлен, избит, но его дух отказывался подчиняться. Его заставляли говорить, и если он молчал, его снова пытали. Круг ада замыкался. Наконец, Генри, стоя над измученным телом журналиста, произнёс с холодной усмешкой: «Вам стоило играть в хорошего мальчика, мистер Линч. Ведь ваше тело для меня… всего лишь кусок плоти. А ценность представляют лишь те секреты, что скрываются в вашей голове»."