Часть 1
4 октября 2025 г., 12:58
Однажды встретились вместе четыре персонажа Вивьен Мун: Наталия Воронова— Киевская проститутка конца 80х-начала 90х, Константин Петренко —студент, дрэг-королева из Чернобыля в 80х, которого американцы забрали в США для шпионажа и чтобы притворяться Советской депутаткой у себя на родине, и Эллисон Марта Мур — принцесса ада, которая в 90е была обычной готической девушкой подростком на Американском Юге, которая после переезда в новый дом сталкивалась с различной мистикой.
Говорили они на разные темы, и Крис вдруг спросила всех:
— Ребята, а от чего вы все умерли? Ведь я знаю, что вы все умерли, но не знаю от чего. Лично я от СПИДа, а вы как, учитывая, что вы все также умерли в столь молодом возрасте? — ответила Наташа.
— Ты не поверишь, но я тоже — ответил Костя.
— Как ни странно, я тоже от СПИДа, похоже наша девица совсем уж помешалась, — недовольно ответила Эллисон.
— Пипец, а с чего она с нами так поступила? — спросила Наташа.
— Захотелось ей социальные рассказы и повести на интересующие её темы, а у меня там вообще дофига тем поднято, но она не осознаёт, что эти социалки сталкивают ещё больше людей с этими проблемами и всё, что выдуманно — реально. Вроде бы Южный Парк смортела, но чёт не сильно помогло —ответил с недовольством Костя.
— У меня тут идея кое-какая возникла! — воскликнула Наташа.
— И какая же? — хором спросили все персонажи.
— Я тут однажды встречалась с одной девушкой, Соня её зовут, и она героиня Бусинки Кошковской — девушки, которая обращается со своими персонажами как следует, и у которой все живы и счастливы. Давайте попросимся в фанфики к ней и уж заживём, так заживём, причём во всех смыслах
— Конечно, я принцесса Ада и меня устраивает, что я умерла и моя судьба в принципе, но можно было не так болезненно это делать, и без жёсткого буллинга одноклов на протяжении всех моих годов в старшей школе, связанного с болезнью, — сказала Эллисон. — Так что я согласна всё поменять.
Так они отправились к Бусинке Кошковской и попросили её о том, чтобы она приняла их к себе, на что автор, конечно, согласилась, но сказала им одну вещь:
«Жизнь и отсутствие болезни не всегда гарантирует что-то хорошее. Сначала поговорите с моими героями, а потом уж решите, нужен ли вам этот самый переезд».
— Хорошо, ща поговорим! — все хором ответили персонажи, после чего пошли говорить с её героями.
Первой, к кому они пришли, была Дарья Кибакова — русская княгиня начала XIX века, жена князя Болконского и мать его троих детей.
— Здравствуйте, мы тут пришли из книг и рассказов Вивьен Мун, и мы тут недовольны своими тяжёлыми судьбами, полными смертей и болезней, можно, пожалуйста, в фанфик к тебе и можешь ли ты перед этим рассказать что там происходит? — спросил один из них.
— А почему вы, дамы и господа, думаете, что у меня всё хорошо? Если я прожила сорок два года в счастье с любимым человеком, это ещё ничего не значит.
— Ну, по крайней мере, ты жива и здорова. А нам достались смерть, утрата, боль и болезни, причём всех нас наша зацикленная убила одной смертью, а у тебя там что?
— Насчёт жива и здорова поспорю… Я прожила почти восемьдесят лет и умерла от инфаркта, а перед этим семь лет одиночестве страдала от горя после смерти мужа и развившейся болезни сердца. Это здесь я молодая и здоровая.
— Ну, я умерла от медленно и мучительно убивающего вируса в двадцать шесть, этот чувак в двадцать три, а эта молодая девушка вообще в семнадцать —Ответила на этот счёт Наташа
— Ну… Как хотите, а я пошла к другим, когда тебе восемьдесят в живом, человеческом теле, это вообще не прикольно, — сказала Эллисон, после чего пошла в направлении других работ.
— Прости, подруга, эта малолетка ведёт нас отсюда, так что пока! — сказал Костя.
На очереди была Ольга Волконская — тоже княгиня из тоже же времени, жена декабриста Ивана Пущина.
— Привет, а у тебя как дела обстоят? Есть ли у меня шанс наконец то пожить в ХIХм веке без мучительной смерти и скучной жизни? — спросила её Эллисон.
— Реально, и пожалуйста без потерь. А то это мой последний шанс пожить в эпохе, о которой я имею хоть какое-то представлени, кроме стен больнички, — сказал Костя.
— Приветствую. Может быть, и есть, но я сказать не могу, ведь большую часть жизни я провела в Сибири со своим мужем, сосланным сюда. Впрочем, без потерь здесь вряд-ли обойдётся, время дуэлей и политических восстаний.
— Политика уж совсем меня достала со своими интригами, пошли-ка отсюда. А Крис, тебе мы покажем современный мир в других произведениях, — сказал Костя, после чего повёл всех остальных к другим.
Третьей была Светлана Суворова — юрист и бывший следователь из Петербурга 90-х годов.
— Здраствуйте! Мы с друзьями тут хотим переселится к вам в произведение. Что там в стране за десять лет изменилось и как поживаете лично вы? — спросил Костя.
— Добрый день. Ну что я могу сказать… — она задумалась. — Криминала расплодилось очень много, в частности у нас в Питере. Сама живу неплохо, не жалуюсь. Кстати, что касается криминальных структур, не так давно люди одного из авторитетов похитили моего мужа и очень жестоко избили.
— Н-да, в Киеве уже дофига бандитов, убийств, наркоты и износа, боюсь представить что там в Питере. Пошли-ка мы отсюда к Соне, я её знаю хорошо и мы по сути из одной Вселенной, так что погнали, — сказала на этот счёт Наташа и повела всех с собой в направление Сони.
Софья Волкова была студенткой юридического техникума из Челябинска тех же 90-х годов.
— Привет, подруга! Как дела? Мы тут хотим переехать к тебе, в Челябинск, из мира наших произведений, а то у остальных нам не зашло. Что у тебя сейчас происходит?
— В Челябинск? — удивилась Соня. — Добро пожаловать, конечно. Обстановка в целом ничего… А что у вас случилось?
— Про меня ты сама знаешь, как обратилась со мной Вивьен, а с остальными: с молодым человеком и девушкой-подростком — также. Ещё молодого человека также захватили террористы, использовало правительство в своих целях, пытались убить и потерял свою любовь. А девушку-подростка жёстко травили в школе из-за всё той же болезни, которую она подцепила из-за контракта отца с демоном, — рассказала Наташа предыстории своих друзей.
— Ничего себе… За что же с вами так? — с сочувствием сказала Соня. — Хотя знаете, моя автор меня тоже не пожалела, хоть и не убила. Зато она очень жестоко убила моего отца руками бандитов, а после этого моя мать бросила меня и брата, мы с бабушкой выросли. А потом один из этих бандитов вышел на свободу и чуть не убил меня и моего дядю следователя.
— Ей захотелось сделать социальные рассказы и повести на различные, но не всегда разнообразные темы и вот решила она нас всех жестоко убить. Но, пожалуй, мы пойдём в другое место, а то не особо хотелось бы, чтобы нашу жизнь могли контролировать сразу две садистки, —ответил один из них, поняв, что придя в это произведение, они никуда не убегут от своей тяжёлой судьбы, ведь Вселенная это была одна и таже, после чего пошли дальше, в альтернативную Вселенную «Шефа», которую Вивьен контролировать не может, ведь толком и не знает сериал.
Из персонажей Бусинки Кошковской здесь было целых два героя первого плана — Андрей и Елизавета Истомины. Наших путешественников встретила именно Елизавета — старший помощник прокурора Ленинградской области.
— Здравствуйте, мы тут из книжек Вивьен и мы тут хотим переехать жить к вам в фанфик. Как всё изменилось за все эти годы в 2025-м? — спросила Эллисон с сильным американским акцентом.
— Смотря где изменилось, — Елизавета усмехнулась. — О том, что происходит в мире, я лучше промолчу, а в России… Последние лет двадцать пять всё в целом стабильно, если не считать парочку кризисов. А что конкретно вас интересует?
— Нас тут помешанная авторесса всех нас убила СПИДом. Ваше произведение является последним вариантом. Кстати, а что это за стеклянная коробка у вас в руках? — сказал, а потом спросил один из них.
— Это? — она подняла руку с телефоном. — Так это ж телефон, он у каждого сейчас, у детей даже.
— Так телефон это же коробра с трубкой на нём и там ты цифры набираешь, ого до чего у вас там прогресс дошёл.
— М, ну уже лет пятнадцать как активно они начали появляться, — Истомина только пожала плечами. Телефон в её руках завибрировал. — Муж звонит, — с усмешкой сказала она. — Ну ничего, подождёт, — женщина нажала на кнопку сбоку, и звук стих.
— Похоже у вас в двадцать первом веке мы не поймём нифига, если вот это вот ваши технологии. Пошли-ка мы отсюда назад в двадцатый, а перед этим поговорим с авторами, — сказала Наташа и ушла.
— Кстати говоря, наша дорогая авторша помешана на любовных страданиях, — ответила Елизавета.
— Нда уж… Меня моя судьба устраивает, нахрена я в это вляпалась. Только чтобы в другой книжке я умерла быстро и без страданий, но получается наоборот — страдания всё ещё есть, так ещё и любовные, а романтика мне нафиг не сдалась, я не умру, так ещё и к времени со страной надо адаптироваться. Пошла-ка я нахрен, —недовольно сказала Эллисон и пошла благодарить Вивьен за то, что она принцесса, не дожила до старости и жила в 90-е.
Герои отправились обратно к Бусинке Кошковской сообщить о том, что они передумали и не пойдут в её работы:
— Не, лично мне хорошо в моей работе. Я очень рада, что я оттуда, — сразу сказала Эллисон.
— Мы, конечно, страдаем, но страдать мы будем абсолютно везде, куда бы мы не пошли. Так что мы пошли обратно к Вивьен, — хором сказали все остальные.
— Хорошо. А вообще, я вас предупреждала, — ответила Бусинка. — Хотя мои герои пока не жаловались… Вот всё жду, когда они в суд на меня подадут.
И пошли они все вместе к Вивьен и сказали следующее:
— Спасибо тебе, дорогая, за то, что мы у тебя хоть и не живы, и не здоровы, но не возимся с чрезмерными любовными страданиями и бандитами, а также не ведём скучный образ жизни. Аминь!
— Пожалуйста, и я же говорила, что все ваши страдания насланы на вас для того, чтобы люди понимали, насколько серьёзно это всё было, а порой и бывает в наше время, и что-то с этим делали. Ну и я признаю, помешалась, подвпечатлилась от своих друзей и кумиров, — ответила Вивьен, после чего персонажи пошли обратно к себе.
