temptation

На улице тепло, лишь лёгкий ветерок дует со стороны юга, окутывая приятным чувством комфорта и спокойствия. Только вот, спокойствие явно не видать для сидящих парней на пляже. Слышны громкие возгласы и крики, там явно происходит что-то непонятное — плохое. В голосах отчётливо слышны претензии и возмущения.. — чёртов придурок — крикнул один из парней. — это я придурок? по твоему, это я сплю с другим парнем, будучи в отношениях? — в том же тоне ответил другой парень. — я ни с кем не спал! — ты меня за идиота не держи! почему к тебе постоянно домой приходит Минхо? — пытался разобраться парень, что с темными как смоль волосами, пухлыми губами и маленькой родинкой под глазом. — он хотел всего лишь извиниться. ты не так понял — обиженно произнёс парень с светлым блондом на голове, россыпью веснушек по щекам, губками в форме бантика. — не ври мне, Феликс — ядовито процедил его парень. — почему ты мне не веришь? — по веснушчатым щекам давно катились солёные дорожки слёз, отдавая небольшим жжением чувствительную кожи. — потому что он — твой бывший, — брюнет сунул руки в свои волосы, сжимая их у самых корней. Хотелось рвать и метать от данной ситуации — ахх, божее — простонал он, закрывая глаза до потемнения и маленьких точек. — прекратите, — вклинился в разговор парень, что был самым накаченным из них. рельеф его мышц было отчётливо виден под тонкой футболкой, а шорты показывали крепкие мышцы ног — Хёнджин, он тебе не изменял, — резко выдал тот, заставляя брюнета посмотреть на него — я видел как Минхо целовался с Джисоном — как-то грустно усмехнулся. На самом деле, он был влюблен в Джисона, от этого становилось обидно до глубины души. парни, о которых шла речь — смущённо поджали губы. они явно не знали, что их давно раскрыли. Джисон нервно мял подол своей футболки, смотря куда-то вниз. Минхо же сидел, наблюдая за всем с безразличием. не важно, что он был смущен секретом. их с Джисоном секретом. Хёнджин и Феликс на какое-то время успокоились. Обстановка всё ещё была накаленной, но парни всё же перестали ругаться, усаживая свои задницы на места. — я всё ещё зол на тебя. Я не доволен, что этот придурок находится с нами, сейчас — метнул взгляд на своего парня брюнет. — иди к черту. Тебе уже сказали, что я не изменял. Что тебе ещё от меня нужно? — злясь говорил блондин. Его эта ситуация порядком задолбала. Они довольно таки давно в отношениях. Хёнджин долго добивался сердца Феликса, пока тот встречался с Минхо. И вы спросите, почему брюнет так невзлюбил бывшего своего парня? Всё просто, будучи Ликс в отношениях с Хо, тот его абьюзил. В последний раз, когда блондин пришёл к нему, чтобы заявить о расставании, его чуть не избили. Благо Хёнджин проходил рядом и смог его защитить, только вот, попал после этого в больницу с многочисленными переломами ребер и сломанным носом. После этого Минхо пропал на два месяца, черт его знает, где его носило всё это время. И вот, он вернулся, заявился к своему уже бывшему парню домой с цветами и извинениями. А кто Феликс такой, чтобы не простить его поступки? В итоге, они остались друзьями, что не понравилось Хёнджину, он сразу начал ревновать, хотел вновь избить, но младший не позволил. После этого они поссорились, очень сильно к тому же. Около месяца ходили хмурыми и обозленными на весь ебаный мир. Блондин ходил весь как на иголках, слово не скажи — пошлёт куда подальше и ищи тебя потом в чаще леса. Его бойфренд много раз пытался как-то восстановить отношения, убрать ту нить разочарования и исправить их взаимоотношения, но чёртов, блять, того рот — Ли Феликс, мать его, никак не хотел с ним контактировать. Игнорировал любой способ, любые действия. Не отвечал на звонки, не открывал дверь, когда замёрзший Хёнджин приходил к нему, а потом вовсе заблокировал, сказав, чтобы тот не подходил к нему ближе, чем на 10 метров. Бан Чан — их общий друг порядком заебался от этих эмоциональных качель своих друзей. Позвал их на море, взяв ещё с собой Минхо и Джисона в придачу, что конечно же, не одобрил ревнивый Хван Хёнджин. Но никого не волновало его мнение. Сейчас, сидя с ними у берега черного моря с бутылочками алкоголя, он вновь слушал ебанную ссору. Поэтому, не выдержал этого, выпалил увиденное на днях,, Минхо целовался с Джисоном". Жалеть было не о чем, а он и не жалел. *** — нехуй было меня игнорировать! — продолжал Хван. — ты меня уже заебал — Феликс в порыве гнева кинул свою бутылку, та с отчётливым треском разбилась, разливая содержимое. Он со слезами на глазах побежал куда-то к морю, оставляя всех там, у берега. — ты придурок, Хёнджин, — выдвинул своё рассуждение некогда сидящий молча, Минхо — мы с ним просто друзья. — ты бы молчал сейчас, — сверкнул своими заполнеными злости глазами в сторону собеседника — тебя вообще никто не спрашивал. — он может утопиться, — заговорил и Джисон, рассуждая скептически — иди к нему. Они с Феликсом были лучшими друзьями, парень прекрасно знал характер своего друга и что ему может прийти в его бедовую голову. Хёнджин испугался этого, побежал к своему парню. Мало ли, что он с собой сделает под пылающим состоянием. — боже, такие идиоты — сказал Бан, делая глоток своего напитка. Парни согласно кивнули. *** Когда Хёнджин добежал до места, где находился его парень — он и правда подумал, что тот собрался топиться, потому что стоял близко к глубокой части, почти полностью окутанный водой. — ты совсем не соображаешь, что делаешь? выходи из воды— крикнул брюнет Феликсу. — не указывай мне, что делать. Ты разбил мне сердце! Придурок! —жесткий ответ полетел с уст. — ты мне тоже, и что? Теперь жизнью будешь кончать? — негодовал старший. — да! а ты вали, тебе же все равно — отвернулся, вытирая скатившие слёзы с глаз. — Господи, какой же ты глупый — направился к младшему в воду. Мало ли, действительно утопится, а Хёнджину потом плакать в подушку — круглые сутки. — не иди за мной! — сам решу, идти мне за тобой или нет — подходя ближе, он схватил Феликса за руку, поворачивая к себе — сколько ты ещё будешь трепать мои нервы? пошли из воды, немедленно — начал дёргать его за руки. — никуда я не пойду с тобой — огрызнулся блондин. — ты либо сейчас пойдёшь со мной, либо я разнесу тут всё нахуй. и дружка твоего убью — показал в сторону сидящего на берегу Минхо. — ну тогда, тебе стоит начать с меня— всё также язвил младший, своим хриплым от слёз голосом. — Господи, угораздило же меня влюбиться в такого чекнутого парня — процедил слова, взяв ладонями лицо Феликса. — а меня — в неуровновешенного идиота. Брюнет психанув, утянул парня в трепетный и столь желанный поцелуй. Сейчас не хотелось никаких ссор, хотелось лишь заткнуть эту мелкую истеричку своими губами. Заставить сердце биться в унисон с его, уловить этот бешеный ритм двух сердец и погрузиться в пучину страсти, которой так сильно не хватало всё это время. Феликс не был против, наоборот — уложил свои маленькие ладошки Хёнджину на плечи, слабо сжимая. Руки Хвана с лица блондина переместились на его талию, позже поднимая хрупкое тельце на руки. Нежный поцелуй перешёл в страстный, сплетая языки друг друга в какую-то битву — кто, кого. Голова кружилась от этих чувств эйфории. От этих ощущений, словно миллион бабочек поселились в животах. Они не замечали ничего вокруг. Ни воды, которая холодила разгоряченные тела. Ни парней, которые сидели неподалёку, где-то на берегу — ведь на душе было как никогда тепло. Одежда — такая ненужная на данный момент, слетела к чертям ( из одежды были только плавки). — твою мать — прокомментировал Чан, прикрывая глаза. А парням, что так страстно целуются в воде — было плевать на всё и всех. Руки Хёнджина блуждали по телу Ли. Он гладил спину, бока, ягодицы, пока младший постанывал в головокружительный поцелуй. Они не отрывали глаза от друг друга, смотря так томно, так желающе и так жаждуще. Будто сейчас, в эту же секунду всё исчезнет, они больше не встретятся, не смогут испытать эту любовь к друг другу. Потеряются в оазисе чувств. Хёнджин начал целовать нежную кожу на шее, всасывая ту своими пухлыми губами до покраснения. Переместил руку вновь на ягодицы Ли, стимулируя пальцами сжатую промежность. Старший потянул руку к своим губам, смачивая их слюной, позже опуская их к колечку мышц и погружая фалангу среднего пальца внутрь. Феликс утробно простонал от этих ощущений наслаждения и блаженства. Палец проник ещё глубже, заставляя младшего рефлекторно сжаться. — расслабься — прошептал Хёнджин куда-то в ухо Феликсу, целуя на последок. Младший постарался расслабиться, хоть это с трудом получалось, но пытается ведь. — умничка — вновь отозвался шёпот Хвана над ухом, такой мягкий и нежный, как пение птичек по утрам. К первому пальцу присоединился второй, аккуратно проникая внутрь и раздвигая сжатые стеночки. Феликс постанывал где-то над ухом брюнета, разливая рой мурашек по телу. Он уткнулся ему в плечи, голову держать было сложно, его буквально трахают уже тремя пальцами, посылая импульсы по всему телу. Его некогда возбужденный член хотел разрядки, хотел, чтобы к нему прикоснулись. — Джини, — простонал Ликс, жмуря глаза — войди в меня. — рано, малыш — смотрел в эти молящие глаза, держа на весу и трахая возбужденного парня. Ещё минуты две Хён проникал пальцами в промежность Ли, растягивая её до нужного размера, чтобы его член приносил Феликсу меньше дискомфорта, когда он войдёт в него. — ты готов? — спросил брюнет, целуя парня в щёку и смотря на него нежным взглядом. Младший кивнул, сжимая плечи Хвана, пока его аккуратно насаживали на колом стоящий член. Ли громко простонал, когда возбужденная плоть вошла полностью, заполняя его. — всё нормально? — с волнением спросил брюнет. — д-да, про-должай — со вздохами отвечал. Хёнджин медленно начал входить и выходить, давая привыкнуть к своим внушительным размерам. *** — Господи, боже, пошлите отсюда. я не хочу на это смотреть! — возмущенно подскачил Джисон — отвратительно. что они тут устроили? — идёмте в дом — щелкнув пальцами, процедил Чан. Парни послушно последовали за ним, под прекрасную мелодию стонов Ли, мать его, Феликса. *** Когда младший более менее привык к чужому половому органу, стал сам активно насаживаться на него. Не важно, что они сейчас в воде. Не важно, что в людном месте. Главное, что вместе и навсегда. — ахм.. хорошо, — простонал он, когда член прошёлся по простате — Джини, быстрее, пожалуйста. Всё происходило так сладко и так нежно, будоража всё внутри. Сводя с ума два разума, окутанных любовью к друг другу. Хёнджин целовал Феликса то в плечо, то в щёки, в нос, в губы. Туда, куда желал. Он бы расцеловал ли всего, отдал всего себя, чтобы младший не грустил и не злился на него больше никогда. — Джини — задыхаясь произнёс Ли. — что, малыш? — я люблю тебя — на выдохе сказал, целуя шею старшего, позже оставляя там алую отметину. — я тебя тоже, моё солнце. Пару толчков и парни излились в унисон. Хван глубоко внутрь блондина, а Феликс на их животы. Они смотрели завороженно в глаза друг друга, пот стекал с них куда-то в воду. Дышали в один ритм, понимая, что не смогут жить без друг друга. Понимая, что они друг для друга та самая частичка, половинка, без которой невозможно обитать в этом никчёмном мире. Любовь — это что-то такое, что-то, что нельзя описать простыми словами: ни в каком стихе и ни в какой книге. — моё солнце, только моё — утыкаясь своим лбом в лоб Ли, прошептал Хёнджин. — твоё — также шёпотом, ответил младший. *** — как всё прошло? Поинтересовался Джисон, лежащий на его кровати. нет, ну сплетница та ещё. Палец в рот не суй — откусит. — нормально — спокойно ответил, поедая кислый мармелад, что принёс ему его парень. — ты так громко стонал — усмехнулся его друг. — боже, Сони, не напоминай. Я сейчас со стыда умру — закрыл своё красное лицо ладонями. — и не стыдно же вам было, а — цокнул, закатывая глаза. — иди ты блин, — пнул того ногой куда-то в колено — лучше расскажи мне про ваш поцелуй с Минхо — гаденько так улыбнулся. — ой, нет, я пошёл. Давай, пока — помахал он рукой, поднимаясь с кровати, чтобы уйти. — а ну стой, Хан Джисон — поспешил встать за ним — ну мне же интересно!!