Ангельский район

Сейчас Сима сидит на краю крыши заброшенного здания, свесив ноги вниз. Её тёмно-карие глаза вглядываются в тлеющий закат, освещающий небо и облака в ярко-розовые и жёлтые тона. Заворожённый взгляд перемещается с яркого неба на фигуру парня, сидящего рядом. Тёмные, чёрные волосы немного подрагивают под потоком ветра, взгляд светло-серых глаз холодный и отстранённый. Парень сидит ,ссутулившись, рука спокойно держит горящую сигарету, а сзади на спине — два белых крыла. Перья достают до холодного бетонного пола. Разглядывая своего собеседника, она по кругу прокручивает в голове мысль: «Как я вообще докатилась до такой ситуации в жизни?» А ведь неделю назад она и не подозревала, что жизнь приведёт её к такому. С чего всё началось? Сложно сказать. Симе казалось, что все её проблемы и неудачи начались как минимум из-за того, что она вообще родилась. Родители её совсем не планировали и не были готовы ко второму ребёнку в семье, но её бабушка настояла на оставлении ребёнка. Собственно, она Серафиму и назвала Серафимой. Родители не были против, особого желания лишний час выбирать ребёнку имя они не имели. Серафимой её кстати, зовут только в семье и малознакомые люди. Сама же она привыкла называть себя Симой, так же её называли и её немногочисленные друзья.  Подходя к предыстории всего ,что сейчас происходит, нужно переместиться ближе к настоящему времени.  Начало лета проходило достаточно спокойно:  Сима день за днём сидела дома, смотрела у винди летсплеи по фнафу на ютубе, играла в свои любимые доту, майнкрафт и бравл старс, вообщем, задротила с утра до ночи. Частенько писала стишки, если было вдохновение. Для интроверта, как Серафима, это были не летние каникулы, а мечта. Правда, эта мечта продлилась только первый месяц лета. В один из таких обычных дней задрота, уже поздним вечером, она,как обычно, сидела за компом. Из коридора донёсся звук открывающейся двери. Родители снова работали до закрытия офиса. Мда, их трудоголизм не доведёт до хорошего. Хотя, в прочем, Серафиму это не особо волнует. Она спокойно продолжила играть: родители к ней никогда не заходят. Спустя пару минут сквозь наушники она услышала, как открывается дверь в её комнату, а свет из прихожей освещает её. На пороге стоит мать Серафимы. Виден только тёмный, еле освещаемый строгий силуэт. Сима поворачивается к ней и снимает наушники, сразу насторожившись. Просто так мама никогда не заходит. Женщина начинает говорить спокойно и точно, аж до дрожи пробивает. «Послезавтра едешь к брату на месяц. Завтра собирай вещи. Хватит тебе дурака валять. Как раз с братом время проведёшь». Тёмная фигура разворачивается и закрывает за собой дверь. Серафима продолжает недоуменно сидеть. Наверное, это самая ужасная новость за всю её жизнь. Да брат её просто ненавидит! Он даже соизволил на работу устроиться,  что бы побыстрее съехать и её не видеть, но, видимо, мама спустя четырнадцать лет вспомнила про свой долг о воспитании детей. Конечно, Симе было без разницы, где тратить своё свободное время на деградацию, но ехать к брату — это было худшим вариантом. Дима с детства считал, что она у него крадёт то, что могло достаться ему. Что ж, выбора не было. Брат ещё сразу не хотел её видеть, так что с порога сразу обозначил правила. Кратко Сима их запомнила как: «Ко мне по пустякам и не по пустякам не подходить, сидеть тихо как мышь и не высовываться, будто тебя здесь не было, нет и не будет». Серафима тогда на это молча кивнула. Всё равно она сидит днями в комнате и деградирует, да и разговаривать с Димой совсем не хотелось. Работает брат до шести вечера, а когда приходит домой, иногда приводит с собой каких-то девушек. Среди их всех основную Сима не замечала. Пересекаться оба пытались по минимуму: Серафима почти не выходила из комнаты, как и Дима. Днём готовила себе сама из того, что в холодильнике найдёт, или же покупала дошираки и пюре от «Роллтона». Сидела в телефоне и ноутбуке, в основном смотрела видосы и играла. С приездом к брату ничего не изменилось в повседневности, если не считать постоянных конфликтов и придирок со стороны Димы, когда они пересекались. Непосредственно так скучно и одиноко она и жила первую неделю там. В конце первой недели был такой же обычный день. Дима уснул ещё часов одиннадцать вечера, ему вроде как на работу завтра. За окном ночь уже давно, а Серафиме приспичило разобрать один из шкафов в своей комнате. Конечно, квартиру брат снимает, но порыться в старых вещах хозяев квартиры — единственное развлечение сейчас, так что почему бы и нет? Среди многочисленных бумаг, открыток и прочей макулатуры лежал чехол для фотоаппарата. «Пустой, наверно», — подумала Сима, увидев его. Но, к её удивлению, когда она взяла его в руки, Серафима ощутила тяжесть: похоже, что-то всё-таки есть. Девочка расстегнула молнию на чехле. Внутри лежало множество проводов, а среди них и фотоаппарат.  — кто же фотоаппараты оставляет валятся без дела?,— рассуждала она сама с собой, разглядывая фотоаппарат. — Такое добро пропадает… Серафима взяла фотик и, переместившись на диван, попыталась его включить, но на экране высветилось только то, что устройство разряжено. Она взяла телефон и сразу нажала на иконку ютуба, параллельно размышляя:  «интернет всему в помощь, как говорится..» Девочка быстро начала вводить в строку поиска название фотоаппарата: наверняка же там есть видео об этом фотике, а там же и покажут, какой из проводов является зарядкой.  — так..Panasonic Lumix DMC-TZ10,— спустя пару секунд загрузки на экране высветилось несколько видео об этом фотоаппарате. — о, джекпот. — Сима сразу же нажала на первое попавшееся и быстренько перемотала до момента с проводами. Рассказчик на видео говорил, как заряжать его, а Серафима сразу взяла чехол и начала рыться в проводах, выискивая зарядку. Долго искать не пришлось. Нащупав что-то по форме похожее на то, что было на видео, она достала то, что искала. Открыв на фотике раздел с аккумулятором, достала его и вставила в зарядку, которая уже была вставлена в розетку. Сима ещё с первого взгляда заметила то, что рядом с аккамулятором должно быть вставлено что-то ещё.  — для карты памяти, что ли? — вопрос был задан в пустоту, оставаясь без ответа даже от самой Серафимы.  Девочка сразу же подумала о том, что карты памяти в квартире наверняка нет, раз уж её нет даже в этой мыльнице. Придётся завтра пошляться по магазинам техники в её поисках, ну хоть прогуляться впервые за неделю, верно?  Встав с дивана, она снова подошла к тому же шкафу. Глаза оценивающе пробежались с нижней до верхней полки, не особо задерживаясь на на чём, но одно привлекло её внимание. Сверху стояла тёмно-синяя вытянутая чаша. Рука сразу потянулась к ней, беря ту за тонкую ножку, и притягивая к себе. Посмотрев внутрь, Сима увидела множество монет, а точнее копеек, которые уже давно вышли из обихода. Однако среди мелочи лежали некоторые безделушки, но среди них выделялась лежащая сверху карта памяти на 4 ГБ. Она удивлённо посмотрела на на неё и взяла, немного рассматривая на наличие повреждений, но их не оказалось. «Что-то мне сегодня много везёт…» — сразу пронеслось в голове у Серафимы. Действительно, в жизни ей везло очень редко, а тут сразу фотоаппарат, о покупке которого она уже долгое время думала да ещё и карта памяти — никуда идти не нужно. Удивительно, с учётом того, что в жизни ей мало где везёт. Она направилась к дивану, после взяла фотоаппарат и вставила в нужный отсек память. Рука потянулась к зарядке для аккумулятора. Сима достала его и вставила обратно на место. Сместив пальцем кнопку включения, раздался щелчок. На экране устройства высветилась надпись “Lumix” на белом фоне, а после у фотоаппарата выдвинулась камера, и он заработал. Девочка была готова чуть ли не прыгать от счастья. Судьба сама подкинула ей то, о чём она долгое время мечтала. Рассматривая и тыкая на кнопки  мыльницы, она подошла к окну. Открыв его полностью, направила камеру на улицу, попутно осматривая двор. Там уже давно было пусто. На спортивной площадке во дворе валялся одинокий мяч, а фонари освещали пустынные улицы, на которых очень редко можно было увидеть одиноко идущих людей. В этой идиллии были слышны только быстрые и томные падения капель дождя об асфальт и карнизы окон. Серафима выглянула в окно, наслаждаясь летним дождём. Переместив взгляд на маленький экран фотоаппарата, она заметила то, что внизу было написано местоположение, но оно было странным. "angelsky rayon" — девочка подумала о том, что это какая то ошибка, ведь район в котором была съёмная квартира её брата называется совсем по другому. Да и переводится это вроде как ангельский район, что уже само по себе вызывает вопросы, но она не стала заострять на этом внимание. Направив объектив камеры на еле освещаемые верхушки соседних домов, Сима нажала на кнопку затвора. Устройство сделало снимок, и она сразу посмотрела на него, оценивая качество съёмки. На первый взгляд неплохая фотография была обычной, но в углу, на одном из домов, был полностью белый силуэт, напоминающий человека, только с чем-то за спиной. Серафима нахмурилась, не понимая, что это. В мозге сразу возникло предположение, что это засвет, только откуда он — непонятно. Сделав ещё один кадр, только комнаты, белого силуэта она там не увидела. Да, видно, это был засвет из-за какого-нибудь отражения света фонаря в железке или ошибки фотика. Так девочка и подумала, поэтому благополучно забила на это. Хотела она было уже сделать новый снимок, как мыльница выключилась из-за того, что разрядилась. «Конечно, я ведь её на три минуты на зарядку поставила, ещё бы она дольше этих трёх минут и продержалась», — подумала Сима, а вместе с этим положила камеру на подоконник и закрыла окно. Достав ноут, решила „немного“ посидеть в инете. Опомнилась Сима уже утром следующего дня, осознавая, что не спала всю ночь. Приподнявшись до сидячего положения, она рассмотрела весь бардак на кровати. От предвкушения уборки, по комнате пронёсся тихий и усталый выдох, а ноги опустились на пол. Когда она поднялась, в глазах потемнело, но спустя несколько секунд темнота в глазах рассеялась.  Сделав все утренние дела по типу: умыться, почистить зубы, сделать хоть какую-то разминку и вообще привести себя в порядок, Серафима уже обувалась на пороге квартиры. Нужно было сходить в магазин, так сказать, за провизией и парой ручек. Вышла она со своими горячо любимыми наушниками. Рассматривая старые панельки ещё со времён Хрущёва, она уединённо шла по дворам. В первую очередь было бы хорошо сходить именно за канцтоварами. Во дворах в этом районе было кстати, по ощущениям, спокойнее и живее что-ли, чем в районе новостроек в её городе. Ярко-зелёные листья крон деревьев приятно шелестели под порывами холодного ветра, а в наушниках, как всегда, играли любимые "Дайте танк(!)" и "Алёна Швец". Во дворе на площадке играло несколько детей и гуляло несколько дворовых собак. Частенько она замечала сидевших на лавочках бабушек. Видимо, по стандарту обсуждали всё насущее или своих внуков. Пройдя ещё немного по дворам, Серафима оказалась уже у девятиэтажек. Она шла по тротуару прямо около дома, стараясь не наступить случайно на клумбы. Вдруг перед собой Сима заметила кота. Остановилась. Возникло желание погладить его, а её движения могли спугнуть шерстяного. Жёлтые глаза смотрели на неё снизу вверх, пушистый бежевый хвост шатался из стороны в сторону. Вроде не боится. Девочка медленно протянула к коту руку, повторяя «кис-кис-кис», но пушистый лишь смотрел на неё как на глупую и сидел на месте. Что ж, попытка не удалась. Она уже было хотела наплевать на это дело, как вдруг кот испуганно посмотрел вверх и побежал прочь от неё. На это действие Серафима только нахмурилась, не понимая, что сделала не так. Резко что-то толкнуло её в бок, и она отлетела на особо усыпанную цветами клумбу. Упала на спину, на удивление, успевая опереться локтями в землю, и, удерживаясь от полного падения. Перед собой она видит то, как на асфальт падает глиняный горшок с землёй и раскалывается на множество осколов. Прямо на то место, где она стояла миг назад. Сима в оцепенении смотрит на осколки, не понимая, что сейчас случилось. Она отдалённо слышит несколько недовольных голосов, вроде женских, но, внимания на них она не обращала. Приходя в себя спустя пару секунд, тяжело поднимается на ноги. Недоумённо смотрит на осколки, потом наверх и, наконец, оборачивается на голоса. Около лавочки у ближайшего подъезда стоят три пожилых женщины. Недовольно кричат в её сторону. Из контекста их крика она поняла, что негодуют они насчёт клумбы, ведь Серафима "наверняка специально поломала их драгоценные цветы", конечно. В груди закипало недовольство и злость. Хотелось ответить, хоть как-то защититься от словесных нападок, но тело, как будто намеренно, перестало слушаться её. В горле ком, растущий с каждой секундой всё больше и больше, а губы начали подрагивать, выдавая внутреннее состояние Симы. Снова это тревожное чувство. Спустя столько попыток побороть его, оно возвращается. Пальцы нервно сжимаются. Собрав все силы в кулак, подхватывает с земли сумку, забрасывая её на плечо. Ноги срываются с места, и она бежит прочь, мимо этих уже ненавистных пенсионерок, что продолжали чуть ли не матом её крыть. Глаза слезятся, но Серафима старается сдержаться. Остановилась только когда пробежала уже несколько домов. Нос шмыгает, глаза на мокром месте, в груди тревога.  В прочем, такое состояние у неё далеко не впервые. Сима ненавидит общаться с кем-либо на улице или в новых компаниях. Каждый раз эта тревожность, за которой следуют неуверенность и тремор рук со всем притекающим. Когда возникают конфликты, всё это усиливается ещё раза в три. Сев на ближайшую лавочку, она пытается перевести дыхание, но ревожность не уходит. Как всегда по проверенной схеме: вдох-выдох. И снова вдох-выдох. Не помогло. Трясущимися руками она лезет в сумку, копошится и нащупывает таблетки. Успокоительное. Достаёт и бутылку воды. Сразу закидывает 2 таблетки в рот и запивает. Доза больше нужной в два раза, но её это не волнует, главное — быстрее придти в нормальное состояние. Разум немного успокаивается хотя бы от понимания того, что скоро тревога уменьшится. Серафима, сидя, ждёт пару минут и уже только после этого, она встаёт с лавочки, направляясь к магазину как изначально и хотела. К её несчастью, всё ещё трясущимися руками она держит телефон с открытым 2ГИСом, дабы найти дорогу к магазину. Ноги еле-еле тащатся по дороге, немного подрагивают, но она старается думать, что скоро это пройдет. Через какое-то время Сима с трудом всё таки доходит до этого злосчастного магазина. Мысленно она уже проклинает то, что решила сегодня вообще выйти на улицу. Вяло проходит вдоль полок, усыпанных различными продуктами. Старается смотреть только в пол: не хотелось бы сейчас столкнуться с кем-то взглядами, но всё-таки пёстрым упаковкам иногда удаётся зацепить её взгляд, хоть и ненадолго. В голове куча мыслей о том, как она сейчас выглядит: красные глаза и трясущиеся конечности — смотрится как стандартный набор признаков заядлого наркомана. Девочка останавливается у отдела с готовой едой. Даже не задумываясь, рука как обычно берёт пару-тройку штук дошираков с говядиной. Вдруг в глазах на пару секунд темнеет, и она останавливается, смотря вниз на пол. Видимо, нет, определённо, ночь без сна даёт о себе знать. Стоит поторопиться домой. Ноги на автомате плетутся дальше по магазину, голова болит, оттого думать сложно. Единственная мысль, которую она сейчас вывозит — это вопрос, где здесь кассы. Ответ сам её находит спустя пару десятков секунд поиска. Подходя к кассе, она кладёт дошики на кассовую ленту и сама подходит ближе к кассирше. Сима продолжает смотреть в пол: такие красные глаза не хочется показывать даже человеку, с которым раз в жизни увидишься, хотя, в прочем, кассирше, скорее всего, плевать, но поднять глаза Серафима так и не решается. Громкий звук считывания товара пару раз звонко проносится по магазину. Доставая из-под чехла телефона банковскую карту, Сима устало произносит: «по карте». Шелестя пакетом, кладёт в него покупки и молча выходит из магазина. Дорога до дома казалась бесконечной. Хотелось уже просто лечь на землю и заснуть.  Вот, спустя время, до дома оставалось совсем чуть-чуть: ещё минуты три пешком, и она прийдёт. Проходя мимо нескольких лавочек с овощами и фруктами, что стояли в ряд, её взгляд ненароком упал на странную девушку в отдалении от этих лавочек. Она стояла в-пол оборота к Серафиме. Странным в ней было то, что за её спиной лежали белые крылья. Сима засмотрелась на девушку, рассуждая про себя о том, что, наверное, это косплей на кого-то, либо же просто причудливый элемент образа. Вдруг  девушка обернулась на неё, смотря с будто бы долей беспокойства, но до конца понять её эмоции Серафима не смогла. От её взгляда девочке стало не по себе, и она быстро отвернулась, начиная идти к дому стремительней.  Дома Сима решила посидеть в ноуте, так к вечеру только и очнулась, подумав о том что нужно поделать хоть что-то. Конечно, хотелось спать из-за ночи без сна, но написать какое-нибудь стоящее стихотворение хотелось больше. Она взяла ручку и нотебук, подходя к окну, отодвинула шторы и открыла окно нараспашку. Всматриваясь в ночное небо, смотрит по сторонам. Вдруг, замечая.. на кондиционере, на фасаде, сидел парень..молодой на вид, в руках держал тлеющую сигарету, а за спиной крылья…белоснежные. Они касались кондиционера, даже чуть свисая. Серафима застыла. Из-за шока в голове первые секунды даже мыслей не было, просто стояла и заворожённо смотрела. Затем пришёл разумный вопрос: а это случаем не галлюцинации? После примерно тридцати семи часов без сна, конечно, могут и галлюны начаться.. Сима осторожно взобралась на подоконник, сидя на нём не полностью и настороженно смотря на парня. Чёрные волосы были зачёсаны направо и немного колыхались на ветру. Рука неуверенно потянулась к парню, даже, можно сказать, скорее к его крыльям. Вдруг парень оглянулся на неё, смотря презрительно, с частью сомнения. Девочка снова застыла, нервно сглатывая. Он смотрел на неё ещё несколько секунд. Она уже хотела что-то сказать, как он отвернулся. Сима чуть приоткрыла рот, всё-таки решившись сказать.  —..а…ты чё, ангел?.. — слова прозвучали тихо и осторожно. Он снова повернулся на неё, теперь уже точно смотря с сомнением и непониманием.  — а ты что, экстрасенс? — на его лице только раздражение от факта того, что она с ним вообще заговорила, а Серафима озадаченно смотрела на парня, она точно не ожидала такого рода вопроса.  —..эм..нет?..— предложение прозвучало вопросительно. — и почему ты меня видишь тогда? — он прислонил сигарету к губам, затягивая горький дым, а после выдыхая в сторону. —…не знаю?.. я вроде и не должна тебя видеть…— она мялась, разговор был максимально странным и непонятным. — вот именно что не должна. Так что игнорируй. Будь так добра, не делай мозги мне и себе. — ангел наклонил голову немного ближе к ней пока говорил. Недовольно отворачивается и снова продолжает курить, уже начиная подниматься чтобы улететь. Сима поджимает губу, в голове крутиться мысль о том, как бы его подольше удержать, всё же решается. Почти не понимая своих действий, она взбирается на подоконник, полностью сидя на нём. Слегка поднимается и рывком хватает парня за конец крыла, обхватывая его ладонью. Девочка решительно держит его, ожидая реакции. За её действием следует тяжёлый вздох. Он вновь оборачивается на неё.  — отпусти. Сейчас же. — приказной тон и озлобленное выражение лица были убедительны, но точно не для Серафимы, и точно не сейчас, когда всё это кажется странной выдумкой, когда хочется узнать больше.  — нет. — опасливое, но твёрдое убеждение. Она не отпустит, по крайней мере, пока не узнает то, чего хочет.  На это парень закатывает глаза и ожесточённо кидает уже почти догоревшую сигарету вниз. Измученно вздыхает.  — ой как привязалась то! — быстро рявкает тот, кладя руку на волосы и зачёсывает пальцами назад. Волосы возвращаются в изначальную укладку. Переводит злобный взгляд на девочку, садится на корточки перед ней и жёстко хватает запястье её руки, которая держит его крыло.  — ты меня уже конкретно раздражаешь. Последнее предупреждение. Отпусти, или я тебе сейчас врежу. Серафима упёрто продолжает держать его крыло, нервно покусывая нижнюю губу. Его слова выглядят убедительно, даже слишком, но это её не останавливает. — отпущу, только если ответишь на мои вопросы. Голос чуть дрожит, но всё ещё более-менее уверенный. Парень хмурит брови. Вот чего он не ожидал, так это того, что она начнёт ставить ему свои правила. Его вторая рука уже начинает подниматься, готовясь ударить, и Сима быстро пытается ретироваться. —..а я тебе взамен..принесу что нибудь?.. что хочешь? — его рука останавливается, снова опускаясь, а на лице появляется заинтересованность. В мыслях парень уже успел придумать, что бы он попросил, только эта маленькая девочка, мало вероятно, что сможет добыть это, но раз уж она так хочет, то ради интереса и что бы она побыстрее отвязалась, он решил всё-таки сказать.  — сигареты. Две пачки. — Серафима сначала удивилась такому выбору, но затем на её лице заиграла улыбка. Добыть сигареты — и не так уж сложно, верно? Увидев её довольное лицо, парень сразу понимает, что она согласна, и тут же добавляет: — завтра в обед. В этом дворе. Под аркой.  Девочка довольно кивает головой, не веря, что у неё получилось. — договор! — она отпускает руку с его крыла. Парень так же отпускает её запястье и быстро скрывается в сумраке вечера, улетая. Стихов в тот день у неё написать так и не получилось.