Последний маршрут

Колонна медленно ползла по извилистой дороге к югу от Красносостава. Пыль, поднятая грузовиками, скрывала очертания бронетехники, но на фоне багрового заката она казалась зловещим шлейфом приближающейся беды. Командир отряда, майор Карелин, сидел в кабине головного грузовика, неотрывно глядя в мутное лобовое стекло. Радио трещало, передавая обрывки переговоров с базой, но никто не предугадал того, что должно было произойти. Удар пришел внезапно. ВВС Черноруссии нанесли точечный авиаудар — высокоточные бомбы срезали колонну как коса траву. Первый взрыв разнес кабину, в которой сидел Карелин. Остальные грузовики загорелись один за другим, превращаясь в пылающие капканы для бойцов. Никто не выжил. Без Карелина и его ударного отряда Лопотев остался без главной силы. Попытки собрать остатки армии Чедаков окончились ничем. Правительственные силы Черноруссии начали полномасштабную операцию и вскоре установили полный контроль над Южной Загорией. Мирное население оказалось в ловушке. Началась миграция. По данным ООН, более 100 000 человек бросили свои дома, устремившись за границу — в Такистан, Россию, Европу. Без людского ресурса и поддержки села, Чедаков больше никто не кормил, не прятал, не снабжал. Бардак пал в перестрелке с радикалами из Национальной партии, пытаясь договориться о перемирии. Костя, последний из "старых", попал в плен и после показательного процесса был осуждён на пожизненное заключение. Судьба самого Лопотева окутана мраком. Говорили, что его тело нашли в руинах старого монастыря к северу от Ольши. Другие считали, что он ушёл в подполье — и что однажды, когда загорится новая искра, он вернётся. Победа над Чедами не принесла Черноруссии мира. Не имея реальных конкурентов, президент Баранов смог укрепить свою власть. Армия, вымотанная боями, подчинилась без особых возражений. Парламент стал послушным инструментом. Те, кто еще надеялся на свободные выборы и демократию, либо уехали, либо замолчали. Главное, чего боялся Баранов — это не возвращение Лопотева, а подъем Национальной партии и влияние такистанских беженцев, чье число стремительно росло в южных регионах страны. К 2015 году отношения между Черноруссией и Западом заметно охладели. Помощь сократилась, дипломатические визиты стали редкостью, в западной прессе вновь заговорили о "чистках" и "авторитаризме". Но Баранова это заботило меньше всего. Втайне он установил контакты с полевыми командирами на западе Такистана. Через них шла дешевая нефть — контрабанда, добытая в обход такистанского правительства. Это дало толчок экономике, но обострило отношения с Брюсселем и Вашингтоном. Запад знал, но молчал. Черноруссия оставалась последним хоть сколько-нибудь стабильным союзником в регионе, и никто не хотел качать лодку первым.