A restless night

Каждую пятницу Хёнджин и Минхо устраивали посиделки, собираясь у кого-нибудь дома, чтобы дать себе и малышам отдохнуть после тяжелой рабочей недели. Пока папы сидели на кухне, разговаривали и хрустели снеками, малыши развлекали себя в детской, бегая, кидаясь игрушками и громко хихикая. Эта пятница не стала исключением. Вечером Минхо позвонил в дверь, удерживая малыша за запястье, ибо тот широко улыбался и уже прыгал от нетерпения. — Котик, ради бога, веди себя хорошо, не заставляй меня краснеть за твое поведение, — Хо поджал губы и пригладил Хану волосы. — Да, папочка, — малыш сразу немного успокоился и кивнул, не желая позорить старшего. За дверью послышались шаги и щелчок замка. Хёнджин улыбнулся и отошел от двери, пропуская гостей в квартиру. — Привет, Джисони, — Хван улыбнулся. — Феликс в детской, беги к нему скорее. Хан кивнул и быстро скрылся в комнате. Хо зашел следом и, поздоровавшись, прошел на кухню. На столе снова стояло пиво с закусками. Чипсы, орешки, сухарики были красиво разложены по тарелкам, слишком аккуратно, точно в стиле Хвана. — Снова подготовился? — Ли обернулся и словно довольный кот хитро прищурился. — Естественно, — Джинни прищурился и улыбнулся. — Садись давай, мне есть что рассказать. *** Спустя пару часов домашней атмосферы Ли глянул на часы. — Ого, уже десятый час, — старший закусил щеку и повернулся к Хёнджину. — Не пора ли расходиться? Мы же потом их не уложим.. — Да, они уже разыгрались, теперь фиг усыпишь, — Хван вздохнул, допив напиток. — Ладно, пошли к ним. Зайдя в детскую, папы застали интересную картину. Феликс с Ханом стояли на диване, держа в руках игрушечные микрофоны и крича любимую песню. Минхо засмеялся, прикрыв рот рукой, а Джинни начал снимать это и тихо хихикать, пока крохи не заметили их нахождение в комнате. Ликси резко обернулся, почувствовав взгляд на спине, и ойкнул. Хан повернулся следом и прыснул смехом, осознав, что старшие всё видели. — Папа, зачем подглядывал? — Феликс обиженно сел на кровать, пытаясь справиться с нахлынувшей волной стыда. Хенджин подошел ближе и сел на корточки перед парнем, убрав телефон, но не переставая смеяться. — Прости, малыш, но это было правда здорово, очень красиво поёте, честно! — Хван улыбнулся и погладил кроху по щеке. В ответ маленький певец нахмурился и упал на плечо Джинни. Старший хмыкнул, чувствуя легкую вину за слежку, ведь он прекрасно знал, что Феликс ненавидит, когда за ним скрыто наблюдают. — Давай проводим Джисона с Минхо, а потом пойдём отдыхать? — Хенджин наклонился к уху крохи и прошептал успокаивающим голосом. — Проводим, но я не хочу спать! — Ли резко возразил, сразу отстранившись от плеча. Хван поднял брови, но промолчал. Он уже понял, что ничем хорошим это не кончится. Феликс разыгрался, и теперь его придётся успокаивать и готовить ко сну словно бурю. Тяжело и долго. Ужасно долго. Выйдя в коридор, парни проводили гостей, а после Джинни повернулся, окидывая Ликса оценивающим взглядом, проверяя насколько все плохо, и как конкретно настроен младший. — Феликс, давай умываться и в кровать быстро, — Хенджин решил сразу включить строгого папу, ибо уговоры все равно не помогли бы. — Нет! — малыш топнул ногой. — Я не хочу спать, я хочу ещё поиграть или посмотреть телевизор! — Феликс, не действуй мне на нервы, быстро в кровать! — старший нахмурился и скрестил руки на груди. Ликс озлобленно посмотрел на папу и ушел в детскую, явно не собираясь выполнять указания. Хван не медлил и пошел следом, думая как теперь усмирить малыша, не применяя телесные наказания. Зайдя в детскую, он немного понаблюдал, как Ли агрессивно пытался собирать лего, но ничего не выходило. Дрожащие от злости руки не могли ровно сцепить детали, из-за чего он просто визжал и пинал конструктор, сжимая кулаки. — Феликс, идем спать, хватит психовать. Хочешь, я тебе почитаю? — Джинни поджал губы и решил все же сделать попытку. — Нет! Отвянь, — Ли фыркнул и продолжил сидеть. — Ладно...— Хван вздохнул и направился к Феликсу. — Значит, всё-таки по заднице и спать. Резко подхватив парня, старший закинул его на плечо и отвесил шлепок по мягкому месту, больше для чувства стыда, нежели боли. Феликс начал визжать и пытаться вырваться, но попытки оказались тщетны, Хён слишком крепко удерживал. Одним движением малыш оказался на кровати. При попытке убежать он тут же был схвачен за ноги и возвращен обратно. — Если ты сейчас будешь шкодить, я точно достану ремень. — Джинни нахмурился и сжал челюсти. Ликс посмотрел его в глаза и недовольно вздохнул, переставая сопротивляться, но продолжая действовать на нервы криками и угрозами не засыпать. Хван старался это игнорировать и решил действовать радикально, понимая, что никакие сказки и уговоры погоду не сделают. Взяв небольшой тонкий плед, старший постелил его под малыша и начал пеленать, чтобы тот не распустил руки. Рот у Ликса уже развязался, он начал обзывать папу, не думая о том, что ему будет за это позже, оставалось спасаться лишь от его бессовестных рук. Уложив их по швам, Хёнджин молча и нахмуренно завернул сначала одну сторону, затем вторую, не забыв подложить край пледа под спину, чтобы у Феликса точно не осталось шансов на побег. Малыш ещё больше разозлился от этой затеи и продолжал дергаться, заставляя Хвана лишь сильнее затягивать плед. Как только он закончил, приказал Ликсу лежать смирно, а сам ушел на кухню, немного выдохнуть и погреть бутылочку. Ли остался лежать, уже почти переходя на мат. Хёнджин зашел на кухню в недоумении, не ожидая, что все будет настолько плохо. Взяв телефон, он написал Минхо. Х: «Черт, у Феликса истерика дикая, я сейчас прибью эту блоху, если он не закроет рот...» М: «Ох, удачи, Хвани, мой заснул ещё в машине и давно сопит в кровати)))» Х: «Мда, больше не будем сидеть так поздно, иначе сам эту истеричку будешь укладывать!(.» М: «Хаха, нет, спасибо. Попробуй смесь дать, она действует сильнее молока, ну, по крайней мере, у нас» Х: «Понял, спасибо, хоть какая-то от тебя польза» Отложив телефон, Джинни оживленно встал и начал рыскать по шкафам, надеясь, что у них ещё осталась детская смесь. *** — Папа, я тебя ненавижу! — Феликс рычал на кровати, словно беспомощная каракатица. — Я знаю, малыш, но это не спасет тебя от сна, — Хёнджин довольно фыркнул и взболтал бутылочку в руке. Ли зашипел, как озлобленный кот, и отвернул голову, но это снова не спасло его. Хван сел на кровать и переместил шкодника на колени, придерживая край пледа. Быстро подловив момент, он всунул бутылочку прямо в рот Феликсу, не давая отвернуться. Малыш зажмурился, наотрез отказываясь поддаваться этой сонной провокации, но пару капель напитка все же просочились на язык. Сдерживаться стало невозможно, смесь была слишком теплая и сладкая. Медленно кроха все же начал причмокивать, исподлобья смотря на Хвана, и заставив его пропустить тихий смешок от такого сурового вида. Хён вновь ни терял ни минуты, начиная ритмично покачаться вперед-назад и постукивать Ли по попе. Спустя пару минут жидкость в бутылочке закончилась, и она сменилась пустышкой. Феликс уже не мог отказаться и всего лишь один раз, для вида, попытался ее выплюнуть, но сам же подхватил, когда соска начала выпадать. Было слишком тепло и хорошо, чтобы отказываться. Тело будто налилось свинцом, веки потяжелели, и даже моргать уже было трудно, отчего кроха выдохнул и все-таки прикрыл глаза, отдаваясь папиным рукам. Джинни тихо хмыкнул, наблюдая за тем, как Ликс всё же сломался и сдался, проваливаясь в сон сильнее с каждой минутой. Не больше чем через 10 минут он услышал сопение и слабые стоны сквозь сон, будто даже там младший показывал характер и продолжал бороться за свободу и бодрствование. Аккуратно уложив хулигана в кровать, Хван решил оставить его запеленутым, чтобы малыш выспался наверняка. Сам же отец-герой вышел на кухню и закурил, успокаивая нервишки. Он справился и даже не повысил голос, а уж тем более не бил. Довольный собой Хвани сидел на кухне, хвастаясь Хо тем, что все же справился благодаря его совету и своей импровизации. *** Утром Феликс проснулся и снова не мог шевелиться, но отреагировал уже в разы спокойнее и даже тише, прекрасно помня вчерашнюю истерику и испытывая стыд за свое поведение. Хёнджин уже давно проснулся и зашёл как раз в тот момент, когда Ли крутился словно гусеница, пытаясь высвободится. — Папочка, доброе утро…— Феликс виновато поджал губы. — Развяжи, пожалуйста... — Доброе. Выспался? — Джинни подошел ближе и скрестил руки на груди. — Да, спасибо...И это...Ну.. — Ликс осёкся, стыдливо отводя глаза. — Прости за вчерашнее, я не знаю, почему я так кричал. — Зато я знаю. Потому что кое-кто папу не слушается и потом истерит, — Хенджин всё ещё немного злился за вечер, но хотя бы спокойно разговаривал. Феликс опустил глаза и закусил губу. — Ты меня накажешь? — он жалобно спросил, уже зная ответ, отчего становилось ещё обиднее. — За истерику - нет, — Хван присел на край кровати. — Я сам позволил тебе заиграться на ночь глядя, из-за чего твоя нервная система дала сбой. — Правда? — Ли сразу оживился и улыбнулся, подняв глаза. — Правда, цыпленок, правда, — Хён хитро прищурился. — А вот за кучу оскорблений в свою сторону накажу. Будешь знать, как кричать «папа, я тебя ненавижу». Малыш медленно вздохнул и кивнул. Он действительно сам виноват в том, что не держал язык за зубами и наговорил лишнего. Хёнджин, конечно, не обижался на это, он прекрасно понимал, что оскорбления вылетают лишь на нервной почве и эмоциях, но за такое поведение все равно следовало бы преподать урок.