Порознь.

Питер встретил его не очень радушно, пасмурное небо, такие же пасмурные рожи петербуржцев, что вечно недовольно толкались и бубнили что-то под нос проходя мимо. В прочем, Женю это не очень-то и заботило, как и погода, он за другим пришел. Участок пришлось искать с божьей помощью, он в Питере был последний раз лет десять назад, всё изменилось, где раньше одинокие лужи были сейчас стояли высокие стены питерских зданий, нагоняя ужасное ощущение потерянности. И здесь он жил всё детство? Всё было несвойственно чужим, другим. Дойдя до участка он сразу представился, его отвели в кабинет ген-Полковника, Федора Прокопенко, что был первым человеком который ему улыбнулся в этом городе. Фёдор был лояльной личностью, Женя наслышан про него, да и вроде с отцом Игоря тесные отношения имел. Как там дядя Костя вообще? Боков слушал Федора почти вполуха, пока не услышал «в паре с тобой будет Гром.» –Константин что-ли? —Подняв слегка удивлённый взгляд спросил Женя. Да не может быть, что Костя в таком возрасте только майор, он вообще вроде на месте Прокопенко сидеть должен был уже. –Ну ты чего, артист? Костик лёг давно, с ним даже если очень хочется работать не сможешь. —Горько усмехнувшись сказал Прокопенко, проводя рукой по усам. Евгений поник. Он прочистил горло лёгким кашлем перед тем, как начал говорить. –В смысле лёг? Когда? А Игорь где? –А Игорь тут. —За спиной послышался твердый как сталь и тем не менее хриплый голос, а после и шаги. По спине почему-то пробежались мурашки, Женя чувствовал этот взгляд всем своим существом. Он чувствовал кто это, стоит сзади него, смотрит так, будто бы убийца в розыске это Боков. Перед тем как встать с места и повернуться он зачем-то вопросительно посмотрел на Федю, будто бы выпрашивая разрешения, а затем его прострелили в лоб. Выстрел был четкий, до жути больной, и почему-то боль отдавалась не в голове а где-то в области груди, где у людей сердце а у Жени кусок камня, сгусток всех эмоций, что он подавлял всю жизнь. Выстрел голубых глаз. –Здравствуй. –Те —Поправил его Игорь, протягивая руку. Женя пожал с большим трудом. —Ну что, Евгений, приступим к работе? Или у тебя есть вопросы? —У вас. —Боков поправил тоже, будто бы принимая условия. —Приступим, че уж, раз вы, Майор Гром, без моей помощи никак справиться не можете. Игорь хмыкнул. Федя смотрел на них с крайне недовольным взглядом, будто бы предвещая, что произойдёт что-то не очень приятное. Но он не стал ничего говорить, лишь прогнал из кабинета от греха подальше и продолжил работать. Боков шел плечом к плечу с Игорем, его молчание давило, взгляд добивал. Жене никогда не нравился взгляд обиженного Игоря. И да, он обижен, очень сильно, слишком сильно, чтобы «горь, прости пожалуйста» помогло в данной ситуации. Но Боков не мог молчать, ему было неудобно, непривычно, и вообще, не так он представлял себе встречу с Игорем после того как прошёл настолько большой промежуток времени. Это была пауза в общении, пауза в жизни, ведь Женя чувствует, что его жизнь остановилась в поезде в Ростов а продолжилась после посадки самолёта в Питер. Он слегка ускорил шаг и развернулся, идя перед Игорем, подняв взгляд, чтобы заглянуть в глаза, которых Гром старательно прятал под козырьком уебищной фуражки. –Горь ну ты че? Серьёзно настолько обижен? —Вы о чем, Евгений? —Странно, но Женя ни чуть не был удивлён этим словам. Игорь всегда строил из себя дурачка когда ситуация становилась жутко напряжённой и неудобной для обеих сторон. На данный момент неудобно было только Жене, что нечаянно врезался в кого-то спиной и чуть ли не начал конфликт. Нагнав ушедшего Игоря тот снова встал перед ним, но уже остановив его посреди участка. –Игорь серьёзно, кончай дурака валять, че я сделал то? –Давайте на работе будем работать а не разъяснять отношения, Евгений. —Игорь попытался обойти Женю, но тот снова заградил ему путь телом, что было явно меньше и ниже его, и вовсе не являлось особой преградой. –Отойдите. –Горь ну ты еблан внатуре? Гром вздохнул, кажется, раздражённо. Он резко схватил Женю за запястье и потащил в сторону какого-то кабинета, а после втолкнул силой и закрыл за ними дверь. Женя не успел и глазом моргнуть перед тем, как оказался впечатанным в эту дверь. –Разборок хочешь, а, Женька? Объяснений хочешь? А может это ты мне объяснишь, какого хуя лет на десять пропал, а щас объявился не запылился? —Игорь говорил тихо, нет, скорее рычал, сквозь зубы, изредка вдавливая Женю в дверь сильнее, прижимаясь всем телом. Боков сглотнул поджав губы. Нет, у него не было слов, ведь Игорь был отчасти прав. Он даже позвонить не потрудился, но Игорь-то тоже. –А сам-то? Ты тоже связаться не пытался, я чем-то обязан был? Игорь вздрогнул будто бы его обожгли, но не отстранился ни на сантиметр. Он испустил смешок и сильнее сжал плечо, вжимая в дверь. –Ну так это не я сейчас ныл о том, что ты как-то не так себя ведешь, верно? –Это тут блять при чем, Игорь! Ты ся как пацан мелкий ведешь, разобраться не, у меня тоже дела были, проблемы. –Какие проблемы? У меня отец умер, ты где был? После твоего отъезда только месяц прошел, его на расследовании пристрелили, а ты трубку даже не взял когда мне так нужно было. Какой ты, блять, друг, Жень? Боков снова поджал губы, уже смирившись с тем, что обида Игоря вполне обоснована. Он бы мог добавить «а у меня тоже жена умерла», но этой информацией он только усугубит положение. Жену с отцом сравнивать? Тем более Игорь пока не в курсе, что Женя супругой обзавёлся а после и похоронил её, теперь вдовец по факту. Кольцо он не носит уже год, смирился как-то наконец. Перспектива в принципе умолчать про тот брак становится всё более и более привлекательной, когда Женя моментами вспоминает свое совместное с Громом прошлое. –Ну... Бля, провинился, каюсь. Не знаю почему тогда не ответил, серьёзно, я не помню даже, но...я вообще не думал, что всё так затянется, я ж планировал обратно в Питер сразу, а мать чет заладила, мы прокляты там, здесь лучше, хотя жизнь что там что здесь одинаково хуевая. —Женя говорил слегка опустив взгляд, не будь он крепко вжат в дверь, то наверное и переминался бы с ноги на ногу, проводя рукой по бритой голове. Побрил он ее кстати только в Ростове, тоже, наверное, для Игоря в новинку. –Ну прости, Горь... —Эти слова всегда были вторым вариантом, слабым местом Игоря. Особенно когда Женя смотрел так, когда пальцами теребил ткань кофты или куртки Игоря, когда говорил ласковое «Горь» особым голосом. И за столько лет все свои приматские замашки он не оставил, делал всё то, что и ранее, только Игоря это брало куда сильнее чем в подростковом возрасте, когда на уме были радужные пони и диснейленд. –Блять... Ты всегда будешь вести себя как ебанная гнида и «вот так» извиняться?... —Его голос стал ниже, отдавал хрипотцой и напряженным, темным желанием. Желанием сжать сильнее, въебать со всей дури, а потом взять прямо здесь. Последнее он захотел внезапно даже для себя, но не подал особого значения, лишь отпрянул после кивка Жени, поправляя кожанку на себе. —Потом разберёмся. Давай с делом закончим.