А если не будет этого "завтра"?

Проснуться было нелегко. Голова тяжёлая, словно чугун, сознание такое туманное, что аж неприятно. Хочется взять и протереть свой разум тряпочкой. Итэр посмотрел в сторону. Нежные рассветные лучики солнца пробиваются сквозь зелёные витражные стёкла. И всё же здесь, в Сумеру, было приятно находиться. Дышать можно полной грудью среди всех этих тропических деревьев и свежей листвы. Итер протёр заспанные глаза. Сфокусировал зрение... А, ну конечно, вот кто сопит под боком. Куда она еще могла деться? Рядом спала Паймон. Итэр, глядя на её миниатюрное и хрупкое тело, в очередной раз задумался: почему же их поселили в комнате с одной небольшой кроватью? Паймон же тоже человек, хоть и очень миниатюрный. Безусловно, она — фея, существующая в Тейваде около пары тысяч лет, и вполне могла отдыхать, паря в воздухе, так, будто лежит на мягком невидимом облачке. Итэр уже приметил за ней такую особеннсть. Но это то же самое, как для человека прикорнуть сидя за столом — не особо удобно. Так ему объясняла эти тонкости сама Паймон, оправдывая свою любовь к мягкой постели. Итэр перевернулся на бок, стараясь не задеть спутницу, и, не дай Архонт, не спихнуть её с этой небольшой кровати. Паймон сладенько сопела, мыча что-то во сне. Её белоснежные волосы немного растрепались за ночь. Выглядело вроде и обыденно, но очень мило. Путешественник улыбнулся слегка, переворачиваясь обратно на спину. И вдруг к нему пришло осознание... Утренний стояк. Чёрт. Нужно было что-то решать. До утра оставалось не так много времени, а член упрямо давил в штанах, не собираясь падать. Давненько такого не было. Итэр очень смутился своим мыслям о том, что произошло это именно в тот день, когда они с Паймон делят одну кровать. Как же, блять, неловко... Итэр неспеша запустил свою руку в штаны. Когда обхватил рукой ствол и начал двигать — прямо облегчение нахлынуло. Глаза сами закатились от удовольствия. Просто нужна была быстрая разрядка, просто подрочить и кончить себе в руку, чтобы Паймон не застукала. Итэр с каждым движением руки понимал, что штаны чертовски мешают. Он аккуратненько, чтобы не разбудить свою подругу, приспустил штаны вместе с трусами вниз, вынул налитый кровью, возбуждённый член и продолжил дрочить. Внезапно Паймон заёрзала и промычала что-то недовольно. Итэр замер. — Тихо, Паймон, спи, — одними губами проговорил он, молясь, чтобы подруга не проснулась. — М-м!.. — сонно пискнула Паймон. Итэр заволновался ещё сильнее. А член всё ещё стоял колом. Тогда он своим возбуждённым разумом принял самое странное решение в своей жизни... — Спи, спи... — с этим словами он приобнял одной рукой фею, и начал поглаживать её хрупкое плечико, а второй рукой наяривал свой член. — Путешественник... М-м... — высоким, но слегка хриплым после сна голоском говорила Паймон. Итэр уже совсем забылся и плевать хотел на то, что она постепенно просыпается. Он поймал себя на мысли, что уже начинает возбуждаться, трогая миниатюрное тело подруги. Никогда бы он не подумал, что такая порой бесячая Паймон его когда-нибудь всерьёз возбудит. Итэр забрался пальцами в её волосы, начал их нежно трогать, они пахли чем-то сладким и волшебным... Потом провёл ладонью по тонкой шее, потом по её спинке. Хуй просто горел от возбуждения и Итэр удовлетворял его второй рукой. — Не мешай Паймон спать... — капризно буркнула девчушка и начала ёрзать по кровати, буквально стараясь вытолкнуть его своей спиной. — Блять, Паймон, не толкайся! — раздражённо выругался Итэр, затуманенный возбуждением. Он резко прижал рукой Паймон к себе за талию, вжался хуем в её ягодицы сквозь одежду. Фея пискнула от удивления. — Путешественник! Что ты делаешь?! — Молчи! — Итэр принялся тереться членом об её попку, обтянутую шортиками. Паймон делала тщетные попытки вырваться, но крепкие руки путешественника ещё сильнее прижимали её. Итэр легонько постанывал, прикрыв глаза. Член ёрзал между упругих булочек Паймон. В голове Итэр себя оправдывал тем, что Паймон просто попалась под руку. Просто утренний стояк. Просто... — Итэр, прекрати!!! — запищала Паймон плаксивым голосом. Итэр остановился. Он неспеша отпустил её хрупкое тело. Стояк всё ещё ныл от возбуждения. А ещё Итэр чувствовал, как его щеки краснеют от стыда. Паймон перевернулась на другой бок, сжалась вся, как комочек. Её иссиня-чёрные глаза, в которых, казалось, был виден целый космос, требовательно уставились прямо на путешественника. — Паймон не думала, что ты так поступишь с ней... — проговорила она, не отрывая от Итэра своих глаз. — Чёрт... Ну прости! — он суетливо натянул на себя штаны, пряча стояк. Он снова посмотрел на неё. Итэр не понимал эмоцию, которая таилась в её взгляде. Почему-то у него в голове мелькнуло что-то очень похожее на дежавю... ~ Я ждала тебя, а тебя всё не было... Ты же обещал мне!.. ~ Итэр не мог понять, почему у него всплывают в голове именно эти слова, сказанные Паймон. И... Она точно так же смотрела на него, когда говорила это... Прямо как сейчас... ~ Паймон до самого вечера волновалась и боялась!... Потому что...~ Что?.. ~ ... Потому что Паймон любит тебя!!!~ Тело Итэра вспомнило ощущения от её объятий. Но, казалось, Паймон никогда его так крепко не обнимала, как представлялось сейчас в его голове. Будто всё это сон... Или реальность — это сон? Итэр, неспособный больше выдержать этот требовательный взгляд, аккуратно протянул к Паймон руку. В следующую секунду он уже обнимал ее, уткнувшись лицом в её пушистые волосы. Паймон нежно обняла его в ответ. Итэр чувствовал её мерное дыхание у себя на груди. Чувства были точно такие же, как и в этом нереальном воспоминании, внезапно на него нахлынувшем. — Прости, маленькая... — прошептал Итэр, перебирая в пальцах её волосы. — Просто не веди себя как извращенец в следующий раз, — буркнула Паймон еле слышно, — Только... Итэр, прекрати... Итэр крепче сжал объятия, понимая, насколько он привык к Паймон. Он не мог отпустить. Он хотел загладить свою вину. — Кажется, ты уже говорила это. Я же прекратил уже, и... Паймон перебила его: — Прекрати думать, будто я против того, что ты хочешь меня... — фея хихикнула, нежно прижимаясь щекой к его груди, — То есть... Паймон тоже хочет тебя, дурачок. Только не будь таким грубым, просто попроси меня сделать тебе приятно, — сказала она нежным голоском и внезапно положила ладонь на бедро Итэра. Итэр ахуел. В этой ситуации он никак не ждал такого признания от Паймон. Щеки разгорелись алым пламенем. — То есть мы теперь не просто друзья? — оторопело спросил он. — Мы уже столько путешествуем вместе! Тем более, ты же не думал, что феи не любят близость? Паймон существует уже пару тысяч лет в Тейваде и не может без этого... Паймон начала нежно гладить пальчиками низ живота Итера а затем переместила руку на его пах. Итер, не веря своим глазам, уставился на то, как подруга гладит внушительный бугорок на его штанах. — Паймон, ты уверена? — пробормотал Итэр, чувствуя, как член становится ещё твёрже. — Я не могу без тебя, Итэр! Ты всегда рядом, ты такой хороший!.. — упрямо воскликнула она. Паймон поудобнее улеглась на кровати и в следующую секунду потянула штаны Итэра вниз, вместе с бельём. Член выскочил из штанов в полной готовности. Паймон улыбнулась, прижалась мягкой щёчкой к твёрдому хую и начала ластиться. — Ва-а, у тебя такой большой член, путешественник... А ещё, наверное, очень вкусный... — Ты меня пиздец как смущаешь, — Итэр отвёл свой взгляд. Паймон хихикнула и принялась облизывать своим влажным язычком чувствительную головку, слизывать выступившую сверху смазку. Мысли Итэра улетели куда-то в космос. Ему давно никто не делал минет, и насколько же это, блять, было приятно. Паймон ласково обхватывала член своим горяченным ротиком, погружая Итэра в райские ощущения. Когда она положила ладонь на его яйца и принялась их гладить, Итэр застонал. — Знал бы я, что ты так умеешь... — хрипло пробормотал Итэр. Паймон промычала что-то и глубже засунула его пенис себе в рот. Миниатюрная фея так старательно сосала, любовно лаская его бёдра руками, что Итэр уже чувствовал себя на пике. Он взял Паймон за голову и легонько начал двигать бёдрами, пропихивая свой стояк ещё глубже. Паймон постанывала высоким голоском ему в член, и эти её стоны отдавали приятными вибрациями, когда головка проникала в горло. Итэр громко простонал и прижал голову феи, так, что её нежные губки дотронулись до его волосатого лобка. Он начал кончать. — Паймон, у-ф-ф... — подрагивающим голосом простонал Итэр. Когда он, наконец, ослабил хватку и перестал надавливать на её голову, изо рта Паймон вышел разгорячённый член и она смогла отдышаться. Её высунутый язычок был покрыт вязкой белой спермой. — М-м, сладко, — улыбнулась Паймон, облизала губки и проглотила остатки кончи. — Да ну? — улыбнулся Итэр, тяжело дыша. Паймон подползла повыше, легла на его тело сверху. Она была совсем не тяжёлой, зато такой приятной наощупь... Итэр прижал её к себе за талию. И как-то так само получилось, что он её поцеловал. Пушистые и длинные ресницы Паймон щекотали то и дело его лицо. Их губы будто склеились. Тепло. Ласково... Итэр не ожидал, что она начнёт проникать в его рот своим ловким язычком, требуя ласки. Итэр застонал, целуя её. Губы феи были просто волшебными. — Я люблю тебя, путешественник, — отстранившись, тихонько сказала Паймон, глядя своими космическими глазами на него. Итэр улыбнулся. Паймон протянула руку и взяла пальчиками его косу — мягкие волосы переливались золотом в утреннем свете. Она накрутила его косу на ладонь, и какое-то время с любопытством разглядывала, будто примеряя, что можно с этим сотворить. — Ты краси-и-вый, — протянула она безмятежно. Вот чего-чего, но Итэр совсем не ожидал, что Паймон так нагло, но при этом озорно, потянет его за косу. Его голова чуть откинулась назад, подбородок задрался и шея обнажилась. Паймон хитро прищурилась и потянулась губами к его шее любовно целуя, проводя по коже горячим язычком. — Щекочешь меня, дурочка, — ухмыльнулся Итэр. Внезапно ощутив, что он может ею обладать, он подхватил её миниатюрное тело обеими руками, оторвав от ласк своей шеи, и посадил себе на бёдра. Она послушно поддалась, глупо хлопая своими пушистыми ресницами. Итэр изучающе посмотрел на неё. В голову мигом пришла манящая идея. Он подцепил кончиками пальцев ее кофточку и медленно потянул вверх, будто спрашивая, можно ли ему это сделать. Паймон, наклонив голову в сторону, скривила губки в смешной гримаске и, вместо ответа, сама дернула ткань вверх, помогая ему стянуть её быстрее. Итэр увидел её маленькую грудь, оказавшуюся совсем близко. Мягкие холмики с соблазнительными розовыми сосочками выглядели очень необычно для Итэра. Ведь раньше он ни разу не видел её без одежды... Он растерянно смотрел, будто не верил, что она вот так спокойно позволяет. Итэр нежно погладил её обеими руками. Соски затвердели от его прикосновений. — Ва-а... Приятно... — Паймон нежно застонала, податливо прижимаясь к нему. Она заёрзала у него на бёдрах, задевая своей попкой его голый член. Итэр почувствовал, как желание снова оживает, распирая его изнутри. Сначала он терпел её ёрзания, сдерживался, но вскоре сорвался: Щипнул её розовые сосочки пальцами, заставив Паймон пискнуть. В ту же секунду его ладонь жадно скользнула вниз, между её ног, и два пальца надавили на мягкое местечко. Итэр прикусил губу, удивляясь, насколько же, сука, это было непривычно и сладко — держать в руках такое миниатюрное, живое создание, которое в ответ только сильнее прижималось к нему. — Ну наконец-то, ты такой медленный! — взвизгнула Паймон, закатив с облегчением свои красивые глаза. Итэру не нужно было, чтобы подруга повторяла второй раз. Он судорожно дёрнул в сторону штанину её шортиков, чтобы оголить её гладкую промежность, жадными толчками пальцев нащупал щёлочку, и принялся скользить по ней, умело дёргать пальцами, стараясь пробраться вглубь мокрого лона. Фея высоко стонала, подыгрывала его ласкам, была послушной, как самая верная спутница в их сексуальном приключении. Итэр почувствовал пальцами, что она вот-вот будет готова. — Садись, быстрей, — он направил рукой свой стоячий член прямо между её бёдер. — Он слишком большой... — растерянно пробормотала Паймон. И тем не менее, она ни на секунду не сомневалась. Её мягкая и мокрая щёлочка уткнулась ему в головку, Итэр до боли закусил свою губу, ему давно не было настолько приятно. Естественная смазка феи текла на член Итэра, смачивала его, так, что он вот-вот готов был погрузиться в теплоту и нежность миниатюрного тела. Кажется, это было самое невероятное путешествие, которое они переживали вместе — путешествие в мир телесной близости. Паймон смело толкнулась бёдрами, тихонько вскрикнула, её щёлочка, наконец, расширилась до нужного размера и впустила его в себя. Итер со стоном вцепился руками в нежную кожу её бёдер, она прижалась грудью к его телу, быстро задышала, затрепетала, и мигом начала сжиматься от сладкого оргазма. Итэру впились в слух её любовные стоны. Он просто не смог бы выкинуть их из головы, даже если бы захотел. Такая хрупкая фея Паймон, нежная, оказывается любит его, а он даже и не знал об этом до сегодняшнего утра. — Не исчезай больше... — жалобно протянула Паймон, прижимаясь щёчкой к его груди. Итэр лениво обнимал фею, иногда поглаживая её по спинке. На их коже играли солнечные блики, отражённые зелёными витражами. — Не исчезай?.. — пробормотал спустя пару секунд Итэр, повторив её фразу, — я же всегда был рядом... — У Паймон такое странное чувство, будто ты пропадал недавно, а я ждала тебя... Я не могу без тебя... — она отрешённо перебирала пальцами его золотистую косу. Итэра опять бросило в безумно странное чувство дежавю. А что если это и правда случалось? А всё, что происходит сейчас, это лишь сонное марево... Но полуголая подруга, лежащая у него на груди, казалась ему абсолютно реальной. Тогда... Что же это? — Обещай мне, что завтра будет так же, — с надеждой в голосе попросила Паймон. — А если не будет этого "завтра"? И всё это просто сон?.. Она слегка хмыкнула, будто и не заметила в его голосе тревоги, и ещё крепче прижалась к нему. Будто не задумывалась даже и о том, что Итэр не сможет навечно оставаться с ней. Будто им по пути. Он улыбнулся, едва заметно, почти с тоской: — Обещаю... На мгновение солнечные лучи на витражах показались слишком яркими, слишком ровными, будто не совсем принадлежали этому миру. И комната, хотя и полная утреннего света и тепла, отразила лёгкую зыбкость — так, как будто сама реальность только держится на грани.