Divorced

Я проснулся от резкого грохота прямо напротив моей кровати. Распахнув глаза, я подскочил, но, увидев фигуру, стоящую передо мной, беззвучно вздохнул и успокоился. — Скэр, — хрипло произнес я, протерев глаза. Скэриэл уронил одну из моих книг, она была почти в самой глубине полки. Я не дочитал её и не планировал, но это было коллекционное издание, не хотелось убирать её. — Утра, Готи, — спустя недолгой паузы отозвался Скэриэл, — извини, не хотел тебя будить. Я даже решил не спрашивать, что он тут делает в такую рань, со временем это выработалось в привычку. Я знаком с ним уже около полугода, наша первая встреча точно запомнится мне надолго. Тогда Скэр считай спас меня от журналиста, тот пытался вытянуть из меня информацию о разводе родителей, а я даже и не знал, что сказать. Отец уговорил маму держать всё в тайне, а она и не спорила, хотела лишь поскорее закончить со всеми документами. Я думал, что эту тему уже давно закрыли, но, видимо, я ошибся. При разводе мне было всего восемь лет, я был ещё совсем ребёнком и мало что понимал, поэтому, когда эта новость кипела в газетах, не мог ничего сказать. А вот Гедеону, у которого только начинался переходный возраст, досталось нехило. Помнится мне, что в те времена один из журналистов оказался достаточно наглым, чтобы преследовать тринадцатилетнего Гедеона с Кевином сразу после того, как мы с матерью съехали в новый дом. Брат разозлился настолько, что выхватил камеру и разбил её об асфальт. Когда об этом упомянули в статье, я даже забеспокоился за брата, отец точно его наказал за подобную выходку. Я бросил взгляд на настенные часы, сейчас только пять утра. Сегодня я должен был пойти на банкет с мамой, поэтому планировал выспаться, но Скэриэл разрушил мои планы, вряд ли выйдет снова уснуть. — Я хотел вернуть книгу, но забыл, где она стояла, — снова подал голос Скэриэл, садясь на край моей кровати. — Моя комната — это не круглосуточная библиотека, — с наигранным недовольством фыркнул я. — На окне расписания не было, — Скэриэл пожал плечами, ложась на кровать рядом. Я едва удержался от того, чтобы закатить глаза. — Ты мог разбудить маму или Габи, а может, и уже разбудил, такими темпами испортишь себе репутацию в глазах моей матери, — я попытался звучать серьезно, хоть и не был уверен в своих словах. В начале нашей дружбы мама была немного насторожена, но, убедившись, что Скэриэл не собирается переписать моё наследство на себя, успокоилась и даже приняла Скэра. Он мог спокойно приходить ко мне через главный вход, но, видите ли, это слишком нудно для него. — Не переживай, обязательно раскаюсь перед ней в случае чего, — Скэриэл уверенно положил руку на сердце, на что я прыснул со смеху. — Меня уже в восемь должны будить, приходи лучше вечером, — в конце концов произнес я, всё ещё сонно перевернувшись на другой бок. *** Обстановка на банкете ничем не отличалась от любых прошлых: всё та же элегантность, надменность, всё было идеально до тошноты. Я предпочитал по возможности избегать подобных мероприятий, только если мама не убедит меня. Оливер постоянно жаловался, что я постоянно сижу дома. Гулять я выходил и вправду редко, может, раз в две недели, только на выходных. Никогда не понимал, где он вообще берёт силы выходить на улицу после лицея, учитывая домашнюю работу и прочее. Людей было не особо много, если сравнивать с прошлым подобным банкетом, на котором я побывал. Там было человек двести как минимум. Мы слегка опоздали, поэтому все уже сидели за столами. Из семей, которых я узнал, здесь были только Брумы, Маккинзи и Лафары, которые почему-то в очередной раз явились без сына. Также присутствовал мой отец с Гедеоном, что напрягло меня. Я не знал, как относиться к отцу. Он изменил маме, предал её, соответственно, и меня. Но вот к встрече с Гедеоном я не был готов. В детстве я ещё мог пытаться поддерживать с ним хоть какие-то связи, но это прервалось лет так в двенадцать. Он резко стал меня игнорировать, а я не хотел навязываться. Не знаю, что он думает обо мне сейчас, зато точно знал, что к разговору я не готов. Мама уже сидела за столом, разговаривая с одной из своих подруг. Габриэлла осталась дома со слугами, хоть и очень хотела пойти с ними. Я взглянул на еду передо мной, есть вообще не хотелось, но, как минимум ради приличия, надо было. Стоило мне сделать глоток воды, как я почувствовал прикосновение к плечу сзади, из-за чего поперхнулся. — Готье, привет! — воскликнул Оливер, опираясь на моё плечо. Тихо прокашлявшись, сразу же схватил салфетку и протер ею губы. — Привет, ты меня напугал, — слегка хрипло отозвался я, обернувшись на друга. — Я уж думал, вы не появитесь, — он проигнорировал моё обвинение и сел на уголок дивана. Обнаружив взглядом мою маму, Оливер точно так же лучезарно улыбнулся и помахал рукой. — Тётя Грэйс, здравствуйте, — мама подняла голову на Оливера и, широко улыбнувшись в ответ, кивнула. — Привет, Оливер, — сразу же поприветствовала она. — Ты давно к нам не заходил, всё в порядке? — Оливер кивнул. — Да, учебный год недавно только начался, вот и свободного времени стало меньше, — соврал Брум, пожав плечами. Этого оболтуса посадили на домашний арест за общение с полукровкой, то есть, со Скэриэлом, он мне и самому Скэру об этом последнюю неделю только и жаловался. — Поняла, не подскажешь, где твои родители? Я хотела обсудить кое-что с твоей матерью, — Оливер указал на соседний столик, Грейс благодарно улыбнулась и направилась туда. Я заметил Оливию за тем столом, которая выглядела, как обычно, восхитительно. Нежно-голубое платье, не сильно короткое, скорее приличной длины, и серебряная диадема на волосах, которые были завязаны в элегантный пучок. Она почувствовала пристальный взгляд и улыбнулась мне, помахав рукой, я лишь смог выдавить лёгкую улыбку, после чего отвёл глаза. Я взглянул на Оливера, усмехнувшись, — Свободного времени меньше? — ехидно уточнил я, за что получил удар локтем в бок. — Да, я занятой вообще-то, в отличие от некоторых! — с максимально умным видом произнес он, в следующую секунду мы рассмеялись, негромко, но всё равно словили пару косых взглядов. Я быстро покончил с едой. Здесь было довольно скучно, и единственное, что разбавляло атмосферу — это общение с близнецами. Оливер разбавлял атмосферу шутками, а Оливия следила, чтобы эти шутки не стали причиной новой передряги для них. Проблема лишь в том, что выходило это не всегда. Вскоре я отошёл к кулеру с водой: сока совсем не хотелось, а на столе были только соки, газировка и газированная вода, которую я не особо любил. Когда я зашёл в коридор, где стоял кулер, то чуть ли не врезался в человека, которого избегал всё время, пока находился на этом проклятом банкете. — Ах, Готье Старридж, — приторно улыбнулся Франк Лафар, хотя это и не выглядело правдоподобно. — Как же давно мечтал с вами познакомиться, — довольно произнёс он. Я прикусил губу изнутри: это последний человек, с которым я хотел сейчас беседовать. — Здравствуйте, сэр, — максимально вежливо произнёс я. Из-за безысходности лучшим вариантом в моих глазах сейчас было притвориться дурачком. — Не совсем узнал вас. А почему вы хотели познакомиться? — наглая ложь, конечно же я знал Лафара, какой житель Ромуса вообще не знает его? Тот, кажется, разделял со мной эту мысль и сразу же раскусил мою ложь, но указывать на неё не стал. — Франк Лафар, коменданте и, как некоторые выражаются, крысолов, — тот коротко усмехнулся, будто бы был горд этим фактом. Я неохотно пожал ему руку. — Чистота крови, — начал он, сильнее сжимая мою ладонь, что вызвало дискомфорт. Я до последнего не хотел отвечать: мама никогда не воспитывала меня так, как большинство чистокровных семей воспитывают своих детей. Для меня эта фраза казалась бредом. — Чистота помыслов, — неохотно отозвался я, поняв, что молчу слишком долго. — Наш человек! — чуть ли не воскликнул он, в ушах зазвенело. Я уже начал молиться, чтобы этот короткий разговор уже закончился, и, кажется, мои молитвы были услышаны. Из-за угла вышла Элеонора Лафар, жена Франка. Она взглянула на меня, поздоровалась кивком, а после перевела взгляд на мужа. — Дорогой, тебе Эллиот звонил, говорит, что хочет поговорить, — привычным спокойным тоном произнесла она. Лафар кивнул и обратился ко мне: — Что ж, рад знакомству, не буду больше задерживать, — слегка надменно сказал он и подошёл к жене, чтобы обсудить что-то. Я беззвучно выдохнул и быстрым шагом направился к кулеру: после этого диалога в горле пересохло ещё сильнее, чем раньше. Банкет продолжался, взрослые потихоньку пьянели. Мы с близнецами отошли в какую-то маленькую комнатку, которая больше смахивала на кладовку. Вообще, мне кажется, нам нельзя тут находиться, но выслушивать истории пьяных людей, которые старше меня как минимум раза в два, совсем не доставляло удовольствия. Оливер спёр нам с Оливией пару бокалов красного вина. Оливия, конечно же, сразу начала отчитывать его, но позже всё-таки попробовала. — Эх, жаль, что Леон не пришёл, — театрально вздохнул Оливер, откинувшись на потрёпанном диване. — Он заболел, ему лучше оставаться дома, — спокойно подметила Оливия. — Повезло ему, — хмыкнул я. Мы посидели так ещё минут пятнадцать, обсуждая различные вещи и иногда споря. Так продолжалось до момента, пока мы не услышали шорох у двери. Я напрягся, если это кто-то из наших родителей — нам точно влетит. В дверном проёме появилась знакомая фигура. — Скэриэл! — практически воскликнул я, Оливер сразу же улыбнулся ему. — Бухаете и без меня? — усмехнулся он, полностью пройдя в комнатку и тихо закрыв за собой дверь. — Хотя пару бокалов бухлом и не назвать, — Скэр сел на край какого-то старого стула и огляделся. — Ты как нас нашёл? — спросил Оливер. — У организаторов персонала не хватало, я сначала хотел попробовать просто проникнуть сюда, но выпал шанс получше, когда заходил в здание, хотел сходить попить воды, а там вы, вот и я для приличия поработал немного, а после к вам, — не совсем внятно объяснил Скэр, закинув ногу на ногу. — Это незаконно, и у тебя бы не вышло самостоятельно пробраться сюда, — озадаченно произнесла Оливия, положив пустой бокал от вина на пол. Скэриэл хитро улыбнулся ей и подмигнул. — Вы меня недооцениваете, мадмуазель, — Оливия хмыкнула и закатила глаза, а Оливер приглушённо хихикнул. — В общем, я хотел позвать вас к себе после банкета, потусим немного в честь начала октября, — Скэриэл с озорством прищурился, — причём алкоголя у меня явно побольше, чем пару бокалов. — Вряд ли у меня что-то выйдет, — сразу же отозвался Оливер. — Отец меня не отпустит, — тот с досадой поморщился. Скэриэл задумчиво прикусил губу, а затем вновь заговорил. — Тогда можно сбежать, в смысле, прямо сейчас, отсюда, — предложил он, перед тем как я или Оливер смогли вставить хоть слово, Оливия сразу же качнула головой. — Мальчики, даже не думайте, Оливер, тебе и так от отца достаточно влетело за прошлую выходку, а ты, Готье, расстроишь свою маму, — запротестовала она, скрестив руки на груди. — Оливия, брось ты, я целую неделю не мог нормально отдохнуть, а тут такая возможность, — обиженно ответил Оливер. — Оливер, — немного раздраженно произнесла Оливия, явно стараясь держать себя в руках. — Оливия, — передразнил её Оливер. — Я сдаюсь, делайте что хотите, — она демонстративно подняла ладони, откинув голову назад. Я задумался, мне не хотелось заставлять маму беспокоиться, но так хотелось нормально отдохнуть, и вряд ли меня отпустят сегодня, Габи всё утро морочила мне голову с играми в салон красоты, от безысходности мне пришлось пообещать, что поиграю с ней сегодня вечером. Оставалось лишь надеяться, что я не сильно испугаю маму, и что Габи не обидится, если я поиграю с ней завтра. — Я за, — вдруг произнес я, Скэриэл довольно улыбнулся. — Я тоже, — подхватил Оливер. — Отлично, идёмте, я знаю, как отсюда аккуратно свалить, — вдруг Оливия поднялась вместе с нами. — Не могу оставить Оливера одного с вами, нужен же кто-то, кто сможет контролировать ваши мальчишники, — она еле заметно улыбнулась. — Да-да, так и скажи, что тоже хочешь оторваться, Оливия, — ухмыльнулся Скэриэл и, не дав ей начать спор, направился к выходу. Мы шли по коридору, свет тут не включили, так как в этой части здания мало кто появлялся. Скэриэл провел нас к открытому окну. — Серьёзно? Они просто оставили окно открытым? Вот это безопасность, — возмущённо говорит Оливер. Скэриэл усмехнулся и качнул головой. — Было бы забавно, но это я его открыл чуть ранее, — Оливер разочарованно вздохнул, — Жаль, хоть было бы к чему придраться. Первый полез, конечно же, Скэриэл, а после него я. Окно выходило к большому дереву. Скэриэл сразу же перепрыгнул на толстую ветку дерева, оседлав её. Он протянул мне руку, заметив колебания, и я перебрался к нему. После уже присоединился Оливер, который помогал о чем-то тихо возмущавшейся Оливии. — В общем, сейчас перелезем на вон то дерево поменьше, и после спустимся к лавочке, немного отойдем отсюда и вызовем такси, — объяснил Скэр. Я попытался прикинуть его план у себя в голове, выходило не очень безопасно, но со Скэриэлом иначе и не бывает. — Звучит не особо обнадеживающе, — решил прокомментировать я, на что Скэриэл лишь хмыкнул. — Не драматизируй, это моя фишка, — бросает он, а после начинает лезть по дереву вперёд. — Пошлите быстрее, а то точно кто-то заметит, и тогда нам всем кранты, — подгоняет нас Скэр и продолжает лезть, иногда оглядываясь. Оливер последовал за ним первым, а я взглянул на Оливию, которая поправляла подол платья. — Зря мы согласились, — проговорила она и полезла вслед за братом. — Паровозик хренов, — пробормотал я и последовал за ней. Наконец-то спустившись на асфальт через лавочку к остальным, на мне было пару листьев от дерева, один из которых снял Скэр, негромко посмеиваясь надо мной. Я только хотел слегка отдышаться, как услышал свист со спины. Это оказался полукровный охранник, Дэвид, который заметил нас ещё на моменте, когда спускалась Оливия, и уже был близок к нам. — О боже, — вздохнул я. Скэриэл сразу же схватил меня за рукав рубашки и резко потянул за собой, от чего тонкая ткань слегка разошлась по швам. Оливер последовал его примеру и схватил Оливию. Я уже мысленно проклинал Скэриэла за его аферы, но, с другой стороны, я сам не подумал и согласился, поэтому винить только его не стоило. По крайней мере, теперь мы все в одной яме, вечер обещает быть интересным.