Старое место

Насколько бы правоведенье не было бы интересной дисциплиной и насколько бы красноречиво не молвил бы преподаватель, ведущий его, отсидеть эти полтора часа казалось карательной средневековой пыткой в восемь утра. Мне невероятно хотелось спать, а ещё иметь возможность заставить мистера Ларионова на пару минут замолчать. Он конечно относиться к категории горячих ботаников и слушать его поистине чарующее действие. Но Владислав, слишком много слов для сонного мозга.   Не знаю слышит ли кто-то свыше мои мысли, но поток голоса действительно прекратился. Мужчина что-то долго рассматривал на своём телефоне, а затем с серьёзным видом развернулся в мою сторону. -Снайдер, подойдёте потом к куратору факультета истории. - сказал он и продолжил свой монолог о законах. Что от меня неожиданно потребовалось на истории? Я на факультете бизнеса учусь и с ними редко пересекаюсь. Единственное, что у нас было общего - это дисциплины, в названии которых первое слово «история», но даже так, совместно мы на них не ходим, мы вообще на разных этажах обучаемся так то. Я посмотрела на Энтола, сидящего в середине соседнего ряда, он тоже был в недоумении. Его короткие черные волосы были взъерошены, из-за чего напоминали колючки шиповника. В полуразвороте, он опёрся руками об стул, чтобы мне было легче рассмотреть его лицо. Во взгляде читалось около десяти вопросов, я махнула рукой в знак «брось, разберусь», отвечая на все сразу, и он развернулся обратно к мистеру Ларионову. После занятия, в коридоре около выхода из лектория этот неуспокоившейся чёрный ёжик подлетел ко мне, поправляя сумку на плече, начиная разговор с привычно грубого тона. -Что им нужно? -Не думаю что это что-то серьёзное, да даже если и да, то на нас это никак не повлияет. - ответила я ровным, монотонным голосом, выделяя паузы между словами. Энтол - ходячая петарда. За нашу долгую дружбу я поняла, что только таким спокойным голосом и плавными жестами рук можно избежать взрыва этой бомбы. -Твоя правда, тогда пошли. Говорил он все еще грубовато, но уже не так раздражённо, как минуту назад. Он сложил руки в карманы брюк и уже собирался сделать первый шаг, как я остановила его, схватив за рукав. -Стой, я лучше сама схожу. -Что? И он снова вспылил, что ж все манипуляции начинаем заново. -Лучше подожди Рому, знаешь же, он будет ныть, что мы его бросили, а аргументы он не захочет слушать. -Ладно. - бросил он и привалился к стене позади него. Идя по коридору и тут и там можно услышать приветствия в мою сторону. Кто-то радостно кричит, улыбаясь, кто-то буркает, кидая рукой приветственный жест, а кто-то недовольно скрипит моё имя сквозь зубы. Я ни с кем не здороваюсь, не считаю себя болванчиком, чтобы каждому второму кивать, или попугаем, чтобы по тысячу раз повторять слово «привет». Все кабинеты где сидят якобы большие дяди и тёти решающие организационные вопросы находятся в первом блоке, поэтому путь предстоял длинный, но хотя бы без лестниц, просто по прямой от третьего, а там уже сориентироваться на каком из трёх этажей находится нужный. Семь минут ходьбы и вот он, злополучный кабинет кураторов. Постучав, я прошла во внутрь, и ко мне сразу же подбежала миссис Вуд. -Порша, спасибо что подошла. - сказала темноволосая женщина. -Что вы от меня хотели? -Если кратко, завтра к вам подселят мальчика с моего факультета. -Чего? Я не понимала, озадачена ли я или просто в бешенстве. -Нет. Был же уговор, что там проживаем только мы втроём, так с чего вдруг вы решили неизвестно кого к нам подселить? Меня брала гордость, что мой голос держался чётко, прямо как по наставлениям моего отца. -К сожалению, в основном общежитие не было мест, мы спросили мистера Снайдера о поселение его к вам, он не возражал. -А? Все, конец моей гордости, меня только что предал мой же создатель. Внутри словно черти развели пожар и устроили вокруг него пляски. Вся ситуация казалось такой не естественной. Хоть отец и имел свои странности, но он многое делал для моего комфорта, а тут... наоборот. Ничего не сказав больше, я развернулась и ушла прочь. Гнев и разочарование так и брало надо мной верх, движения стали более дёрганными, а цоканье от маленьких каблуков лоферов более громким и отчётливыми. Пройдя в сквер, я достала из сумки пачку сигарет и быстренько подкурила одну из них. Нужный номер высветился сразу стоило зайти в «недавние», мне никто, кроме него, и не звонит в основном. Под раздающееся гудки я приблизилась к лавочке и села, закинув ногу на ногу. -Милая, что случилось? Я же говорил тебе в учебное время сосредоточится только на учёбе. - раздалось на том конце. -Что случилось? – произнесла я, сбрасывая пепел с конца сигареты. - А тебе как будто не известно. -Не совсем понимаю о чем речь. -Почему ты дал согласие на подселение постороннего? - сделав еще одну затяжку, я старалась держать голос спокойным и ровным. -Ах, так вот о чем. - ответил он, после небольшой паузы. Могу поспорить сейчас он улыбался. Нервы сдавали. Отец играл со мной, выводил, смотрел насколько долго я продержусь, ждал когда я начну повышать тон или заикаться. Он растил из меня лидера, которому потом передаст бизнес и все активы, поэтому часто устраивал такие провокации, чтобы проверить, насколько я готова держать удар. -Ты сам говорил, что там будем жить только я, Энтол и Рома. Почему же ты взял свои слова назад? -Порша, милая, поверь, - в его спокойном голосе слышались таинственные нотки. - позже ты сама все поймешь. -И я должна так просто смириться с чужаком на своей территории? - спросила я с упреком и затушила остатки сигареты об угол лавочки. -Он того стоит, обещаю. Отец сбросил вызов, тем самым избежав праведного гнева.

***

Вечером мы собрались как обычно в комнате у Ромы на ужин. Несмотря на количество стульев, все уселись на кровать, предварительно придвинув к ней стол. Ленивая лазанья, сделанная Ромой на сковородке, наполняла комнату теплым, очаровательным ароматом, который хотя бы на время скрашивал мерзость прошедшего дня. -Порша, ты сама не своя сегодня, - заметил Рома, смотря на меня и держа в руках тарелку- излишне нервная какая-то. Ох, это он ещё не видел меня на второй паре, сразу после новостей, он то, в отличие от меня с Энтолом, учиться на искусствоведенье. -Может наконец поведаешь что тебе сказала куратор исторического? - присоединился второй. -Да там... Я замялась, не зная какую реакцию ждать от этих двоих. Крайне тяжело когда наедине все в компании подвластны эмоциям. В груди нарастало тяжёлое напряжение. Мы редко могли позволить себе такое на людях. Сегодня у меня был такой случай впервые за последнее пятилетие. Глубокий вдох, выдох, была не была. -К нам завтра подселят какого-то парня. - тихо произнесла я, сосредоточено уставившись в тарелку. -Чего? - чуть не подавившись, вскрикнул Рома. - Они там совсем страх потеряли? Вот и первый взрыв от Ромы, была бы его воля он бы уже вскочил, но он не мог этого сделать только потому что сидел посередине. -В том то и дело что нет, отец дал своё согласие. Аппетит пропал и я поставив тарелку на стол, уселась поудобнее на кровати. Рома, нервно дергая ногой под столом, старался взять себя в руки, Энтол же, к моему удивлению, молчал, сосредоточившись на еде. -Погоди, я совсем запутался, как это мистер Снайдер дал своё согласие? - он застыл, так как и я не понимая действий моего отца. -Да не знаю я! Он абсолютно ничего не объяснил. Второй взрыв случился уже у меня, скоро будет комбо и мир схлопнется. -Я ему звонила, он ни на один вопрос ясного ответа не дал! - я говорила все быстрее, задыхаясь под напором собственных эмоций. -Если мистер Снайдер так сделал, значит так и должно быть. Голос Энтола, сидящего справа от Ромы, был спокоен, и это было жутко. Он самый вспыльчивый из нас, так почему же сейчас его слова так и пронизаны морозным спокойствием? -Ты ведёшь себя так, словно тебе начхать на это все! - вышел в нападение  Рома. -Ты не прав, я в бешенстве, но также я бессилен. - он поднял вверх руки, словно признавая свою  слабость.

***

Завтра превратилось в сегодня, и настенные часы с каждым переводом стрелок все больше нагоняли тревоги. Виновник моих возбуждённых нервов мог прийти в любой момент. Утром мне пришло сообщение от кого-то из ЖЭО с вопросом в какую комнату они могут заселить новенького. Я ответила, что в любую на втором этаже. Энтол был прав, мы бессильны, поэтому я почти смирилась, но с одним условием, что у нового соседа не будет доступа к верхнему этажу. Просто оставьте нам хоть какое-то личное пространство, неужели это так сложно? Четверг был хорошим днём чтобы отслеживать перемещения в бывшем отеле, всего одна лекция и практическое занятие по ораторскому искусству, и вот примерно с одиннадцати утра мы с Энтолом отдыхали в созданном нами гнезде из одеял и подушек. Повезло, что у нас есть доступ ко всем помещениям здесь, поэтому достать лишних пять спальных комплектов не было проблемой. Не хватает только Ромы, но он, к сожалению, сегодня до полтретьего. Не вспомню точно, кто из нас подал идею строительства гнезда, но мы где-то лет с шести спали в нем когда собирались вместе. Сначала вдвоём, а с момента как к нам присоединился Рома пришлось расширить лежбище, чтобы уместится втроём. С поступлением в университет эта практика стала ежедневной. Если судить по небу за окном, то сейчас где-то около часу дня, так как солнце близко к зениту. Можно позаботиться и об обеде. Тихо встав, чтоб не разбудить Энтола, я вышла из комнаты. Со второго этажа доносились звуки, видимо этого самого новенького не настигли беды по дороге и он всё-таки смог добраться до нашей практически святыни. Пол внизу отвратительно скрипел, сразу видно что человек для этого места чужой, не знает куда наступать чтобы не издавать звуков. Что ж, надо хоть поглядеть, что он из себя представляет. Наполовину спустившись по лестнице, я остановилась на пролете. А вот и он, и это на него у отца были секретные планы? Чего он стоит то? Это же простая заурядность. Вьющееся каштановые волосы, выцветшая зип-худи, растянутая футболка и серые джинсы, да так каждый второй на улице выглядит. Осанки, как и индивидуального стиля, тоже нет, плечи под себя поджал, нервничает и даже не пытается это скрыть. Очки, хоть и подобранные по форме лица, не смогла скрасить картину. Очки... каким образом я их рассмотрела? Он же спиной стоял. Черт, сюда смотрит, заметил всё-таки. К черту обед.