🔮My Soul Bridge❄️

Прошёл уже больше часа, а нас с ребятами всё ещё не называли, хотя почти весь наш класс уже успел пройти. Казалось, будто нас намеренно оставляют напоследок — как нечто особенное… или опасное. Напряжение в зале нарастало, будто воздух становился гуще с каждой минутой. Мы переглядывались, не решаясь говорить вслух, но у всех на лицах читался один и тот же немой вопрос: почему мы всё ещё здесь? И вот наконец прозвучало знакомое имя: — Лео Сэллоу. Алиса обернулась к нему. — Удачи, — тихо сказала она. Лео коротко кивнул и шагнул вперёд, к полупрозрачному занавесу, за которым тускло мерцал резервуар. В зале наступила звенящая тишина — даже дыхание казалось громким. Он медленно поднял руку и приложил к стеклу. И тогда началось. Его тело дрогнуло, словно от слабого удара током, а затем начало меняться. Из его спины вырвались два больших крыла — гладкие, кожистые, с рельефной структурой. Вода в резервуаре вспыхнула насыщенным розовым свечением, от которого по стенам пробежали мягкие отблески, как от закатного солнца. В этом свете проявились тонкие золотистые искры — символ защитной магии демона, переплетавшейся с чарами суккуба. — Дальше... Кристофер Шеддоу, — произнесла профессор Ирен, глядя в список. — Инвалиды вперёд, — с ядовитой усмешкой пробросила Эвелин рядом со мной. По залу прокатился сдержанный смешок. Шутку оценили все, но вслух не осмелились поддержать — слишком близко стоял Южный наследник. Кристофер, не обратив ни малейшего внимания на насмешку, гордо направился к резервуару. Его движения были выверенными и спокойными, как у хищника, уверенного в своей силе. Он протянул руку к воде. Мгновение — и из резервуара вырвались тени. Чёрная, извивающаяся, будто живая, магия окутала пространство. Внутри неё мерцали серые всполохи — туман иллюзий и кошмаров. Магия теневого вампира. — Сильная и пугающая магия, — тихо проговорила леди Ирен. — Только на нас не действующая, — хором пробормотали мы с Алисой и братьями, едва сдерживая улыбку. — Нейт Сэллоу. С поднятой головой и самодовольной ухмылкой, шатен вышел вперёд. Его зрачки сузились в вертикальные щели, как у дракона. Следующее мгновение зал сотряс рёв — глубокий, древний, пробирающий до костей. За ним вспыхнул огонь, объятый яростью и силой. — Аж стены содрогнулись, — заметила директриса с лёгким удовлетворением. Когда Нейт вернулся на своё место, настала очередь Дэвина. Он шагнул вперёд спокойно, но сосредоточенно. Его зрачки превратились в змеиные, а резервуар засиял странным светом: вместо ожидаемого зелёного — дымчато-синий, редкий оттенок магии парадокса — силы, соединяющей разрушение и созидание. Вспыхнули и зелёные тона: светлый, как дар целителя, и тёмный — как тень гипноза. — Перед нами один из редчайших видов магии. Запомните этот цвет, ребята, — с уважением произнесла леди Мэри. — Следующий — Лукас Шультс. Лукас, высокий и уверенный, взошёл на сцену. Он даже не успел приблизиться к резервуару, как тот осветился серебристым сиянием, в котором играли нежно-голубые всполохи. Магия ветра — свободная, стремительная и безграничная. — Ого! Очень яркая реакция, — одобрила артефакт директриса. — Дмитрий Аксенов, — продолжила Ирен. Дима легко взбежал на сцену, попутно хлопнув ладонями с другом. Его глаза резко потемнели, и по залу прокатился грохот грома. Внутри резервуара вспыхнули кроваво-красные молнии, за которыми следовали чёрные нити — магия подчинения, жёсткая и беспощадная. — Хорошо, можешь идти, — с лёгкой улыбкой сказала его мать и кивнула Ирен продолжать. — Макс Эррор. — НЕТ! — мой голос прозвучал резко и неожиданно, испугав даже моих друзей. Я осеклась, вздохнула и, собравшись, продолжила: — Простите, леди Мэри. Раз уж всё равно все знают, кто я такая, думаю, не стоит скрывать правду. Макс — единственный метис, в чьих жилах течёт кровь более чем двух рас… и при этом он не метаморфомаг. Я боюсь, артефакт просто не выдержит объёма маны. Леди Мэри внимательно посмотрела на меня, затем кивнула: — Хмм... хорошо, Лейла. Я прислушаюсь. Не хотелось бы прерывать урок из-за перегрузки артефакта. — Мисс Гонт, вы следующая, — объявила профессор. — Советую надеть наушники, — с лёгкой ухмылкой предупредила Эвелин. В тот же момент Дэвин щёлкнул пальцами, и на головах у всех тут же появились пушистые наушники с сильной шумоизоляцией. Эффект магии был быстрым и точным. Глаза Эвелин вдруг изменились — стали узкими, змеиными, опасными. Она взглянула на резервуар — и через секунду зал сотряс оглушительный, пронзительный крик. Крик сирены. Очаровывающий. Ужасный. Благодаря наушникам никто не пострадал… почти никто. Именно в этот момент Лео, решивший выйти в уборную, вернулся в зал — без наушников. Волна звука обрушилась на него, и он с мучительным вскриком рухнул на пол, зажимая уши. Брюнетка замерла, лицо её побледнело. Воспоминания вспыхнули, как шипящий разряд. Она вспомнила бабушку — Урсулу Блэк, ту, что когда-то заставляла её использовать голос сирены на безобидных слугах. Тогда они умирали в агонии. И снова — боль, вина, страх. Эвелин схватилась за голову, ногти впивались в кожу, кровь стекала по вискам. В её глазах — безумие. Паника. — Эвелин! — Нейт вскочил со скамьи и бросился к ней, не раздумывая. Она не слышала. Только кричала. Громко, пронзительно. Даже сквозь магические наушники прорывался её вопль. И тогда Нейт сделал единственное, что пришло в голову. Он схватил её за лицо и поцеловал — резко, решительно. Мир будто замер. Эвелин замолчала. Она пришла в себя. Тихая, дрожащая, с ужасом в глазах. Её сила — пугала её саму. — Всё хорошо. Этого больше не повторится, — прошептал Нейт, аккуратно поднимая девушку на руки. Он быстро унёс Эвелин прочь, скрывая её от лишних взглядов. — Ну и дела... — пробормотала Алиса, качая головой. Лео тем временем уже оказывали помощь. Лиам вызвался отнести его в медпункт, я пошла с ними — как сильный целитель, способный заглушить остаточные эффекты. Алиса же помчалась вперёд, чтобы предупредить персонал о новом пациенте.

***

Урок продолжился, но уже без шестерых учеников. На перемене Нейт вернулся к остальным. Его взгляд был спокоен, но в нём ещё светились остатки тревоги. — Эвелин сейчас отдыхает в своей комнате, — тихо сообщил он. Дэвин тут же шагнул вперёд, хмурый, тень суровой решимости на лице. — Я требую объяснений, — процедил он. — Ты знаешь, что там произошло. Я это вижу. Обычно беззаботный блондин сейчас был другим — в его голосе сквозила сила древнего подводного змея, готового рвать и метать. — Остынь. Я всё расскажу... но не здесь. Компания направилась в укромное место за учебным корпусом — в старый сад, где реже всего кто-то бывал. Там, среди высокой травы и под сенью деревьев, Сэллоу наконец начал говорить: — Это случилось давно. На одном светском приёме. Помните, тогда всем подбирали пары для возможных союзов? Эвелин выбрала меня. Мы ушли на верхнюю террасу, болтали… И тогда у неё случился приступ — всё из-за разбитого бокала. Как я позже узнал, у неё это происходило часто. Он помолчал, прежде чем продолжить: — Бабушка Эвелин, по материнской линии, была настоящим чудовищем. Она заставляла её использовать голос сирены на существах, которые были слабее. Их мучили. Некоторые умирали. С тех пор Эви ненавидит эту часть себя. Она отказывается быть сиреной… Заметили, как она старается стать «змеёй»? Даже в одежде, в поведении — всё оттуда. Это попытка бежать от прошлого. Он перевёл взгляд на Дэвина: — Ты, кстати, живёшь отдельно именно из-за этого. Она каждую ночь просыпается от кошмаров. Она боится, что снова причинит кому-то боль. — И всё же она доверила это только тебе, — пропела почти с издёвкой Алиса, пристально глядя на Нейта с лёгкой ухмылкой. — Повторю: она выбрала меня, — голос Нейта стал холоднее, увереннее. — Сирены любят только раз. — Как бы там ни было... — медленно произнесла я, — не смей играть с её чувствами. Моя реплика повисла в воздухе, не встретив ответа. Только мужчины заметно напряглись, переглянувшись. Я молчала, но внутри меня нарастало беспокойство. При разговоре с братом на крыше я решила не говорить ему, что оба Сэллоу вызывают у меня смутное подозрение. Не хотела лишний раз волновать его. Но в глубине души я всё ещё надеялась, что они лучше, чем кажутся...