***
Наспех собравшись в комнате, я буквально врезалась в кого-то на выходе. – Куда летишь? – придерживая меня за плечи, с лёгким укором спросил Лиам. – Вопрос скорее «когда», – резко ответила я, глядя в глаза брату. – Прямо сейчас. И ты идёшь со мной. Не задавая больше вопросов, Лиам собрал всех. Ребята без лишних слов взяли свои вещи и уже через полчаса мы стояли перед леди Мэри. – Вижу, вы решили отправиться все вместе… Похвально, – строгий голос вампирши потеплел. – Хотя я рассчитывала только на Лейлу и Дмитрия. – Вы ведь понимаете, – процедил Лиам, сужая глаза, – что я не отпущу свою сестру одну с тем, кто украл её первый поцелуй? – Ты вечно будешь мне это припоминать? – фыркнул Дима. – Да, и детям вашим тоже расскажу, – ухмыльнулся близнец. – Думаю, они это одобрят. – За меня ответила Эвелин, хлопнув в ладоши. – Всё, не время для споров. В путь. Из-за напряжённой ситуации с кланами магические порталы были закрыты. Нам пришлось добираться верхом. Оседлав уже ожидавших нас лошадей, мы выехали в сторону ущелья, где начинались земли монстров. – Ну вот мы снова вместе, – прошептала я своей лошади, поглаживая её гриву. – Дэймон с Принцессой явно ждали нас, – догнав меня, произнёс Дима. – Просто соскучились, – улыбнулась Алиса. Дальнейший путь мы преодолели в молчании. Когда до границы осталось несколько километров, нас окутал резкий холодный ветер. Алиса и наши морские друзья поёжились, а мы с братьями и Димой никак не отреагировали. – Вам не холодно? – щёлкая зубами, спросил Дэвин. – Вампиры не чувствуют температуры, но вы-то… котята, – добавил Дима, хитро прищурившись. – Вы знаете, как по-другому зовут Лейлу? – загадочно спросил Лукас. На него уставились несколько пар глаз. – Ледяная королева, – вздохнул он. – Если бы не сущность метаморфа, её магия – лёд и снег, – пояснил Лиам. – А моя только защитная. – Мы полные противоположности: от внешности до магии, – подтвердила Алиса. – Я – северный ветер, Лиам – совершенная защита, Лейла – само воплощение мороза, – подытожил Лукас. Алиса надела тёплую шубку, созданную заклинанием Дэвина, а близнецам подарила огненный камень, работающий как грелка. Укутанные, мы продолжили путь.***
Когда копыта наших лошадей ступили за ворота особняка Дракулы, мы синхронно подняли головы. Величественный замок возвышался перед нами, окутанный снегом и льдом. Деревья сбросили листья, дорога заледенела, но готическая красота места только усиливалась. – Добро пожаловать, – раздался строгий голос с балкона. Хозяин замка вышел нас поприветствовать. Двери распахнулись, впуская нас внутрь. – Ты говорил, у вас почти нет слуг, – хмыкнула я. – Есть пара вурдалаков и несколько вампирш-горничных. В остальном – летучие мыши, – сухо ответил Дима. Он ничего не сказал отцу о том поцелуе, как и леди Мэри. Интерьер внутри поражал сочетанием строгости и величия: красные и зелёные тона, колонны, статуи. Хотя нас было трудно удивить роскошью, готическая атмосфера замка завораживала. Мы расположились в гостиной с высокими сводами и камином. – Итак? – перешёл к делу Дракула, когда мы устроились в гостиной. – Ты знаешь, что произошло, – ответил сын, глядя ему прямо в глаза. – Меня интересует не «что», а «почему» это случилось до утверждения вашего союза, – сурово произнёс граф. Первой решилась заговорить Алиса. Её мягкий, искренний рассказ немного смягчил суровые черты графа. Внимательно выслушав, он сжал переносицу пальцами и тяжело выдохнул: – Я не буду говорить о том, насколько это был безрассудный поступок, но изменения в погоде негативно влияют на природу, а Южный клан наверняка это заметил. Вы понимаете, что это значит? – Кристофер скоро узнает, что больше не сможет украсть мою магию, – подвела итог я. Но в груди вместо радости поселилась тревога. – Разве это плохо? – удивилась Эвелин. – Не плохо, но и не хорошо. Крис не сдастся. Он продолжит гадить, – вздохнула я. – Рад, что вы это понимаете, – кивнул граф. – А теперь, прошу, помогите усмирить вьюгу. Выйдя на балкон, я глубоко вдохнула холодный воздух, позволяя морозу наполнить лёгкие и очистить мысли. Ветер бил по лицу, поднимая снежные вихри, и казалось, что сама зима решила доказать мне свою силу. Закрыв глаза, я почувствовала, как магия внутри начинает медленно пробуждаться, реагируя на мою решимость. Мир вокруг стих. Я вытянула руки перед собой, ладонями вверх, ощущая, как ледяная энергия скапливается в груди, а затем мягко стекает по рукам, распространяясь по пальцам. Невидимые нити магии потянулись к буре, связываясь с ней, словно я коснулась самой её сути. – Хватит… – прошептала я едва слышно, открывая глаза. Зрачки в этот момент сузились, а фиолетовый цвет сменился на голубой, затем он стал светлее, почти серебристым. Ветер завыл ещё громче, будто протестуя, но я только сильнее сжала пальцы. Снег начал таять, словно сама земля почувствовала мою волю. Вокруг стало тихо. Ветер перестал рвать волосы, стихла вьюга, хлопья снега больше не сыпались с неба, а в воздухе запахло влажной травой и сырой осенью. Я сделала плавный круг руками, разворачивая их в стороны, и тогда весь снег, лежавший на земле, начал стремительно таять, обнажая жёлтую траву. Лёд на ветках и дорожках растаял в капли, которые стекали вниз, как слёзы тающей зимы. – Возвращайся туда, где твоё время, – произнесла я твёрдо, но с теплотой, словно успокаивая плачущего ребёнка. Магия подчинялась мне легко, но я чувствовала, как силы быстро уходят. Всё вокруг стало пахнуть мокрой землёй и увядшими листьями, а прохладный ветер сменился мягким осенним бризом. Я устало выдохнула, опустив руки и откинув голову назад, глядя в небо, где медленно проплывали серые тучи. В груди поселилось облегчение и одновременно печаль: сколько бы раз я ни творила это заклинание, чувство одиночества всегда возвращалось вместе с холодом. – Листья, к сожалению, нам не вернуть, – сказала я, повернувшись к Диме. Он смотрел на меня с восхищением и тревогой, но я только слабо улыбнулась. – А с тобой мы идём заниматься магией стихий… снова.