hold on tight

      глаза с непонятным огнём в зрачках лишь на секунду встретились с глубокими, источающими холод лишь своим наличием. что-то мутное, неуловимое, едва ли даже эфемерное. что-то, что чишия никогда бы не запомнил вовсе, если бы не видел их теперь почти каждый день.       тогда эти ребята говорили что-то о том, что ищут врача, но это было сугубо их проблемой. глупо было полагаться на то, что среди игроков действительно окажется добродушный, заботливо отдавший все свои козыри в руки. может, и нашёлся бы, но точно не здесь. вряд ли в этом мире так уж много врачей оказалось, и чишия не собирался никому помогать. такова жизнь в этом жутком мире — либо ты, либо тебя. он лишь усмехнулся про себя, вычеркнув эти двоих со счетов после такого откровенного проявления тупости, и просто ожидал начала игры.       но их глаза встретились снова. кажется, этот паренёк не так туп, как выглядит. по крайней мере, не крайняя степень. он понял, где безопасная зона, и это точно добавляло ему парочку-тройку очков, чтобы подняться в рейтинге где-то чуть выше слизняка. в любом случае, он всё ещё выглядел слишком наивным, чтобы выжить. однако, в этих глазах чувствовалась какая-то невероятная сила, прятавшаяся где-то в глубине. о которой, возможно, сам стоящий перед ним парень даже не подозревал.       это… пугало? где-то на уровне рефлексов он почувствовал, что он мог быть опасен для чишии. слишком опасен. что-то было в нём… странное?       we were built to be…       однако, пока они были явно не в одной лодке, его это не пугало. но заставляло нервничать. в нём было что-то, что чишия, возможно, ошибочно, принимал за своё.       two enemies       эти кошачьи карие глаза преследовали его, казалось, повсюду, после прибытия на пляж. некомфортно, страшно, маняще. что? арису казалось, что он просто сходит с ума из-за этого постоянного наблюдения со стороны. да ещё и не такого уж прикрытого. это было жутко, странно — жуть, как странно, но его почему-то влекло к тому человеку, что так внаглую наблюдал за ним всё это время. как будто в нём было что-то, что откликалось. как будто они были искажённым изображением друг друга.       всё изменилось, когда они впервые заговорили, арису, наконец, узнал, как зовут этого наглого незнакомого знакомого — чишия. даже имя у него было какое-то кошачье, если честно. сам арису больше походил на собаку — ну, он сам так считал. а кошки и собаки не то, чтоб сильно уж дружны. усмехнулся про себя от такого сравнения, но озвучивать не стал. это явно не то, что можно сказать человеку, с которым, технически, только что познакомились.       всё происходящее вызывало странные ощущения. он постоянно был рядом, но слишком далеко. дотянуться до него было невозможно. разлившийся по венам лёд, застывшая в артериях кровь, холодный взгляд и морозно-белые волосы. это слишком сильно контрастировало с тёплыми руками, летней улыбкой и горячим сердцем арису.       but somehow i know       что-то неоднозначно сжималось каждый раз где-то в области груди, когда арису думал об этом чишие.       we`re meant to be…       чишия, возможно, мог сказать то же самое.       вероятно, то, так спазмирующе сжимающееся, было сердцем — определённо, оно имело некие свойства сжиматься. но отчего-то сжималось настолько, что вот-вот дойдёт до сингулярности и нахуй взорвётся, выпотрошив всё и полностью, не оставив ничего, кроме массы крови, мяса и органов, перемолотых, как в мясорубке. чишия невольно поёжился, представив эту картину. даже он был бы не в силах её перенести спокойно.       почему-то эти вечно наивные глаза будто пытались залезть ему прямо в голову. и чишие каждый раз казалось, будто арису вскрывает ему череп, рассматривая под микроскопом каждую извилину его мозга, изучая и, очевидно, пытаясь найти там что-то, что его заинтересует. каждый разговор чувствовался, словно какая-то извращённая пытка над самим собой же. либо, чишия просто стал параноиком.       каждый взгляд — как электрошок. у них определённо было что-то общее. что-то, что оба в себе не признавали. как отражение теневых сторон друг друга. как кривое зеркало, как комната смеха в детском парке отдыха. как только гасили свет, она превращалась в комнату ужаса, где на каждой стене поджидали страшные, голодные монстры, готовые разорвать тебя на мелкие кусочки и сожрать, не подавившись. переварить и выплюнуть не растворившиеся косточки, жадно причмокивая.       однако, учитывая, что арису всё ещё, зачем-то, доверял чишии, он явно не пытался залезть к нему в голову. ну, или попытки были очевидно провальными, чему последний был, конечно, несказанно рад. не хотелось бы обнажать свои козырные карты из-за иррационального страха перед кем-то, кто явно слабее тебя, как игрок. да и как человек тоже.       возможно, слабее был как раз-таки он сам, но не хотел признавать поражение. и уж тем более не хотел преждевременной капитуляции, когда понял, что выискивает глазами эту надоедливую чёрную макушку.       this world`s a battlefield       у арису смещалась система координат каждый раз, когда чишия с ним заговаривал снова и снова. забавная метафора к «съезжала кукушка», он обязательно её запишет.       i will be your shield       чишия выглядел, как мелкий дворовый зашуганный кот, который никак не шёл ни к кому на контакт, даже пакетик мокрого корма не выклянчит у случайного прохожего, который, казалось, был довольно сердобольным для того, чтобы сделать это. гордый — или просто слишком дикий, не привыкший к чьим-то тёплым рукам и никогда не вдыхавший запах любимого человека на подушке, пока того не было целый день.       однако, плохо он тоже не выглядел, что означало лишь то, что сердобольные находились даже к такому кусачему и своевольному коту, что совсем не прочь был откусить руку, которая его кормит. последнее звучало довольно жутко, не так ли? но арису по прежнему ему доверял безоговорочно. что-то было в нём такое, что заставляло его бежать за чишией, как послушный пёс. но он явно не знал его достаточно, чтобы так слепо следовать за ним и даже не попытаться ничего выяснить.       но ему было всё равно. почему-то ему было всё равно, и он даже не хотел выяснять, почему. такое выясняется само. случайно. когда неловкое касание, которое даже не было намеренным, вызывает дрожь по всему телу. когда только одно присутствие рядом заставляет бабочек в животе неистово носиться туда-сюда. когда одно лишь появление заставляет успокоиться. когда одно только слово заставляет весь день ходить в хорошем настроении — и это даже несмотря на то, в каком мире они находятся!       we got something…       когда… когда?       real       чишия резко одёрнул себя, заставляя смотреть в другую сторону. он знал, что арису увидел, как тот неприлично долго смотрит на него. он знал, что арису идёт сюда, но не знал, почему это ощущается по-особенному. почему смотреть на кого-то ощущается каким-то сугубо личным, внутренним, тянущим где-то в районе живота, где, предположительно, и живут эти ебучие бабочки, которых, как ему казалось, он вытравил ещё в детстве. до того, как они вообще перестали быть гусеницами и сплели свои куколки.       арису выглядел спокойно, но внутри чишии всё бурлило и кипело, поднимая пар до головы. и он даже подумывал, что этот пар прямо сейчас идёт из его ушей. и, если бы он не был метафорическим, арису бы явно его заметил и всё бы пропало.       нет, арису явно становится слишком опасным. слишком. одно только его присутствие где-то рядом вызывало что-то сродни тошноты. по крайней мере, чишия только так мог описать это противное чувство, скребущееся где-то в грудной клетке и выше. после каждого разговора он чувствовал себя выпотрошенным, но не арису, как думал изначально, а самим же собой. после каждого раза он слишком долго приходил в себя, чтобы это было нормой.       он явно не понимал — в упор не хотел видеть — в чём проблема. и она уже явно была не в их эфемерной схожести, которую чишия чувствовал всё это время. это было уже что-то другое. страх? паника? вероятно. но почему он боялся? с каждой секундой его сердце готово было лопнуть от сжатия. возможно, он создал бы новую вселенную своим большим взрывом. или… разрушил бы эту?       worth disrupting the peace       очевидно, было что-то, что мы оба не хотим видеть.       we`ll disrupt the peace       арису чувствовал, как чишия проникает буквально в каждую клеточку его тела, и морщился, будто от яда. но, признаться честно, этот яд был притягательно сладок. он готов был пить его до дна каждый раз, когда ему наливают. даже если умрёт. мурашки табуном оббежали его тело с пят до головы. у него явно появилось какое-то нехорошее предчувствие. предчувствие чего-то, чего он явно никогда не будет ожидать. что-то типа ножа в спину — как бы пафосно это не звучало.       предчувствия явно были не тем, что слушал арису. по крайней мере, не сейчас. и не сегодня. и не завтра. и не когда-либо вообще, если это хоть как-то касалось чишии. арису невероятно к нему тянуло, как будто примагничивало. и он готов был поспорить и поставить абсолютно всё, что у него есть, что чишия чувствовал абсолютно то же самое. они сталкивались везде — в коридоре, у бассейна, в кафетерии, даже за пределами пляжа, где, казалось бы, столкновение не могло быть возможным. они были как две части чего-то одного, целого, как два кусочка паззла, которые обязательно стояли рядом в целостной картине.       пугало ли это арису? возможно. он не хотел бы думать о чём-то негативным, когда смотрел в пару кошачьих глаз, что как будто вечно издевались над ним. было очевидно, что чишия водит его за нос. что он вообще всех мастерски водит за нос, но арису готов был поклясться, что видит отражение только своих глаз в почти чёрных радужках напротив. но почему тогда он всё равно чувствует себя добычей, отчаянно барахтающейся в лапах хищника, что вот-вот нанесёт ему смертельный удар острыми клыками в обнажённую шею и прекратит его страдания.       но что будет, когда они уйдут с пляжа? арису много раз задавал чишие этот вопрос.       keep on moving       но ответа так ни разу и не получил.       beat the system, autopilot cruising       так будет лучше. для него. и, возможно, для арису, если тот сможет выжить. это точно послужило бы ему хорошим уроком, что не стоит доверять всяким непонятным игрокам. уж тем более — таким, как чишия. он точно не был хорошим человеком. он был благодарен арису, что тот помог ему осознать, что он может что-то чувствовать. но эта благодарность была скорее пулей слева под рёбрами. потому что чишия не хотел знать, что он может что-то чувствовать. он слишком долго избавлялся от этого самого «что-то чувствовать», чтобы потерять годы морального уничтожения в один миг. арису был слишком опасен. для него. и для самого себя.       чёрт, он слишком много о нём думает. пора прекращать, пока эта пагубная привычка не привела его к неминуемой гибели.       каждое действие, каждое слово, каждый взгляд и каждое пересечение ударяло его волной пламени, от которого он тут же загорался, в самом плохом смысле этого слова. ожоги болели, пекли, и он ничего не мог с ними сделать. только смотреть, как он медленно и мучительно погибает в агонии, запертый в клетке, которую сам себе создал. этот огонь буквально топил ему, и чишие это явно не нравилось. это было что-то вроде мёртвого груза, смекаешь? который точно нельзя тащить за собой. ни в этом мире, ни в реальном.       что-то падало внутри, со скрипом надламываясь, и чишия был готов поспорить, что это снова было одно из его рёбер. он знал, к чему его это приведёт. знал ещё с тех пор, как встретился взглядом с его глазами. знал, но не думал. не думал, что это действительно может зайти настолько далеко.       tunnel vision       он чувствовал себя так, будто арису — чёрная дыра, поглощающая его полностью и без остатка.       victory, no losing       они много раз оставались наедине. арису почти сходил с ума, метаясь из угла в угол, пытаясь скрыть дрожащие руки. ему совершенно точно не надо было заходить в комнату к чишие, он мог подождать и снаружи, но каждый раз заходил. потому что хотелось. потому что это помещение работало как магнит для него. или как липучка, но в этом мире арису явно не хотелось быть бы мухой.       всё случилось слишком быстро. зачем зашёл тогда — он даже не помнил. помнил только необычно горячие руки чишии, держащие его за плечи. помнил, как оттягивал его выкрашенные волосы, которые наощупь — арису мечтал их потрогать — оказались довольно жёсткими, что явно было последствием частых осветлений. помнил, насколько сладко может звучать чей-то грубый низкий голос, когда этот кто-то лежит под тобой и стонет от каждого действия, больно впиваясь короткими ногтями в плечи. помнил, насколько красиво выглядел он в тот момент.       и не понял, как и когда это кончилось. по ощущениям — это длилось одновременно и вечность, и одно мгновение.       помнил лишь на удивление мягкие чишиевские руки, которые медленно пробегались по его шее, плечам, животу, ниже… воспоминания лишь об одной той секунде снова скручивались в приятно тянущий комок внизу живота. но, что было странно, его губы совершенно не помнили губы чишии, но ведь ему казалось, что…       heaven knows       что действительно странно — чишия тоже не понял и не помнил, как это всё произошло.       it`s one hell of a ride       он помнил лишь ощущения и то, насколько же, на удивление, это было приятно. он никогда бы не мог подумать, что сможет потерять контроль над ситуацией. страшнее — над самим собой. нет, это точно не было планом арису. но в его планы это тоже не входило (однако, не в планы, конечно, но в него входило кое-что другое). чишия помнил лишь опаляющее дыхание где-то над ухом и бездонные глаза, которые впервые были для него нечитаемы. возможно, это было потому, что арису ни о чём не думал. чишия ведь и сам ни о чём не думал в тот момент.       возможно, к его же сожалению.       ну, кое о чём он всё-таки подумал…       ему хотелось стать ящерицей, сбросить эту кожу, до которой прошлой ночью так касался арису, кинуть её в печь и сжечь дотла, чтобы не осталось ни единого напоминания об этом. он понимал, что это было огромной ошибкой, что дороги назад нет, и он просто не может по щелчку пальцев взять и отменить то, что произошло. он мог делать вид, что этого не было, но это ведь никак не растворит то событие во мраке времени, чтобы оно просто исчезло из таймлайна, правда?       успокаивало лишь то, что арису сам делал вид, что ничего не произошло, хоть и постоянно стеснялся и как влюблённый мальчишка всё время краснел, находясь в компании чишии, что уже даже усаги с куиной начали подозревать что-то неладное. если отбросить все внутренние терзания, чишие было даже забавно за этим всем наблюдать, и ставить арису в ещё более неловкое положение, подкидывая неоднозначные фразы в присутствии этих двоих.       влюблённый…       better       арису очевидно знал, что влюбился, и намеренно падал в пропасть — ещё глубже закапывая себя. чтобы точно не хватило кислорода, чтобы точно задохнуться в своих мучениях. боже мой, он ведь знал — точно знал! — что такой человек, как чишия, никогда не ответит ему взаимностью. никому не ответит. но почему-то хотелось быть… особенным?       hold on       это всё походило на затянувшуюся пытку, где ему даже начинало нравится то, как его пытают, и даже если это приведёт его к гибели, он готов был получить ещё пару ударов плетью, несмотря на то, что истекал кровью.       tight       это точно не могло продолжаться вечно. либо чишие было неловко тоже, либо он настолько старательно делал вид, что ничего не было, либо он просто его использовал. ну, конечно, — использовал! так даже самому арису было проще думать. не терзаться сомнениями. просто знать, что с ним переспали ради удовлетворения своих потребностей. а всё, что было до — лишь игра его больного до чишии мозга, потому что яд разрывал каждую клеточку тела и сочился сквозь кожу. пары поднимались в нос и вызывали галлюцинации.       better       я явно не тот человек, которому следовало бы доверять.       hold on       он не собирался отказываться от своего первоначального плана, игнорируя протестующие возгласы куины о том, что он не может так поступить, ведь они сблизились с арису. вот именно — слишком уж сильно они сблизились. это было больно, опасно, тошнотворно и просто выбивалось из его идеальной картины мира, где не могло быть никого другого. и, уж тем более, там не было места для чувств к кому-то. после очевидной слишком сильной близости, которая разодрала его в клочья, чишия только больше подтвердил для себя свои намерения. так будет лучше. им обоим стоило бы научиться на своих ошибках.       tight       этого следовало бы ожидать от такого человека, как чишия. именно этого, и ничего больше другого. холодное лезвие прямо в спину, прорезающее вдоль по позвоночнику и не оставляющее ни малейшего шанса выжить. теперь, он был уверен, арису его ненавидит, презирает, хочет отомстить или вообще убить. так будет лучше для них обоих.       for your life