Лев и лань

Надев наушники, Чишия ждал очередную игру. Поржавевший плеер давно пришел в негодность, пользы от него не было никакой. Всё, на что он был способен — иллюзия музыки, чтобы заглушить бесполезные разговоры. В этом мире всё — иллюзия, лишь смерть — она реальна. Все жильцы «Пляжа» собрались в холле здания. Десятка червей. Легкая полуулыбка появилась на лице блондина, в голове пронеслась мысль: «Игры с чужими сердцами, игра на предательство». После объяснений правил Шунтаро надел капюшон и вышел во двор. — Что планируешь делать? — Куина заглянула в глаза парня. — У нас есть два часа на то, чтобы найти Ведьму, — парень притих на пару секунд. — Будет глупо тратить все данное время в погоне за ней. Боевики скоро предпримут свои грязные меры, так что я, пожалуй, пока останусь в стороне. Займу позицию наблюдателя. Шунтаро всегда так делал. Наблюдал. Несмотря на невысокий рост, он был ловким и быстрым, а главное — сообразительным. Парень поднял голову к небу: множество звезд освещало заблудший город и такие же заблудшие души, но что толку от красоты, когда ты каждый день проводишь как на минном поле? После Пограничья выжившие не будут прежними, если такие и вовсе останутся. Чишия настроен на победу. Победу любой ценой, и это желание исходит не от ярой жажды к жизни, а из-за неподдельного интереса посмотреть в глаза создателям. Кто тот чокнутый, что отправил жителей Токио в эту кровожадную игру? Немного предавшись раздумьям, он вернулся в реальность. — Голова разболелась, схожу на крышу, — отсалютовав Куине, последовал на последний этаж здания. Поднявшись, он увидел черную макушку. Это был он. Брюнет держал винтовку, совершенно не обращая внимания на присутствие еще одного человека. Чишия решил не нарушать «идиллию» Нираги и просто подошел к краю крыши. Отсюда вид был куда лучше, периодически слева от него проносились выстрелы. — Слушай, можешь потише? Я тут расслабиться пытаюсь, — с безразличием выдал Шунтаро. — У меня голова разболелась. Наираги стрельнул в него диким взглядом. Хорошо, что не пушкой. — Не приказывай мне, коротышка, — дуло направилось в сторону Чишии. — А то лишишься сегодня жизни. Чишия поднял руки вверх, и краешки его губ изогнулись в полуулыбке. Хотя в душе каждый из них знал, что в этой словесной перепалке выигрывает Шунтаро. — Интересно, что если отобрать у тебя пушку, твоя уверенность также испарится вместе с ней, да? Дуло уперлось в кадык блондина, а глаза напротив налились кровью. — Интересно, если отрезать тебе язык, ты продолжишь мычать от боли или от безысходности? — передразнивая в своей манере, отозвался Сугуру. — Предлагаю проверить это сегодня. — Не боишься, что не ты один среди этой толпы умеешь стрелять? Как бы сегодня решающий выстрел не пришелся на тебя, — Чишия придвинулся ближе к автомату. — Тогда я выстрелю первым. Позади послышались выстрелы, и пули, пролетающие мимо двоих людей на крыше, заставили их действовать. Чишия ловко прыгнул на впереди стоящего человека и повалил его на пол. — Тупица, что ты творишь? — выругался Нираги. Шунтаро прилетел лицом к шее брюнета. — Спасаю свой зад, и тебе советую, — голос с нотками безразличия прозвучал так близко от кожи Нираги, что она невольно покрылась мурашками. — Слезь с меня, паршивец, — недовольно произнес военный. — Если двинусь сейчас, вместе отправимся на тот свет. — Как романтично, Чишия, но если одному из нас суждено выжить — туда отправишься ты, — парень грубо пнул Шунтаро в живот, и тот покатился в другую сторону крыши. Однако Нираги не учел одну вещь, пока они лежали вместе… Чишия ловко достал пистолет из кармана военного. Конечно, он все продумал заранее, ведь быть невооруженным значит изначально быть обреченным на печальный исход. Теперь дуло пистолета смотрело в сторону Нираги. — Главный — тот, у кого сила и власть, так ведь, Сугуру? Хотя откуда тебе знать, ты навсегда останешься приспешником Агуни, исполняющим его прихоти, — улыбнулся блондин. — Какая же ты все-таки тварь, Шунтаро. — Не переживай, я буду нежен. — Пуля прилетела в правое предплечье брюнета, не задевая жизненно важные артерии. Чишия не был профессионалом в стрельбе, зато был своеобразным гением в медицине, специально просчитав траекторию пули так, чтобы она смогла обезвредить Нираги, но не убить. Хотя, казалось, этого боевика хрен прикончишь. Слишком живучий. Военный зашипел от боли, в то время как Шунтаро в привычной расслабленной походке направился внутрь здания. ———————— В следующий раз они пересеклись в коридоре спустя два дня. Предплечье Нираги было перемотано бинтом. Удивительно, как в условиях антисанитарии нашлись медицинские принадлежности. Чишия направлялся в свою комнату, но в тот же момент его руку схватила чужая. Большая и стертая в мозолях. Чишия не повел бровью, хоть и чувствовал легкую брезгливость от прикосновения. — Попался, — Нираги прошептал на ухо блондину и высунул язык. — Я долго думал, как сбить твою хрупкую корону, подлец, — он прошелся языком по сонной артерии Чишии, но тот лишь скривился от отвращения. Чишия изогнул бровь, проявляя ложный интерес. На самом деле, он просто хотел поскорее зайти в комнату и полакомиться печеньем, которое прихватил на прошлой игре. — И как же? — для вида спросил Шунтаро. — Заставлю силой. Военный затолкал блондина в комнату и следом повалил на кровать. Дверь так и осталась открытой. — Побудь сегодня хорошим мальчиком для меня, — Нираги облизал пересохшие губы и навис сверху. — Пока я сотру самолюбие с твоего лица. Чишия снова скривился, а из его рта вырвался непроизвольный смешок. — Хочешь заработать еще одну пулю? — он притянул за рубашку Нираги ближе к себе. — Правила всегда задаю я. Нираги глянул в хитрые глаза блондина. Ни один из них не решался что-либо предпринимать, но кровь закипала внутри Нираги с каждой секундой. То ли от перманентной злости, то ли от дикого желания утереть нос этому самодовольному пацану. Воспользовавшись минутным замешательством, Шунтаро рывком выбрался из-под военного, но неожиданно навис сверху. — Запомни, Нираги, между нами нет ничего общего. Ты калечишь людей, ломаешь их кости, размахиваешься огнестрельным оружием в попытках их запугать. Я же их спасаю, достаю из-под земли. Таким я был в прошлой жизни, — его лицо растворилось в полуулыбке, сканируя Нираги под собой, словно он понял, сколько травм и страхов скрывает этот человек. — Не знаю, кем ты был до того, как попал в Пограничье, но благородством от тебя явно не пахнет. — Пытаешься выставить себя в лучшем свете? — Нираги безумно захохотал. — Ты ничем не лучше меня. Ты манипулятор-эгоист, а все твои заслуги «там»… — он сделал паузу и жестом показал за спину, будто там была дверь, ведущая в мирный Токио. — уже давно обесценились. — Нираги с интересом смотрел в неизменившуюся физиономию перед собой, но знал, что Чишия слушает его. Попросту не любит перебивать чужую болтовню. — Где же твое благородство, когда ты смотришь на смерти людей во время очередной игры? Просто признай — мы одинаковы, Чишия. Шунтаро отпустил ворот рубашки парня и отвел взгляд в сторону. Одинаковы? Очень смешная шутка. Чишия даже бы посмеялся от сказанного абсурда, не будь перед ним этот сумасшедший, который превратит его лицо в кровожадное месиво. Как ему вообще пришла такая абсурдная мысль в голову? Мысль, что они похожи. — Хм, странно, — протянул нарочито медленно каждое слово блондин. Нираги в непонимании сказанного вопросительно изогнул бровь. — Вроде я старался не повредить жизненно важные органы, но каким-то чудом, видимо, задел участок твоего мозга. Ты из-за этого такую чушь выдал? Сугуру резко оттолкнул блондина от себя так, что тот упал на пол, ударившись головой о комод. — Да что с тобой не так? После каждой моей реплики впечатываешь меня в мебель, — прошипел парень. — Потому что, блять, ты меня бесишь, — Нираги резко вскочил с кровати и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. — Похоже, он не в настроении. Было сказано в пустоту. Чишия открыл комод и достал печенье. Ого, на этот раз попалась упаковка с предсказаниями. Он вынул одно печенье, надкусил и достал бумажку. — Лев и лань могут вместе спать, но лань не выспится, — Чишия прочитал фразу и хмыкнул. — Звучит, как намек на следующую игру. ———————— Шунтаро отдыхал в тени на лежаке возле бассейна и потягивал безалкогольный мохито. Время близилось к полудню. Куина разместилась рядом с ним и взяла бутылку слабоалкогольного пива. В самопровозглашенном баре подавали редкостную дрянь. Еще и нагревшуюся под солнцем. Куина сделала глоток и поморщилась. — Ты же не пьешь, — заметил Шунтаро. — И раньше явно тоже не пила. Куина поставила бутылку на стеклянный столик между ними в обмен на безалкогольный мохито, и они без слов обменялись напитками. Шунтаро посмотрел внутрь бутылки, прищурив глаза, и сделал небольшой глоток. — Редкостная дрянь, — спокойно прокомментировал Чишия. Куина сделала глоток мохито и скривилась от кислого вкуса лайма. Это было лучше, чем та бутылка пива, но все еще не то чтобы назвать это вкусным. — Согласна. Чишия сделал еще глоток и поставил бутылку на пол, заглянув в большие карие глаза Куины. — Хикари, как думаешь, что значит фраза «Лев и лань могут вместе спать, но лань не выспится»? Куина покрутила леденец в руке. Точнее, основание, которое от него осталось, и закусила его между зубов. Она всегда так делала, когда нужно было над чем-то поразмыслить. — Разве ответ не кроется в самом предложении? Лев — это хищник, а лань — его добыча. Хищник может заманить жертву в свое логово, сделать так, чтобы она потеряла бдительность, — Куина слишком сильно прикусила палочку от леденца, и та хрустнула. — И тогда, Шунтаро, он нападет в самый неожиданный момент. Чишия промычал, удовлетворенный ответом. — Я тоже пришел к этой мысли, Куина, — он согнул правую ногу в колене. — Но тогда зачем льву спать с ланью и ждать, пока она выспится? Девушка прищурилась, пытаясь полностью осмыслить сказанные слова. — Лев создает мнимый комфорт для своей добычи, чтобы та самая лань самолично прискакала к нему в лапы. Это проще, чем гоняться за тем, кому явно проигрываешь в скорости. Чишия довольно улыбнулся, не меняя положения тела. — Мне нравится ход твоих мыслей. — Взаимно, — кратко ответила Хикари. Чишия потянулся на лежаке и лениво приподнялся, осматривая новоприбывшую толпу других жителей «Пляжа». — Пойду прогуляюсь, — Чишия кинул ей из своего кармана рацию. — Не теряй меня. Хикари кивнула и спрятала ее в задний карман джинс. Шунтаро направился к барной стойке и сел на свободный стул. Спустя пару минут тяжелая ладонь опустилась на левое плечо, а сзади послышались возгласы боевиков. — Отдыхаешь перед играми, птичка? Шунтаро и бровью не повел, лишь сделал глоток приторного виноградного сока, срок годности которого, по всей видимости, уже истек. — И тебе привет, Мантикора, — Чишия даже не обернулся и сделал еще один глоток сладкого сока. Нираги непонимающе нахмурился. — Как ты меня назвал? — Мантикора. Не знаешь древнеперсидский? — блондин так и продолжил разговаривать с ним, не оборачиваясь. — Я такой хернёй голову не забиваю. У меня есть дела поважнее. Изо рта Чишии вырвался тихий смешок. — Какие, например? — он покрутился на барном стуле и развернулся к собеседнику. — Пинать меня ногой в живот при каждой встрече? Сугуру плотно сжал челюсть и направил дуло винтовки в лоб Шунтаро. — Ты забываешь, с кем разговариваешь, Чишия, — едко выплюнул Нираги, в подтверждение своим словам, что Чишия сейчас определенно не в лучшем положении, чтобы дерзить. Шунтаро лишь победно ухмыльнулся и заглянул в черные глаза военного. — А иначе что? Нираги приставил палец на курок. — А иначе пристрелю. Чишия засунул руки в карманы шорт, раздумывая секунду. — Хорошо, я понял, — он холодно взглянул в глаза Нираги. — Теперь опусти винтовку. — Не указывай мне, коротышка, — он надавил дулом винтовки на его лоб, а потом спустил его на открытую грудь. — И поверь, мне совершенно наплевать на твое жалкое существование. Я могу застрелить тебя в любую минуту. Чишия положил свою ладонь на ружье сверху. — Тогда почему не застрелишь прямо сейчас? Нираги долго рассматривал расслабленное тело Чишии, его лицо, плечи и широко расставленные ноги. В нём раздражало всё. — Не хочу. Шунтаро удивленно хмыкнул и застыл. — Как думаешь: в нашей истории ты лев или лань? Нираги раздраженно цокнул, убирая ружье. Надоел. — Ни то и ни другое. Чишия многозначительно промычал. Его взгляд был обращен вниз. — Ты сталкивался раньше с травлей, Сугуру? Нираги вспыхнул за секунду, вжимая блондина со всей силы в барную стойку. — Не лезь не в свое дело, урод. Чишия никак на это не отреагировал. — А вот я думаю, что я лев, — Шунтаро ухватился за плечи боевика. — Но ты прав. Ты точно не лев и не лань, ты больше напоминаешь дикую гиену. Нираги сбросил Чишию на пол, не обращая внимания на других людей, и блондин больно ударился головой об пол. Зашипел. — Что на этот раз тебя так вывело из себя? — безразлично спросил Чишия. — Твои тупорылые прозвища, — Нираги взял со стойки стакан с виноградным соком. — Подавись, сука. Но Чишия ловко увернулся от брызг и вскочил на ноги. Он лишь отсалютовал брюнету, не оборачиваясь, зная, что тот неотрывно смотрит ему вслед. ———————— В тот же вечер Чишия прогуливался по этажам здания, которое превратилось в убежище для сотни людей. Изучал планировку и ее особенности. Они разделились с Куиной на два крыла и договорились потом поделиться ценной информацией, если такая имеется. Шунтаро закончил с обходом и поднялся на этаж, где располагался его номер. В начале коридора послышалось шипение. Чишия напрягся и тихо подкрался к источнику звука. Мужской голос исходил из чужой комнаты. От третьей двери неподалеку от собственной комнаты блондина. Чишия аккуратно открыл дверь и проскочил внутрь. Нираги сидел без рубашки лицом к окну. Шторы задернуты наполовину. Но удивило совсем не это, а многочисленные шрамы на его спине. И нет, проблема была не в самих шрамах, а в том, что оставлены они были задолго до того, как тот попал в Пограничье. По их состоянию видно, что зажили они уже давно. Нираги хрустнул шеей и уставше глянул через плечо. — Чего тебе, — грубо бросил фразу военный. — Я думал, что ты будешь рад моему появлению, — саркастично хмыкнул Чишия и скрестил руки на груди. — Но похоже, что я зашел не вовремя. Нираги проигнорировал его реплику и поднялся с кровати, направляясь к комоду. Он достал заживляющую мазь, сохранившуюся еще более-менее в нормальном состоянии, и раскрутил крышку. — Раз пришел, тогда помоги мне, — Нираги зевнул и кинул мазь в сторону Чишии. Та прилетела к нему под ноги, но Чишия не собирался её поднимать. — Ты когда-нибудь видел, чтобы царь зверей пресмыкался перед гиеной? Нираги выругался себе под нос. — Раз ты царь зверей, то помоги своему приспешнику, — Нираги сел на пол, упираясь спиной в кровать, и снова зашипел. — Моя кожа обгорела на солнце на сегодняшней игре. — И ты хочешь, чтобы я нанес мазь на обгоревшие участки? — задал логичный вопрос Чишия. — Ты же врач. Так помоги, блять. Нираги снова зевнул, он совершенно потерял бдительность и энергию на что-либо. Даже на словесные перепалки. Чишия открутил тюбик и выдавил немного мази на палец. Потом сел на край кровати и расставил ноги возле лица брюнета для удобства, который сидел к нему спиной ниже на полу. — Эти раны на спине нанесли тебе в колледже? — он размазал мазь по лопаткам, чувствуя неровность на коже. — Или над тобой издевались еще в школе? Нираги откинул голову на край кровати и почти столкнулся лицом с голенью Чишии. Ему сейчас так все равно. Из него выжили все соки на предыдущей игре. — Ага. Чишия перешел ко второй лопатке и выдавил еще мази, размазывая ее по телу. — Все-таки, Нираги, ты лань, — произнес Чишия. — Но кучка гиен превратила тебя в себе подобных. Сугуру нахмурил брови. — Заебал заумно говорить, — Нираги положил одну руку на голень Чишии, чтобы поудобнее усесться. — Ты ничего не знаешь о моем прошлом. И о настоящем тоже. Ты ничего не знаешь обо мне, Чишия. Блондин закончил с мазью и отложил ее в сторону. Он осторожно прикоснулся к затылку Нираги. — Как думаешь, почему я никогда не даю тебе отпор? — он чуть сжал руку на затылке Сугуру. — Мне плевать. Я не думаю о таком. — Не верю. Ты надеялся, что я приду. Поэтому переехал в комнату поближе к моей. Нираги закатил глаза и следом прикрыл их. Чишия тоже замолчал. Сугуру медленно провел по голени Чишии пальцами левой руки, поднимаясь к колену. Он машинально выполнил это действие еще несколько раз, а потом оставил свою ладонь на его коленной чашечке. Было в этом что-то, что заставляло Шунтаро пытаться понять, чем руководствуется Сугуру при взаимодействии с другими людьми. — Я хочу спать. Проваливай, — Нираги отмахнулся от блондина и залез на кровать. Чишия остался сидеть на другом конце постели в позе лотоса. — Лев и лань могут вместе спать, но лань не выспится. — Чем ты обдолбался, Чишия? Хватит нести всякий бред. — Хочу проверить эту гипотезу, — Чишия спокойно подполз к подушке. — Спи. Я подожду, пока ты уснешь первым. Нираги утомленно промычал, не в силах спорить, и сомкнул веки. Ему потребовалось всего пять минут, чтобы провалиться в глубокий сон. Чишия тоже закрыл глаза и попытался уснуть. Не выходит. В рации, которая лежала в кармане, раздался голос Куины. — Слушаю, — начал Чишия. — Я нашла лазейку, как пробраться в кабинет Шляпника. — Умница, — Шунтаро довольно улыбнулся. — Где ты сейчас? — прошептала Хикари в рацию, чтобы их не услышали другие. — Ммм, в комнате Нираги. Вместе с Нираги. Рация затихла на минуту, но потом вновь послышались помехи. — Вам пора это прекратить, Чишия. А иначе лев сцапает лань до того, как мы соберем все игральные карты. Чишия глянул на расслабленное лицо Нираги перед собой и на его размеренное дыхание. — Ты поверишь, если я скажу, что Нираги лань? Куина тяжело вздохнула, словно она разговаривает с нерадивым ребенком. Или наоборот, с сумасшедшим ученым, который ожидает результаты нового исследования. — Допустим, нет. Что это меняет? — Нираги уснул, а я все еще бодрствую, хоть и пытался вздремнуть. Не вышло. Получается, я лань, как и он. Куина уставше потерла переносицу. — От меня что требуется? Благословения на любовь? Чишия вскинул брови от такого замечания. — Куина, я зайду к тебе ночью. Мне есть о чем тебе рассказать. Эта информация может быть для нас полезной и предоставит козырь в рукаве. — Договорились. Конец связи, — Хикари выключила рацию и откинулась на мягкую постель. ———————— Нираги мирно посапывал. Это было единственное, что он делал мирно. Чишия просто лежал и глядел в потолок. Потом выходил пару раз на балкон, вдыхая свежий воздух, и возвращался обратно в кровать, пытаясь уснуть. Нираги недовольно сморщил нос во сне. — Урод, — прошептал невнятно Нираги. — Хренов коротышка. Чишия никак не отреагировал и продолжил пялитьcя в потолок. — И почему над тобой издевались одноклассники, — риторически проговорил Шунтаро. — Ты же ничем не выделяешься. За что они над тобой глумились. — Потому что я был слабаком и терпилой, — промямлил Сугуру. — Но теперь все изменилось. — Хотел бы я познакомиться с настоящим Нираги, — Чишия перевернулся на бок. — А не с его оболочкой. — Есть еще одна причина, по которой меня гнобили, — гомофобия. Блондин никак не изменился в лице. — Бывает, — констатировал факт Чишия. — Если бы все были такими похуистами, как ты, возможно, и такой травли в помине не было бы, — он медленно открыл глаза. Шунтаро ничего не ответил. Ни утвердительно, ни отрицательно. Просто глядел на Нираги. — Я тебе нравлюсь? Нираги нахмурился, а потом рассмеялся блондину прямо в лицо. — Укурыш, — тихо сказал Нираги. — Как ты мог выдать такую нелепость. Твое самодовольство не знает границ. — Так прощупай их, — Чишия прищурился, сам продавливая почву и внимательно следя за реакцией Нираги. — Прощупать, говоришь? — Нираги потянулся к застежке белой кофты Чишии и потянул за замок вниз, раскрывая вид на голый торс. Прощупал. Шунтаро не изменился в лице. Нираги схватил его за сосок и постепенно начал сжимать, чувствуя, как тот твердеет. — Прощупал, — заключил Нираги и убрал руки от блондина. — Надоело. — Тогда теперь и я прощупаю твои границы, — кинул в ответ Чишия и потянулся ладонью к подбородку Нираги. — Я не давал на это согласие, — раздраженно заявил боевик. — Мне не нравятся, когда ко мне прикасаются. — Мне тоже. Но ты начал первым. Теперь придется расквитаться. Чишия погладил указательным пальцем по кончику носа Нираги возле маленькой родинки, а потом двумя большими пальцами методично прикоснулся к его густым бровям. — Что за детский лепет ты устроил, — нейтрально произнес Сугуру. — Дерни меня в ответ за сосок и покончим с этим. Чишия понимающе мычит и хватается за чужой член. Тот сначала сводит ноги, а потом пинает его в живот, скидывая с кровати. Классика жанра. — Не прикасайся больше ко мне никогда, паршивец, — рявкнул на него Нираги. — А то снова решишь пристрелить меня? — беспечно проговорил Чишия. Даже если он всерьез застрелит блондина, то тому будет всё равно. Это лишь подтвердит слабость Нираги. — А то затолкаю тебе ствол в глотку. Шунтаро вскинул брови. — Какой из? Между ними повисло неловкое молчание. — Ты ебанутый? — Нираги кинул в него подушку со злости. — Свали уже с моей комнаты. Чишия остался сидеть на полу, раздумывая о своем. — Мне лень идти в свою, — обыденно проговорил Чишия, словно это не впервые случалось. — Тогда спи на коврике, как сторожевая псина, — Нираги плюхнулся на другую подушку и вымученно выдохнул. — Нет, я буду спать рядом с тобой. У Нираги уже голова разболелась от выходок этого парня. Эти слова были такими непривычными и странными, он уже забыл, что перед ним стоял Чишия Шунтаро, который способен обвести любого вокруг пальца. — Делай что хочешь. Только меня не буди, — смирился Сугуру и отвернулся от него на другой бок. Чишия аккуратно подполз рядом и начал дышать ему в затылок. — Почему ты как надоедливая муха, Шунтаро. Я еще не уснул, но уже хочу тебя прихлопнуть. Чишия ничего не ответил. Он нечаянно коснулся губами чужого затылка, когда Нираги поправлял под собой одеяло и укрыл их двоих. Шунтаро оказался с головой под одеялом, в то время как Нираги себя чувствовал абсолютно комфортно. — Давай, расцелуй меня еще, — саркастично заметил Сугуру и цокает. — Я тебя потом так ногами отпинаю, что ты проебёшь из-за этого игру, а твоя виза к тому моменту истечет. Либо сам разнесу тебе бошку. Можешь выбирать, всё равно исход один. — А если не поцелую? — расслабленно вопросил Чишия. — Затолкаю тебе ствол по самую глотку и выстрелю. — Выбор без выбора, — хмыкнул Шунтаро. — значит, он остается за мной. Блондин прикоснулся губами к макушке и отстранился. Никакой реакции не последовало. Тогда он целует между лопаток. Нираги слегка дергается. — Прекрати. Не прикасайся к моей спине. Чишия и вовсе отстраняется, переворачиваясь на другой бок. Одеяло между ними натягивается. — Верни мое одеяло, — он дергает одеяло на себя, и вместе с ним прикатывается Чишия в рулоне. — Ты только что меня обездвижил. — Да мне насрать, даже не представляешь насколько. Ты мешаешь мне спать уже сука два часа. — А если скажу, что у меня есть план и я хочу поведать тебе о нем, ты поверишь? — Не тяни кота за хвост, — требует Нираги. — Мы украдем игральную колоду у Шляпника, — заключает Чишия. — И ты мне в этом поможешь. — С хуя ли? — вскипает Нираги и больно сдавливает шею Чишии. — Ты будешь соучастником. Соучастников не бросают после выполненной миссии, — хрипло проговорил Чишия. Сложно разговаривать, когда тебя пытаются придушить. — Какого хера ты вообще решил, что меня это интересует? — Нираги не ослаблял хватку на шее. — Я не предам военных ради такого лживого ушлёпка, как ты, Чишия. — Я понимаю, почему ты мне не доверяешь, — прошептал Шунтаро. — Но я всегда без лжи говорил обо всем, что я думаю о тебе. Нираги ослабил хватку на шее, потому что тот еле выговаривал слова. — Это не показатель. Ты используешь всех в своих целях, Чишия. Мы уже играли вместе. Я не поверю тебе. Чишия многозначительно промычал. — Но у тебя нет вариантов, потому что скоро Шляпника убьют и на «Пляже» наступит анархия. — Почему я должен верить твоим идиотским предположениям? — Нираги сузил глаза. — Или виной его погибели будешь ты, а, Шунтаро? — К сожалению или к счастью — нет, — Чишия попытался выбраться из одеяла, но ему никак не удавалось распутаться. — Его убьет Агуни. Нираги закатывает глаза, а потом минуту тупит в одну точку, задумавшись о сказанном. — Почему я должен верить твоим словам? — повторяет без энтузиазма Нираги. — Потому что я твое единственное спасение из этого ада. Изо рта Нираги вырывается смешок, а его насмешливый взгляд скользит по нейтральной физиономии Чишии. — Хочешь выбрать печенье с предсказанием? — он роется в карманах своих шорт в поисках упаковки, а потом перекатывается на другой край кровати, чтобы выпутаться из одеяла. — Я не верю в эту чушь. — Я тоже не верю, — заключает Шунтаро. — Но это весьма занимательно. Благодаря нему я выяснил, что ты лань. Сугуру раздраженно прикрывает глаза и тянется рукой в упаковку. Достает одно. — Разверни его, — командует Шунтаро. — А может, я не хочу, чтобы ты знал, что там написано, — цокает Сугуру. — Мне интересно, — заканчивает свою мысль Шунтаро. Нираги игнорирует кинутую фразу, разламывает печенье пополам и раскрывает предсказание: — «Когда ты врешь кому-то, ты смотришь на него свысока», — Сугуру прочел и скомкал бумажку. — И это предсказание? — он вскинул брови. Шунтаро встал с кровати и обошёл ее с другой стороны, направляясь к балкону. — Как думаешь, речь про тебя или меня? — он кинул вопрос, не оборачиваясь. — Или про нас обоих, Сугуру? — Плевать. В этом мире всё иллюзия, — заключил Нираги. И это был первый раз, когда Чишия мысленно с ним согласился. — Вот как, — он вышел на балкон, оставляя Нираги в спальной комнате одного. Сугуру прикрыл глаза и наконец задремал. ———————— Куина тихо подкралась к запасной двери кабинета Шляпника. Девушка крепче сжала рукоятку пистолета, спрятанного наполовину в переднем кармане джинс. — Я напротив той двери, — Хикари обернулась по сторонам, проверяя, не идет ли кто из военных по коридору. — Прием. На другом конце рации послышался знакомый голос. — Я пролез через окно внутрь, — проговорил Чишия. — Будь настороже, Хикари. Прием. Куина закатила глаза на такое безрассудство, потому что Чишия снова действовал по-своему, хотя план разрабатывали вместе. Шунтаро осмотрел кабинет: стол, заваленный какими-то документами, кожаные диваны, настенная картина и узорчатый ковер. Ничего примечательного. — Что ты видишь перед собой? — интересуется Куина, передавая сообщение по рации. Чишия перечислил всю мебель в комнате и решил пройти во вторую. Заперто. — Думаю, они заперли вторую дверь для отвода глаз, — уверенно заявляет Чишия. — Игральная колода должна быть здесь. Хикари мысленно согласилась с ним и прикусила новую палочку от леденца. — У нас есть восемь минут, — она снова обвела взглядом коридор. — Успеешь? Шунтаро прищурился, раздумывая секунду. — Попробую, — он выключил на время рацию, но сделал так, чтобы Куина смогла в любой момент с ним связаться. Хикари непринужденно шагала из стороны в сторону, словно просто задумалась о своём. Первые три минуты все шло как по маслу. Ни единого человека рядом не прошло. Но на четвертую из-за угла появилась девушка с каре и с матовой помадой на губах. Хикари узнала в ней Анн. — Куина? — осторожно позвала ее Анн. — Что ты здесь делаешь? Хикари напряглась, но виду не подала. — Прогуливаюсь по зданию. Хотела освежить мысли после очередной пройденной игры, — она крепче сжала рукоятку пистолета в кармане. — Шляпника больше нет в живых, — Анн достала пачку сигарет из кармана. — Будешь? Палочка от леденца во рту хрустнула, и Хикари отвела взгляд. — Я бросила. Анн понимающе кивнула и подожгла одну сигарету. — Ты уже думала о том, что будет, когда мы соберем всю колоду? — поинтересовалась Анн. — Нас ждет либо победа, либо тотальное поражение. — Хорошие люди чаще всего не добиваются того, чего хотят, — Хикари достала палочку от леденца изо рта и сломала ее пополам. — Поэтому мы все еще боремся. Анн сделала глубокую затяжку и выдохнула дым в другую сторону от Куины. Эти секунды были решающими для Хикари, и она ими воспользовалась: — Подними руки вверх, Ризуна Анн, — дуло пистолета было направлено точно в лоб девушки. Анн сузила глаза, словно её только что предал единственный человек, которому она доверяла в этом заброшенном городе. — Что тебе даст моя смерть? — Ризуна медленно подняла руки на уровне головы. Куина сжала пистолет крепче. Ее руки немного подрагивали. — Я не хочу тебя убивать, но мне придется взять тебя в заложники, — сказала, как отрезала, Хикари. Она достала рацию из кармана. — Чишия, у нас осталось две минуты. Прием. На другом конце рации не последовало ответа. ———————— Шунтаро прекрасно услышал голос на рации, но не мог ответить. Дуло холодной винтовки было приставлено к затылку, и он сглотнул слюну. Западня. — Ты продолжаешь зазнаваться, Чишия. И мне надоело это терпеть. Шунтаро поднял руки вверх, не оборачиваясь лицом к парню. — Ты же знаешь, что Шляпник уже мертв, — констатировал факт Чишия. — И убил его не я. Нираги перезарядил винтовку и снова подставил дуло к голове Шунтаро вместо того, чтобы поддержать диалог. — Давай сыграем в русскую рулетку, Чишия. Он вскинул брови на такую дурость. — Зачем тебе попросту рисковать своей жизнью? — тянет задумчиво Шунтаро. — Азарт. Мне нравится, когда в жилах стынет кровь. Шунтаро обернулся. — Тогда помоги мне украсть игральную колоду карт. Нираги рассмеялся. — Нет, Чишия, это совсем не принесёт мне удовольствия, — он достал из выдвижного ящика стола револьвер и патроны. — Ну, так что? Будем играть? Чишия слегка нахмурил брови, но следом на его лице отразилась полуулыбка. — Хорошо. Давай сыграем. Они сели за круглый стол друг напротив друга, и Нираги зарядил два патрона в барабан шестизарядного револьвера. — Шанс составляет примерно тридцать три процента, — сразу же подмечает Шунтаро. — Тридцать три процента, что пуля прилетит в твою или мою голову. Нираги покрутил револьвер в правой руке, а потом перебросил его в левую. — Я начну, — сказал Сугуру и направил револьвер Шунатаро, и в ту же секунду нажал на спусковой крючок. Курок щелкнул. Шунтаро устало моргнул. — Да уж, нехорошо, — отметил Нираги и передал через стол револьвер Чишии. Тот взял револьвер, покрутил в руке и крутанул барабан. Прицелившись точно в лоб, он нажал на курок. Щелк. — Вот беда. Шунтаро передал револьвер через стол обратно, и тот прокатился по деревянному столу. — Шансы сократились до пятидесяти процентов, — с азартом в голове проговорил Нираги и высунул язык. Чишия скривился не от того, что его могут сейчас застрелить, а от мимики парня. — Похоже, мне хана, — отчеканил Чишия и потер нос. Сугуру провернул барабан и направил дуло в голову напротив сидящего человека. — Что бы ты хотел сказать напоследок? — весело проговорил Нираги. Чишия посмотрел в окно. Солнце светило ярко, слегка ослепляя его. Он тут же вернул взгляд к Нираги. — Ты всё-таки лань, Сугуру, — спокойно повторил Шунтаро, скрестив руки на груди. — Но самое интересное в этом то, что я не лев. Я такая же лань, как и ты. Нираги широко раскрыл глаза и замер. — Повтори, — приказал военный. — Мы одинаковы. Нираги нажал на рукоятку, и револьвер выстрелил. Бум. Шунтаро зашипел. Пуля пронеслась мимо левой руки и задела кожу. — Почему не убил меня? — устало поинтересовался Чишия. — Не убиваю себе подобных, — едко выплюнул Сугуру и передал револьвер через стол. — Вот как, — Чишия взял револьвер и прицелился. — Глупый проступок. Нираги прикрыл глаза. — Даже не спросишь о моих последних словах? Шунтаро пожал плечами. — Говори, если так хочется. — Надеюсь, ты выберешься из Пограничья, Шунтаро, — он истерично улыбнулся. — Удачи тебе, коротышка. Шунтаро прицелился в правую руку Нираги и выстрелил. Щелк. Ничего не произошло. Он направил дуло пистолета к потолку и снова нажал на курок. Бум. Пуля пробила дырку в потолке. — Мы потратили патроны, — заметил Чишия и заглянул в дуло револьвера. Нираги не веря приоткрыл глаза. Его взгляд казался потухшим. — Чем руководствовался на этот раз? — нейтрально спросил Сугуру. — Теорией вероятности, разве не ясно? — ответил вопросом на вопрос Шунтаро. Нираги усмехнулся и поднялся из-за стола. — Похоже, в этом мире всё еще осталось что-то помимо иллюзии. Чишия расслабился на стуле, сжимая правой рукой колоду игральных карт в кармане. — Например? — вынужденно поддержал нить диалога Чишия. — Чувства, — он бросил через плечо. — и в тебе заиграло чувство справедливости. Или жалости. Забавно, но ты уже проиграл, Чишия. Нираги достал ключ и открыл запертую комнату, чтобы незаметно выйти через нее в коридор. Изо рта Чишии вырвался привычный тихий смешок. — Я лишь отзеркалил твое поведение, Мантикора, — он опередил Нираги и первым открыл дверь. — Приходи ко мне в номер. Поделюсь новой порцией просроченного печенья и предсказанием. Шунтаро отсалютовал Сугуру и пошагал в своем направлении, а тот лишь сжал крепко рукоятку винтовки и прицелился в спину идущего. Но не смог. Сугуру просто не смог его пристрелить. Он даже не пытался. — Хикари, прием, — беспокойно проговорил Шунтаро. — Прости, что задержался. Колода у меня. Ты в порядке? На линии послышались помехи, а потом четкий голос Куины. — Да, — на фоне послышался еще чей-то голос. — Но пришлось взять кое-кого в заложники, потому мне потребуется твоя помощь. Иначе меня препарируют на медицинском столе, когда Анн выпутается из веревки. Чишия немного ускорился, осмысливая сказанное. — Буду через пять минут. Конец связи. ———————— На часах перекатило за полночь. Чишия дремал после тяжелого дня. У них получилось не только украсть колоду игральных карт, но и подложить в сейф фальшивую. А еще Чишия долго спорил с Анн о вопросах морали и этики в медицинском деле, пока развязывал её руки. Куина тогда лишь нервно грызла палочку от леденца, надеясь, что ей не придется драться с девушкой. Анн потёрла запястье, кинула убийственный взгляд на двоих, но по итогу все-таки согласилась сотрудничать с этими двумя. Точнее, теперь она сотрудничала на два фронта, чтобы иметь лазейки везде, а чуть позже определиться, чью сторону будет выигрышнее принять. Задерживаться долго на «Пляже» больше не имело смысла, поэтому они начали разрабатывать дальнейший план действий. Решив подумать об этом завтра, Чишия пожелал спокойной ночи Куине и пошагал в свой номер. Дверь со скрипом отворилась, и в нее зашел военный. Чишия открыл один глаз. — За предсказанием пришёл? — ухмыльнулся Шунтаро. — За тобой, — Нираги прошел вдоль комнаты и вышел на балкон. Чишия поднялся с постели и вышел за ним. Прохладный воздух спросонья щекотал кожу. — Я тут. Что будем делать? — с напускным безразличием проговорил Чишия. — Молчать, — неожиданно ответил Нираги. Шунтаро многозначительно промычал: — Это новый способ садизма? Глаза Нираги опасно заблестели от лунного света. — Называй, как хочешь. Просто хочу помолчать. Чишия оперся локтями о перила. — И тебе обязательно нужен для этого я? — знакомая полуулыбка снова появилась на его лице. — Без тебя не то, — отмахнулся Сугуру. Чишия откинул голову к небу и взглянул на звезды. — Как думаешь, они на нас смотрят? — поинтересовался Шунтаро. — Кто? — нахмурился Нираги. — Создатели Пограничья. Сугуру замолчал дольше обычного и развернулся корпусом к парню. — Пройдем фигурные карты и узнаем, — подытожил военный. — Хочешь объединиться? — прищурился Чишия. — Хочу победить, — помотал головой Нираги. — Почему ты не цепляешься так рьяно за жизнь, как остальные? Чишия скрестил руки на груди и накинул капюшон белой кофты на голову. — Слышал когда-нибудь выражение «Врачи играют наперегонки со смертью»? Врач не может остановиться в экстренной ситуации, — он без доли эмпатии вгляделся в черные глаза напротив. — Потому что вместе с нами может остановиться чье-то сердце. — К чему такая длинная подводка? — Нираги сделал вид, что заскучал, но на самом деле его взгляд дрогнул. — Я спасал чужие жизни, Сугуру, в тот момент, как мою обесценили в играх на выживание, — Шунтаро больше не смотрел в его глаза. — Пограничье ломает не только физически. Оно ломает нас морально изо дня в день, проверяя на прочность и ожидая, что мы сломаемся раньше, чем встретимся лицом к лицу с фигурными картами. Нираги достал мятую пачку сигарет и протянул одну Чишии. Тот отрицательно помотал головой. — Врачам не положено курить? — сдавленно усмехнулся Нираги, пытаясь не думать дольше чем нужно над речью Чишии. Потому что, если постоянно об этом думать, то можно сойти с ума. Удивительно, что Шунтаро до сих пор остается в здравом уме, находясь наедине с такими мыслями. Нираги застыл с сигаретой во рту, ожидая ответа. — Не люблю запах табака, — сухо ответил Шунтаро. — Давно куришь? Нираги откинул голову к небу, сделал неглубокую затяжку и медленно выпустил дым. — Лет пять, наверное, — прикинул навскидку Нираги, вспоминая, когда впервые пристрастился к никотину. — Сколько тебе лет? — задает вопрос Чишия и следит за мигающими звездами. — Двадцать пять, — сухо бросил Нираги, не интересуясь в ответ тем же. Чишия хмыкнул и продолжил: — Выходит, я тебя старше. — Жаль, что ты не удался ростом, — саркастично опустил насмешку Нираги. — Тебя явно часто путают с интерном. Чишия пожал плечами и нахмурил брови. — У тебя есть фобия на прикосновения? — Я не твой пациент, чтобы ты задавал мне такие вопросы, Чишия, — едко выплюнул Сугуру. — Я вот боюсь остаться один, — спокойно заключил Шунтаро, крепче цепляясь за перила балкона. — Поэтому ты вечно ошиваешься возле Куины? — предположил военный. Взгляд Чишии впервые стал более теплым при упоминании о девушке, он многозначительно потянул: — Она не похожа на остальных здесь. В ней есть человечность. Нираги недовольно хмыкнул. — Тогда зачем ты продолжаешь трепаться об этом со мной? — Тебя интересно изучать, — пожал плечами Чишия, но тут же пожалел о сказанном. Нираги больно вдавил его в перила балкона и заставил немного прогнуться в спине. — Я тебе что, подопытная крыса? — пробасил Сугуру и надавил коленом в чужой живот. — Заметь, не я это сказал, — усмехнулся Чишия, прикидывая высоту от балкона до земли. Нираги убрал колено, но все еще грубо сжимал его плечи. Он глянул сначала в хитрые глаза, а потом на полуулыбку на лице врача. Чеширский кот. Военный не думал, он просто вцепился в нижнюю губу Шунтаро и прокусил её до крови. Чишия скривился от боли и от появившегося вкуса железа во рту. — Ты решил меня бешенством заразить? — Чишия сплюнул на пол. Сугуру потупил взгляд и отошел от него на два шага, словно ничего и не было. — Паршивец, — шикнул военный. — Я всё слышу, Мантикора, — улыбаться было болезненно, поэтому он сдержался. Укус не был сильным. Совсем нет. Только для поддержания образа пришлось прокусить до крови. — Заебёшь, — Нираги достал вторую сигарету из кармана, поджёг и затянулся. Выпустил дым по-другую сторону от Чишии. — Давай откроем твое печенье с предсказанием, — цокнул раздраженно Нираги, словно Чишия его заставил на это согласиться. — Хорошо, — он шагнул обратно в спальню и бросил через плечо. — Буду ждать тебя в комнате, когда докуришь. ———————— Нираги разломил печенье пополам и протянул одну половину Чишии. Тот лишь приподнял бровь на такую выходку. — Ешь, пока дают, — бросил грубо Сугуру и сам съел часть печенья. Шунтаро на это ничего не ответил и тоже съел часть своего любимого печенья. — Что выпало на этот раз? — он поинтересовался у военного. — «Раз уж решил смотреть, не отводи взгляда до конца. Если решил слушать, не зажимай уши.» Нираги замолчал, пытаясь вдуматься в написанное. — Очень похоже на тебя, — поджал губу Шунтаро. — Ты вечно внушаешь себе, что чего-то хочешь, а потом боишься довести дело до конца. — Завали, а, — отмахивается от него Нираги. — Открывай своё. Шунтаро улыбается уголком рта, разламывает печенье пополам и протягивает вторую часть Сугуру. Чишия разворачивает записку: — «Противоположности притягиваются. Но надолго ли?». Нираги выгибает бровь. — Что думаешь? — впервые за всё время Нираги интересуется чьим-то мнением, но Шунтаро это ни капельки не льстит. Он лишь отвечает: — Я о таком не думаю, — пожимает плечами. Губа саднит. — Врёшь же, — закатывает глаза Сугуру и встает с края кровати. — Я пошёл спать. — С каких пор ты начал передо мной отчитываться? — издал тихий смешок Чишия и добавил. — Только не бей меня снова ногой в живот. Сугуру сузил глаза и истерично рассмеялся, но совсем не безумно, как до этого. Рассмеялся беззлобно, словно он тоже может быть нормальным человеком, а не безмозглой боеголовкой. — Я думал, ты попросишь, чтобы я остался, — он остановился у входной двери, чтобы отпереть её. — Ты же боишься остаться один. — Останься. И Нираги остаётся. Он подходит к кровати и ложится на другом краю от Чишии, соблюдая между ними расстояние вытянутой руки. — Сыграем послезавтра вместе? — интересуется Чишия. — В одной команде. Нираги смотрит на расслабленное тело Чишии, на его усталое лицо с мешками под глазами и потускневший взгляд — ему впервые хочется кого-то обнять. Потому что Чишия впервые выглядит не просто отшельником, а потерянным человеком в этом заблудшем месте. — Как хочешь, — сухо проговаривает Сугуру и укрывает его одеялом. — Спи. — Я усну после того, как заснешь ты, — шепчет сонно Чишия. — Ну уж нет, — пихает его в плечо Сугуру. — Ты на играх живой нужен, чтобы мы победили. Отсыпайся, говорю. И Чишия проваливается в сон впервые так быстро за последнюю неделю. — Красивый, — шепчет Нираги спустя продолжительное время и отворачивается от парня. Чишия снова стягивает все одеяло в свою сторону, и Нираги недовольно цокает. — Ты тоже, Мантикора, — бормочет в ответ Шунтаро. И Нираги впервые неловко прячет улыбку под маской безразличия. — Спи, — командует снова Сугуру. Шунтаро лениво тянется в постели и добавляет перед тем, как снова прикрыть глаза: — Обними меня. Нираги замирает, не в силах произнести и слово. Просто запинается перед тем, как кинуть что-то колкое в ответ. — Я не знаю, как это делают нормальные люди, — мрачно проговорил Сугуру. — Меня никто никогда не обнимал. Шунтаро впервые уловил ноту подавленности в его голосе. Он перекатился на другой бок и придвинулся к Нираги. Руки Чишии аккуратно опустились на лопатки Нираги, голову он опустил вниз, чтобы не смотреть на военного. — Наверное, так, — промычал задумчиво Чишия. — Не знаю. Разве Шунтаро Чишия может что-то не знать? Сугуру затаил дыхание, не в силах пошевелиться. — Отодвинься, — раздраженно сказал Нираги. — Мне неловко. Чишия осторожно провел ладонью по его спине через рубашку и отстранился. Он хотел было что-то сказать, но Нираги перебил его, понимая, что тот не угомонится: — Если я тебя обниму, ты заткнешься? — вопросил нервно военный. — Я хочу спать, а ты пиздишь без остановки. — Попробуй, — хмыкнул Чишия и раскрыл руки. Нираги нахмурился. — Нет, развернись. Буду дышать тебе в затылок, как ты мне дышал в прошлый раз, — саркастично кинул Нираги, чтобы убрать эту странную атмосферу. Шунтаро без слов повернулся к нему спиной, он все еще был завернут в одеяло, как в коконе. Нираги закинул руку ему на грудь и легонько притянул к себе. Дыхание Чишии было размеренным и спокойным. Неприятно близко, подумал Нираги. Зато этот белобрысый заткнулся и снова провалился в сон. Тогда Нираги тоже закрыл глаза и спустя время задремал. В эту ночь выспались оба.