Пыль из пепла

Как часто мы анализируем прожитый день? Задаем внутреннему «я» миллион вопросов, вспоминаем сказанное и опущенное. Корим себя или, наоборот, гордимся сделанным. Ночью Гермиона долго не могла уснуть. Возможно, сказалось ее состояние днем, поэтому она бодрствовала не в нужное время. Или, всему виной стала прогулку у Озера с Драко. Тем не менее, проснулась ведьма не от боли. И тяжести в висках не было, как обычно ощущалось после тяжелой бессонной ночи. Это было странно. И по приятному тревожно. Что-то в животе трепетало, переворачивалось. Не это ли бабочки в животе, о которых болтали девочки? Гермиона не ощущала и близко похожего с Роном. И после объятий, которые сопровождались немного влажными и жирными ладонями, хотелось ополоснуться. А после парочки слюнявых поцелуев между ними… Гермиона незаметно протирала щеку или губы. Да и мазки эти не назовешь искренним и настоящим поцелуем. Сейчас тело помнило тепло и откликалось легкими мурашками, покалываниями. Не магическими, не фантомными, а вполне ощутимыми. Отпечатки, которые сохранились на открытых участках тела, как будто кожа до сих пор хранила давление пальцев. Аромат терпкого бергамота, который закрепился на ее волосах. Мерлин, какой пьянящий запах. Она лежала, глядя в потолок, и медленно приходила в себя. На фоне этого присутствие чего-то инородного стихло. Она не чувствовала бурлящее, переливающееся магическое начало. Пульс и дыхание были ровными. И это немного напрягало Гермиону. Потому что раньше она чувствовала ее, как гул, как давление под кожей или шепот. — Значит, ты правда помог? – прошептала ведьма, не зная, обращается ли к Драко или самой себе... Она села на кровати, кутаясь в одеяло. В комнате было достаточно прохладно, поэтому Гермиона вздрогнула и посильнее окунулась в мягкое покрывало. Джинни посапывала, накрываясь почти с головой. Вчерашняя близость с Драко действительно стабилизировала ее. Привела некоторые мысли в порядок, разложила по полочкам. Теперь она знала и могла двигаться дальше. Открыто выражать ему свои чувства, не боясь оттолкнуть. Но, все равно будет все делать аккуратно, постепенно. Это подтверждало теорию о стабилизации. И хорошей связи между ними. И делало все куда сложнее. — Ты какая-то… другая, – заметила Джинни, когда они встретились утром в гостиной. Девочки еще ждали Гарри и Рона, чтобы отправиться вместе на завтрак. — Ночью ничего не беспокоило? Уизли говорила непринужденно, но Гермиона знала этот тон. Джинни всегда так делала, когда не хотела давить, но видела слишком много. — Спокойнее, – продолжила она. — Не дергаешься. Гермиона улыбнулась краешком губ и пожала плечами. — Может, я просто, наконец, выспалась? Джинни фыркнула. — Гермиона, я знаю тебя не один год. Давай честно… – она на секунду замолчала, потом добавила мягче. — Что-то все же произошло между тобой и Малфоем? Гермиона почувствовала, как тепло снова поднимается к щекам. Вот только краснеть сейчас не надо. — Мы… – начала она и остановилась. В гостиной появился Гарри, а следом, натягивая потрепанный временем свитер, шел Рон. Точно не стоит говорить. Это не для их ушей. Даже Джинни говорить какие-то моменты между ними не по себе. Гермиона предпочитала верить во фразу: «Счастье любит тишину». Джинни не стала настаивать и покосилась на брата, который зевал. Просто кивнула, будто услышала все, что нужно. — Лед треснул, – сказала она. — И это видно. Даже если ты пока не хочешь об этом говорить. — Дорогая, с таким же удовольствием я могу начать допрос о тебе и... Ну, ты поняла. Или мне опустить тот факт, что я видела тебя на последней вечеринке в его объятиях? Джинни стушевалась и закусила нижнюю губу. Гермиона была благодарна ей за это молчание. Гарри окликнул ведьм, когда те начали замедляться и плестись позади них. Драко сидел в комнате Тео с раннего утра, рассеянно перебирая записи, которые перечитывал уже в третий раз, и не понимал ни строчки. Ночью, вместо положенного отдыха, он занялся написанием эссе, которое задолжал. Но, после встречи с Гермионой было трудно сконцентрироваться. Мысли снова и снова возвращались к ощущению ее запястья под пальцами и мягкой, бархатной кожи. К тому, как она позволила себя обнять, не оттолкнула его. Хотя Драко продумал в голове и разыграл разные сценарии. Салазар, коктейль из одной гриффиндорки работал сильнее, чем, если бы он выпил амортенцию. А подействовало бы зелье на него? Сомнительно, потому что он и без того испытал сильные чувства к Гермионе. «Ну, нет, херня, нужно взять себя в руки. Что за размазня?», – ругал себя Драко. — Давай, поделись со своим другом последними сплетнями. Что так тебя выбивает? – заметил Тео, не поднимая глаз от пера. Драко хмыкнул. — Чтобы ты побежал докладывать своей подружке? Думали я настолько слепой и глухой, Нотт, что не обращаю внимания на заговор с Пэнс? Ну, вы б еще прям перед нами сели и обсуждали. Тео немного обдумал подходящие под диалог слова, чтобы не приплетать сюда Паркинсон. — Ой, да ладно тебе. Вы тоже не особо и скрывали это. Многие стали догадываться или подозревать вас. Некоторые ставят ставки: поебываешь ли ты Золотую девочку или это чувства… Без обид, карты раскрываю как есть, – спокойно ответил Нотт. — Я просто хочу понять, когда именно Грейнджер обзавелась кольцом Малфоев. Вы так «хорошо» рассказали о каких-то договоренностях. Но решили проигнорировать факт колец. Ты их активировал? Грейнджер в курсе обручальной херни, у которой множество возможностей? В комнате повисла тишина. Драко медленно выдохнул. — Ты слишком много думаешь, Тео. — А ты… слишком мало отрицаешь, Малфой. На этот раз у Драко не нашлось, что ответить. Поэтому он снова приступил к изучению материала, чувствую нагревающееся кольцо. На занятиях слизеринец ловил себя на том, что смотрит не на доску, около которой левитировал кусок мела, а на первую парту. Ему хорошо открывался вид на то, как Гермиона наклоняется над пергаментом и периодически заправляет выбивающиеся пряди волос за ухо. Как Гарри что-то шепчет ей, легонько привлекает ее внимание касаниями до плеча, а она кивает, отвечает, но, не отвлекаясь от записей. Драко эта близость между Поттером и Гермионой доставляла внутренний дисбаланс. Неожиданное учащение сердцебиения и напряженность в мышцах балансировали вместе с тихой уверенностью. Он знал, что между Поттером и Грейнджер — сильная, семейная привязанность. Они провели много времени вместе, могут доверить друг другу жизни. А недавно двое разрешили все недопонимания и отпустили обиды. Тем более что Малфой чувствовал искренность чувств Гермионы по отношению к нему. И, когда позволял себе на занятиях залипать на нее дольше положенного, Драко чувствовал нарастающее желание и тепло. А Гермиона отвлекаясь от конспектов, касалась цепочки и непринужденно поворачивалась, искала взглядом его. Дарила легкую улыбку, получала в ответ ухмылку и продолжала заниматься дальше. — Малфой, нам бы хотелось вашего внимания здесь, – окликнул его профессор. — Давайте, молодой человек, продемонстрируйте нам… Вечером ребята собрались в Выручай-комнате. Каменные стены отступили, пространство преобразилось в просторную комнату со столом из темного дерева посередине. По углам горели светильники, погружая комнату в теплый свет. Здесь было легко дышать. Гермиона зашла в комнату раньше всех. Книга сегодня продолжала молчать, что не могло не радовать. Но это молчание ощущалось, как натянутая струна или бомба замедленного действия. Гарри устроился рядом, а Джинни присела напротив подруги, закинув ногу на ногу. Второе место около Гермионы Уизли специально оставила для Малфоя, чтобы сохранить вечер в спокойствие. Драко и Тео появились с небольшим опозданием. Малфой сел рядом с Гермионой ровно настолько близко, чтобы их плечи почти касались. И ведьма обратила внимание, что это ощущалось сильнее любого прямого, полного касания. — Итак, – начал Гарри, нарушая тишину. — Мерлин, ну не перестаю удивляться нашей команде года. У нас есть примерное понимание, что треклятая книга активизируется, когда ее трогает Министерство. Это отражается на состоянии Гермионы, а ее слабость влечет за собой поиск устойчивой магии для поглощения. Тео хмыкнул, откинувшись на спинку стула. — Звучит как крайне токсичные отношения, – заметил Нотт. — Книга, которая не умеет быть одна. Джинни усмехнулась, но взгляд ее был прикован не к Тео, а к Драко. Вернее, к тому, как он сидел. Почему-то сейчас он был очень напряжен, хоть и пытался скрыть это, просматривая обстановку. И от Уизли не убежало, что единственным успокоением Малфоя было перебирание пальчиков Гермионы. И все казалось так обыденно, будто между ними всегда присутствовала эта тактильность и нежность. — И их пора заканчивать. Пусть Гермиона стоит здоровые отношения, которые хочет сама. Министерский бал… наш единственный шанс, – подхватила Джинни. — Там будет шумно, людно, слишком много магии. — Учитываем, что Макгонагалл догадывается о наших возможных планах. И попросила быть уверенными в предпринимаемых действиях, потому что цена ошибки может быть велика, – Гермиона внимательно слушала ребят, но ее мысли уходили в сторону, потому что пальцы горели от прикосновений Драко. Почему-то это выглядело так просто, но в то же время интимно. Грейнджер впервые подумала, что хочется остаться так с Драко наедине. Утопать в его объятия, взъерошить отросшие платиновые волосы. «Кхм, золотце, ты перепутала и послала эти мысли мне» «Мерлин, Драко, ты этого…» «Ну уж нет, я все хорошо запомнил. И с радостью исполню твои желания позже» — Мы с Гарри займемся залом и гостями, – добавила Джинни. — Поговорим с Кингсли, отвлеку его парочкой танцев. Но, долго так развлекать не получится. — Мы с Драко попытаемся пробраться в кабинет. И, если книга там, – сказала Гермиона. — Она откликнется. Постараемся связь защиту и забрать. — Ладно, – Тео решил подключиться к диалогу. — Я открою камин и буду ждать вас у себя. Передайте только заранее все необходимое, что уже есть у вас или будет. Мда, план, который граничит с безумием. Министерство и древняя магия. Вы, ребятки, умеете разнообразить будни, – он усмехнулся и посмотрел на Джинни. — Ты уверена, что хочешь быть в этом? — Я устала быть в стороне, – ответила она. — Если близким нужна помощь, то я в деле. — Снейп уже собирает необходимые ингредиенты. Да, он тоже в деле, Поттер. Драко продолжил рассказывать ребятам о деталях их «миссии». И удивлялся, как Поттер мог спокойно реагировать на заинтересованность Тео к Джинни. «У них свободные отношения? Да не, бред. Нужно потом узнать у Гермионы» Когда они вышли, коридоры уже опустели. Гермиона шла рядом с Джинни. Драко чуть позади, вместе с Тео и Гарри. Шаги эхом отдавались по камню. Знал ли он, что будет так идти по Хогвартсу с Поттером в одной «команде»? Нет. И, на удивление, ему даже не хотелось оскорбить Избранного. У поворота к башне Гриффиндора, Драко немного ускорил шаг. Он не взял Гермиону за руку. Просто осторожно коснулся запястья, на котором браслет холодил кожу. — Можешь задержаться на пару минут? – попросил Малфой и получил кивок от Гермионы. — Тео, можешь идти дальше. Я догоню. — Окей, – пожал плечами Нотт. — Было приятно провести со всеми время. Джинни, увидимся. Все дружно попрощались с Тео, который еще раз кинул Драко «догоняй» и пошел в обратную сторону. — Ну, мы с Гарри тоже поспешим. А то Рон сойдет с ума, что мы втроем где-то пропадаем, – поспешила сказать Джинни и схватила Поттера, потащив в сторону Башни. «Кажется, все знания Уизли перешли по наследству одной Джинни», – подумал Драко. Потому что она сразу догадалась, что ему хочется поговорить с Гермионой наедине. А может… и не только это. В любом случае, лишние уши и глаза входили в планы Малфоя. Когда все удалились по своим сторонам, Драко посмотрел на Гермиону, которая выжидающе буравила его взглядом. — И, что-то нужно еще обсудить? – она будто бы чувствовала его нерешительность и насмехалась. — Да я, в общем-то… – замялся Драко. Ну почему рядом с этой бестией так тяжело совладать. Ведьма. Его ведьма. — А, Сазалар, к черту, – серые глаза встретились с карими. Он коснулся ее локтя. Осторожно, будто проверяя, не отдернет ли она руку. Драко шагнул ближе и притянул Гермиону к себе. Тепло его ладони через ткань мантии и запах бергамота пленяли гриффиндорку. Он наклонился и нежно коснулся губ. Гермиона ответила почти сразу. Секундная заминка произошла только потому, что не ожидала этого. Второй поцелуй вышел ровнее, увереннее. Время на миг послушно остановилось. А в животе запорхали бабочки. Он зарылся одной рукой в ее волосы, а другой еще сильнее притянул к себе. Гермиона почувствовала, как Малфой прижался к ней до боли возбужденным членом. — Я мечтал об этом весь день, а ты еще назло мне закусывала губу, – разрывая поцелуй, прошептал Драко Грейнджер на ухо. Он заправил выбившуюся прядь и слегка прикусил мочку. Гермиона положила ладонь ему на грудь, потому что не знала, куда деть в такие моменты руки. И на этот раз первой потянулась к поцелую, чтобы успокоить Малфоя и показать свое желание в этом же.