Энрик Прайд открывает для себя мир РПФ

— Полагаю, все вы знаете, зачем мы здесь собрались, — провозгласил статс-генерал Прайд, обращаясь к офицерам, собравшимся за столом в небольшом конференц-зале, и с глухим стуком положил на полированную столешницу свой стек. Старшина Унамо покраснела. Лейтенант Митака скривился, будто готовился заплакать. Старшина Таниссон попытался спрятать свой планшет под столом, но оставил попытки, когда Прайд мрачно взглянул на него и многозначительно кашлянул. Генерал Парнади казалась невозмутимой, хотя время от времени она смущённо поглядывала на дрожащую Унамо. Хакс ковырялся в ногтях. Выражение лица Кайло Рена оставалось неизвестным из-за маски. — Сними эту дурацкую штуку, — приказал Прайд. — Нет, — проворчал Кайло через вокодер. — Считаю до пяти, — пригрозил Прайд. — Ладно. — Шлем с шипением раскрылся, и Кайло брякнул им об стол. — Если продолжишь так обращаться с ним, то снова сломаешь, — пробормотал Прайд. — Впрочем, неважно. Это собрание по дисциплинарным вопросам, касающимся всех присутствующих. Унамо тихонько пискнула. Митака стал бледным, словно сдобное тесто. Хакс вздрогнул. Таниссон что-то буркнул. Кайло помрачнел ещё больше. Парнади окинула коллег изумлённым взглядом и произнесла: — За последнюю неделю я не получала никаких уведомлений о нарушениях. Ни я, ни мои товарищи не были замешаны ни в каких актах неповиновения. Кроме того, у меня накопилось достаточно рапортов, перешедших ко мне после безвременной кончины капитана Фазмы. Поэтому, сэр, я понятия не имею, чему посвящено это собрание. Прайд цокнул языком. — Генерал, вам что-нибудь говорит выражение «флаффное каф-шоп АУ»? Парнади уставилась на столешницу. — Даже не представляю, что это, сэр. Прайд достал свой планшет и начал: — «Котелок с неприятностями», глава первая из шести. Арми устал от Кайло Рена, грубого и неугомонного художника, который разбрызгивает краску по столикам и никогда не даёт чаевых. Поэтому он подаёт ему каф без кафеина и пишет его имя с ошибками. Не стоило даже начинать разговор с этим человеком-катастрофой, но копна блестящих волос и интригующие картины раз за разом заставляют его искать новые впечатления. И, как ни странно, он их находит. Флаффный каф-шоп кайлакс АУ, о котором никто не просил. Рейтинг NC-17, милота и порнушка. Хакс ахнул, Кайло застонал. — Я подам в отставку в течение недели, — Парнади чуть не плакала. — Может, даже выпрыгну в шлюз… — Я определённо не об этом просил, — продолжил Прайд. — Других это тоже касается. Но вы хотя бы достаточно самокритичны и понимаете, в чём проблема. И, да, пожалуйста, не надо убивать себя. Я бы не хотел передавать все ваши рапорты Митаке. И, поскольку этот, безусловно отвратительный, эротический текст о ваших коллегах собрал более двух тысяч лайков, следует признать, что иногда секрет успеха в том, чтобы дать людям то, чего они хотели, но не просили. Хакс стал красным, как свекла, остальные — тоже. — Прошу, не удаляйте ваш аккаунт, — прошептал Кайло. — «Котелок с неприятностями» — лучший АУ фик на сервере. Хакс зыркнул на не него. — Слишком приторный. Хотя автор чрезвычайно талантлив. — Погодите, вам нравится, как я пишу? — Парнади широко распахнула глаза. — Мне нравятся фики по «Историям поргов» с рейтингом G, если ваш ник действительно «белладона_писулькина», — сказал Хакс сухо. — Но ваши истории про реальных персон я не комментировал. — Однако, этот легкомысленный пошлый рассказец лишь вершина айсберга, — продолжил Прайд, притворившись, что не слышал их диалога. — В случае с Парнади сексуальные сцены были довольно прозаичны, а тег «АУ» практически гарантировал отсутствие ассоциаций с реальностью. Но всё дело в принципе. Проблема в том, что эти выдуманные истории отвлекают нас и наших подчинённых от исполнения служебных обязанностей, подрывают наш авторитет, приводя к недопустимому поведению. Я видел, как люди украдкой просматривают свои датапады в неурочное время и даже открывают неподобающие вкладки на рабочих консолях во время вахты. Кроме того, мысли, высказанные в некоторых из этих отвратительных текстов с «самовставками», просачиваются в личные отношения, которые должны оставаться сугубо профессиональными. Прайд сердито посмотрел на Митаку и Таниссона, а потом перевёл взгляд на Хакса. — Могу понять, если новоиспечённый офицер, только окончивший академию, оговорится и назовёт меня «отцом» во время утренней вахты, когда так хочется спать. Но «папочка» — совсем другое дело. На такое я не реагирую. Вам должно быть стыдно, я ожидал от вас большего. Унамо кашлянула. — И, да, раз уж мы заговорили об этом, я не люблю истории-самовставки с моим участием. — Прайд кашлянул. — О, вот хороший отрывок. В смысле — ужасный, конечно. Самовставка от лица женщины. «Нога статс-генерала Прайда прижимает тебя к полу, твоя задница болит, после того как он выпорол тебя своим стеком. Твоя форменная куртка с нашивкой старшины измочалена так же, как и твоё тело. Он поднимает твой подбородок кончиком своего стека и пристально смотрит в твои наполненные похотью глаза. — Прошу, сэр, — умоляешь ты. — Прошу что? — отвечает он. — Прошу, используй меня, папочка. Он ухмыляется, расстёгивает брюки и вставляет свой член, такой же длинный и твёрдый, как его стек, в твой нежный, жаждущий рот. — Не слишком увлекайся, шлюха. Я собираюсь кончить тебе в пизду». Прайд покачал головой. — О боги. Старшина Унамо спрятала лицо в ладонях и тихонько заскулила. На виске Хакса запульсировала венка. — Отдаю должное, люди на этом сервере поддерживают равноправие. Вот вариант от лица мужчины, — Прайд поморщился. «Сидящий на коленях статс-генерала лейтенант застонал, когда рука в перчатке надавила на поясницу, напоминая о его месте на этом корабле и в их отношениях. Когда он выгнул спину, ладонь более старшего мужчины с громким, изящным хлопком ударила его по по упругой, подтянутой, обнажённой ягодице…» Митака уже рыдал в голос. — Сэр, думаю, мы всё поняли. Сервер будет удалён, если прикажете, статс-генерал, — поспешно вклинился Хакс. — И мы вернёмся к своим обязанностям. — Не так быстро, парень. Вас здесь шестеро, и именно шесть основных аккаунтов продолжают публиковать эти ужасные выдумки про реальных людей. Я изучил хранилища на ваших устройствах и историю поиска. Я страдал. Теперь вы будете страдать вместе со мной. А потом я бы хотел получить объяснения… Хотя нет, лучше не надо. Некоторые вещи лучше не знать. Лучше обсудим ключевые правила на будущее. Я заметил, что авторы объединяют фамилии персонажей и называют их пейрингами, — продолжил Прайд тоном патологоанатома, комментирующего особо опасный вид лямблий. — Например, «пракс». Не понимаю, почему люди с таким удовольствием пишут порнографию о своих коллегах. И почему так часто упоминают, как я с энтузиазмом бью всех по заднице своим стеком. — Вам нужно перестать таскать повсюду эту штуку, — пробормотала Парнади. — Я не фанатка подобного, но она внушает людям всякие мысли. Хотя мне кажется, что исправить ситуацию уже невозможно. Хакс вперился взглядом в пол. — О чём я говорил? Ах да, пракс. Многие из вас об этом не в курсе, но я встретил Армитажа, когда он был совсем юным. Признаю, сейчас он — взрослый, но в глубине души я всегда буду считать его ребёнком. Поэтому меня очень удручают истории, где мы трахаемся, словно юркмыши во время гона. Хакс сглотнул. — И, да, — продолжил Прайд невозмутимо, словно обсуждал поставки оружия и дюрастила, — чтобы установить точное происхождение Армитажа, нужно отыскать всех офицеров мужского пола званием старше майора, которые посещали Арканис около 35 ДБЯ и провести ДНК-тесты. Правда, многие потенциальные кандидаты уже мертвы, а ещё мать Хакса убила двадцать пять процентов мужчин, с которыми когда-либо спала. Сомневаюсь, что она сама знает ответ. Хакс позеленел. — Сэр, можно не обсуждать мою мать? — Она была блядью, но блядью с принципами. Если, конечно, не нужно было кого-нибудь убить. Она не спала с женатыми мужчинами и ненавидела ложь. Хотя чем больше она узнавала человека или думала, что узнавала, тем беспечнее становилась. Выяснив, что Брендол женат на Маратель, она рыдала навзрыд. Она совершенно не умела ухаживать за детьми, у неё даже растения не жили дольше недели. Что уж говорить о младенце. Поэтому она спихнула тебя Брендолу. Я говорил ей, притворись сперва школьным инспектором и посмотри, как Брендол преподаёт и ладит ли он с детьми, но она даже слушать не захотела. А ведь я предупреждал. Впрочем, теперь, когда она отошла от дел, у неё всё хорошо. Она открыла кондитерскую школу и сошлась с Маратель, когда та развелась. У них квартира где-то на Корусанте. Она по-прежнему присылает мне на День Жизни открытку и коробку печенья. Я проверяю, не отравлено ли оно, просто чтобы убедиться, что я всё ещё на хорошем счету у неё. Я всегда удивлялся, почему она не пыталась убить Брендола. Маратель подбивала её на это, мол, тогда она получит его сбережения и страховку. — Прайд вздохнул. — Естественно, Брендол признал тебя своим, потому что был слишком горд, чтобы лечиться от эректильной дисфункции, пока я не загнал его к врачу. Помню, как он любил говорить «Ой, раньше такого не случалось», а я отвечал «Брен, это третий раз за неделю». Хакс вскочил со стула и направился к выходу. — Мы ещё не закончили. — Меня сейчас стошнит на стол, — простонал Хакс. — О, раз так, беги в освежитель. Но когда закончишь, возвращайся, нам всем нужно поговорить. Двери захлопнулись. — Кто-то может пойти его проверить, если он не вернётся через пять минут? — Будет сделано, сэр, — отозвался Митака, по-прежнему вздрагивая. — Благодарю. А теперь перейдём к выводам: я бы предложил полный запрет на фики о реальных людях, хотя, безусловно, вы можете продолжать писать самые грязные порнографические истории о гранд-адмирале Трауне, Дарте Вейдере и гранд-моффе Таркине. Правда, про Таркина я бы читать не стал, поскольку пережил кое-какой опыт вживую. Кайло скривился. — Вейдер был моим дедушкой. — Мы знаем, — ответил Прайд. — А сколько людей на этом корабле писало всякую чушь, как ты трахаешь всех до беспамятства? — Э-э-э… — начал Таниссон. — Забудьте, не хочу знать. Как бы то ни было, фики по историческим личностям — допускаются, фики по художественным произведениям — тоже, но не вовлекайте в фики живущих ныне персон. Справитесь? — Да, сэр! — ответили все хором, готовые на что угодно, лишь бы это кошмарное собрание поскорее завершилось. — Я также предоставляю всем дополнительную неделю отпуска раз в год, — провозгласил Прайд. — Во времена моей юности мы не писали эротику, мы трахались — как настоящие мужчины. Это снижало стресс, благотворно влияло на здоровье и гарантировало появление следующего поколения. — Он поморщился. — Кто-нибудь, и правда пойдите проверьте Армитажа. Митака бросился к двери. — Рен, давай вместе с ним. Перестань уже писать все эти рассказики «генерал Хакс/оригинальный мужской персонаж-ситх» и скажи ему, чего ты от него хочешь. У вас вся жизнь впереди. Митака и Кайло припустили вприпрыжку. — Я бы сказал вам всем: «Стыдно, товарищи!», но вы ж только рады будете. Собрание окончено, — объявил Прайд, и все разбежались.