Впихнуть невпихуемое

— Ты правда считаешь, что оно в меня влезет? — всё же решил поинтересоваться Бродяга, уже пожалевший обо всех своих жизненных решениях, последствия которых привели его сюда. — Я его тестировал, и всё влезло, — усмехнувшись, произнёс Брут, покачивая перед лицом Бродяги средних размеров силиконовым щупальцем. — Стоит напомнить, что именно ты притащил со своих развалин тот комикс с тентаклями, сказав, что хочешь так же. Бродяга неуверенно повёл плечами, чувствуя, как непривычное волнение тугим узлом скручивается в его животе. — Если ты не хочешь или боишься, мы можем просто потрахаться и на время забыть о твоих влажных мечтах, — предложил Брут, с каким-то внутренним злорадством отмечая, как вскинулся Персей от предположения, что Он, бесстрашный и грозный Волк, может чего-то бояться. — Да я просто с мыслями собирался! — уязвлённо фыркнул Бродяга, всё же начиная развязывать многочисленные шнурки, обычно удерживающие штаны от позорного падения с его тощей задницы. Выскользнув из них окончательно, он неловко подёргал за край своей очередной драной футболки и, совсем разозлившись на свою нерешительность, сдёрнул и её тоже, чуть не разорвав окончательно. Оставшись полностью нагим, впрочем, не особо смущаясь этого, Бродяга приблизился к Бруту, откровенно залипающему на его яростный стриптиз, и, не давая возможности отстраниться, жадно прижался к его губам, постепенно расслабляясь от привычных ощущений и тихих постанываний в поцелуй, издаваемых его браслетником. Наконец, оторвавшись от чужого рта, Бродяга сыто оскалился и, схватив Брута за ворот так и не снятой до конца рубашки, повалил их обоих на кровать, тут же возобновляя поцелуй. Вжимаясь своим полувставшим членом в чужое бедро и жадно притираясь, он выстанывал что-то восхищённое в чужой рот, искренне наслаждаясь ситуацией. Наконец отстранившись от тяжело дышавшего ошалевшего Брута, Бродяга довольно протянул: — А вот теперь я готов. Ещё раз гулко сглотнув, Брут всё же смог сфокусировать взгляд и отвести его от блядски раскинувшегося по его кровати Персея, ища глазами смазку, ранее лежавшую где-то здесь. Во рту собралась слюна, такого Бродягу хотелось трахнуть здесь и сейчас, но у них был план, которого должен был придерживаться хотя бы один человек в комнате. Так что, всё же, справившись с поиском смазки, Брут окончательно пришёл в себя, выдавливая немного лубриканта на пальцы и разогревая его. — Ну чё ты там возишься, давай быстрее, жопа сама себя не порвёт, — первым не выдержал Бродяга, приподняв голову и смотря в глаза партнера, тут же откидывая её обратно, чувствуя, как уязвлённо фыркнувший Брут входит сразу двумя пальцами, прицельно начиная массировать простату. — Бля-а-ах, — прохрипел Бродяга, не ожидавший такого напора от обычно размеренного и последовательного браслетника. В ту же секунду, чувствуя, как к уже растянутому, кажется, до предела колечку мышц прижимается третий палец, Бродяга рвано вздохнув, испуганно протараторил: — Всё осознал, я не возникаю с комментариями, ты не рвешь мне жопу, это была метафора. Всё же, убрав пока лишний третий палец, Брут усмехнулся: — Только от тебя можно услышать «жопа» и «метафора» в одном предложении. Бродяга ничего не ответил, то ли пытаясь отстраниться от столь интенсивных ощущений, то ли насадиться на пальцы ещё сильнее. Подождав минуту, за которую Бродяге явно стало мало, о чём он возвестил недовольным хныканьем, Брут добавил ещё палец, тут же наклонившись к его уху: — Основание щупальца раз в шесть шире того, что сейчас находится в тебе. И это не самый большой из размеров, представляешь? — Насладившись искрами паники в глазах партнёра, Брут продолжил говорить, постепенно добавляя четвёртый палец. — А через пару недель я закончу создавать целого робота с тентаклями, прямо как в том комиксе! Посмотрев мутными глазами на Брута и еще шире разведя ноги, Бродяга попытался что-то ответить, но сорвался на очередной гортанный стон, вздрогнув всем телом от особо удачного движения партнера. — Если ты продолжишь мне это рассказывать, я кончу раньше времени, — всё же собравшись с мыслями, простонал Бродяга. — Ты можешь сделать это в любую минуту, — состроив самое невинное выражение лица, Брут как бы случайно коснулся чужого члена, случайно же сжав его, заставив Бродягу простонать отчаянное «блять» и, содрогнувшись всем телом, выплеснуться себе на живот. Сделав вид, словно ничего не произошло, Брут медленно достал пальцы из хныкнувшего от неприятного ощущения Бродяги и потянулся за щупальцем. — Мне кажется, мы тебя достаточно растянули, — преувеличенно спокойно произнес он. — Переворачивайся, на животе принять его будет легче. Пробормотав что-то обиженно-нецензурное в ответ на столь явную подставу, Бродяга неохотно подчинился, понимая, что Брут прав. А то, что он сейчас будет готов на стенку лезть от ощущения гиперстимуляции, так то, это, в общем-то, только его проблема, в которой Брут, скотина такая, «совершенно не виноват». Заботливо подложив под бедра Бродяги несколько подушек и заставив того выгнуться в пояснице, Брут оттянул его ягодицу в сторону и залил внутрь немного смазки, удерживая дёрнувшегося и зашипевшего от неприятного ощущения Бродягу на месте. — Ты бы хоть предупреждал, — обиженно произнес он, стараясь устроиться удобнее и не так сильно косить взглядом в сторону силиконового монстра, непонятно как должного поместиться внутри него. — Предупреждаю, сейчас твоя задница наконец познакомится с твоей же сексуальной фантазией вживую, — усмехнулся Брут, откладывая бутылек со смазкой и подхватывая щупальце. — Прекращай сжиматься, ты же сам знаешь, что так будет больнее. Напряженно кивнув, Бродяга постарался последовать совету, но тут же обратно сжался от ощущения прохладного и влажного прикосновения к своей пояснице. Брут же, решив, что всё должно быть реалистично, как в той истории, повел щупальцем вдоль позвоночника вниз, выводя измазанным в смазке кончиком одному ему понятные узоры, и, задержавшись на мгновение перед широко разведёнными ягодицами Бродяги, скользнул к отчаянно пульсирующему колечку мышц. — Тебя сегодня ждет ещё парочка сюрпризов, — не спеша массируя сжавшийся вход, Брут хитро улыбнулся. — Надеюсь, они придутся тебе по душе. — Не дав Бродяге ответить, он наконец вошел тонким кончиком на пару сантиметров внутрь, тут же проталкивая его всё дальше, пока не достиг объёма собственных пальцев, ранее растягивающих Персея. Задушено всхлипнув, Бродяга попытался податься вперед, но тут же столкнулся с сопротивлением от Брута, подхватившего его под живот и насадившего еще на пару сантиметров глубже. — Какая же ты сука, — подавился воздухом Бродяга, тем не менее прекращая попытки отстраниться. — И это полностью твоя заслуга, — довольно осклабился Брут, медленно двигая щупальцем вперед-назад, всё же давая минимальную возможность привыкнуть. — А сейчас будет первый сюрприз, — почти прошептал он, нажимая на небольшую кнопочку в самом основании. Щупальце тут же, тихонько завибрировав, начало извиваться, вызывая у Бродяги неконтролируемый поток брани. — Ты, блять… Что… За нахуй… — не особо контролируя свою речь, выстанывал он, не до конца понимая, что чувствует. — Тише-тише, оно уже наполовину зашло, представляешь? Вскинув голову, Бродяга, кажется, переполненный уже до краев, неверяще прохрипел: — Всего… по-половина? Восприняв это по-своему, Брут протолкнул плавно изгибающееся щупальце еще на пару сантиметров глубже: — Теперь больше половины, — возвестил он, наслаждаясь видом Бродяги, отчаянно хватающего ртом воздух. — Какая же ты скотина, — собравшись с мыслями, простонал Бродяга. Брут отлично знал, что ему нужно, возможно, даже лучше, чем он сам, и не стеснялся пользоваться этими знаниями. Вот и сейчас Брут знакомым жестом подхватил его под грудь, заставляя выпрямить ослабевшие руки, и собственническим жестом прикусил загривок, проталкивая, кажется, бесконечное щупальце глубже, делая давление внутри почти невозможным. Всхлипнув каким-то совершенно жалким образом, Бродяга кончил, содрогаясь от количества ощущений. Локти окончательно подогнулись, и, удерживаемый лишь рукой Брута, он медленно опустился на подушки, ощутив, как щупальце медленно покидает его тело с неприятным хлюпом, заставляя его поморщиться. — Кажется, с тебя хватит, — тихо хихикнул Брут. Бродяга прикрыл глаза и ненадолго отключился.

***

— Когда в следующий раз я решу, что делиться с тобой своими пубертатными мечтами — отличная идея, стукни меня по голове чем-нибудь тяжелым, — вяло пробормотал Бродяга, плотнее закутываясь в одеяло. Удобно устроившись на плече Брута, он, тщательно вымытый и укомплектованный в «старую пижаму, которая лежит тут уже пару лет» (на самом деле новую, пошитую идеально по его меркам), был похож на нахохлившегося воронёнка, потрёпанного огромным кошаком. Сыто осклабившись, Брут незаметно чмокнул его в макушку. — Не волнуйся, того, что ты мне принес, хватит еще на множество гениальных изобретений. Да и все возможности сегодняшней игрушки ты еще не испробовал. Без развлечений не останешься.