Ctrl+Alt+Del твоего терпения

      «Мне уже не нравится эта идея..» – думает Флинс без задних мыслей, играть-то он умел лишь в дурака и козла. Но, сидя на одном из пуфов уходить уже было неприлично. Не будет же он всегда проигрывать? – Играем командой из четырёх, всего одна команда на раунд. Начнём с чего-то лёгкого, так что в баккару, хорошо? – сбоку слышится высокий женский голос, чуть ли не мурчащий. – Я с тобой, ещё пусть крыса с новеньким сыграют, никто не против? – подключилась та миловидная девушка. – С чего это ты выбирать стала? Не хочу я с тобой играть.. Их всех перебил тихий, осипший голос. – Я ни разу не играл в.. Баккару? – Солнце ты мое, – начинает уже знакомая девушка, как её перебивают. – Тебе нужно набрать комбинацию с общим числом очков девять или как можно ближе к этому числу. Туз равняется одному очку, масти — нулю, все остальные — по номиналу. – Девушка делает короткий перерыв, смотря на него, и, увидев кивок головы, продолжила: – Если общая сумма равна десяти или более, из неё вычитается десятка. Например: тринадцать очков превратятся в три, десять в ноль, а шестнадцать в шесть. – Благодарю Вас, леди.. – Ах, хаха.. Не стоит так обращаться. Не за что, ты всё запомнил? – Думаю, что да. – Тогда я банкир, – тут же влез Рери. – Козлу капусту не доверяют. – Да ладно тебе, не стоит так говорить. Не будем же мы сейчас ссориться из-за этого? – Девушка бросает взгляд за спину, ища взглядом парня: – Флинс, ты ведь не против? – А, – он задумывается на секунду, но, в конечном итоге, бросив все сомнения, соглашается. – нет, не против. – Тогда идём за стол, чего ты так далеко сел. Флинс встает, проходя в самый центр, и садится за столик с противоположной стороны от Рери. Тот же, в свою очередь встаёт, доставая из упаковки колоду. И теперь, не смея отвести и взгляда, заворожённо смотрит на его пальцы, что так ловко крутили карты... Когда-то, в далёком прошлом, он и сам пытался подобному научиться, но всё валилось из рук. Заворожённый чужим мастерством он не сразу заметил, что перед ним уже лежали две карты. Решив дождаться остальных, к картам он не притрагивается, смотря на то, как Рери достаёт карты для девушек, убирая колоду на край стола и, наконец, садясь на своё место. Тот не мелочился: сразу подняв свои карты и ухмыльнувшись уставился на него. Флинс поднимает свои карты, сперва уставившись на... Туз и король? Один бал? – Ц, – подруга Рери кидает карты на стол, закатив глаза. – О, надо же. Два короля? Ты неплохо начала, – поддразнивает её Рери. – Не обижайся так, Сандроне, – девушка, сидевшая рядом с Флинсом, протягивает руку через стол, дабы похлопать по плечу и, не скрывая своего лица, та еле сдерживала свой смех. – Мне свои сейчас показывать? – Флинс трёт уголок карт и, получив положительный ответ, кладёт их на стол. – Один бал… Ну, – девушка, недавно хлопавшая по плечу подруги, переключилась на него, чуть сильнее сжав его плечо, – один — это не ноль, не переживай ни о чём. С этими словами девушка выложила свои карты. Девять и четыре... – Да ты сама далеко не ушла! – Это не повод злорадствовать надо мной, милая.. – Я вам говорила, что ему нельзя раздачу карт доверять! Вы меня не послушали! – Дамы, не стоит спорить из-за меня, – растянув улыбку ещё шире, кидает на стол восьмёрку и туза. – Просто, видимо, судьба кого-то любит больше. – Да в жопу себе свою судьбу засунь, чертила! – выкрикивает девушка, кидая в него перчатку. Дама, сидевшая рядом, поднимает руку с плеча и снимает серьги. – Игра окончена, он выиграл. – поясняет она, заметив недоуменный взгляд парнишки. – А... Вот оно что, – быстро оглянув себя, он стягивает одну перчатку. – Может, лучше в дурака? – Пройдёт целая вечность перед тем, как кто-то оголится с ним. Вторую перчатку тоже снимай, у этой язвы одна перчатка, она её и сняла. У тебя две. – У тебя лишь это в голове? – не споря, снимает с себя и вторую перчатку. – Конечно, не заразись. Столкнувшись с нахальным взглядом Рери, внутри что-то кольнуло. – Эй, голубки, – хлопает по столу руками вышеупомянутая девушка, – мне без разницы, во что мы будем играть! Но этот пусть к картам во время раздачи не притрагивается. – Ух-ху, я присоединюсь? – Арлекино? Ту, кого назвали Арлекино, подошла к Флинсу и, слегка наклонившись через него, протянула руку для рукопожатия. – Конечно, Коломбина. Как время проводите? – Арле, спасение ты моё.. Раздай нам карты. – Пх... Хахах, а он тебе чем не угодил? – качнув головой в сторону Рери, та собрала карты со стола и аккуратно, но не менее эффективно стала мешать их. – По две карты.. Баккара? С чего это вдруг? – С того, что нужно разгрузить голову сейчас, а не наоборот. Ах, Арле! – говорит Сандроне, смотря на туза перед Флинсом. – Рубашкой вверх надо было. – Хорошо... Хотя смысла все равно не понимаю. Малыш, мне перебросить? Не сразу поняв, что это обращение было к нему, он запоздало отнекивается, говоря, что не нужно, пусть продолжает. И пока та раздавала карты, Флинс, под столом столкнувшись с ногой Рери, слабо пинает её. Недавно он сделал то же самое, невинно улыбаясь с закрытыми глазами. – Семь баллов, – говорит он, показывая карты и не обращая на его выходку внимания. – Четыре... – идя по часовой стрелке добавляет Сандроне. – О, – мелодично потягивает гласную букву, – у меня снова три. Очередь дошла до него, и, только сейчас вспомнив про карты, он смотрит на них. Первым был туз, а вторым… пять. – Шесть. – Четыре, – разворачивает перед собой карты Арлекино, показывая короля с червовой четверкой. – Третью карту? – Конечно. – Соглашается Рери, облокотившись о спинку стула. Арлекино тянется, дабы передать Сандроне карту... – Иии... – она берет паузу, пока девушка переворачивает карту. – Король, ничего не изменилось. Теперь Арлекино протягивает карту Коломбине. – Девять.. Два балла. Ехидную насмешку от Сандроне все проигнорировали, Арлекино же села на место. Флинс в свою очередь смотрел на неё, собираясь спросить, почему он остался без карты. – Твоя рука в стопе, как и моя. – опережает его вопрос Рери, сложив руки на груди. – В стопе? – Да, наши комбинации достаточно сильны, брать карту – рискованно, поэтому нельзя. – Три, – Арлекино перебила их, показывая свою карту. – И того семь.. Рери, у нас ничья. Они просверлили друг друга взглядом, оба натянуто улыбнувшись под цоканье Марионетки. – Почему он снова победил! – Тише, – Коломбина подошла к ней, начав хлопать по её плечу. – Не победил, у них ничья. Это мы просто проиграли.. – Всё равно, не хочу я больше играть. И тебе не советую! Только попробуй подхватить их выходки... – в этот раз шпилька с головы полетела в Арлекино. Коломбина последовала её примеру, сняв украшения с причёски. Флинс, пожалевший о впервые распущенных волосах снимает массивный пояс с талии. И пока те двое спорили о честности игры, он взял со стола бокал с белым вином. Дальше они играли в разнобой, подключая других к игре и выпивая бокал за бокалом.

***

Спустя добрый час, Рери, вернувшийся с уборной застаёт заманчивую картину: с виду, как раньше казалось, скромный и застенчивый парень – вальяжно сидел на стуле, с до ужаса ровной осанкой, в одних штанах. В одних, мать его, штанах. Подойдя к нему, с бурей эмоций внутри, он хватает его и, насколько был способен, вежливо просит отойти. – Если ты играть не умеешь – играй со мной. Про игру на раздевание я шутил, даже у той, мелкой занозы, хватило ума не лезть дальше! – Эй, всё это вышло нечаянно. Ох, великий лоскут бинтов ходячих, у меня, в отличие от тебя, элементов одежды не так много. Я проиграл лишь пару раз и не собирался дальше продолжать. Сам не понимая, зачем отчитывается, Флинс замолкает, скрестив руки на груди и покосившись на парня. Сказать что-либо Рери не даёт Коломбина, появившаяся из ниоткуда и всучившая в руки Флинса ключ от кладовой с просьбой принести оттуда пару дисков на его вкус. – А кладовая где?.. – только и успевает спросить Флинс, смотря в сторону, где секунду назад была девушка. – Я проведу, – устало выдохнув, Рери запрокидывает рукой челку назад. – Чего застыл? Она далеко, я не смогу так объяснить, да и ты не запомнишь. Флинс не стал отвечать, молча следуя за ним. К концу дороги он мысленно благодарил, что тот всё же решил его сопроводить: им пришлось сделать круг почти по всему дому, проходя через бесчисленное количество дверей. И вот они подошли к небольшой двери, за которой пряталась кладовая. Правда, сперва нужно было сдвинуть куда-то все ящики, что не составляло проблемы — проблемой стала старая дряхлая лестница и отсутствие света. – У тебя телефон с собой? Включи фонарик, пожалуйста. – Подожди, – достает телефон из заднего кармана штанов и протягивает его ему. Флинс, сперва попытавшись включить фонарик, выразительно прокашлялся, всё же отдавая телефон обратно владельцу. – Что? – Пароль. У тебя без него даже фонарик не включить. – Трижды тридцать восемь. – цокнув, закатывает глаза и опирается о проём Рери. Флинс, больше не задавая вопросов — разве что где-то на затворках сознания затаилась мысль, что на самом деле у настоящего владельца телефона его отобрали силой, иначе зачем он поделился чем-то таким сокровенным, как пароль, — включает фонарик. Оглядевшись уже с фонариком Флинс подмечает, что не смотря на такую лестницу здесь довольно чисто и прибрано. Рери остался ждать на лестнице, пока Флинс не появился в проходе с коробкой, в которой по идее должны быть диски. Пока тот поднимался по лестнице, Рери дернул ручку.. А потом еще раз. И ещё. – Блять... – бормочет себе под нос, наваливаясь всем весом на неё. – Дверь заклинило. – Забавная шутка. – На кой мне шутить? – Выгибает бровь Рери, бросая попытки открыть дверь. – Подержи, – пихает ему в руки ящик с телефоном, – и отойди. В дверь он врезается с глухим грохотом, почти сразу же отпрянув от металлической дверь и потерев плечо. – Сложно, наверное, быть придурком... – Завались. – Конечно, – вручает ящик обратно, оставляя телефон себе, – постой тут, раз так нравится. И головой побиться можешь, кстати... Все остальные идеи озвучить он не стал, идя в сторону стеллажей – там точно будет место, где можно присесть. Параллельно ковырясь в телефоне и самую малость жалея, что не добавил эту маленькую язву в свои контакты. Хорошо, номер той же Коломбины зато был... – Кому звонишь? – Полицейским, за незаконное похищение и удержание мирных граждан.. Если дозвонюсь, конечно. – Мм.. Славно. А время, кстати, сколько? – Полпервого ночи. Они выдерживают паузу, простояв так больше минуты перед тем, как Флинс заговорил. – Дверь точно заклинило? Ты не издеваешься и это не одна из твоих шуток? – Оу.. Конечно, застрять с полуголым экзорцистом в кладовой это ведь моя давняя мечта. – Да ну, я вот всегда мечтал провести так свой день рождения. – А он у тебя сегодня что-ль? – ... – Воу... Стой, подожди, не шутишь? Отвечать Флинс не стал, облокотившись на стеллаж за спиной, прикрывает глаза. – С днем рождения? – Спасибо? – Не за что... – Ты сейчас серьёзно? Тебе заняться нечем? – Тупанул. Но подожди, сейчас я серьёзней некуда. С днём рождения.. Почему ты не сказал о нём? – Зачем тебе это? – Так у тебя, блять, день рождения! – Вскакивает с места, положив телефон на тумбочку. – Я бы успел подготовить хоть что-то... – Я всё ещё не понимаю зачем тебе это. – Ты начинаешь меня раздражать, когда пристаёшь со своим зачем! – впервые за долго время Рери срывается на повышенный тон. – Так а кричать тебе.. – Блять, я тебя прибью, если скажешь это слово ещё раз. Он застывает на месте, отдышавшись и понимая, что его поступок был крайне глуп и эмоционален. Стыд-то какой. – Сколько тебе исполнилось? – Двадцать три? Рери поперхнулся на месте; собственной слюной, воздухом или информацией он пока не решил. – Так ты.. Старше меня, выходит? – А тебе сколько? – Флинс сейчас уверен в том, что у его собеседника не все дома. – Девятнадцать... Теперь запершило в горле у него самого. – Тебе? – Флинс почти слышит, как крутятся шестерёнки в голове... – Девятнадцать? – Стой, сейчас не об этом... Как мне тебя поздравить? Если ты хочешь что-то, конечно, придётся подождать до утра... – Тебе необязательно мне что-либо дарить, обычных поздравлений хватит. – Нет, я ж серьёзно. Рери подходит к нему чуть ли не вплотную, и Флинс сейчас в полной мере ощущает их разницу в телосложении. Он смотрел ему прямо в грудь… И этот малыш-переросток младше него? На четыре года? Он-то? Окунувшись с головой в мысли, Флинс не сразу понял, что парень перед ним на самом деле одолжил ему свой плащ. – Так, сейчас.. Точно нет ничего, что я мог бы сделать? – Дверь ты уж точно не выломаешь, так что успокойся. Они оба замолкают, прислушавшись к песне, что дошла аж до сюда. Мотив больно знакомый, кажется, это bad girl, от and one... – Хочешь, я тебе отсосу? what are you doing tonight? «Как строчка подошла...» – на уме и языке вертелись разные фразы, – Ты ебнулся? – Для тебя сейчас сделаю все, о чём ты попросишь. – Придурок, я не об этом, – хлопает по чужим рукам на своей ширинке, – и встань с колен! Когда ты вообще успел.. – Эй, расслабься, – говорит он, уперевшись в пах лицом, – я всё сделаю сам. – Так это ещё больше напрягает! Какого ты вообще это так вкинул? Может, для тебя и нормально за каждым углом.. – Не нуди сейчас только, я раньше никому не отсасывал. И вообще, я девственник, никакого букета тебе не подарю... Повторю, тебе сейчас переживать не о чем. – Ты то? – удивляется на секунду, затем сразу приходя в себя и хватая его за макушку, – это сейчас вот вообще не важно! – Смотри. Я — хочу тебе отсосать. У тебя стоит от этой ситуации. Ну, либо же на меня. Что тебя не устраивает? И прекрати дергать мои волосы как вздумается, залысины останутся... В этот раз Флинс промолчал, наблюдая за тем, как ловко Рери зубами подхватывает и стягивает замок. И как через ткань целует его.. «Что-что он целует?..» – открывает рот, пытаясь понять, как так вышло, «почему у меня вообще встал в такой ситуации...» В чувства его привёл прохладный ветер с форточки, коснувшийся плоти… Этот придурок — Флинс в этом уверен — вспомнил о своих руках, резким рывком спустив их до колен. Вместе с боксёрами, конечно. Теперь, уже без мешающей ткани, — повторяет свои действия, не отводя взгляда от Флинса. Флинс, в свою очередь, хочет провалиться под землю. Жизнь его не готовила к такому… Да он сам, чёрт возьми, никогда о таком не думал! – Мг… — тихий стон вырывается нечаянно, когда больше половины разгорячённой плоти оказывается во рту парня. Одну руку с головы он все же убирает – зажимает ею свой рот, прикрыв глаза. В ответ нижний лишь расслабил горло, вбирая всю длину и языком проходясь по чувствительной коже. Рери, в свою очередь, одну руку с его бедра убирает и сжимает ягодицу. Сказать что-либо Флинс не решился, поэтому, сильнее уперевшись спиной о стеллаж, запрокидывает голову. Член из чужого рта выходит с хлюпом – непозволительно громко и пошло, Флинс не смотрит на него, но прекрасно чувствует, как растянулись его губы в улыбке. Воздух вокруг от чего-то стал невыносимо вязким и горячим. Он обводит языком головку, в конце уперевшись им в уздечку. Ноги подкашиваются, а руки сами ищут опору в стеллаже за спиной. – Сядь, удобнее будет. Все вопросы куда и как пропали сами, когда с плеч соскользнул чужой плащ. – Подожди, – хрипло тянет парень, опускаясь вниз. – Ноги-то раздвинь… – в его голосе почти что можно уловить просьбу, но эта нотка обломалась в тот же момент, когда, подхватив бёдра, свою просьбу он выполнил сам. – Агх! – вздрагивает, тихо вскрикнув, стоило почувствовать боль на внутренней стороне бедра. – Э-эй, не кусай. Облизнув место укуса, Рери подтягивает его за бёдра и снова присасывается к головке, в этот раз ещё усерднее вылизывая её. Флинс, старательно сдерживающий все звуки в себе, стал забывать, как вообще дышать. Когда низ живота начал скручиваться и тянуть сильнее, он на автомате, не раздумывая, прижал к себе Рери за волосы. – А... Кх.. Возможно, он был слишком резок? Почувствовав, как чужое горло сжимается вокруг члена и как дрожь прошлась по всей длине, Флинс сощурился. Не открывая глаз ровно до того момента, пока не послышалось тихое мычание и хлопки по бедру. Руки он расслабляет, как и бёдра, которыми сжал его голову. – С днём рождения… – поздравляет уже второй раз, высовывая язык, по которому стекали струи семени. Осознав, что этот образ, представший перед глазами, полностью его заслуга, он чувствует, как от жара теперь горит не только в паху, но и лицо. И сердце что-то стучит… Нужно будет сходить к кардиологу. Да, обязательно… – Ты весь красный, дядь. – А? А.. Э-эй, какой дядь? Стой, выплюнь вообще! – спохватился Флинс, не понимая за что ухватиться первым. Рери закрывает рот, для того, что бы собрать всё и сплюнуть – по крайней мере флинс так думал, пока беловолосое чудо показательно не проглотил это, облизнув уголоки губ после. – Ты последние крохи мозга выбил.. – Конечно. Не хочешь п.. – Флинс, кажется, впервые видет как тот запинается. – Продолжить? Не здесь. Пыльно, ещё и.. Э-эй! Флинс невольно вскрикивает, когда парень поднял его одной рукой, держа за талию. – Если стоять сложно, то обопрись об меня. – тихо, почти ласково просит Рери. Противиться Флинс и не думал, поэтому чуть ли не повиснув на чужом плече, ухватился взглядом за фонарик. А потом посмотрел вниз – Рери уже застегивал его штаны. Скользнув ещё ниже поперхнулся, почувствов, как неловко вдруг стало. Рери, заметив, как Флинс выпал из реальности проследил за его взглядом, что вёл к собственному паху. – Если хочешь помочь, то приходи в себя быстренько. Скоро голубка придёт. Флинс кивает, прижавшись к нему сильнее.

***

К счастью, к приходу Коломбины всё решилось. Поэтому, сопроводив её до комнаты, донеся ей коробку дисков, он быстренько прощается. – Жаль, что вы так рано уходите… И ты прости. Приходи на днях, я верну вещи. Не думаю, что сейчас найду их в той толпе. – Ничего, всё нормально. Спасибо тебе, кошмарных снов вам! – И тебе! Попрощавшись, Флинс неспеша выходит из дома, ища взглядом парня, который, вроде, должен был ждать у входа. – Прости, – протягивает ему белоснежный свитер парень, – пришлось отойти. – Это чьё? – Ничьё. Пока ты там куковался с голубкой, я заказал это с ателье, так что чистое и новое. Надень. – Сколько стоило? Я верну потом. – Верни невинность моего рта, а не цену этой тряпки. – Спасибо, – неловко поблагодарив, Флинс просовывает руки в рукава, как ему тут же всучили печенье формы тыквы. – Теперь домой? – Мгм.

***

Половину дороги Флинс пролежал на коленях Рери, борясь со сном. Как они вышли, он не помнит; пришёл в себя он уже в лифте. Вернее, когда он… набросился на Рери, чмокая его в губы и через бинты периодически пытаясь укусить шею. – Ты в роль вжился, да? – прижатый к стенке лифта Рери пытался понять столь резкую смену напора. В ответ на его покусывания он лишь крепче обнял его, хлопая по спинке. Терпение рядом с таким безумием на шее начало сходить на нет, поэтому, стараясь сохранить здравый рассудок хотя бы до квартиры, он запрокидывает голову. Открывающаяся дверь лифта стала чуть ли не спасением — Рери, пока на нём почти что полностью вис Флинс, потащился к квартире, стараясь не запнуться о его ноги. «Ещё чуть-чуть». Дверь Рери захлопывает, а Флинс наконец отлипает. – Снимешь обувь? Наглость Флинсу Рери уже простил, поэтому, закрыв дверь на замок, встаёт перед ним на колени; расстёгивает шнуровку берц и снимает их с него. – Придурок… Я про тебя. – Что? – Ты и в кровати спишь с обувью? – Понял, – теперь он повторяет те же действия со своей обувью. Едва успев убрать их, Флинс тянет его за собой, схватив бинты на груди. – А руки помыть? – Ты из себя грубого хулигана для этого вопроса строил? – Я бинты как раз сниму. Флинс косится на него, в конце концов отпустив. – Я на кухне помою, буду у себя в комнате. Что означала последняя фраза Рери не понял, либо его сейчас бросили, либо его ждут там. Проверит он, конечно, в любом случае, но сейчас действительно стоит снять все эти бинты. В комнату к Флинсу он идёт лишь спустя минут десять, в одних спортивных штанах. Дверь в комнату открыта, поэтому не стучась он заходит и теряет дар речи. Вот же. Смотря прямо ему в глаза, Флинс сидел на своей кровати абсолютно голый, с двумя пальцами в.. Потирая переносицу краснеет Рери, он завораживал, безумно, смотреть хотелось вечно – но стыд то какой! Он совсем свое приличие потерял, всегда ли он таким был? Вместе с чувством стыда вернулся и жар в паху. – Ты смотреть пришёл? – Извращенец. – Так ты идёшь? Заметив на тумбочке бутылек со смазкой Рери отставил все вопросы. К Флинсу подходит молча, не решаясь пока смотреть на него. Как растягивать он знает. Не на практике, конечно.. Но ничего страшного же не случится? Поэтому, всё ещё не глядя ему в лицо, Рери подтягивает к себе Финса. Он вытаскивает из себя пальцы; в таком положении будет неудобно себя растягивать, да и он почти что уже закончил. Собрав стекающую по ягодице смазку, Рери вставляет резко, одним движением средний палец в него. Вроде мягко, можно и второй? Как это вообще решается, стойте, про такое кто он читал! Ну, в случае чего Флинс сам скажет.. Скажет ведь? Нет, какое ещё в случае чего? – Ты сделаешь хоть что-нибудь?.. Смотреть на Флинса с верху вниз в такой позе было чем-то до ужаса опьяняющим. Медленно вставляя второй палец, теперь Рери не отрывал от него и взгляда. Игрась пальцами, раздвигая их и крутя, давя на стенки и повторяя действия по кругу. Третий палец вошёл чуть сложнее, чем первые два.. Теперь стоит быть осторожнее? Флинс съёжился, тихо застонав и покраснев от воспоминаний; он.. Он также картами игрался, а сейчас растягивал его так! Нащупав рядом с указательным пальцем маленький бугорок, Рери, стараясь не двигаться лишний раз – давит всеми тремя пальца на него. Смотрит на Флинса, проверить всё ли он делает правильно. И, продолжая давить на простату где-то в голове стрельнуло. Флинс тяжело дышал с открытым ртом, глаза спрятав в изгибе логтя. Ещё раз надавив на простату, свободной рукой он ещё сильнее приближает Флинса – его зад теперь на его, Рери, коленях. Руки с лица пропали, открывая глаза.. Заворожённо смотря в них, Рери прокручивает внутри него пальцы, давя фалангами на железу, в ответ на свои действия получая одобрительное мычание. «Можно ведь» Приподнявшись, и всем телом слабо давя на Флинса, Рери потянулся за поцелуем – сопротивления он не получил, поэтому обкусав губы нижнего он углубил поцелуй. – Всё, – пытаясь отдышаться Флинс закрывает ему рот своей рукой, – просто в-вставь уже, пожалуйста. Последний раз чмокнув его в губы – ну, почти. Они соскользнули, влажным следом пройдясь по скуле. Рери отстраняется, вытаскивая пальцы, с влажным чавком. Нащупав в своём кармане презерватив, предпринял самую позорную попытку натянуть его на своей член. Поднявшийся Флинс ситуации не улучшил – тот начал откровенно смеяться смотря на полностью раскрытый презерватив в чужой руке. – Шарик надуть хочешь? – под его насмешкой голова плывёт ещё сильнее, – умница.. Но, может, сперва сделаешь то, ради чего приходил? Рери лишь прокашливается, в конечном итоге бросив презерватив на пол. – Ещё есть? Если он поможет одному большому мальчику с этим, ему не убудет.. Но когда из кармана Рери достал второй, уже закрытый презерватив его снова пробрало на смех. – Какой умный мальчик... Подготовился, сразу два. Рери, смущённо и обиженно смотря на него, молча протягивает ему запечатанный презерватив. Флинс берёт его в свои руки, зубами поддев уголок – как в самых развратных фильмах, которые он помнил. Пальцы на головке члена ощущались как лёд, после столь долгого ожидания.. Другой рукой Флинс сжал кулак вокруг головки, доводя его вниз, до основания, растягивая защиту по всей длине. Опомниться до конца Рери не успевает, Флинс уже потянувшийся за смазкой.. Выглядил слишком сексуально, думать о чем-либо другом просто не выходило. То, как завораживающе тот набрал смазку на пальцы, вставляя их всебя. То, как развратно эту же смазку вылил на его член, кидая бутылек в сторону и насаживаясь на его член. Нет, стойте, что он делал? Рери гортанно стонет, прикусив собственный язык, стоило Флинсу одним рывком вобрать его всего. Когда ушей коснулся очередной тихий стон, рассудок что-то затуманило, упорно противясь желаниям хозяина.. Рери набрасывается на Флинса, прижав того к кровати и вытаскивая почти всю плоть; таким же резким рывком вгоняя её обратно. Утробно застонали они оба, вместе, одновременно. – Совсем недавно кто-то кичился своей невинностью.. Привыкнуть дай, подожди! – Не честно, что ты уже спал с кем-то. Спросить о чем он вообще Рери не дал, сжав его шею. – Я, в отличие от тебя, хранил себя невинным все это время. – Э-эй, нашёл что сейчас обсуждать. Раслабь хватку, дышать нечем. Сказать, что чувство удушья не взбудоражило ещё сильнее – значит соврать, но, всё же, терять сознание в процессе не хотелось. – А это.. Мы ведь теперь встречаемся выходит? – Что? От такого вопроса внутри всё сжалось.. Флинс в который раз убеждается, что этот парень не умеет подбирать слова и время для вопросов. – Ну. Я тебе отдал своей первый раз и первый поцелуй. Логично ведь, что теперь мы не просто друзья? Расстраивать его тем, что так-то и друзьями они толком не были Флинс не стал. Ответит потом, когда сможет думать в здравом уме. – Ах! – стон вырвался непроизвольно, – не кусай соски, придурок! – Я ведь теперь твой любимый, а не придурок. – Я тебе ещё не ответил.. – Но ведь согласишься в конечном итоге. Задавать ещё вопросы, отвечать или возмущаться сил не было, да и сейчас они вряд ли друг друга слушать станут. Флинс просто запрокинул голову, закатив глаза. Чувствуя, как напряжение растёт все сильнее – внутри все сжималось. Рери, и не думающий сбавлять обороты это прекрасно чувствовал. Ускоряя темп, продолжил покусывать ареол соска. – Рери.. – кажется, он впервые услышав от него свое имя, так ещё и в таком тоне. Флинс оттягивает беловолосую макушку за волосы, смотрит их обладателю в глаза – два ярких рубина, блестящих от слёз, скопившихся в уголках глаз. «Слишком сильно потянул?» – задаётся вопросом, уже жалея о том, что решил потянуть.. Всё же силу на подобные действия рассчитывать было сложно. Волосы отпускает, в этот раз просто притянув его за макушку. Целует в губы, периодически кусая его язык. Обхватывает талию Рери ногами, скрещивая их, стараясь прижать его к себе. Левая рука скользит, царапая ногтями спину. – Я сейчас.. Кх. Флинс замолкает, прикусывает чужой язык и выгибается в пояснице, перед глазами плывут бабочки и искры, ногтями до боли впиваясь в спину. Белая, липкая и склизкая жидкость расползлась по животу, пачкая его. Вслед за ним, кончает Рери, до бордовых отметен сжавший бёдра Флинса. Сделав ещё пару толчков, Рери выходит из него, через мгновение ложась на него – голову на грудь, а руками сгрёб его в объятья, сжав как паук. Довольный и уставший Флинс, в таком тепле засыпает чуть ли не сразу.

***

Еле разлепив веки утром — в комнате была темень, но по ощущениям чуть ли не обед — он, потерев глаза, вспоминает события вчерашней ночи и, списав всё на похабный кошмарный сон, садится на кровати. Пока где-то внизу что-то остро не кольнуло. – Уже проснулся? Свет в комнате включается слишком резко, да так, что добрые пару минут пришлось прикрывать глаза руками. – Автограф неплохой, – доносится низкий голос с нехарактерной хрипотцой. – Но здесь контур поплыл, нужно будет по новой. Сейчас Флинс без доли стеснения таращится на то, как Рери вертится в одних штанах перед зеркалом.