Король котов

      Новый дом мистера и миссис Тонкс был идеален. Светлый, двухэтажный, в стиле королевы Анны, с эркерами и витражными окнами, он казался сошедшим со страниц доброй сказки. Песочного цвета стены увивал плющ, уже тронутый осенней медью, высокая черепичная крыша венчалась остроносым фронтоном, пышные кусты гортензии в ухоженном саду еще хранили последние сиреневые соцветия, а по краям газона цвели поздние розы.       — Здесь есть даже солнечные часы! — восхитилась Андромеда, обнаружив их в центре сада на подстриженной лужайке.       Тед обнял ее сзади, положив подбородок на плечо.       — Говорят, в полнолуние они отбрасывают тень, которая указывает на спрятанные сокровища. Когда ты подойдешь к ним… — он выдержал паузу, — они укажут на тебя.       Меда хихикнула.       — Да ну тебя.       — Миссис Тонкс, научитесь принимать комплименты, — Тед поцеловал ее в висок. — Вы же леди.       Она повернулась к нему, и в темных глазах отразились веселые искры.       — Тогда вам стоит охранять этот дом получше, мистер Тонкс, ибо главное сокровище, судя по всему, уже найдено.       Тед рассмеялся.       — Что ж, миледи, позвольте показать вам ваши новые владения.       Подав ей руку, будто приглашая на танец, он торжественно подвел Меду к дубовой двери, к которой была прикреплена записка «Добро пожаловать домой». За дверью был просторный холл с паркетным полом оттенка темного меда. С высокого потолка свисала люстра с хрустальными подвесками, которые отбрасывали на стены радужные блики. В камине уже были аккуратно сложены поленья. По обе стороны от него стояли два мягких кожаных кресла.       — Потрясающе, — восхитилась Меда. — И так светло…       Тед повел ее дальше, и вместе они обошли весь дом, осмотрев гостиную с огромным эркером, в котором красовались разноцветные витражные стекла, спальню с подоконником-скамьей и широкой кроватью, кабинет с массивным письменным столом, кухню с блестящими медными кастрюлями на полках, и везде Андромеда восхищалась, а Тед восхищался ею; ему все еще не верилось, что она по-настоящему с ним. Андромеда Блэк, дочь древнего чистокровного рода, которая не должна была даже смотреть в его сторону, вдруг… стала его женой. Они поженились сразу же после Хогвартса, так быстро, как только могли, а вот дом он нашел не сразу — деньги у него были, но Тед хотел выбрать лучшее место, достойное своей королевы.       — Прости, что так долго, — тихо сказал он, когда они снова вернулись в гостиную. — Найти дом — полдела, а вот оформить… — Тед с шутливым отчаянием закатил глаза. — Проверка кредитной истории, одобрение ипотеки… пришлось искать обходные пути, платить наличными через адвоката, чтобы не вызывать лишних вопросов… Я чуть не поседел.       — Мой бедный рыцарь, — Меда погладила его по щеке. — Я почти чувствую себя виноватой. Зато, — добавила она, — ты победил в этой битве.       — Да, сначала я героически похитил принцессу, а потом нашел для нее дворец, — Тед потерся щекой о ее руку. — Хочешь кофе?       Они устроились в гостиной, в тех самых кожаных креслах у еще не растопленного камина. Лучи вечернего солнца сияли разноцветными огнями сквозь витражи эркера. Взяв «Ежедневный Пророк», Меда бегло просмотрела газету и положила на столик лицевой стороной вниз.       — Кто-то знакомый? — тихо спросил Тед.       Андромеда поджала губы. Магическая война набирала обороты, Пожиратели Смерти совершали все более дерзкие нападения, и Тед знал, что Меда волнуется не только за него, но и за свою семью. Она сбежала от них, они отказались от нее и выжгли с гобелена, но из души так просто не выжечь.              — Никого, — проронила она. — Но дом магглов…       — Да, — Тед помрачнел. — Сегодня к нам поступило двое со следами Круциатуса. Не понимают, что произошло, твердят о людях в масках…       — Не упоминали женщину? — спросила Меда.       — Нет, — помолчав, Тед добавил, — Они же в масках. В плащах…       Конечно, она боялась за сестру, и конечно, никогда ему об этом не говорила. Имя Беллатрикс они не произносили так же, как и имя Волдеморта, только если Волдеморта называли, как все — «Сам-знаешь-кто», то о Белле не упоминали совсем. Как и о других родственниках Андромеды, кроме Сириуса. Тед не хотел настаивать, но хотел бы, чтобы Меда однажды поделилась с ним своими опасениями — это значило бы, что она окончательно доверилась, но она, видимо, не хотела задеть его или обидеть, или просто дать понять, что Беллатрикс все еще дорога ей. Хотя как она может быть не дорога ей? Они были почти неразлучны; не учились вместе, Белла была старше на год, но всегда сидели рядом в Большом Зале и часто гуляли вдвоем по коридорам после уроков. Похожие, как близнецы, две девочки Блэк тогда казались ему единым целым.       — Конечно, — Меда кивнула, быстро отведя взгляд к витражу.       — Послушай… — Тед задумался, подбирая слова. — Ты можешь говорить со мной, о чем угодно. Если тебя что-то тревожит, неважно, что, я все пойму.       — Да, — бесцветно сказала она. — Знаю. Но давай не будем сегодня о грустном.

***

      Постепенно Андромеда привыкала к жизни в новом доме; жить у родителей Теда ей было не сложно, но намного больше нравилось быть единственной хозяйкой. Середина октября пахла пряным дымом из труб, палой листвой и предчувствием Самайна. Ветер гнал по небу рваные тучи.       Она вернулась домой раньше Теда и не хотела бы знать подробности, почему он в который раз задержался в Мунго. Чтобы не думать, она проверила, все ли в порядке: одна из статуэток на каминной полке стояла неровно и Меда подвинула ее так, чтобы все выстроились по единой линеечке. Это немного ее успокоило, но не слишком.       Наконец в дверь постучали, и, взяв волшебную палочку, она пошла открывать. Было не очень приятно направлять оружие на собственного мужа, но в теперешних условиях, когда на пороге мог оказаться кто-то под Оборотным…       Меда вскинула палочку, открыла дверь и застыла. Тед держал в руках нечто, завернутое в шарф. Из свертка на нее уставилась пара огромных золотых глаз.       — Какое я вчера надела нижнее белье? — машинально задала Андромеда заранее заготовленный вопрос; в необходимости проверки можно было найти свои плюсы.       — Красное, — сказал Тед. — С кружевными вставками по краю чашечек и маленьким черным бантиком точно посередине.       — Хорошо, — кивнула она, с истинно аристократической выдержкой отступая назад и пропуская его в дом. Только закрыв дверь, она поинтересовалась, — Ради всего святого, что это?       — Это кот, — немного виновато улыбнулся Тед. — Не сердись. Я просто не мог пройти мимо. Он сидел под дождем у аптеки, весь мокрый, смотрел прямо на меня…       — Он будет линять, — нервно возразила Меда, представляя светлые обои, покрытые шерстью. — И от него… запах.       — Я все уберу, — сказал Тед. — Не будет ни шерсти, ни запаха. Посмотри на него.       Развернув шарф, он показал Андромеде тощего кота с длинными лапами и вытянутой мордой. Кот был сухим — она сделала вывод, что Тед высушил его заклинанием. Смотрел кот на Меду так, будто именно он решал, достойна ли она жить в своем доме.       «Он мне не нравится», — хотела сказать она, но посмотрела, как Тед улыбается, и ей стало неловко. Может, он всегда хотел иметь кота. Он любит животных. Он так много сделал для их семьи и продолжал делать, а Меда что? Меда тосковала по своей сестре-преступнице и до сих пор не научилась готовить что-то, кроме яичницы-болтуньи и подгоревших тостов.       — Ладно, — сдалась она.       Тед просиял, как ребенок, получивший письмо из Хогвартса.       — Отлично! Обещаю, никакой шерсти и запаха, и лоток я беру на себя!       Он поставил кота на паркет, и кот, не выражая ни малейшей благодарности, направился к камину и улегся на коврик с таким видом, будто занимал свое законное место.

***

      Тед назвал кота Арчи, на следующий же день купил для него миску, лоток, специальный домик, когтеточку и пакет корма. Меда наблюдала, как он возится с обустройством питомца и воркует с ним, но сама кота милым не находила. Милым был заботливый Тед, а кот… нет. Совершенно. Он был черным, как сама ночь, без единого пятнышка, и смотрел на Меду с презрением.       — Черный кот леди Блэк, — кисло сказала она за ужином, наблюдая, как Арчи грациозно разлегся на светлом паркете. — В этом есть какая-то поэзия.       Тед рассмеялся.       — Точно! Он правда ведет себя, как аристократ. Видишь, а ты не хотела его брать.       Меде было не смешно. Чертов кот наблюдал за ней, будто составлял на нее досье, фиксируя каждое ее движение. Сидел на спинке кресла, как горгулья на крыше готического собора, и даже не мурлыкал. Он был жутким, но Тед его любил, и Андромеда все время повторяла себе, что она должна уметь идти на компромисс. Они стали семьей. Они любят друг друга. Ей хочется, чтобы Тед был счастлив, неужели она не потерпит какого-то кота — тем более, убирал за ним именно Тед, и кормил его тоже Тед, и шерсти от кота не было, и запаха. Он не оставлял мышей на полу и тем более на столе, не точил когти ни обо что, кроме предназначенной для этого когтеточки, не прыгал на стол — вел себя действительно, как аристократ.       Но Меде он ужасно не нравился.       Она не знала, почему. У нее даже аргументов не было, а просто «он жуткий» звучало глупо. Но кот был жутким. Он мог часами сидеть на подоконнике, уставившись в пустоту сада, будто чего-то ждал. Когда Андромеда попробовала подружиться с ним и угостила кусочком лосося, кот взял рыбу, унес под диван и оттуда послышалось чавканье, слишком похожее на человеческое.       Ей просто казалось, уговаривала себя Меда. Она нервничала и поэтому ей казалось. Что такого в том, что кот смотрит в окно? И жевал он, скорее всего, не так громко…       И он нравился Теду.       Черт бы его побрал.

***

      До Хэллоуина оставалось каких-то пару дней. За окном шумел ветер, сырой и пронизывающий, срывающий последние листья с крючковатых ветвей. На лужайках соседей светились гримасы тыкв.       Тед тоже вдохновился приближением праздника и украсил их гостиную светильниками в виде фонарей Джека, гирляндами искрящихся фейерверков над камином и парой забавных скелетиков в цилиндрах, которые сидели на подоконнике.       Поморщившись, Меда передвинула один так, чтобы оба находились на одной линии.       Легче не стало. Время близилось к полуночи, а Тед все еще не вернулся с работы — он никогда еще не задерживался так поздно, и Андромеда не знала, что делать. Говорила себе: у него много работы, особенно сейчас, может быть, снова поступили пациенты, но… тогда почему он никак не сообщил ей? Он мог связаться с ней через камин или прислать сову, он не стал бы заставлять ее нервничать, он знал, что она волнуется.       Но не мог же он?..       Нет, Белла не стала бы.       Или?..       Меда была уверена, что сестра никогда и ни за что не причинит ей вред, но — ей. Не ее мужу. До сих пор Теду удавалось избежать встречи с ней, но что, если… Думать об этом было страшно.       В доме стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине и… Меда прислушалась. С подоконника доносилось ровное мурлыканье.       Этот кот все-таки умел мурлыкать, но даже это звучало жутко. Он сидел, свернувшись клубком, смотрел в окно и Меде показалось, что он тоже ждет возвращения Теда, но без страха, а с какой-то… уверенностью?       Чертов кот портил все.       Отвернувшись от него, Андромеда подошла к камину проверить, ровно ли стоят статуэтки, но не успела подвинуть одну — в дверь раздался стук.       Она взяла волшебную палочку, крепко сжав оружие в ладони. На пороге стоял Тед — он весь промок, опирался плечом на косяк, и был мертвенно-бледным, и первым желанием Меды было скорее затянуть его в дом, но она вскинула палочку.       — Какое заклинание ты применил перед тем, как впервые меня поцеловал?       — Авис, — бесцветно проронил Тед. — Тебя восхитили птицы, ты была слишком очаровательной и я не удержался.       Меда отступила назад, впуская его в дом. Он шагнул через порог, едва не споткнувшись. Коснувшись палочкой его одежды, Андромеда применила чары горячего воздуха, чтобы все высушить, и только потом спросила:       — Что случилось? Ты ранен?       — Нет, — Тед благодарно взглянул на нее. — Я… я видел такое, — он провел ладонью по лицу. — Ты не поверишь.       — Я попробую, — сказала Меда, про себя взмолившись, чтобы то, что увидел Тед, никак не было связано с ее семьей.       — Я… я задержался, — начал он. — Должен был аппарировать сразу, но случаи сегодня были… сложные, и я решил сначала проветриться. Дошел до старого кладбища у церкви… и увидел там свет. Странный свет. Я решил проверить. Подошел ближе… и услышал музыку. Похоронный марш.       Меда вздрогнула. Арчи поднял голову, будто внимательно слушал.       — Это была похоронная процессия, — Тед устало опустился в кресло. — Но… гроб и факелы несли коты. Десятки котов самых разных мастей… а на крышке того гроба были нарисованы корона и скипетр…       С подоконника, где неподвижно лежал Арчи, послышался резкий звук. Меда резко обернулась и застыла — кот поднялся на ноги и его глаза вспыхнули ликованием.       — Старый Питер мертв! — громко провозгласил он на весь дом человеческим голосом. — Значит, теперь я — король котов!       Прежде чем они успели пошевелиться, он метнулся к камину, но не прыгнул в огонь, а растворился в тени, которую отбрасывали догорающие поленья.       Повисла звенящая тишина.       Наконец Меда спросила:       — Какого черта?       — Король котов, — Тед издал нервный смех. — Господи. Поверить не могу. Король котов… если бы это был анимаг, мы бы поняли, значит… Мы держали в доме короля… кормили его лососем…       После пары минут тишины Андромеда сказала:       — Я слышала такую легенду. Про то, что у котов есть король. Нам с Беллой… — она замолчала, прервав саму себя. Тед поднял глаза, глядя на нее.       — Меда…       — Мне рассказывала бабушка, — сказала она.       — Меда, — Тед встал с кресла, шагнул к ней и взял ее руки в свои. — Ты правда думаешь, что я не понимаю, что ты скучаешь по своей семье?       Она закусила губу.       — Это же нормально. Что такого в том, чтобы скучать по тем, кого ты любишь? Разве ты можешь просто взять и забыть их? Бога ради, Меда, это твои родные. Твои сестры, твой кузен, наконец, твои родители! Ты провела с ними всю жизнь, неужели ты думаешь, что я жду, что ты просто вычеркнешь их? Какими бы они ни были? — Тед крепче сжал ее ладони. У нее всегда были прохладные руки, а сейчас — совсем холодные.       — Нам с Беллой, — дрогнувшим голосом продолжила Меда, — рассказывала тетя Вальбурга. О… о короле котов.       — Видишь, — улыбнулся Тед. — Это же совсем не сложно. Я бы хотел больше узнать о тебе. Я бы хотел узнать о тебе все. Каким было твое детство, что ты любила, что ненавидела, во что играла, какие сказки слушала… может, у тебя был кот? Или собака? Или пони?       — Пони, — на ее губах наконец появилась улыбка. — Нам всем покупали пони на день рождения, когда исполнялось восемь лет. Я назвала своего Агат, у Беллы был Спирит, а у Цисси — Ириска…       — Давай я заварю кофе, — сказал Тед, — и ты расскажешь мне больше?       Теперь она по-настоящему улыбнулась.       — Давай.       И когда он повернулся, чтобы пойти на кухню, тихо сказала ему в спину:       — Спасибо.