Я нашла тебя...

В этот день я окончательно потеряла надежду на то, что мы с Михаилом Юрьевичем будем вместе.

***

Сегодня собрание округа, и я смогу увидеть Москву. Я так рада, что словами не передать. Надеюсь, в этот раз смогу его покорить! За пару минут до того, как мне предстояло «страдать» на собрании, я быстро прошмыгнула в кабинет. Так... Михаила Юрьевича ещё нет. Успела! Не теряя времени, я подошла к стулу и плюхнулась на него. Достала документы и мельком просмотрела их. Я старалась написать идеальный отчëт так, что он должен заметить и обратить на меня внимание. Дверь внезапно открылась, и Михаил Юрьевич вошёл, оглядывая всех присутствующих. Началась моя "пытка". Эти встречи были невыносимы, если бы не шанс хоть мельком увидеть предмет моей симпатии. Москва буркнул приветствие и сразу приступил к отчётам. Каждый по очереди докладывал, а Михаил Юрьевич всё время находил, к чему придраться. Это говорило одно - он очень зол. Меня это пугало потому что я буду скоро выступать. Момент настал. Чувствуя, как внутри всё сжимается от волнения, я встала и начала говорить. Мой голос звучал уверено, но прислушавшись, можно было уловить лёгкое дрожание. Закончив читать отчёт, я посмотрела на Москву. Я была напугана до смерти его испепеляющим взглядом. Мне хотелось, чтобы земля меня поглотила. И тут началось. Едва он начал высказывать свои замечания, я осознала, что нахожусь на грани слёз. "Соберись, не плачь, особенно при нём" - зародилась мысль в моей голове. Дальше прошло как в тумане. Единственно, что я услышала перед тем, как покинула кабинет, это слова "всё будет хорошо".

***

Я ехала домой, вся в слезах. Рыдала на взрыв и не могла успокоится. Хорошо, что никого в вагоне "Ласточки" не было, а то было бы стыдно. Через 5 минут я уже не могла плакать и хлюпала носом. Слёзы закончились. Поезд затормозил. Объявили остановку "Владимир". В вагон вошла женщина благородного возраста. Старушка была приятная на вид. Можно сказать, что она похожа на образ "доброй бабушки". Заметив меня, она подошла ко мне и села рядом. Через несколько поезд тронулся. И вдруг женщина заговорила. - Здравствуй, деточка. Что же ты плачешь иль обидел кто? - произнесла старушка, смотря на меня добрыми карими глазами. Сидя рядом, она дала возможность рассмотреть её внимательно. Бабушка была невысокого роста и обладала умеренной полнотой. Её лицо было простым и располагающим, с высоким лбом и прямым носом. Поняв, что затянула с ответом на 2 минуты, я поспешила поздоровалась, чтобы исправить неловкость. Я решила поделится всем: и о своей несчастной любви, и о финансовых проблемах, и о том чёртовым отчёте. Старушка сидела и внимательно меня слушала, не перебивая. - Я чувствую, что тебе сейчас очень не просто. Не сдерживай себя, если хочешь выплакать. Я здесь, просто буду рядом,- мягко проговорила она. Обняв её, я опять заплакала. Десять минут я не могла остановить слёзы. - Милая, иногда приходится принять, что насильно мил не будешь. Не трать своё время на то, чтобы заслужить чью-то любовь, это лишь принесёт тебе страданья. Даже слушая её, я не могла избавится от ощущения внутренней пустоты, которое преследовало меня с момента, как я вышла из кабинета после собрания. Я вымученно улыбнулась.

***

Я приехала домой. Устала. Моя пустая огромная советская квартира встретила меня тишиной. Раздевшись, я осмотрела свой коридор. Длинный и узкий. Больше всего привлекает внимание бежевая ковровая дорожка своими красивыми и разнообразными узорами. Мне она очень понравилась поэтому я её купила. После ужина я легла на диван, и мои мысли унесли меня куда-то далеко. Воспоминая о моём дне нахлынули на меня волной. Собрание. Поезд. Старушка. Её слова засели глубоко в голове: «Насильно мил не будешь». Может, она права… Мне нужно избавиться от этой любви. И так я заснула...