Шарага fuck u

На малооживлённой улице эхом раздаются голоса. Один чуть приглушенный, второй намного громче и развязнее. Ночью по всему городу прошел дождь, поэтому один из парней уже полчаса стабильно раз в несколько минут наступает в лужу какой-то частью обшарпанных кед. Светит солнце. Утренняя свежесть окутала всю небольшую улочку. Несмотря на ранний час рабочего дня, не слишком-то большое количество людей спешит по своим делам. Субон, вот, заметил лишь парочку. Либо у него глаза косят, тут уж только догадываться. Они с Намгю, поспавшие от силы два часа, держат путь в любимое образовательное учреждение – колледж, что в народе зовется «шарагой». И они бы с радостью и превеликим удовольствием забили огромный болт на пары, как делают это всегда, если бы оба не висели на волоске от отчисления. А вылететь на последнем курсе, пускай среднеобразовательного учебного заведения, совсем не хотелось. Даже если не по своей воле, а по маминой. – Я вот подумал, – начинает Субон свою мысль, тогда как другой обращает на него не слишком заинтересованный взгляд из-под прикрытых век. – нахуя нам с тобою дипломы? От него за несколько метров несет травой и ментоловыми сигаретами, на голове бардак из фиолетовых прядей с отросшими корнями, губы приоткрыты, а глаза красноватые и слегка выпученные. Чхве ведет себя комично, но это его неотъемлемая часть. Как этот человек вообще может думать? – Ты же любишь свою маму, – с усмешкой отвечает Гю. – я, кстати, её ебал. – Долбоеб, – лениво отзывается Чхве. Он бы обязательно надрал ему зад, как делает это обычно за подобные, хоть и шуточные высказывания, но сейчас он ноги-то еле волочит, так что о потенциальном конфликте из ничего не идет и речи. Бульвар, по которому они идут, кажется им бесконечно долгим. Намгю успевает зевнуть несколько раз, передать эту «лихорадку» Субону, затем наоборот и так далее. По мере приближения к нужному месту разум начинает процесс отрезвления. Вообще, по сути, это хорошо. Но почему-то никому не хочется мыслить здраво. Они то и дело передают друг другу одну единственную стеклянную бутылку светлого нефильтрованного, отпивают небольшими глотками и идут дальше. У Намгю видок затраханный донельзя. Длинные грязные волосы, впалые глубокие синяки под глазами, мятая одежда и тот же запах перегара. Спросишь у него: «что было сегодня ночью?», а он и не ответит. Ибо не помнит. Пока он и не старается прийти в себя, лишь по наитию шевеля ногами в нужном направлении да изредка открывая глаза, дабы не усомниться в своей координации, Субон все продолжает свой монолог сумасшедшего: – Бля, ну вот реально, по факту, – в процессе он, насколько это возможно, пытается активно жестикулировать, чтобы как можно лучше донести огромной важности информацию. Намгю уже даже не пытается вникнуть. – я же могу просто раскрутиться и стать типа популярным очень. Рэпчик читать, понял, да? – Ага, – Таносу иногда нравится разговаривать с ним вот так: когда он без умолку тараторит, а другой его пускай и не очень внимательно, но слушает. Словно важен сам факт его присутствия, а не вовлечения. – Во-от, – тянет и чуть было не спотыкается о булыжник, кокетливо валяющийся прямо посреди дороги. – я буду музло писать, сводить там, все дела, а ты будешь битбоксить мне на фоне. – Я из битбокса умею только «перчик капуста», – улыбнулся Гю. Иногда болтать ни о чем так приятно. – Да блять, ты безнадежен, – выпаливает первое, что пришло в его пьяную голову Субон, и хватается за неё же руками, прикрывает глаза. Все равно знает, что тот и усом не поведет. – Ну, – соглашается, краем глаза посматривая на виднеющееся из-за крон деревьев старое здание без ремонта. – на, допей, – протягивает бутылку с жалкими остатками алкоголя. Палиться с таким прямо перед входом все равно нежелательно. – Ладно, ma boy, можешь просто быть моей музой вдохновения, – договаривает как тост и выпивает уже противное пойло залпом. Намгю глаза закатывает и уголками губ улыбается. Ясно, кто обдолбался сегодня сильнее. – Чтобы я без этой воз… – не успевает договорить, как оказывается притянутым за лицо, прижатым губами к губам. Субон целует медленно, будто засыпает на ходу. Иногда, когда вспоминает, посасывает нижнюю губу, а затем неторопливо двигает обоими. Глаза не закрывает никто из них. Намгю подчиняется. Отвечает так же лениво. Для него это ничего не значит, наверное. Просто Субон – его лучший друг, немного конченный. Просто иногда они целуются, и так, и сяк. Каждый раз по-разному. И каждый раз Гю искусно изображает похуизм. Хотя в чем его смысл после такой отдачи делу? – Да все, фу, отвали, – мямлит в чужие смыкающиеся губы и не слишком охотно вырывается, отодвигает парня за плечи. – у тебя изо рта говном несет. У Таноса вид ничуть не расстроенный, скорее довольный. Стоит, как кот, обожравшийся сметаны. Через пару минут должна начаться первая пара. Их будет еще очень много, и никому неизвестно, куда может свернуть судьба этих двоих, какое будущее их ждет. Хорошо одно – Намгю навсегда останется его лучшей и единственной музой не только для написания трэков, но и для всего остального. А вот для чего конкретно, они уже разберутся сами.